"Шип от бутсы разорвал бедро, но Рост остался в воротах": украинец два года возглавлял медицинскую службу Гамбурга
Интервью Максима Розенко с уникальным украинским врачом, который в течение длительного времени работал в клубе первой немецкой Бундеслиги.
Николай Линевич сопровождает Александра Лааса, полузащитника "Гамбурга" / Фото Sport Presse
Все инсайды о звездах сборной Украины.
Уроженец Днепропетровска Николай Линевич шесть лет проработал в медицинской службе немецкого Гамбурга, причем последние два года возглавлял её. Затем он работал в самом популярном клубе Саудовской Аравии "Аль-Хиляль", а с 2012 года делится своим опытом с "Днепром".
Максим Розенко расспросил авторитетного специалиста о специфике клубной работы в немецкой Бундеслиге.
2 миллиона футболистов
– Николай, почему именно немецкая фармацевтика считается лучшей в мире?
– В развитых странах более совершенная медицинская система – это аксиома. В Украине есть большое количество замечательных врачей. Но далеко не всегда они располагают современным медицинским оборудованием. По крайней мере, у их немецких коллег есть огромное преимущество в этом аспекте. Это как сравнивать "Таврию" с "Мерседесом". До определенного предела скорости можно ехать на обеих машинах и практически не замечать разницы. Но потом все становится на свои места. Технологии не только в медицине имеют решающее значение.
– Но уровень жизни, скажем, в Великобритании, не ниже, чем в ФРГ. Почему же немецкая медицина "рулит"?
– Немецкая фармацевтическая отрасль традиционно считается более надежной. Здесь много объяснений. Что касается спортивной медицины, то сухая статистика свидетельствует, что в Германии футболом занимаются 2 миллиона человек. Это спорт №1 в стране. Причем созданы условия для футболистов любой квалификации. В каждом городе есть огромное количество полей и любительских лиг.
Футбол не бывает без травм. Травмируются и любители. Им делают такие же сложные операции, как и профессионалам – например, восстановление хряща современными методами. Для этого требуется трансплантация хряща, его замена, выращивание в пробирке и пересадка. То есть у немецких медиков всегда достаточно практики.
– Могут ли футболисты-любители позволить себе дорогостоящие операции?
– Могут – практически у всех есть медицинская страховка. Если человеку нужен протез коленного сустава, любая страховая компания оплатит эту операцию. Профессиональные футболисты выигрывают лишь в том, что имеют на неё первоочередное право. Тогда как любителю нужно ждать своей очереди, и это ожидание может растянуться на 6–12 недель.
– Как работа немецких врачей сказывается на результатах выступлений команд Бундеслиги и сборной Германии?
– Главная задача медицинских служб – выводить игроков на пик формы накануне важнейших матчей. А хорошая физическая подготовка очень часто играет решающую роль в достижении результатов.
"Летал к ван Нистелрою в Мадрид"
– Как так получилось, что украинец занял руководящую должность в медицинской службе команды Бундеслиги?
– В Германию я приехал вместе с семьёй в 1996 году. Работал в Гамбурге в частной клинике. В 2005 году меня начали привлекать для работы на гонорарной основе в медицинскую службу клуба. Врачом команды был коллега, с которым мы вместе работали в клинике. Он и порекомендовал меня руководству "Гамбурга" на свое место, когда решил сменить работу. Почему коллега ушел? Должность клубного врача – очень специфическая работа. Не всем она подходит.
– Различие медицинской службы немецкого клуба от украинской заключается только в области технологического оснащения?
– Именно принципиальное отличие заключается в том, что медицинская служба клуба Бундеслиги гораздо более независима от своего руководства. Был случай, когда мы подписали контракт с нападающим одной из европейских сборных. Сумма контракта составляла 2 миллиона евро. В три часа дня уже должна была состояться презентация новичка.
Но в 10 часов утра футболист проходил медицинское обследование, в результате которого выяснилось, что состояние его здоровья не настолько хорошее, чтобы долго и успешно играть в Бундеслиге. Трансфер был аннулирован. Это стало уроком, ведь пострадал имидж клуба. К тому же пришлось вести судебные разбирательства с футболистом. После этого случая медицинские осмотры дебютантов "Гамбурга" всегда проводились заранее.
– Как часто трансферы аннулируются из-за результатов медицинской службы?
– В моей практике было несколько таких случаев. Называть фамилии не могу по этическим соображениям.
– Когда "Гамбург" подписывал контракт с Руудом ван Нистелроем, вы летали в Мадрид?
– Да, ведь тогда Рууд был травмирован. Долгое время не играл. Учитывая его возраст и значимость трансфера, требовалось полноценное медицинское обследование. И только после медицинского заключения информация о трансфере попала в прессу.
– В Гамбурге голландец не задирал нос?
– По человеческим качествам Рууд был одним из лучших в команде. Очень дисциплинированный – выполнял все наши рекомендации. Вероятно, не в последнюю очередь благодаря такому образу жизни смог до такого возраста играть на высоком уровне.
– В "Милане" играли и ребята, и старшие.
– Мы, кстати, во многом брали пример с "Милана". Наш спортивный директор поддерживал тесные контакты с итальянским клубом. Поэтому у нас была возможность перенять передовой опыт "Милана" в организации различных подразделений клуба.
"В среднем в лазарете одновременно находятся 5 футболистов"
– Каков был штат медицинской службы Гамбурга?
– Два врача, пять физиотерапевтов, тренер по реабилитации. В зоне нашей ответственности находилась и молодёжная команда, которая выступала в региональной лиге. Также был центр подготовки подрастающего поколения. Там существовала своя организационная структура, подчинявшаяся клубу. В центре работали два физиотерапевта, а также были врачи, которых привлекали для работы с младшими возрастными командами по совместительству.
– Внушительный штат.
– В "Баварии" и дортмундской "Боруссии" он гораздо больше. Здесь всё зависит от руководства клубов. Но тенденцию к повышению внимания к работе медицинской службы нельзя отрицать. В 1983 году, когда "Гамбург" выиграл Кубок европейских чемпионов, в штате клуба был один врач и один физиотерапевт.
– Зачем клубу пять физиотерапевтов?
– По статистике, в среднем в лазарете команды Бундеслиги одновременно находятся пять футболистов. Нужно заниматься их реабилитацией. Когда начинаются "английские" недели (команда проводит два матча за семидневный цикл) – на игроков обрушивается целая куча мелких травм. Восстановительные процедуры в таких случаях занимают один-два дня. Но только в том случае, если лечить ребят сразу.
– Врач назначает лечение и контролирует процесс. А чем занимаются физиотерапевты?
– Физиотерапевт – это инструктор лечебной физкультуры. Кто-то специализируется, например, на мануальной терапии. Есть остеопат. Каждый занимается своим делом. При серьезных травмах первичная реабилитация игроков обычно проводится в специализированных реабилитационных центрах, которых в Германии очень много. А когда игрок восстановился и ему уже через 4–6 недель нужно переходить к тренировкам в общей группе, он переходит под наблюдение физиотерапевтов.
– Проводились ли общие собрания врачей Бундеслиги?
– Только официальных встреч было как минимум две в сезоне – в начале первого и второго круга чемпионата. На встречах поднимались организационные вопросы. Основное внимание уделялось борьбе с допингом, новым методикам лечения и профилактики различных видов травм. Также проводились медицинские симпозиумы. В Берлине ежегодно проходит медицинский конгресс, в котором принимают участие не только футбольные врачи, но и наши коллеги из других видов спорта.
– УЕФА организует медицинские конференции?
– Безусловно. В ней принимают участие врачи из ведущих футбольных клубов Европы. Германия, когда я работал в Гамбурге, была представлена руководителями медицинских служб "Баварии", дортмундской "Боруссии" и… "Гамбурга". С 2002 года медицинский комитет УЕФА проводит исследование травматизма футболистов. В этом проекте участвуют все ведущие клубы континента.
– Каким образом?
– Есть специальные формы, которые мы заполняли по каждой травме футболиста. На условиях анонимности, если игрок согласен. Заполненные формы отправлялись по электронной почте в медицинский комитет УЕФА. В конце каждого полугодия мы получали полные статистические данные по нашему клубу и ведущим европейским клубам.
На основании этих данных формулировали выводы о частоте травм футболистов. Проводили анализ всех повреждений ведущих игроков. Много информации дают чемпионаты мира и Европы — на их основе можно проследить общие тенденции в футболе. Сравниваем эти тенденции с положением дел в нашем клубе.
– После завершения чемпионата футболисты Бундеслиги уходили в отпуск с индивидуальной программой подготовки к предстоящему сезону?
– Конечно. Во время отпуска игроки могут отдыхать в течение 3–5 дней. Затем они самостоятельно приступают к подготовке. В последнюю неделю перед уходом в отпуск проводится полномасштабное тестирование команды – начиная с анализов крови и заканчивая дисбалансами в различных группах мышц. Когда футболисты возвращаются из отпуска, проводятся аналогичные тесты, сравниваются показатели. По ним сразу видно, чем человек занимался во время отпуска.
Боевые качества Роста
– Как часто тренер "Гамбурга" консультировался по поводу состояния того или иного игрока?
– Практиковалось ежедневное обсуждение состояния футболистов. Существовало правило: если футболист испытывает какие-то проблемы, он должен явиться в медицинский штаб за 90 минут до начала тренировки. Потому что ровно за час до начала занятия медицинская команда предоставляет письменный отчет о состоянии каждого игрока. И точно такой же отчет составляется по итогам тренировки. Тренер получал оперативную информацию о состоянии игроков дважды в день.
– Какие технические нововведения внедрялись в медицинское тестирование игроков при вашем участии?
– В медицинской службе Гамбурга появился переносной ультразвуковой аппарат для диагностики повреждений, который всегда путешествовал вместе с командой. Если же говорить о новых методах лечения, то относительно новое направление — введение концентрированной фракции тромбоцитов в поврежденные участки опорно-двигательного аппарата. Для этого кровь центрифугируется и доводится до необходимой концентрации тромбоцитов.
Раньше подобные методы лечения находились под пристальным вниманием допинг-комиссий. С 2009 года такие инъекции разрешены ВАДА. Мы часто использовали эти методы, благодаря чему сокращали сроки реабилитации поврежденных мышц и связок игроков на одну треть.
– Когда медицинская служба могла обойтись своими силами, а когда ей требовалась помощь?
– С помощью медицинского оборудования, находящегося в диагностической комнате, клубная медицинская служба могла поставить первичный диагноз в перерыве матча. Благодаря ультразвуковым методам исследования этот первичный диагноз подтверждался в 90 процентах случаев. Магнитно-резонансное исследование заказывали дополнительно – нет смысла покупать и держать у себя такое дорогое оборудование.
– Сложные операции игрокам проводились в медицинских учреждениях Гамбурга?
– Как правило. В Гамбурге можно заказать любые медицинские услуги, которые только существуют в мире. В городе есть большое количество клиник, оснащенных лучшим оборудованием. Но при определённом виде повреждений сухожилий мы могли отправить футболиста в Швейцарию – потому что в Базеле работал врач, специализирующийся именно на этом виде операций и считавшийся лучшим в своём деле.
– Если возникала угроза эпидемии, вы срочно делали прививки всей команде?
– Мы поддерживали связь с ведущим вирусологическим центром Гамбурга. При наличии угрозы эпидемии с нами связывался врач из этого центра. И мы рекомендовали игрокам принять профилактические меры: ограничить посещение общественных мест и так далее. Бывало, что эпидемия бушевала в том регионе, где нам предстояло сыграть выездной матч. В таком случае мы рекомендовали сделать профилактические прививки.
Но при этом нужно чётко осознавать, что, привив весь основной состав, мы сразу теряем 10 процентов работоспособности и физической выносливости команды. В Германии прививки — дело исключительно добровольное. Каждый человек при наличии всех показаний к вакцинации самостоятельно решает, делать прививки или нет. Я мог лишь изложить свои аргументы.
– Когда во время матча вы выбегали на поле, чтобы оказать помощь травмированному игроку, каков был предел вашей компетенции в решении вопроса – оставаться ли футболисту на поле или проводить замену?
– Все, что касается здоровья игроков, находилось исключительно в моей компетенции. Тренер мне полностью доверял. Как и футболисты. Ситуации на поле бывали разные. У врача должен быть опыт работы в спортивной медицине. Потому что на обследование травмы футболиста отводится очень мало времени — в этом и заключается специфика. Иногда игрок получает не слишком серьёзную травму. Но она вызывает такую болевую реакцию, что футболист сам выражает желание, чтобы его заменили. Бывает, наоборот, травма достаточно серьёзная, но игрок наотрез отказывается покинуть зелёный газон.
Например, в одном из матчей голкиперу "Гамбурга" Франку Росту в столкновении с нападающим соперников шипом от бутсы разорвали правое бедро. Рану перевязали, Франк остался в воротах. Затем Рост получил ещё более неприятную травму — рваную рану коленного сустава с кровотечением. Тоже достоял до конца. А в розыгрыше Кубка Германии на одной из начальных стадий уже в серии пенальти мяч попал Франку в лицо и сломал нос. Однако вратарь уверенно достоял серию до конца, мы победили и прошли дальше.
– Коллеги говорили вам, что медицинская служба Гамбурга – лучшая в Бундеслиге?
– Сравнивать здесь сложно. Футбол состоит из многих компонентов. Каждая служба вносит свою лепту в результат команды. Медицинская служба – очень специфическое подразделение. Только через два года у меня появился полный контакт с футболистами. Не все рассказывают о своих индивидуальных особенностях организма. Ты должен вызывать доверие у игроков. Если просто взять лучших врачей в мире и дать им поработать с командой, результат далеко не всегда будет положительным. Потому что в такой работе есть много нюансов – в совместимости, в человеческих качествах. Это ключ к успеху.
– Какие требования к рациону футболистов?
– За этим мы строго следили. Наш повар заказывал питание. Сам готовил, если у нас проходили двухразовые тренировки. Но футбол – это тот вид спорта, где рекомендации используются не так часто, как даются. Это не легкая атлетика или велоспорт. Футболист может чувствовать себя не очень хорошо, но благодаря удаче забить два гола и стать героем матча. Или, наоборот, быть в прекрасной форме, пробегать всю игру, но остаться на голодном пайке, потому что остальные партнеры не очень готовы.
Поэтому вопрос о том, следуют ли футболисты нашим советам, пока не снимается с повестки дня. Несколько лет назад на конгрессе по спортивной медицине, который проходил в Стокгольме под эгидой УЕФА, было заявлено, что питание у футболистов — совершенно нерациональное. Это свойственно футболу. Самосознание — чувство, которое зависит от многих составляющих. В той же Германии к дисциплине приучают с детства. И немец не перейдет дорогу на красный свет, даже если рядом не будет ни одной машины. Но есть много легионеров, которые к нашим рекомендациям относились не с такой степенью ответственности, как местные игроки. Особенно ярко это проявлялось, когда мы выигрывали.
– Когда у Валерия Лобановского спрашивали, кто не курит в киевском "Динамо", он отвечал: "Я один". Гамбург в этом плане похож на киевское "Динамо" 70–80-х годов?
– При мне в тренерском штабе и команде никто не курил.
– Уверены?
– Когда мы играли "английские" недели, 4 дня из 7 круглосуточно находились в отеле. Скрыть свою вредную привычку в такой ситуации непросто. В медицинской службе, правда, был один курильщик. Не я.
ДОСЬЕ
Николай Линевич. Окончил Днепропетровский медицинский институт (1980).
Работал в Широковской ЦРБ, больнице № 2 Днепропетровска, областной больнице имени Мечникова, на кафедре травматологии и ортопедии Днепропетровского медицинского института. В спортивной медицинской клинике доктора Шварца (1999–2008).
Врач ФК "Гамбург", Германия (2005–08). Руководитель медицинской службы ФК "Гамбург" (2008–10). Руководитель медицинской службы ФК "Аль-Хиляль", Эр-Рияд, Саудовская Аравия (2011–12). Врач ФК "Днепр" (2012–17). С 6 июля 2017 года руководитель медицинской службы СК "Днепр-1".
Максим Розенко, специально для "Футбол 24"
