"В раздевалке, честно говоря, я плакал": звезда Полтавы – о жесте Вернидуба, комплименте Моуринью и том, что ему сказал Это’О
А также о "гитаристе" в запорожском "Металлурге", скандальном поражении от Севастополя в 2012 году и выходе СК "Полтава" в УПЛ. Евгений Опанасенко – в эксклюзивном интервью для "Футбол 24".
Все новости ЧМ-2026 в один клик.
"Жаль, что "Ворскла" не сохранила место в лиге"
– Евгений, СК "Полтава" в последний момент пробилась в УПЛ. Счастье обрушилось на вас неожиданно?
– Не могу сказать, что сенсационно. Как и не могу сказать, что в последний момент. Перед заключительным туром у нас было комфортное преимущество. Всю первую половину сезона мы шли на первом месте. Так что для меня ничего неожиданного не произошло.
– Но, согласитесь, в прогнозах экспертов в основном фигурировали другие клубы – "Эпицентр", "Металлист 1925"… Полтава оставалась в тени.
– Да это хорошо. Счастье любит тишину. Мы спокойно набирали очки, а ребята пусть делают ставки – кто там выйдет, кто нет. Пусть знатоки разбираются.
– В чём главная сила вашей команды?
– Ответственная работа на тренировках – и тренерского штаба, и футболистов. Хорошие отношения в команде, а также между руководством и игроками. Вот и всё. У нас не такой уж большой коллектив, поэтому все слаженно работали. Успех не заставил себя ждать.
– Как вам работалось в последних турах? Ведь главный тренер Владимир Сисенко по состоянию здоровья отсутствовал…
– Для футболистов, если честно, стало неожиданностью, что Анатольевича не будет на матчах из-за поездки на лечение. Но он постоянно находился на связи с Викторовичем – своим помощником (Игорем Тимченко, – "Футбол 24"). Тренировочным процессом, в принципе, руководил он, а Викторович вносил некоторые коррективы.
– Сейчас, после завершения сезона, уже виделись с Сисенко, он еще продолжает лечение?
– Мы его от радости звонили в поезде после последнего матча с "Металлистом". Но связь была не очень хорошая – успели перекинуться буквально несколькими словами. А в прошлую пятницу у нас состоялся банкет, так что мы еще раз пообщались с тренером. Через громкоговоритель он поздравил команду, а мы поздравили его. Голос у Анатольевича бодрый.
– После вашего выхода в УПЛ начались "трения" с "Ворсклой" из-за стадиона. Создавалось впечатление, что полтавское дерби стартовало преждевременно. Но, как оказалось, "Ворсклы" в новом сезоне Премьер-лиги не будет. Насколько это большая потеря для города и для вас?
– У меня ещё много друзей и знакомых осталось в "Ворскле". Мне бы хотелось встретиться с ними в Высшей лиге. То, что были какие-то "трения" – это "трения" на уровне руководства, очевидно. Мы получили предупреждение, что на нас может быть организована медиаатака. Главное, что вопрос со стадионом уже решён. Читал, что подписали необходимые документы. Лично мне жаль, что "Ворскла" не сохранила прописку. Я болел за них.
– За "Ворсклу" вы играли в 2020-м. Тот коронавирусный год прошел с пустыми трибунами. Что осталось в памяти?
– Это не самый удачный период моей карьеры. Я мало играл, но это другой вопрос. Просто там был подобран очень хороший коллектив. Именно коллективом всегда славилась "Ворскла". Какие у них сейчас будут планы на будущее – я не знаю. Ещё не связывался с ребятами.
– Против "Кудривки", которая выбила "Ворсклу", вы играли в рамках Первой лиги. В чём особенность этой команды?
– Лично для нашей команды "Кудривка" – неудобный соперник. За два года мы сыграли с ними четыре матча – ни разу не победили. Поэтому сказать, что они незаслуженно вышли в УПЛ, у меня язык не повернется. Ребята боролись, старались. Молодцы – я их поздравляю. Вышли по заслугам, но болел я больше за "Ворсклу" (улыбается).
– Ваш контракт с "Полтавой" заканчивается уже в этом месяце. Что дальше?
– Да, он заканчивается. Насколько я знаю, у многих ребят контракты заканчиваются в конце июня. Но сейчас мы в отпуске. Я приехал в Киев на обучение – получаю тренерскую лицензию В, так что голова занята немного другим. Команду собирают 16 июня. Там уже, думаю, появится какая-то конкретика. Будем решать. Если руководству и тренерскому штабу понадобится моя помощь – я с удовольствием соглашусь. Если нет – пожмем руки и попрощаемся.
– В августе вам исполнится 35. На сколько лет вы себя чувствуете? Если не Полтава – будете искать другой вариант продолжения карьеры?
– Время покажет. Не хочу забегать вперед. Сначала послушаю, что скажет "Полтава", а дальше будем смотреть. Физически чувствую себя неплохо. Не скажу, что на 18 лет, но силы ещё есть. Конечно, скорость немного падает, но это не самое главное. Умение читать игру, например, на мой взгляд, – важнее. Так что ещё несколько лет можно поиграть.
"В других матчах могли "забивать" больше"
– Вы начинали в родном Запорожье, провели много сезонов за "Металлург". Мне сразу вспоминается грандиозный скандал в Первой лиге 2011/12, когда "Севастополь" обыграл вашу команду благодаря голу рукой в исполнении Сергея Кузнецова. Что чувствует футболист, если его команду так очевидно "уничтожают"?
– Я тогда находился в юношеской сборной, но на тот матч с "Севастополем" меня отпустили. После финального свистка, разумеется, на глазах навернулись слёзы и так далее. Ужасные эмоции. Судейская ошибка – умышленная или нет – компетентные органы должны были разобраться. А вот на последнем матче я уже не был с командой, поэтому смотрел по телевизору. Справедливость восторжествовала — "Металлург" вернулся в УПЛ. Мы очень сильно радовались. Наше счастье разделил Сергей Кривцов, который тогда уже был игроком "Шахтера".
– Позже вы еще сталкивались с таким судейством?
– Если честно, я уже не вспомню, как на протяжении всего матча судил тот арбитр (Виктор Швецов, – Футбол 24). Ошибка была одна, но она едва не привела к фатальному исходу. В других матчах могли "убивать" сильнее. Не результативными ошибками, а просто запереть нас на одной половине поля и душить.
– В середине 2010-х "Металлург" расформировали. Клуб фактически умирал на ваших глазах, тренеры менялись каждые несколько месяцев…
– Согласен. Но не в моих силах было что-то изменить. Мне на тот момент хотелось перейти на более высокую должность, я ждал окончания контракта. Было несколько предложений. То, что "Металлург" исчез – очень жаль. Столько талантливых ребят там воспиталось.
– В итоге вы оказались в "Черноморке", где, по вашим же словам, получили только две зарплаты.
– В Одессе я пробыл всего полгода. Контракт подписывал в 2014-м, после Майдана и всех трагических событий. Нам выплатили две зарплаты, а потом начали накапливаться долги. Но со мной расплатились недвижимостью, поэтому ничего плохого за тот период сказать не могу.
– У вас есть квартира в Одессе?
– Уже нет, но в целом – да, со мной рассчитались именно так.
"Поехать на "Олд Траффорд" было мечтой детства"
– Далее ваш путь пролегал в "Зарю". Сразу почувствовали качественные изменения?
– Всё сложилось очень удачно. У меня была травма, с которой я поехал в "Ворсклу" на просмотр. Там не смог полноценно проявить себя. В контракте мне отказали, а Вернидуб позвонил и говорит: "Приезжай без просмотра — мы тебя подпишем". Он меня знал еще с детских лет. Вот я и приехал. После первой же тренировки у меня и травма прошла, и контракт предложили. Так начались 3,5 чудесных года в моем родном городе. Две Лиги Европы. Словом, воспоминаний – целая куча.
– Именно в тот период за "Звездой" закрепилось прозвище "Мужики", которое действительно соответствовало характеру и игре команды.
– В первом сезоне мы выступали довольно посредственно. Но Николаевич настраивал нас на каждую игру. Мы рубились, сражались и в итоге пробились аж до третьего места и Лиги Европы.
– Ваше лучшее воспоминание о еврокубках – это какой матч?
– Даже не матч, а жеребьёвка Лиги Европы, когда выпал "Манчестер Юнайтед". Это было круто. Все так радовались, будто уже что-то выиграли. Побывать на легендарном "Олд Траффорд" – это уже бесценно.
– Коленки дрожали в "Театре мечты"?
– На выходных перед матчем с "Манчестером" у нас был домашний матч с "Ворсклой". Там я повредил голеностоп, меня заменили ещё в первом тайме. В раздевалке, честно говоря, я плакал. Думал, что не поеду на "Олд Траффорд", хотя это была мечта детства. Вернидуб успокоил: "Не переживай, полетишь в любом случае. Сыграешь или нет — это другой вопрос". Так и случилось.
Несмотря на опухший "галик", я принял участие в предматчевой тренировке. И даже неплохо получалось. Николайевич переспросил: "Может, всё-таки выйдешь? Как себя чувствуешь?" Но всё же я решил не выходить — почувствовал, что не готов на 100 процентов, а подводить ребят не хотелось. В том матче вышел Эдуард Соболь и очень хорошо себя проявил. Даже Моуринью его отмечал.
– Вы оценили жест Юрия Николаевича?
– Конечно! Я был ему чрезвычайно благодарен. Такое не забывается.
"Жуниор бегал с небольшим пузом"
– В разные годы вы играли с Луниным, Малиновским, Максимом Ковалем, Степаненко, Кривцовым, Сидорчуком…
– …Цуриков, Вова Полевой, Аржанов, Виталий Вернидуб, Невмывака и так далее. Очень много ребят из Запорожья.
– С кем из главных звезд вы до сих пор поддерживаете связь?
– С Кривцовым. Вот скоро мы с ним увидимся. С Сидорчуком общаюсь, со Степаненко периодически переписываемся. С Луниным – нет, не сказал бы. С Виталиком Вернидубом еще в "Кривбассе" работал не так давно. Цуриков недавно сделал предложение девушке – поздравил его. В принципе, со всеми понемногу на связи. Но с первой тройкой – чаще всего.
– Среди всех легионеров, с которыми вы делили раздевалку, кто – самый талантливый?
– В "Заре" был Желько Любенович – это и мой хороший друг, и замечательный футболист. Но Жуниор, с которым я играл в "Металлурге", был, наверное, самым-самым. В полном порядке. Очень техничный, с приличным ударом. Бегал с небольшим пузом, но это не мешало ему показывать на поле хорошую игру. В Запорожье была связка Опанасенко – Писоцкий – Жуниор. Мы и в Первой лиге играли, и в УПЛ выходили.
– Кто из иностранцев считался самым большим чудаком?
– Назову Адольфа Тейку – его по аутам многие помнят. Классный парень, постоянно ходил расслабленным, но когда нужно было – мог собраться. Настоящая машина, атлет.
– А кто был самым бездарным? Вот привезли иностранного новичка, а он оказался "пассажиром".
– Это тоже ещё времена запорожского "Металлурга". Привозили нескольких таких бразильцев. Фамилий уже не вспомню. Но один из них на гитариста был похож. Подписали, этот "гитарист" некоторое время играл у нас.
– На гитаре играл лучше, чем с мячом?
– Не знаю, умел он играть на гитаре или нет. Просто напоминал мне музыканта.
"Это’О – без понтов, без звездной болезни"
– Вы и сами попробовали легионерский хлеб, переехав в 2018 году в Турцию. Какие аргументы сработали в пользу "Коньяспора"?
– Я ознакомился с их историей. Сезоном ранее они заняли третье место в чемпионате. Большое население города, великолепный стадион, поддержка болельщиков. С "Коньяспором" играл "Шахтер" в Лиге Европы. Плюс — финансовые условия были намного лучше, чем в Украине.
– Ваш трансфер обошёлся клубу в один миллион евро?
– Я лично этих денег не видел, поэтому не уверен, что это миллион. Думаю, 200–250 тысяч. Но как на самом деле – не знаю.
– Кто был главной звездой того "Коньяспора"?
– Когда я пришел, то еще застал в команде Самюэля Это’О. Это круто. Мы с ним на сборах ещё поработали, после чего он перешёл в другой клуб. Я провёл с Это’О несколько товарищеских матчей. Невероятный футболист! Он уже был в возрасте, но мяч ни разу не потерял за целый тайм.
Без понтов, без звездной болезни. Сэмми же когда-то играл в стране-агрессоре и немного знает русский язык. Как только я приехал, он со мной поздоровался. "Поздравляю с подписанием, — говорит. — Если что-то нужно — обращайся". Классный парень.
– Сколько килограммов вы набрали на турецкой кухне?
– Ничего не набрал. Я сразу нашел повариху из Украины, связал её со своим диетологом, и она мне готовила. Словом, подошёл к этому вопросу профессионально. Я жил в Турции один, готовить особо не умею, а турецкая кухня мне не очень по душе. По деньгам получилось даже дешевле, чем питаться в местных ресторанах.
– В какой-то момент вы оказались вне заявки команды на новый сезон. Что пошло не так?
– Мне об этом сообщили, когда заявка уже была озвучена. Сначала я числился в заявке на первые игры, но её утверждали до первого сентября или как-то так. И вот меня из неё вычеркнули – без каких-либо объяснений. Пришлось сидеть полгода. В Турции, насколько я понимаю, это нормальная практика. Ведь у них текучесть кадров – просто сумасшедшая. Через полтора года после моего ухода в команде остались лишь 2–3 моих бывших одноклубника. Набрали людей на год, потом половину сменили, через полгода — ещё половину. Постоянно меняют состав.
– А в целом – как вам Турция?
– На каждый матч приходит много болельщиков. Хорошая инфраструктура и финансовые условия. Менталитет другой, конечно. Там всё как-то более расслабленно, если сравнивать с Украиной. Состоялся матч, потом выходной. А на второй день после игры ещё может половина команды на тренировку не приехать. Тренер спокойно посмотрит и проведёт занятие с теми, кто есть.
– Параллельно с вами в то время выступали Евгений Селезнев и Артем Кравец.
– Еще Кучер доигрывал. Встречались мы редко, но перед матчами наших команд здоровались, общались.
"Хотелось почувствовать ту атмосферу сборной"
– Еще до переезда в Турцию вы были близки к национальной сборной. И даже пообещали, что станцуете гопак, если вызовут. Не вызвали…
– Не сказал бы, что это разочарование. Просто у меня действительно был неплохой сезон в "Заре". В первые полгода я был лучшим бомбардиром команды, отдал много передач. Для крайнего защитника это была хорошая статистика. Хотелось попасть хотя бы в расширенную заявку – поехать, почувствовать ту атмосферу сборной. Но не сложилось. Вызвали лучших, по мнению тренерского штаба. Я не могу никому докорять.
– Вы работали со многими тренерами – Вернидуб, Ковалец, Кварцяный, Зайцев, Максимов, Лавриненко…
– Когда-то подсчитывал – получилось около 20 тренеров. Григорчук, Ходус. Очень много.
– Номер один для вас – кто из них?
– Юрий Николаевич Вернидуб, конечно. Мы с ним работали ещё в школе, когда он помогал нашему тренеру выпускать класс. Потом Вернидуб и Чанцев перевели меня из дубля в первую команду "Металлурга". Третий этап – в "Заре". А потом ещё и в "Кривбассе" поработали год.
– Сейчас вы и сами учитесь на тренера. Ставите ли вы его себе за ориентир, есть ли у вас любимые тренеры из-за рубежа?
– Флик впечатляет своим прессингом. В плане обороны "Барсы" мне не нравится – это катастрофа. Я и сам иногда на тренировках создаю искусственную ситуацию "вне игры", за что тренер меня "нагоняет" (улыбается). Говорит, что не нужно этого делать, потому что такой элемент требует филигранной отработки, а малейшая ошибка может привести к тому, что наши ворота будут взяты. То же самое и у Флика. Но то, как он заставил команду прессинговать, — это просто нечто. Там людей уже списывали со счетов, например, того же Рафинью — мол, не бегает, не отрабатывает. А сейчас он претендент на "Золотой мяч". Вряд ли выиграет, но в тройке точно будет.
– Что вам даётся сложнее всего в обучении?
– Я пока приехал только на вторую сессию. На первой ничего сложного не было. Мы прослушали разных наставников. А дальше посмотрим – должны появиться практические задания.
– Есть ощущение, что это то, чем вы хотели бы заниматься?
– Пока не могу на 100 процентов сказать, что вижу себя тренером. Но в футболе хочется оставаться как можно дольше. Это любимая часть моей жизни. Если будет возможность – ещё поиграю. А там время покажет. Буду рассматривать как тренерскую карьеру, так и работу функционером в футбольном клубе.