История одесского маэстро: дважды отказался от "Динамо" и Лобановского, забил "Лацио" гол на века, работает в порту
Интервью Любомира Кузьмяка с Анатолием Дорошенко, знаменитым полузащитником одесского "Черноморца" 70-х годов.
Узнавай о победах первым.
Свидетели игры Анатолия Дорошенко утверждают: такого чутья к моменту, видения поля и навыков работы с мячом не было ни у одного другого футболиста. Недаром по результатам одного из голосований полузащитник "Черноморца" вошел в десятку сильнейших футболистов Одессы ХХ века. И это при том, что Дорошенко не реализовал свой потенциал в полной мере.
Переход в "Лацио", приглашение в "Динамо", поездка на Олимпиаду — это лишь вершина списка упущенных возможностей. Впрочем, для "Черноморца" Дорошенко и без этого легенда. Хотя бы потому, что забил первый гол "моряков" в еврокубках.
В последнее время 70-летний экс-футболист редко появляется на публике. Дорошенко работает в одесском порту и активно занимается хозяйством. "Он сейчас на тракторе, на огороде трудится", — говорит жена Анатолия Григорьевича, когда поднимает трубку вместо мужа.
"Привел Коридзе к Буряку: "Футзал? Нет, не надо"
– "Трактор" — это слишком громко сказано. Да, всего лишь два корейских мотоблока, — объясняет Анатолий Дорошенко. — У нас с женой есть квартира в городе, но мы переехали в область, в район Овидиополя. Здесь очень красиво – Днестр впадает в Чёрное море… У нас есть приусадебный участок площадью 50 соток – размером с футбольное поле. Своё хозяйство – это всегда хорошо: у нас есть дети, внуки. Тепличка пригодится.
– Скот и птицу тоже держите?
– Да, выращиваем. Есть у нас и собачки. Когда я только закончил с футболом, мы держали и корову, и бычков, и свинок. Как и все нормальные люди, хотели развиваться, что-то заработать. Ведь по итогам футбольной карьеры я ничего не отложил. Для тех времен это нормально.
– Вы ещё работаете в одесском порту?
– Я – штурман-механик. Управляю судном, моя команда состоит из восьми человек: четверо помощников штурмана-механика и четверо мотористов-матросов. Работаю неплохо, года три-четыре назад был удостоен награды, моя фотография висела на доске почета.
– У вас было необходимое образование?
– Да, я окончил "Рыбку", Национальный университет "Одесская морская академия". Потом дополнительно учился на механика. Кстати, в порту у нас есть замечательная футбольная команда "Портофлот", которую организовал Борис Астахов. Через неё прошло много хороших игроков. Сергея Коридзе, например, все знают.
– Легенда украинского футзала.
– Астахов попросил меня устроить Сергея в "Черноморец". Я взял Коридзе за руку и привел к Леониду Буряку, тогдашнему тренеру: "Замечательный парень, играет на любой позиции. Забивает, отбирает. Лёня, посмотри на него в деле". Буряк спрашивает: "А где он играл?" Я ответил, что в мини-футбол, на что услышал: "А, нет-нет, всё, не надо".
– В любом случае Коридзе не пожалел, ведь в футзале он прекрасно реализовался.
– Как оказалось, всё сложилось, наверное, даже к лучшему.
"Шепель напоминал Герда Мюллера"
– Когда вы описывали футбольные достоинства Коридзе, то в некоторой степени рассказали и о том, каким футболистом были вы: забивали, отбирали мяч и делали хорошие передачи.
– Я был небольшого роста. Начинал со старшими ребятами, немного подглядывал за ними. Но фактически я был самоучкой. Любил играть в одиночку против пятерых, не боялся идти в обводку. Это помогло мне во взрослом футболе. Также я играл в хоккей на первенстве школ. Река Савранка замерзала, поэтому мы устраивали каток. И всю зиму гоняли за шайбой.
– Как вас заметили в небольшом городке в Одесской области?
– Все благодаря турниру "Кожаный мяч". В 6-м классе я попался на глаза селекционеру из школы "Черноморца" Георгию Кривенко. С тех пор начал играть за взрослую команду в чемпионате области. К счастью, всё складывалось без травм – я научился избегать жестких подкатов. Предвидел, как сыграет соперник, как только получал мяч. Это уберегало мои ноги от сильных ударов.
– Вы попали в "Черноморец" в начале 70-х, когда там было много звёзд: Шепель, Зубков, Круликовский.
– В команде было много настоящих футболистов. Просмотр мне устроили во время двустороннего спарринга. Я действовал в своём стиле: обводки, техника, финты. Всё как в матчах на область. После поединка ко мне подошёл тренер и говорит: "Ты знаешь, с кем только что играл? Это же основной состав "Чорноморца". А я случайно их покрутил. Вообще в "Черноморце" ко мне хорошо относились и давали возможность развиваться. Не ограничивали в футбольном творчестве.
"Черноморец-1973"
– Ваш второй сезон в составе "моряков" оказался самым успешным. Команда вышла в Высшую лигу и сразу завоевала историческую бронзу. В чём секрет этой сенсации?
– Процентов 50 – это заслуга тренера Ахмеда Алескерова. Могу рассказать о своём опыте работы с Ахмедом Лятифовичем. Тренер позволил мне брать инициативу на себя. Я мог импровизировать, чувствовал доверие: "Толика, делай то, что у тебя хорошо получается". Я любил отдавать передачи больше, чем забивать голы, я не был карьеристом. А ещё Алескеров подобрал сильный коллектив, который соблюдал игровую дисциплину.
– В плане видения поля вам мог составить конкуренцию Виталий Фейдман. Хотя он был больше ориентирован на оборону.
– Виталик – прекрасный футболист. Жаль, что он слишком рано ушел от нас. Кажется, язва желудка унесла его в 44 года. Техничный, худощавый, живой… Выигрывал все верховые единоборства. Я таких больше не видел в своей жизни. Возможно, по стилю он похож на Беккенбауэра.
– В атаке "Черноморца" играл уже упомянутый нападающий Анатолий Шепель. Один из сильнейших финишеров того времени?
– У нас были хорошие отношения. Анатолий ездил в "Динамо", потом вернулся в Одессу. Мне показалось, что в Киеве его немного перегрузили. А вообще Толик – волевой человек. Чем-то он мне напоминал Герда Мюллера. Отмечу также Степана Юрчишина из "Карпат". С ним мы были в сборной Украины на Спартакиаде. Он ничем не уступал конкурентам в атаке: Блохину и Старухину. Юрчишин техничен, обладает хорошим видением поля, у него было фантастическое чувство позиции.
– Если говорить о комфортном взаимодействии на поле, с кем у вас было идеальное взаимопонимание?
– Очень комфортно чувствовал себя в паре с Владимиром Макаровым. Его в "Черноморец" из Душанбе пригласил Алескеров. В 1979 году Володя погиб в авиакатастрофе с "Пахтакором". Еще один технарь из "Черноморца" – Владимир Родионов, футболист от Бога. Человек идеально играл головой. Володя перепрыгивал Евгения Рудакова из "Динамо" в верховой борьбе. А какими финтами он владел! Научился этому у Берадора Абдураимова в "Пахтакоре". Если бы не травма колена, то Родионов мог бы достичь гораздо большего.
"Был интерес со стороны "Лацио". Но я бы стал "предателем родины"
– За "Черноморец" вы забивали немало красивых голов. Но, пожалуй, самый незаметный гол вы забили в ворота "Лацио". Зато он остался в истории как первый еврокубковый гол для "Черноморца".
– Да, это было не очень сложно. На поле я всегда старался быть внимательным. Следил за всем циклом атаки и не отключался до самого конца. Так было и в тот раз – мяч после удара Али-Заде вратарь отбил в штангу. Фактически он лежал в другом углу, поэтому мне оставалось просто добить в пустые ворота. В той ситуации даже ребенок забил бы гол.
– Ваш партнер Анатолий Рыбак вспоминал о ответном матче в Риме: "Мы переигрывали „Лацио“ и в Италии. Единственное, на нас давила их поддержка. Когда я вышел на поле, все эти петарды и конфетти вывели меня из равновесия. Мы не слышали друг друга даже, находясь на расстоянии двух метров. На 89-й минуте произошло ключевое событие. Судья этого матча — венгр. Я уже вижу здесь политику, ведь чистого нарушения с моей стороны не было. Идет подача с фланга на дальнюю штангу, я отступаю назад, подпрыгиваю, хочу головой продлить полет мяча, но наступаю на соперника".
– Мы потеряли всё на последних секундах. Рыбак действительно сыграл чисто, но итальянец красиво упал. Далее был пенальти – Джорджо Киналья перевёл игру в дополнительное время. Если честно, мне в Риме, наоборот, было легче, не чувствовал давления трибун. Я несколько раз проходил с мячом от своих ворот до ворот соперника. Однажды бил на технику, а нужно было стрелять по воротам изо всех сил. Вратарь вытянул руку и пальцами перевел мяч на угловой.
– Ваша яркая игра в Италии вызвала интерес у местных?
– После матча мне предлагали остаться в Риме. Был интерес со стороны "Лацио". Но куда? Я бы мгновенно стал "предателем родины".
– Читал, что в 1979-м вы забили красавец-гол в ворота "Арарата". Помните его?
– Конечно. Матч подходит к концу, счёт 1:1. Володя Плоскина сместился на правый фланг и отдал мне пас. Бегу и думаю – мяч не дотянусь. Он летит в воздухе, до ворот метров 30… Я левой применился и поймал мяч в воздухе – он пулей полетел. Прямо в "девятку". Вратарь даже руку не успел поднять.
– Несмотря на ключевую роль в тогдашнем "Черноморце", вам не удалось избежать службы в армии. В конце концов, опыт в одесском СКА не был для вас негативным?
– Придумать что-то – нереально. Я учился в институте, у меня было свободное посещение. На соревнования брал с собой книги по физиологии и анатомии. Чтобы отсрочить армию, мне посоветовали уйти в академический отпуск на год. Однако потом всё равно пришлось связать свою жизнь с армией. Я попал в СКА и должен признать, что чувствовал себя там счастливым. Мы всех побеждали во Второй лиге. Если болельщик опаздывал на матч на 15 минут, то к этому времени СКА уже выигрывал 4:0. Игорь Иваненко, братья Мали много забивали…
– Но из-за армии вам пришлось пойти на существенное понижение – вместо Высшей лиги вы играли во Второй лиге.
– В СКА на этом уровне я приобрел важные навыки в плане ведения игры – мне приходилось часто брать инициативу на себя. Конечно, были и минусы – преодолевать на автобусе тысячи километров по всему Союзу не очень нравилось… Удовольствия никакого. Но это компенсировалось классным коллективом и хорошей материальной поддержкой.
"С тех пор как кацапы к нам полезли, я даже удочку в руках не держал"
– В 1978 году вы впервые едете играть за пределы Одессы. Как себя чувствовали в никопольском "Колосе"?
– Там я получал море удовольствия от игры, от общения. Проявил себя в матче за СКА против "Колоса", после чего вечером увидел у себя в номере Геннадия Жиздика – он и предложил переехать в Никополь. Сама встреча была необычной. Я зашел в комнату, где жил с Сашей Мухой из Симферополя, и вдруг увидел представителя "Колоса". Геннадий Опанасович протянул левую руку, поздоровался. Как известно, правую руку он потерял на войне.
– О дуэте Жиздик-Емец ходят легенды.
– Они великие профессионалы, психологи. Могли настроить команду против любого соперника. Помню, играли мы на Кубок с Запорожьем. "Металлург" – представитель Первой лиги, мы – на ступеньку ниже. Обиграли их! Потом сражались с тбилисским "Динамо". Команда Высшей лиги — против них было интересно и легко играть. Другое дело, что вмешались внефутбольные обстоятельства, и "Колос" просто не смог пройти в 1/8 финала. Нам просто сказали, что выиграть мы не можем. Это одна из причин, почему я ушел из "Колоса".
– Ваш второй приход в "Черноморец" оказался не таким успешным?
– В Никополе мне предлагали в несколько раз лучшие условия, но я хотел домой. "Черноморец" строил новую команду, и я горел желанием снова попробовать свои силы. Позже, в 1982 году, когда я уже успел отыграть сезон за "Кривбасс", меня вызвали в обком партии: "У нас всё согласовано — забираем тебя в "Днепр". Команду тренируют Жиздик и Емец. Пройди медосмотр, тебя ждут". Я сел на велотренажер, и в какой-то момент аппарат показал перебои в работе сердца.
– До этого вы не знали о проблемах?
– Я должен был ехать на Олимпиаду-1980. Провел месяц сборов с олимпийской сборной Константина Бескова. Но после насыщенных занятий в зале на искусственном покрытии начались проблемы. К чему ни прикоснешься – всё бьёт током, как под напряжением. Кислорода мало, дым повсюду стоит. Я сам подошел к Бескову и сказал, что не выдержу. "Отдыхай, скоро мы едем на сборы в Италию", – ответил Константин Иванович. Но я отказался и отправился на обследование. За три недели обследований тогда ничего так и не нашли. Из-за проблем со здоровьем я отказался от "Динамо".
– Под руководством Валерия Лобановского вы играли в сборной Украины на Спартакиаде 1979 года. Тогда он приглашал вас в "Динамо"?
– Дважды. Однако от меня ничего не зависело. К сожалению, уровень развития медицины в то время не позволял диагностировать причину сбоев в работе сердца. Как оказалось, у меня была нейтральная кислотность. Её нужно было повышать с помощью определённого рациона: сухое вино, яблочный уксус. Тогда все ферменты работали бы как положено.
– Фактически в расцвете сил вам пришлось приостановить футбольную карьеру?
– Думаю, всё не ограничилось бы "Динамо". Я попал бы и в сборную. Валерий Васильевич ко мне прекрасно относился, давал возможность проявить себя на поле, я пользовался полным доверием. "Играй в свой футбол", – говорил Валерий Васильевич. На самом деле я сожалею – надо было соглашаться и лететь в "Динамо" как можно скорее.
– Просто не поверили в свои силы?
– Боялся, что здоровье не позволит. Я и с футболом из-за этого закончил. Теперь остаётся только вспоминать прошлое и сожалеть. Бывает, отправляюсь на рыбалку и вспоминаю. Я же вырос на Южном Буге. Люблю ловить сомов — таких огромных! Но сетью никогда не пользовался — я не браконьер.
– Сейчас не рыбачишь?
– С тех пор как кацапы к нам полезли, я даже удочку в руках не держал. Настроения нет. Да и не только у меня. Надо сначала их выгнать из Украины. Тогда и настроение вернётся, и снова можно будет на рыбалку поехать.