Жерсон объяснил причины своего конфликта с Михайличенко в Динамо – это не единственный случай
Бывший нападающий Динамо Жерсон Родригес рассказал, из-за чего он поссорился с Алексеем Михайличенко, который в то время возглавлял "бело-синих"
Жерсон Родригес / фото: ФК Динамо
Узнавай о победах первым.
За время выступлений в составе киевского Динамо Жерсон Родригес запомнился и некоторыми скандальными выходками. В частности, люксембуржец не сдержал эмоций в матче Кубка Украины против Шахтера, когда накричал на тренера Динамо Алексея Михайличенко, после чего еще и ударил по скамейке запасных, за что получил наказание. На подкасте Дениса Бойко Жерсон признался, на что именно так эмоционально отреагировал.
"Объяснял ли мне Михайличенко свою позицию? Я не скрываю, что с ним сложилась неприятная ситуация. Но я не держу на него зла. Желаю всего наилучшего ему и его семье. Я же не его лучший друг. У меня с этим парнем в Динамо отношения не сложились, извини. Но, конечно, уважение у меня есть. Понимаешь, ведь он такой же мужчина, как и я. У него есть дети, как и у меня. Но мужчина должен уважать другого мужчину. Но если он пригласит меня на ужин, я скажу "нет". Дело в том, что то неуважение, которое он проявил ко мне, было уже немного перебором.
Я помню тот матч против Шахтера в Кубке Украины, когда я ударил ту штуку (скамейку запасных, – прим.). Дело в том, что в день матча он пришел к нам на теоретическое занятие, где мы разбирали и анализировали игру. И сказал что-то вроде: "Да, нам нужно, чтобы играло больше украинцев. Потому что мы должны показывать больше".
Я встаю и говорю: "Что вы имеете в виду, чтобы играло больше украинцев? То есть, мы вам не нужны? Мы здесь мешаем?" А он мне: "Нет-нет-нет, да мы ничего такого". Я говорю: "Послушайте, это уже как-то..." Одним словом, я сказал ему: "Если мы вам не нужны, так и скажите". А потом добавил: "Знаете что? Я с вами вообще не могу нормально разговаривать".
Сказал это ему, потом президенту. Я сказал президенту: "Если он остается, я ухожу, если он уходит, я остаюсь". Но он остался в Динамо, потому что у нас тогда была критическая ситуация с тренером, ротация и все остальное. Поэтому я уехал в Турцию, в Анкарагюджю. Замечательный сезон: 10 матчей, 8 голов, 3 голевые передачи. Потом я вернулся, когда пришел Луческу.
Луческу звонит: "Ты мне нужен". С тем тренером (Михайличенко, – прим.) ситуация была в том, что он посадил меня на скамейку, и я такой: "Окей, мне не нравится сидеть на скамейке, потому что я мог помочь". И я хотел играть. Я был мотивирован, действительно силен в то время, чувствовал себя прекрасно, был быстрым, резким, но сегодня понимаю, что футбол – это игра не одного игрока.
Я всегда хотел играть. Поэтому я сказал Михайличенко: "Послушайте, во втором тайме выпустите меня, чтобы я помог команде". Он говорит: "Да-да, выйдешь". А у ребят на поле уже начинались судороги. Знаешь, у Сидорчука, Цыганкова, у всех были судороги, у Миколенко. И они уже сами просили замену. А он не знал, что делать. Поэтому мы на скамейке говорим ему: "Сделайте замены". Не обязательно меня, но выпустите кого-нибудь, чтобы помочь.
Но он: "Нет-нет-нет, играйте дальше, оставайтесь". А игроки на поле уже просто сходили с ума. А был момент, когда он мог сделать замену, выпустить одного защитника, чтобы контролировать игру. Счет был 1:0 в нашу пользу. Мы выигрывали кубок. И тут Шахтер забивает. 1:1. Я был в ярости. И я такой, знаешь: "Да что ты делаешь?" А когда я нервничаю, я говорю по-португальски. Так что я высказал ему все на португальском. Он ничего не понял, но я был настолько взбешен, что кричал на португальском. Огромная моя ошибка, потому что я не знал, что камера направлена на меня.
Они фиксировали все, каждую деталь. И засняли меня в этот момент. Я такой: "Черт, нет". Вот и был тот момент, когда я так поступил и высказал ему все. Но я был очень зол, зол, потому что считал, что он мог изменить ход игры. У него было 4 или 5 замен, а он не сделал ни одной. Ну как можно не сделать ни одной замены? Ты выигрываешь, идет 90-я минута, выпусти двух защитников и закрепи победу", – рассказал Родригес.
