"Путин заходил в раздевалку сборной Украины после матча с Россией" Сергей Мизин – о детском обещании Демьяненко, обиде на львовских журналистов и удалении от Годуляна
Интервью Любомира Кузьмяка с бывшим игроком "Динамо", "Днепра", "Карпат" и сборной Украины, самым результативным полузащитником национального чемпионата.
Хочешь видеть наши футбольные новости чаще?
Первое детское воспоминание — его празднование голов. Неспешная пробежка и указательный палец, вытянутый вперед, — яркий фрагмент карьеры Мизина. Абсолютный авторитет на поле и за его пределами, любимец львовских болельщиков. Максимально скромный и сдержанный в повседневной жизни. Участник еврокубков в составе пяти украинских команд. Игрок всех ведущих украинских клубов, за исключением "Шахтера". Футболист, который вместе с "Карпатами" одновременно пережил самые большие успехи и неудачи в новейшей истории клуба. Человек, заработавший тот самый штрафной имени Шевченко-Филимонова.
Встречаемся на набережной Днепра. Много лет назад именно в Киеве началась его выдающаяся карьера. Через несколько дней исполнится 10 лет с того момента, как Сергей в последний раз выходил на поле. Отличный повод, чтобы вспомнить лучшие моменты футбольной жизни Мизина.
"Вся команда навалилась на меня. Я едва дышал"
– Сергей, вы уже не первый год работаете в Ахтырке. В украинском футболе клубы постоянно испытывают финансовые трудности. Какова ситуация в "Нефтянике"?
– Я выполняю функции спортивного директора и могу сказать, что мы считались одним из самых стабильных клубов Первой лиги. Сейчас наступили такие времена, что определенные проблемы существуют. Ахтырка – футбольный город, на трибунах всегда много болельщиков. В городе чувствуется любовь к клубу. Команда здесь всегда была хорошей.
– "Нефтяник" балансирует между серединой и "подвалом" турнирной таблицы. Повышение в классе оставили на следующий сезон?
– В прошлом году могли побороться за путевку в элиту, но на данный момент такой задачи у нас нет.
– Вы всю жизнь в футболе выполняли одну задачу – выходить на футбольное поле в качестве игрока. Сейчас круг обязанностей немного другой. Справляетесь?
– Я должен налаживать связь между руководством клуба и командой. Отвечаю за спортивную часть.
– Вадим Колесник, входящий в тренерский штаб "Нефтяника", несколько лет назад говорил, что в коллективе царит семейная атмосфера. В своё время вы, а также Андрей Полунин, генеральный директор клуба, играли за "Карпаты". Шуток на футбольную тематику хватает?
– Ты прав, у нас все футбольные люди. Наши тренеры также имеют за плечами выступления в Высшей лиге: и Владимир Кныш, и Олег Диброва. Шутки о прошлом? Конечно, без этого никак.
– В повседневной жизни вы очень спокойный человек. Ваш партнер по "Карпатам" Геннадий Хроль рассказывал обратное: "Часто Сергей Мизин выступал с речью. Ему не особенно было интересно проигрывать. Человек имел имя и не за этим пришёлв футбол . Вот он вставал и рассказывал: что, как и к чему. При этом называл фамилии игроков, к которым были претензии". На поле вы были более импульсивным?
– Знаешь, мне действительно хотелось всегда оставаться спокойным. Не получается... Тот момент, о котором говорит Геннадий – я был в том возрасте, когда нужно брать на себя роль лидера. Просто приходилось в какой-то мере быть тренером. У меня были хорошие учителя. В дубле "Динамо" было достаточно тех, кто мог повести за собой: Лужный, Цвейба, Юран. Они подсказывали по делу. Это мне, наверное, передалось.
– В сезоне 2003/04, когда "Карпаты" вылетали из Высшей лиги, в одном из ключевых матчей произошёл эпизод, о котором во Львове помнят и сейчас. Львовяне на последних секундах добили "Оболонь" (1:0), вы забили победный гол, но поразили не только этим. В одном из моментов дали "пинок" партнеру.
– Было много эмоций – так себя вести нельзя. Игра была настолько напряжённой, что я не удержался. Когда забил, то почувствовал нереальную радость. Потом вспоминаю, как вся команда навалилась на меня. Я едва дышал. Хорошо, что массажист успокоил ребят и разогнал толпу.
– Несколько лет назад среди львовских болельщиков проводился опрос. По его итогам вас признали лучшим полузащитником в новейшей истории "Карпат". Вы не раз отвечали им комплиментами, называя фанатов "львов" "самыми страстными".
– Так и есть. Я и сейчас могу это сказать – во Львове самые сильные болельщики. Они поддерживают команду и в горе, и в радости. У меня к ним огромная симпатия. Они верны, они болеют, как умеют. В Украине таких трудно найти.
– "Карпаты" переживают не лучшие времена. Мы вспоминали о ваших речах в тупиковых ситуациях. Что бы вы сказали сейчас в раздевалке, если бы были игроком "зелено-белых"?
– Нужно искать взаимопонимание. Лидеры на футбольном поле должны решать все проблемы, их нельзя обходить стороной. То же самое касается руководства. Чтобы говорить конкретно, нужно быть внутри коллектива. Я слежу за "Карпатами" и надеюсь, что у них всё будет в порядке.
"Соума пришел на награждение в гвинейском халате"
– Во Львов вы приехали в 1998 году. Помните тот момент, когда вас пригласили в "Карпаты"?
– Мирон Богданович (Маркевич) позвонил и рассказал об этом предложении. Я приехал не один – с нами приехала целая группа игроков из "Днепра": это и Гецко, и Шаран, и Полунин, и Паляница. Не колебался ли я? Я очень уважаю Львов и мне очень нравится этот город. До этого я неоднократно играл на "Украине" и хотел попробовать свои силы уже в зелено-белой футболке.
– Судьба подарила вам особые эмоции, когда в последнем туре "Карпаты" завоевали бронзу именно в матче с "Днепром". Необычный момент?
– Навсегда запомнился тот матч. Все те мгновения: полный стадион "Украина", сильный коллектив, который состоял не только из приезжих. Чего стоят хотя бы местные Беньо и Чижевский. "Динамо" было вне конкуренции, поэтому это был большой успех. Бронзовую медаль "Карпат" храню у родителей.
– Как вам работалось с Маркевичем?
– Мирон Богданович – мудрый человек. Он умеет находить исполнителей, которые добиваются результата. У него сильная психология. Сначала, когда новички приезжали в коллектив, единодушия не было. Но потом от этого не оставалось и следа.
– Гвинеец Алькали Соума получил во Львове прозвище "Семен" и стал для украинских болельщиков настоящей экзотикой. Как его восприняла команда?
– Да ты знаешь, для нас это тоже была экзотика. Первая ассоциация с ним – яркий образ. Соума пришел на награждение в национальном гвинейском халате. В целом он чувствовал себя нормально в футбольном плане. Наше общение происходило через переводчика, поэтому его нельзя назвать очень близким. Но мне кажется, что ему здесь нравилось.
– В атаке Соуме было непросто, ведь бесспорными игроками основного состава считались Иван Гецко и Александр Паляница. Вы стали соавтором их рекорда, когда оба забили по 16 голов за сезон. В чём секрет этой пары?
– Очень своеобразные игроки. Наверное, лучшие в Украине после Шевченко и Реброва. Их особенность – разносторонний стиль. Гецко был нападающим таранного типа, а Паляница дополнял его. В быту Иван и Саша соперничали. Доходило до смешного – кто-то выходил один на один, но партнеру пас не отдавал, чтобы тот случайно не обогнал его в гонке бомбардиров. За этим было интересно наблюдать. Их конкуренция была здоровой. На поле, несмотря на это, они действовали слаженно.
Ковалец, Гецко, Мизин
– Вас во Львове на улице часто узнавали?
– Да, узнавали. И это приятно. Вот недавно в Киеве встретил львовян. Всегда радостно, когда люди помнят твою игру.
– Вы – самый результативный полузащитник в украинском футболе. Как вам это удалось?
– Меня всегда окружали классные партнеры. Это всё благодаря им. Футбол – это не индивидуальный вид спорта. У меня не было какого-то одного стиля – я мог и головой забивать, и с обеих ног.
– Несмотря на это, Виктор Леоненко утверждал, что вы не в полной мере реализовали весь свой потенциал. Согласны?
– Да, я согласен. Я о нём то же самое говорил – он мог бы сделать лучшую карьеру.
"За удаление в матче с "Баварией" "Динамо" наложило крупный штраф"
– Дмитрий Семочко, с которым вы играли в "Карпатах" в конце 90-х, рассказывал о своём удалении в матче с "Кривбассом": "Помню, как Сергей Мизин подошёл после игры: "Ничего страшного, бывает. Я попадал в похожую ситуацию. Лобановский со мной по-мужски после такого разговаривал".
– Интересные вещи ты мне напоминаешь. Только одно уточнение – это был не Лобановский, а Сабо. Я получил удаление в матче с "Баварией" и знал, что чувствует молодой парень в такой момент. Надо было только поддержать его.
– До этого в дебютном матче в еврокубках против "Барселоны" вы получили две желтые карточки до 28-й минуты. Ваш партнер Дмитрий Топчиев считает, что судья ошибся.
– Клуб наложил на меня крупный штраф. Я стоял на линии ворот и исключительно интуитивно сыграл ключицей. Рука была прижата, умысла не было. Хорошо, что "Динамо" победило команду Субисарреты, Кумана, Лаудрупа, Ромарио и Гвардиолы. Тогда Йохан Кройф собрал потрясающий коллектив.
– Ваш второй матч в еврокубках снова закончился удалением за две желтые карточки в середине первого тайма. Не подумали о роковой закономерности?
– Да подумал! Хотя даже не успел. Это исключительно моя вина. Я понял это только сейчас. В центре поля совершил фол и подвёл команду. Это были эмоции, когда я сбил баварца Алана Суттера. В конце концов, это одна из причин того, почему у меня не сложилось в "Динамо".
– Вы как-то признавались, что в каждой команде вкладывали частичку себя в талантливых игроков. В "Арсенале" помогли Селезневу и Погорилому, а в "Карпатах" передавали знания Николаю Ищенко.
– Мы жили рядом с Николаем на улице 700-летия Львова (ныне – проспект Чорновола). Я также близко общался с Тарасом Кабановым, разговаривал с Олегом Веприком, другими молодыми футболистами. Что касается Ищенко, то нас связывало ещё и землячество – он тоже из Киева.
– Вы подарили "Карпатам" приятные эмоции в Кубке Украины и вывели команду в Кубок УЕФА, когда забили "Шахтеру" в полуфинале. Помните гол в дополнительное время в Донецке?
– Семочко подал угловой, кто-то заблокировал Дмитрия Шуткова. Кажется, это был Юра Беньо. А я на дальней штанге просто встретил мяч. Мы очень сильно радовались. Попасть в финал – это большая честь для всех без исключения. Жаль, что шансы на победу в Кубке были очень мизерны. "Динамо" было на вершине, вскоре после той игры киевляне продали Андрея Шевченко в "Милан". Мы пропустили быстрый гол и потеряли всё.
– Проиграли "Карпатам" по сумме двух матчей и в еврокубках. Хотя тогда шведский "Хельсингборг" не выглядел настолько непобедимым.
– Было обидно, когда мы пропустили во Львове на последней минуте – я прыгнул в подкате, блокировал удар, а мяч отскочил. Стрончицкий полетел в одну сторону, мяч – в другую. Хотя буквально через минуту мы сравняли счёт. Дело дошло до пенальти. Я свой удар реализовал, но в итоге мы проиграли.
– Однажды вы сказали, что испытываете недоверие к журналистам. Мол, львовские газеты написали о вас всякую чепуху, однако никогда не говорили, что именно. Что это за история?
– Человек подходит, спрашивает и уходит. А потом появляется статья. Деталей не помню, но знаю, что это была какая-то ерунда. Просто после этого я не даю интервью незнакомым журналистам.
"Впечатляли человеческие качества Яковенко"
– На рубеже веков вы покинули "Карпаты", однако впоследствии вернулись и вместе с командой вышли в Первую лигу в 2004 году.
– Я уходил, потому что в клубе начались проблемы. Мне нужно было определиться, я числился в списке тренеров сборной. В том, что команда вылетела, есть и доля моей вины. Я же получил две красные карточки…
– Три красные и шесть желтых за сезон.
– На нас наехали судьи. Если раньше смотрели не так придирчиво, то тогда конфликт ощущался. Чей? Я не знаю, но он был.
– Ваш партнер Ярослав Хома получил дисквалификацию за якобы употребление допинга. По его словам – "наезжали" на лидеров команды.
– Я пропустил почти половину матчей чемпионата. Оправдания этому нет.
– Один из худших эпизодов того сезона – травма Дмитрия Трефиловского, 20-летнего игрока "Волыни". Ваш подкат обошёлся ему очень дорого.
– Я подкатил сбоку, поле было мокрым, а соперник не успел поднять ногу. Я сожалею об этом. Однако это футбол, никто не застрахован от такого. Никакого умысла у меня не было. После матча поехал в больницу… Честно говоря, не хочу об этом вспоминать. Впоследствии взял Трефиловского в "Нефтяник" на просмотр, но ничего не вышло.
– Когда-то вы назвали Артура Карнозу самым перспективным игроком, с которым вам довелось работать как тренеру. Его карьере тоже помешали травмы.
– У Артура был огромный потенциал. Сейчас задатки есть у немалого числа молодых игроков. Им нужно ловить свой шанс. Наступил переходный период, и у молодёжи есть все условия для роста. Те же Цыганков и Лучкевич должны вырасти в классных футболистов.
– Вы начинали свой путь в футболе у тренера, воспитавшего Олега Блохина, – Александра Леонидова. Подавали мячи на матчах "Динамо"?
– Самое яркое воспоминание из детства – это фраза-обещание Анатолия Демьяненко во время подачи с углового: "Поставь мяч ты. Я подам, а мы забьем".
– И как?
– Не забили. Но было приятно.
– Владислав Тернавский, ваш партнер по дублю киевлян, тоже в свое время мечтал о карьере в "Динамо", подавал мячи, а легендарный гол Валерия Шмарова в 1989 году видел с расстояния в несколько метров. В родной команде для него места не нашли, он просидел четыре года в дубле, а потом стал футболистом "Спартака". У вас тоже была возможность переехать в Москву?
– Правда, я ехал из "Кривбасса". Олег Романцев хотел видеть сразу нескольких игроков из Кривого Рога, и мы отправились на просмотр. За нас запросили огромную сумму, а ещё в центре поля москвичей играли Титов, Булатов и Аленичев. Шансов у меня не было. А в "Динамо" я почувствовал доверие тренера. Переходный период, когда "Динамо-2" тренировали Виктор Колотов и Владимир Онищенко, был самым важным. Кто его преодолевал, тот добивался успеха.
– Именно Виктор Колотов поселил вас в одной комнате с Павлом Яковенко, кумиром детства.
– Меня с детства называли "Пашей" именно из-за Яковенко. Впечатляли человеческие качества Павла Александровича, он много мне помогал. Это настоящий фанат своего дела. Это тот человек, который показал, как нужно работать, чтобы чего-то добиться.
"Шевченко в молодости был эгоистом на поле"
– В "Динамо" вы дебютировали при Йожефе Сабо, однако отношения у вас не сложились. Кто в этом виноват?
– Путевку в жизнь он мне однозначно дал. Поставил в состав, доверял… Сабо – очень эмоциональный человек. Не знаешь, чего от него ждать, в этом и заключается сложность.
– Николай Зуенко вспоминал об Олеге Лужном: "В начале 90-х была мода на стрижки — спереди коротко, а сзади волосы немного отрастали. Вот таким я и приехал из Луганска в Киев. Рядом с лестницей на базе меня останавливает Лужный. Наматывает мои длинные волосы на палец и говорит: "Малыш, даю тебе ровно час. Чтобы я больше этого не видел". Мне не пришлось повторять это второй раз. С тех пор я никогда не носил другую прическу". Лужный в "Динамо" следил за дисциплиной?
– Хорошо, что он так сказал, а не подстриг сам "под ноль". С длинными волосами трудно бегать, это не дедовщина, а дельный совет. Коллектив у нас был хорошим, поэтому это воспринималось как должное, никто не обижался.
– В "Динамо" вы познакомились с Евгением Похлебаевым, человеком с тяжелой судьбой. В середине 90-х он был одним из ведущих полузащитников страны. Что о нём помните?
– Очень хороший фланговый игрок с сумасшедшей скоростью. Вместе с Сергеем Коноваловым они великолепно смотрелись на флангах и в сборной, и в "Днепре". Да и человеческие качества у Евгения прекрасные. Очень жаль, что сейчас он серьезно болен.
– Еще один талант, который вырос на ваших глазах, – Андрей Шевченко. Каким был молодой обладатель "Золотого мяча"?
– Настоящий эгоист на поле. Даже в юном возрасте обладал изрядной наглостью – не обращал внимания на других. Делал так, как считал нужным. Пройти мимо нескольких соперников? Никаких проблем. После этого он обрёл уверенность, собственное "я" и начал набирать обороты.
– От старших не выслушивал?
– Слушал, как и все. На критику, кстати, реагировал нормально. Тот же Сабо сделал ставку на него и не прогадал.
– В сентябре 1995-го "Динамо" с молодым Шевченко в стартовом составе выиграло у "Панатинаикоса" 1:0. Вы вышли на замену, довели игру до победы. Но затем разгорелся скандал с шубами для Антонио Лопеса Ньето.
– Все были в шоке. Мы надеялись на лучшее, но в итоге потеряли год. Помню, мы были на базе, когда нам сообщили эту новость. Кажется, это было на следующий день после матча. В такое было трудно поверить.
"Штанге сказал: „Карнавал же бывает раз в жизни!“
– В 1996-м вы становитесь игроком "Днепра" и знакомитесь с Берндом Штанге. Немец привёз Европу в Украину?
– Я приехал после "Динамо", где было 7 выходных в год. А здесь тренер разрешал всё. Если солнце – не тренируемся. Дождь – то же самое… У каждого был именной мяч, своя форма. Штанге был первым, кто это ввел.
– Легендарная история о Бернде связана с карнавалом, когда "Днепр" отправился на сборы в Бразилию. Живой анекдот?
– Спросили у тренера, когда начинается тренировка. Он отвечает: "Завтра в 12. Карнавал же бывает раз в жизни!"
– В Днепропетровск Штанге пригласил Эмерсона, первого бразильца в чемпионате Украины. Он признается, что об Украине у него остались только самые лучшие воспоминания, хотя он не мог смириться с холодом, низким уровнем жизни людей по сравнению с Бразилией и расизмом, с которым столкнулся в Запорожье. А что вы запомнили об Эмерсоне?
– Хороший нападающий с отличной скоростью. Настоящий бразилец, хотя мы на тот момент их ещё не видели. Но уже тогда Эмерсон показал, что именно в сторону Бразилии нужно смотреть и искать там талантливых игроков. Такие люди должны играть в УПЛ.
– После "Днепра" вы на определённый период становитесь игроком "Черноморца" и киевского ЦСКА, однако эти приключения оказываются недолгими.
– В Одессу меня вместе с Сергеем Ковальцем пригласил Леонид Буряк, а ЦСКА я выбрал из-за семьи – только что родился сын, и я хотел быть поближе к нему в Киеве.
– Алексей Мизин начинал заниматься футболом, но сейчас учится в Киево-Могилянской академии. Учеба взяла верх?
– Решили, что нам в семье достаточно и одного футболиста. Алексей – четверокурсник, учится на экономическом факультете. Младшая дочь занимается танцами и изучает языки.
– Пятым клубом, с которым вы сыграли в еврокубках, стал "Кривбасс" Олега Тарана. Этого тренера не хватает украинскому футболу.
– К игрокам Олег Анатольевич относился отлично, с добротой. Это один из лучших тренеров Украины. Таран сейчас без работы, но он однозначно заслуживает того, чтобы продолжать работать. Только положительные вещи могу сказать об этом тренере.
– О вас исключительно положительно отзывался сербский тренер "Карпат" Иван Голац. Если Штанге привносил новые методы в "Днепр", то Голац внедрял их во Львове.
– У нас тренировки начинались в 8 утра. Потренировались два часа и всё, свободны. В Европе к такому относились нормально, а мы не привыкли. Голац хотел донести до нас своё видение. У него был сильный помощник, Драган Симонович. Его упражнения только сейчас доходят до нас. А он их использовал ещё в 2001-м. Приезжали качественные легионеры: Самсон Годвин с его кошачьими манерами и пластикой, Мацей Налепа – сильный вратарь и замена юмористическим передачам.
– В 2003-м "Карпаты" стали первой командой, которая вдевятером вырвала победу в чемпионате Украины. Вы забили единственный гол в матче, а через 6 минут получили красную карточку от Виталия Годуляна, который впоследствии удалил ещё и Алексея Сучкова. В протоколе было указано, что вы ударили соперника по лицу.
– Меня кто-то держал за футболку во время подачи с углового. Я отмахнулся, Годулян решил, что это красная карточка. Я не бил по лицу, просто хотел, чтобы соперник меня отпустил. Не думаю, что это прямой удаление.
– В "Арсенале" вы играли с хорватом Ивицей Пиричем, известным меценатом, который помогает детям из зоны АТО. Какие впечатления от общения с ним?
– Мы ездили с Юрой Беньом к Ивице в Хорватию. Добрый, общительный человек. То, что он сейчас делает, – очень похвально. Не каждый на такое способен.
"Когда забили России, не догадывался, что это конец матча"
– В сборной Украины вы дебютировали в том же матче, что и Шевченко, Калитвинцев и Мартынов. Последний признался, что впервые поднял голову, чтобы передохнуть, на 12-й минуте…
– Счёт 0:4 — красноречив. Для нас, дебютировавших игроков, попасть в первый же матч под руководством Алёши Асановича, Роберта Просинечки, Давора Шукера — это серьёзное испытание. А ещё отмечу трибуны "Максимира". Поэтому слова Юры подтверждаю, чистая правда.
– И всё же, пожалуй, самый запоминающийся ваш матч в сине-жёлтой футболке состоялся через 4 года, когда вы на "Лужниках" противостояли России.
– Наверное, это самый важный матч в моей жизни. Было много разговоров, пристального внимания – безумный ажиотаж. Нам просто сказали, чтобы мы абстрагировались от всего, не читали прессу и не смотрели телевизор. Когда я вышел на поле, то обо всём забыл и ничего не слышал вокруг, в частности того, что кричали трибуны.
– Камера запечатлела в VIP-ложе двух премьер-министров: Путина и Пустовойтенко.
– Позже, после матча на "Лужниках", к нам в раздевалку заходила вся делегация, в том числе и Путин. Я уже не помню, как он себя вел, кто и что там говорил. После матча было не до этого – все устали. Мне он вообще не интересен.
– Российский комментатор Виктор Гусев отметил отсутствие в стартовом составе Виталия Косовского и как раз ваш выход с первых минут. Когда вы узнали о том, что будете играть?
– За несколько дней до матча об этом сообщили, поэтому для меня это не стало сюрпризом.
– Ваш выход оказался знаковым, ведь именно против вас совершил фол Алексей Смертин, а Шевченко исполнил эпохальный штрафной в ворота Филимонова. Совпадение обстоятельств или мастерство?
– Андрей Николаевич говорит, что бил. Поверим ему. Тот эпизод, который предшествовал штрафному, совершенно обычный, таких по сто за матч бывает. Я прикрыл корпусом мяч и получил толчок в спину.
– Вы, а также Андрей Гусин и Геннадий Мороз оказались ближе всех к воротам соперника и были рядом с Филимоновым, который влетел в сетку с мячом. О чём подумали в тот момент?
– В том-то и дело, что я не догадывался, что это конец матча. Был настолько сконцентрирован и погружен в игру, что не успел сориентироваться. В раздевалке даже не было сил особо радоваться. Просто чувствовал, что команда сделала своё дело.
– В сборной, кроме Йожефа Сабо, вы работали с Валерием Васильевичем Лобановским. Особый тренер?
– Глиба. Когда человек вызывает тебя на личную беседу и одним взглядом объясняет тебе, как ты должен сыграть, – это уровень. Никакой другой установки больше не нужно.
