"Брагин был человеком слова": пришел в футбол из борьбы, спас "Шахтер", создал "МетаДон", водил подопечного в ночной клуб
Интервью Любомира Кузьмяка с Александром Косевичем, бывшим тренером "Кривбасса", "Зари" и краматорского "Авангарда", а также бывшим президентом донецкого "Металлурга". Человек-эпоха!
Хочешь видеть наши футбольные новости чаще?
Десятого апреля, на 60-м году жизни, остановилось сердце Александра Косевича. "Футбол 24" вспоминает интервью этого известного тренера и функционера нашему сайту, впервые опубликованное 29 июня 2022 года. Светлая память.
Так уж сложилось, что в Украине футбольный тренер обязательно должен иметь за плечами насыщенную игровую карьеру. Зато в Германии и других европейских странах профессиональные команды часто возглавляют люди, которые никогда не играли среди профессионалов. Отчасти под эту концепцию подпадает Александр Косевич. С той лишь разницей, что в футбол он пришел из борьбы, а впервые главным тренером стал незадолго до своего 40-летия.
Александр Александрович тренировал всего три команды. Вы наверняка помните его "Кривбасс" с Гигиадзе и Сачком, а также "Зорю", которая спаслась от вылета и начала свой путь от аутсайдера к средняку. Несколько лет назад скромный краматорский "Авангард" с Косевичем во главе мог пробиться в Премьер-лигу. Александр Александрович успел поработать в роли функционера, когда был одним из руководителей "Шахтера" до эпох Брагина и Ахметова, а впоследствии создал донецкий "Металлург".
За последние 8 лет ему пришлось дважды покидать свой дом. Сначала оккупанты захватили Донецк, а теперь продолжают посягать на Краматорск, ставший для Косевича родным. Сейчас 56-летний тренер помогает землякам и ездит по городам Донбасса с гуманитарной помощью.
"Когда мы собрались возвращаться домой, нам сказали: „Ехать уже некуда“
– Чаще всего бываю в Краматорске, Славянске и Покровске, – рассказывает Александр Александрович.
– К Александру Сытнику, который воюет в этих краях, тоже заглянули?
– Да, я Сашу давно знаю. К тому же имел непосредственное отношение к его команде ФК "Славянск АТО", которая стала чемпионом Украины среди военнослужащих.
– Футболист на передовой – поступки Сытника вас удивили?
– В этой команде играли ребята, которые участвовали в АТО еще с 2014 года. Не оставаться в стороне и сражаться за Родину – это дело чести. Саша – порядочный человек, настоящий гражданин Украины, как и те ребята, которые защищают нашу страну.
– В горячих точках находятся и два представителя вашего Краматорска: Павел Похитайло и Алексей Беспалов.
– Да, мы пересекались с этими ребятами, я их знаю. Рад, что в их сердцах живет настоящий патриотизм и они сражаются за родную землю с оружием в руках. Это очень ценно.
– У вас своя миссия и зона ответственности. Когда вы решили присоединиться к процессу доставки гуманитарной помощи в населённые пункты Донецкой области?
– В основном я езжу вместе со своим коллегой, известным экс-арбитром Олегом Зубаревым. Взялись за это дело после того, как нам отказали в армии. У меня инвалидность, полноценно воевать не могу. Поэтому решил быть полезным в другой сфере. Инициатива исходила от председателя УАФ Андрея Павелка, с которым я встречался в Краматорске, где мы совместно решили помогать нуждающимся.
– После 2014 года Краматорск стал для вас родным городом?
– Бесспорно, хотя до недавнего времени я жил в Лимане. Понимаете, город развивался, пока сюда снова не пришла война. За последние 8 лет в этом регионе было открыто столько площадок, сколько не строили до 2014 года. А сколько клубов из Донецкой области играли на профессиональном уровне: "Шахтер", "Мариуполь", "Олимпик", "Краматорск", "Яруд". Жизнь налаживалась, работали все школы, секции…
– Вашего дома в Лимане больше нет?
– Во всяком случае, его судьба неизвестна. Мы в спешке уехали, вывезли детей. Когда собрались возвращаться домой, нам сказали: "Ехать уже некуда". На момент полномасштабного вторжения России я находился в Краматорске, работал в качестве одного из руководителей Донецкой областной ассоциации футбола.
– Когда вы поняли, что эвакуация жизненно необходима?
– Мы не думали, что всё зайдёт так далеко, поэтому оставались там до последнего. Моя семья покинула Донбасс 11 апреля, когда над головой начало летать всё больше ракет и снарядов.
– В начале апреля Россия цинично обстреляла краматорский вокзал.
– Вместе с Зубаревым мы были там примерно за полчаса до бомбардировки. Вывозили семьи наших футбольных арбитров и проезжали блокпост недалеко от вокзала. Это трагедия. Зачем уничтожать мирное население?
"Передали „Шахтер“ Брагину, а сами организовали „Металлург“"
– Вы родились в Донецке. Когда в последний раз бывали в родном городе?
– Был там в 2015-м на похоронах матери. У меня одна Родина – это Украина. Считайте, что те, кто уехал оттуда в 2014-м, продемонстрировали свою четкую позицию.
– В детстве вы занимались борьбой. Футбол появился позже?
– Я получил звание мастера спорта по дзюдо, добился немалых успехов. На футбол тоже ходил – тренировался в группе "Шахтера" у Петра Пономаренко. Не сложилось… Впоследствии попал к Алексею Дрозденко, который и отчислил меня из-за каких-то проблем в школе. Потом, когда я был одним из руководителей "Шахтера", мы с Алексеем Митрофановичем смеялись над этим. "Видишь, зато теперь ты среди руководителей клуба", – говорил Дрозденко.
– В школе вы были хулиганом?
– Как бы то ни было, это не мешало мне учиться на "отлично". Защищаться я научился с детства, к тому же помогали спортивные навыки.
– Каким было ваше наибольшее достижение в борьбе?
– Я входил в сборную СССР, потом был членом сборной Украины. А ещё участвовал в спартакиаде народов СССР. Это был важный опыт и полезное общение с коллегами.
– Вы вернулись в профессиональный футбол уже в зрелом возрасте?
– После борьбы я начал заниматься бизнесом. В начале 90-х "Шахтер" столкнулся с финансовыми трудностями, поэтому группа предпринимателей, среди которых был и я, протянула руку помощи клубу. Нам удалось удержать клуб на плаву, "Шахтер" даже завоевал серебряные медали чемпионата. А уже через год мы передали клуб Ахатью Брагину. Сами же организовали "Металлург".
– Каким человеком был Брагин?
– Воспоминания о нём только хорошие. Клуб оставался проблемным, а Брагин приложил все усилия, чтобы его развить. У него была важная черта – если обещал что-то, то обязательно выполнял, был человеком слова.
"0:8 с "Вердером"? Достаточно было взглянуть в глаза нашим игрокам"
– Когда вы почувствовали, что достаточно глубоко разбираетесь в футболе?
– Мне посчастливилось работать со многими классными тренерами, у каждого я черпал знания. Черпал информацию у Евгения Короля, с которым я ещё работал в донецком клубе "Гарант", потом узнавал что-то новое у Валерия Яремченко, Семена Альтмана, Владимира Онищенко. Каждый дал мне своё понимание футбола. А в начале 2000-х я сам начал тренировать "Кривбасс".
– Чья поддержка на этом этапе была ключевой?
– Меня убедили два человека: Евгений Кучеревский и президент "Кривбасса" Сергей Полищук. Именно они подтолкнули меня к тому, чтобы пойти и сдать экзамены, получить тренерскую лицензию.
– Где вы познакомились с Кучеревским?
– С Евгением Мефодиевичем мы были знакомы еще со времен Первой лиги, где его "Николаев" встречался с моим донецким "Металлургом". Увиделись на сборах в Саках или в Ялте. Потом он тренировал "Днепр", а я – "Кривбасс", наша дружба продолжалась. О Мефодиевиче у меня только самые лучшие воспоминания, как и о его ассистенте Вадиме Тищенко.
– Когда вы создавали донецкий "Металлург", могли ли вы предположить, что он составит конкуренцию "Шахтеру" в городе?
– Пока мы играли в низших дивизионах, то, конечно, об этом речи не шло. В 1997-м "Металлург" завоевал право играть в Высшей лиге, мы взялись за ремонт своего стадиона. Клуб боролся за своих болельщиков, не мог соперничать с "Шахтером", но свою весомую нишу "Металлург" занимал не только в Донецке, но и на общеукраинском уровне.
– Руководителям украинских клубов часто не хватает терпения. Вы когда-нибудь позволяли себе вмешиваться в работу тренерского штаба?
– И Семен Альтман, и Владимир Онищенко уверяли меня, что полностью довольны сотрудничеством – можете у них спросить. Я ни разу не вмешивался в тренерские дела. Наоборот, стремился развивать клуб, занимался своими обязанностями и только помогал главным тренерам. Вне тренировочного процесса, в частных беседах я получал от них очень важные знания, часто с ними общался.
– Защитник "Металлурга" Владимир Яксманицкий вспоминал, как вы заходили в раздевалку в перерыве легендарного матча с "Вердером", когда ваша команда проигрывала всего 0:3. "Вы по шею в дерьме. Осталось ещё по голову залезть. Выходите на второй тайм и исправляйте ситуацию". Не помогло?
– Это был чрезвычайно сложный момент. Особенно на фоне того, что дома "Металлург" неплохо сыграл с "Вердером" – 2:2. Понятно, что в Бремене нас ждало ещё большее испытание. Да и добавился особый фактор – наша раздевалка на "Везерштадионе" располагалась непосредственно под сектором болельщиков "Вердера". Мы слышали всё это за стенами, сверху. Достаточно было взглянуть в глаза нашим игрокам, чтобы стало очевидно: не все из них справились с эмоциями. В результате — 0:8. Хотя у нас были замечательные исполнители: Вирт, Яксманицкий, Котов, Зотов, Чутанг, Ткаченко, Закарлюка.
"Представьте, что было бы, если бы мастер спорта по борьбе избивал человека"
– В то время в "Металлург" начали приезжать первые легионеры: камерунец Чутанг, румын Архире, нигериец Алегбе.
– Алегбе быстро адаптировался в коллективе. Чутанг приехал в Донецк уже заслуженным футболистом, в статусе участника чемпионата мира, победителя Кубка африканских наций. Бернар, кстати, был футболистом агентства Дмитрия Селюка. Все легионеры, которые приезжали от Селюка, были профессионалами. Как было потом – не берусь судить. При мне случайных людей не было.
– Вы часто давали отпор на пресс-конференциях и во время матчей. В 2007-м президент "Арсенала" Вадим Рабинович обвинил вас в физическом давлении на судью в перерыве матча. Чем завершился тот скандал?
– Был и суд, было всё… Рабинович заплатил серьёзный штраф, извинился за свои выдумки. И на этом история закончилась. Есть главный тренер Заваров, есть арбитры – я никого не бил, можно всех спросить. Я много наслышался о себе. Просто представьте, что было бы, если бы мастер спорта по борьбе избил человека. Следы не скроешь. Я привык доказывать всё трудом на футбольном поле.
– Все же вы часто конфликтовали с судьями. Это стечение обстоятельств или печальная реальность нашего футбола?
– Я не буду делать из себя святого. У меня есть грехи, как и у каждого человека. Футбольная несправедливость имеет место всегда. Просто иногда она граничит с рэкетом и бандитизмом. По-моему, это дикость. Именно в такие моменты случались мои срывы – я высказывался, нервничал, меня штрафовали, об этом писали в прессе.
– Недавно появилась информация о том, что экс-футболисты донецкого "Металлурга" Александр Воскобойник и Вадим Солодкий участвовали в войне в составе незаконных пророссийских формирований. Вы давно с ними встречались?
– Надо понимать, что жизнь в оккупированной части Донбасса – это совсем другое. Не думаю, что у этих ребят было желание воевать против своих. В конце концов, это только мое мнение. Вадик Солодкий начинал у меня еще во Второй лиге и дошел с нами до Высшей. Саша тоже давно играл. Никогда не замечал у них никакого негатива по отношению к Украине. Не следует исключать вариант с принудительной мобилизацией. Мне трудно делать выводы.
"Конечно, разговоры о борце-тренере Косевиче были"
– Возвращаясь к вашему тренерскому дебюту в "Кривбассе" – поддержка президента Полищука это хорошо, однако наступает момент, когда ты остаёшься наедине с футболистами в раздевалке. Не испытывали ли вы страха или переживаний из-за того, что подопечные могут неправильно вас воспринять?
– Скажу откровенно, было сложно. Но с первого дня я выработал своё правило – все тренировки проводил лично. Конечно, разговоры о борце-тренере Косевиче были. Но я для себя решил: если человек взялся за что-то, то должен посвящать себя делу и днём, и ночью. А футбол — это не просто игра, это часть жизни. Прежде всего я хотел доказать себе, что способен тренировать на хорошем уровне.
– Оглядываясь назад, можете ли вы сказать, что довольны своей работой?
– Я работал в командах, у которых не было избытка финансовых возможностей. И "Заря", и "Кривбасс", и "Авангард" не могли позволить себе пригласить дорогих футболистов. Однако они никогда не вылетали, не испытывали регресса или спада. Возможно, мы не демонстрировали особо зрелищный футбол, часто играли в оборонительном стиле, но достигали результата.
– Ваш бывший подопечный Евгений Луценко вспоминал: "Если команда играла отвратительно, то Косевич был готов взять биту и разбивать машины футболистам. А когда мы побеждали, по выходным позволял делать что угодно. А ещё у него была традиция – в начале сборов он собирал всю команду за столом, от водителя до массажиста. Алкоголь разрешался любой. Даже курить можно было. Пей, веселись, караоке. Когда Косевича уволили, вся команда пошла просить за него президента "Зари"".
– Я сторонник того, что сначала, на берегу, стоит со всеми договориться, посмотреть друг другу в глаза, признаться в том, чего мы можем достичь вместе. Когда в коллективе нет единства, это шаг в бездну. Так было не только в Луганске. Мой "Кривбасс" находился на грани вылета. Но мы справились, остались единым целым и спаслись. "Зорю" я принял в статусе последней команды, а до спасительного места нам оставалось 8 очков. Тем не менее мы спаслись. Если бы не наше тогдашнее единство, мы бы не увидели ту "Зорю", которая сейчас считается одной из лучших команд Украины.
– Еще одна цитата от экс-подопечного Магомеда Адиева: "Я мог подойти к Косевичу с любой просьбой и знал, что тренер мне поможет. Как-то посреди ночи он позвонил мне: "Чечене, чем занимаешься? Быстро одевайся, сейчас за тобой приедет машина. Мы едем в ночной клуб". Сначала я подумал, что это шутка… В ночной клуб, с тренером? Нет, не может быть. Поверил я только тогда, когда под окнами увидел автомобиль".
– Каждый тренер должен чувствовать свою команду. Если ты видишь, что пришло время отдохнуть, то лучше не мешать или же побыть с ними и побыстрее отправить их домой. Да, я действительно ходил на дискотеку с Адиевым. И Магомед, и Мурад Рамазанов – выходцы с Кавказа. Возможно, скучали по дому. Я хотел подготовить команду к игре и считаю, что этот метод не подводил. Когда-то Мефодиевич научил меня – с футболистами нужно постоянно разговаривать. Вот я и старался всегда быть рядом.
"Сачко сильно переживал из-за того, что мало забивает"
– Вы открыли для украинского футбола Желько Любеновича. При каких обстоятельствах это произошло?
– Мы активно сотрудничали с сербским агентом Гораном Вельковичем. Он привёз нам нескольких классных футболистов: Дарко Дуньича, Мирко Буньевчевича, Желько Любеновича и Александара Тришовича, который, правда, сначала играл в "Волыни". Когда я увидел Желько, то не сомневался, что он будет играть на хорошем уровне. Наш футбол переживал период засилья легионеров, было действительно непросто определиться. Но в случае с Любеновичем всё сложилось.
– Казалось, у Дуньича был больший потенциал.
– На мой взгляд, это как раз и был его уровень. Дарко обладал хорошими скоростными качествами и выносливостью, однако его техника работы с мячом оставляла желать лучшего. Он часто не мог выполнить завершающую передачу или точно пробить. Скорее всего, уровень нашей УПЛ был для него максимумом. В конце концов, он потом ещё два сезона отыграл во французской "Бастии".
– Что скажете о харизматичном балканце Сеаде Салаховиче?
– А вот этот не раскрылся полностью – у Сеада был талант. В 2004-м он забил Стипе Плетикосу с центра поля. Так издалека "всадил" – мы обыграли "Шахтер" 1:0. Салахович понимал свой уровень, поэтому мог несколько матчей сыграть "на приспущенных". Однако как только приближались матчи с лидерами, он брал себя в руки и был среди лучших. А обычные поединки против Полтавы или Ужгорода мог провалить. Это он себя недооценил, а не я. Я же не достучался до него.
Гигиадзе и Сачко
– В "Кривбассе" в вашем распоряжении был топовый дуэт Гигиадзе – Сачко.
– Василий сначала сильно переживал из-за того, что мало забивает. Я убеждал и объяснял: "Это не твоя задача. Ты должен зацепиться за мяч и отдать его Гигиадзе". Благодаря этому Васо едва не стал лучшим бомбардиром чемпионата. В конце концов, мы нашли взаимопонимание, а Сачко даже начал забивать ещё больше, чем до нашего разговора.
– После "Зари" вы не работали в течение восьми лет. Несложно ли было после паузы принять "Авангард"?
– Все из-за серьезных семейных проблем. Это был тяжелый период для нашей семьи, о котором даже сложно рассказывать. В "Авангард" я пришел уже в статусе одного из руководителей Донецкой областной ассоциации футбола. И ассоциацией, и клубом руководил Максим Ефимов – он и предложил мне поработать. "Авангард" находился на грани вылета, я пришел в команду и вскоре мы заняли пятое место в Первой лиге.
– Несколько раз "Авангард" останавливался в шаге от выхода в УПЛ. Чего вам не хватало?
– Мы понимали, что у нас нет инфраструктуры. По спортивным показателям мы могли бы выйти – Ефимов делал всё, что мог. Для многих "Авангард" стал отправной точкой, немало наших ребят играют в Премьер-лиге. В "Авангарде" раскрылись многие: Демченко, Шершень, Емец. Как в свое время в "Заре" и "Кривбассе" молодые Саша Иващенко и Шевелюхин.
***
– Каждый день вы видите ужасные последствия обстрелов и постоянно находитесь в опасности. Но к этому нельзя привыкнуть?
– Нереально. Просто с 2014 года у нас есть печальный опыт. Я понимаю, что есть люди, которым ещё сложнее, чем мне. Поэтому и стараемся им помочь: Дружковка, Константиновка, Краматорск… Сложно передать словами, что там происходит. Население нуждается в медикаментах, продуктах питания, одежде.
– Поездки под обстрелами – это недюжинная смелость.
– Не нужно только за это ордена раздавать. Я всю свою жизнь стараюсь помогать другим, ведь понимаю, что добро возвращается. Просто иногда это все крайне тяжело видеть собственными глазами. Это боль и трагедия. Я не политик, не готов давать прогнозы. Знаю только одно – нам нужно возрождать нашу Украину, а заодно и экономику, и футбол. Я общаюсь с воинами ещё со времён АТО, они будут сражаться до конца, верят в победу и делают для неё всё возможное.
– Мечтаете ли вы о возвращении к тренерской деятельности?
– Конечно. Возраст позволяет работать. Меня приглашали из-за рубежа, однако я хочу жить в Украине, здесь строить команду. Надеюсь, что после нашей победы еще поработаю.