"Я забирал тело Савчука из морга": трагический конец лучшего вратаря НХЛ – он был украинцем
Пьяная драка с товарищем по клубу, несколько операций и неминуемая смерть. Терри Савчуку было всего 40 лет. Его соперник пытался покончить с собой...
Будь в курсе спортивных новостей первым
Часть первая: "Его лицо напоминало руины": 400 шрамов, депрессия и алкоголь — лучший вратарь в истории НХЛ был украинцем
...К сожалению, Савчуку не удалось "уйти со стилем". Терри понимал, что пик его карьеры уже давно позади и он, возможно, с радостью повесил бы коньки на гвоздь. Но вратарь не мог позволить себе такую роскошь, как беззаботная пенсия. Юки чувствовал себя как в ловушке. Ему приходилось содержать жену и семерых детей. К тому же Савчук умел только играть в хоккей, никакой другой серьёзной профессии у вратаря не было. "Я помню, как сильно мы испугались, когда Терри сделали операцию на спине. Что бы он делал, если бы что-то пошло не так? Чем бы он занимался? В его жизни был только хоккей", — рассказывала Пэт Мюррей, жена Савчука.
В 1967 году произошло знаковое событие в истории НХЛ. К "Оригинальной шестерке" присоединился ещё один секстет. "Торонто Мэйпл Лифс" отдал своего голкипера на драфт расширения. И "Лос-Анджелес Кингз" выбрали Юки под первым номером. "Короли" платили Савчуку 40 000 долларов. Теперь у Терри было 40 000 причин продолжать жертвовать собой на ледовых площадках. Благодаря голкиперу "короли" финишировали вторыми в Западном дивизионе и даже начали мечтать о том, чтобы в конце сезона поднять над головой Кубок Стэнли. Однако в плей-офф одного Юки оказалось недостаточно, чтобы пройти весь путь к желанному трофею. Лос-Анджелес вылетел уже в первом раунде, уступив "Миннесота Норт Старз" в семи играх.
В следующем сезоне Юки обменяли в Детройт на Джимми Питерса-младшего, отец которого 20 лет назад играл с Савчуком. Во время своего третьего пребывания в Детройте Юки подстраховывал основных вратарей команды — Роя Эдвардса и Роже Крозье. Опытный дублер прекрасно справился с этой непростой задачей. Терри пропускал в среднем всего 2,62 шайбы за игру. В личной жизни Савчук стал ещё более невыносимым, чем раньше. Его брак трещал по швам. В 1969 году Пэт подала на развод. После этого Терри сильно пристрастился к выпивке. И в дальнейшем часто проводил вечера в компании "зелёного змея". Через год один из таких вечеров станет для него роковым.
Сезон 1969/70 Терри начал в "Нью-Йорк Рейнджерс". За трансфером Юки в "Большое Яблоко" стоял генеральный менеджер NYR Эмиль Фрэнсис. Он считал, что Савчук станет идеальным дублером для Эдди Джакомина. Ранее с этой работой прекрасно справлялся Дон Симмонс, но он ушел на пенсию в конце прошлого сезона. Фрэнсис не скупился на комплименты в адрес Терри: "Лучшим вратарем, выходившим на лёд в НХЛ, несомненно, был Савчук. Он мой номер один. Мы подписали голкипера в конце его великой карьеры. Я надеялся сделать из Жиля Вильмюра великого вратаря. Тогда он ещё не был готов к основному составу. Джакомин сыграл бы как минимум в 60 матчах, и я не хотел, чтобы перспективный Жиль грел скамейку, проведя всего каких-то 10 игр. Поэтому я оставил Вильмюра набираться опыта в "Баффало Бизонс" и сделал ставку на Савчука. Я понимал, что Терри будет играть за нас максимум один сезон. К сожалению, я не ошибся".
Эмиль был шокирован, когда в сентябре 1969 года впервые увидел Савчука на сборах "Рейнджеров": "Когда я играл против него (Фрэнсис в своё время также работал голкипером) Терри весил 220 фунтов, а вот в Нью-Йорке он весил всего 170. Савчук был болен, сильно похудел, а его и без того плохое психологическое состояние ухудшалось из-за постоянных семейных неурядиц".
40-летний Савчук практически не играл. Он провёл всего 8 матчей за "Рейнджеров". Правда, это не помешало украинцу записать на свой счёт ещё один шатаут. Юки совершил его 1 февраля 1970 года в матче с Питтсбургом. В тот день "Нью-Йорк" в "Мэдисон-сквер-гарден" разгромил "Пингвинов" — 6:0. Это был 115-й шутаут вратаря (с учётом плей-офф). "Я старый, но выкладываюсь на 100%", — рассказывал Юки на послематчевой пресс-конференции. Некоторые партнеры по команде подкалывали голкипера: "Неужели это твой последний шутаут, Терри?" Интересно, что свой первый шутаут Савчук также отыграл в MSG (правда, в старом) 15 января 1950 года. Тогда, играя за Детройт, Юки отразил все атаки "Рейнджерс". В том матче "Крылья" победили с нехарактерным для хоккея счётом 1:0.
В последний раз Юки вышел на лёд 14 апреля в пятой игре четвертьфинала плей-офф против "Бостон Брюинс". Когда "Рейнджерс" уступали 2:3, Фрэнсис решил немного замедлить темп игры и заменил Джакомина на Савчука. Терри отыграл около минуты, а затем основной вратарь снова занял свой пост. Нью-Йорк уступил Бостону в шести играх. Через шесть недель Савчук умрёт.
Перед началом сезона 1969/70 Юки снял дом вместе с ещё одним игроком "Нью-Йорка" Роном Стюартом. Они поселились на Лонг-Айленде, где, как правило, жили игроки "Рейнджерс". Терри и Рон выигрывали Кубок Стэнли в составе "Торонто". В Канаде они также жили вместе. И в этом нет ничего удивительного. У Савчука и Стюарта было много общего. Они оба были разведены, любили выпить и теряли самообладание, когда напивались.
Трагедия разыгралась 29 апреля, через 13 дней после вылета "Рейнджерс" из плей-офф. Стюарт и Савчук пили в пабе E&J, одном из любимых заведений хоккеистов Нью-Йорка. Терри и Рон начали спорить, кто должен сделать генеральную уборку в доме, прежде чем отдать ключи владельцу. Стюарт также упрекнул Юки в том, что тот должен ему деньги. Хоккеисты начали толкаться в баре, и их попросили покинуть заведение.
Холодный воздух не успокоил горячих мужчин. Они продолжили выяснять отношения на улице. Через несколько минут бармену удалось убедить их отправиться домой. Савчук и Стюарт вернулись в свою квартиру разными путями. Однако на лужайке перед домом хоккеисты продолжили конфликт. Свидетелями инцидента стали медсестра Розмари Сассо, девушка Стюарта и Бен Винер, друг Савчука.
Юки попытался схватить Рона, однако Винер остановил его, после чего двое мужчин споткнулись и упали на Стюарта. Точно неизвестно: Савчук приземлился на колено Рона или на гриль-барбекю, но он сразу же согнулся от боли. Заметив состояние Терри, Розмари позвонила врачу Денису Николсону, который подтвердил опасения медсестры. Юки побледнел, как стенка, а его давление резко упало.
Рон Стюарт
"Скорая" доставила Савчука в больницу Лонг-Бич, где обследование показало, что у вратаря повреждены желчный пузырь и печень. Юки немедленно сделали операцию по удалению желчного пузыря. Через несколько дней Савчук перенёс ещё одно хирургическое вмешательство. На этот раз на печени, которая кровоточила. Терри пролежал в больнице три недели, прежде чем об этом стало известно общественности. О том, что Савчук балансирует между жизнью и смертью, пронюхал журналист Джерри Эскенази из New York Times.
Папарацци утверждали, что "Рейнджерс" скрывали информацию об инциденте, который не украшал клуб. На самом же деле Терри не хотел, чтобы о проблемах узнал его отец. Ведь у папы Юки тоже были свои проблемы. Он попал в автокатастрофу и также боролся за свою жизнь в одной из детройтских больниц. Савчук прекрасно осознавал, что известие о тяжелом состоянии сына может добить отца.
29 мая состояние Терри внезапно ухудшилось, и его перевели в нью-йоркскую клинику, специализирующуюся на острых заболеваниях. У Савчука обнаружили внутреннее кровотечение, ему сделали ещё одну операцию. Вскоре Юки пришел в себя, правда, ненадолго. 31 мая 1970 года Терри умер во сне от тромбоэмболии — внезапной закупорки легкого тромбом.
"Трагедия Савчука, пожалуй, самая большая в моей жизни. Она до сих пор преследует меня. Врачи позвонили, когда я находился в Квебеке. Я бросил всё и помчался в больницу. Савчук перенёс пятичасовую операцию, которая длилась до полуночи. Когда хирург вышел, он сказал мне: "Ты можешь ехать домой, ведь здесь от тебя всё равно нет никакой пользы, мы позвоним тебе, если будут какие-то изменения". Из больницы позвонили в 6 утра и сообщили, что Терри умер. Я никогда не забуду те выходные в Нью-Йорке, когда я забирал тело Савчука из морга.
Зрелище было совсем не из приятных. 30 человек лежали на полу в сумках, в которых мы обычно возим хоккейные клюшки. Парень, который привел меня туда, был явно "под мухой", от него за километр пахло перегаром. Мой "гид" спросил: "За каким телом вы пришли?" После этих слов я чуть ли не разорвал того пьяного негодяя. Хорошо, что вовремя взял себя в руки. Я огляделся и увидел голову Терри, торчащую из сумки с биркой на шее, чтобы можно было опознать тело. Черт возьми, Юки лежал на полу морга в Нью-Йорке. А этот парень относился к нему, словно к какой-то ненужной вещи. Он не знал, что перед ним лучший вратарь мира", – вспоминал Фрэнсис.
Стюарт пережил тогда крайне непростые дни – ему грозил серьёзный срок заключения. Но Савчук ещё при жизни помог коллеге, взяв всю вину за конфликт на себя. Правда, слепая Фемида имела собственное мнение по этому поводу. Юристы подробно анализировали смертельную стычку. "Нью-Йорк Рейнджерс" даже наняли Стюарту одного из лучших адвокатов США Николаса Кастеллано. Однако его помощь не понадобилась. Большое жюри сняло с Рона подозрение в убийстве и постановило, что смерть Терри была ужасным несчастным случаем.
Несмотря на решение юристов, внутренние демоны продолжали мучить Стюарта. Он чувствовал вину за смерть Терри. "Юки упал из-за меня. И это падение оказалось смертельным. Как такое могло случиться? За свою карьеру Терри сотни раз и гораздо сильнее падал на лёд и всегда быстро восстанавливался после этого. Это какой-то кошмар. Мне до сих пор плохо, когда я вспоминаю 29 апреля 1970 года. Это всё похоже на кошмарный сон. Но, к сожалению, это трагическая реальность", — делился своими душевными муками Стюарт.
38-летний Рон не питал иллюзий относительно дальнейшей карьеры и даже хотел покончить с собой. К счастью, этого не случилось. Руку помощи протянул Фрэнсис: "Руководство предлагало продать или обменять постаревшего Рона, который, к тому же, запятнал репутацию клуба. Однако я не хотел, чтобы он чувствовал себя изгоем. Поэтому я и оставил Стюарта в команде. И это оказалось правильным решением. Я ни разу не пожалел об этом шаге. Я бы сделал его снова". В сезоне 1975–76 Рон стал тренером "Рейнджерс".
В 1970 году пресса проявила несвойственную ей человечность и оставила Стюарта в покое. Болельщики также не упрекали Рона. Фрэнсис вспоминал лишь один случай, когда болельщик напомнил хоккеисту о страшной трагедии. "Стюарт ещё играл за нас, а болельщик из Торонто засунул голову в наш автобус, припаркованный за Maple Leaf Gardens, и прокричал в адрес Рона: "Ты подлый убийца!" Вик Гетфилд быстро усмирил хулигана, скрутил его и бросил в снежный сугроб. "Юки — лучший вратарь в истории. А вот в повседневной жизни он был совершенно безнадёжен. Трагедия Терри выходит далеко за рамки хоккея", — утверждал Фрэнсис в одном из интервью.
Что бы там на самом деле ни случилось с Савчуком, но этот трагический и нелепый случай прекрасно вписывается в канву жизни мрачного и депрессивного Юки, в которой было не меньше печали и несчастий, чем триумфов.
Савчука похоронили на кладбище Маунт-Хоуп в Понтиаке (штат Мичиган). Зал хоккейной славы не стал ждать традиционных пяти лет, и уже через 12 месяцев вратарь пополнил список легенд НХЛ. Стенд, на котором выставлены экипировка и другие памятные вещи, связанные с украинцем, стал одним из самых популярных в музее. Юки никогда не отличался сентиментальностью, и ему, пожалуй, не понравилось бы шоу, устроенное по случаю увековечения его номера.
Возможно, в тот момент Терри и его брат Майк, игравшие в хоккей на какой-то далекой загробной планете, сделали небольшой перерыв, глядя, как вверх поднимается баннер с фамилией "Савчук", и улыбнулись. Хотя, не факт, ведь Терри никогда не волновал подобная чепуха. Однако несомненным остаётся другое: когда красно-белый баннер с цифрой 1 подняли на арене Детройта, эта церемония официально подтвердила то, что и так все давно знали. Юки всегда был и останется "номером один".