Автобиография Озила: когда он смирился с поражением от "Шахтера" в финале Кубка УЕФА и почему его взволновало заключение Юлии Тимошенко
"Футбол 24" прочитал автобиографию чемпиона мира 2014 года в составе сборной Германии Месута Озила. И обнаружил в ней украинский след.
Узнавай о победах первым.
Томас Шааф заставил "Вердер" наблюдать за награждением "Шахтера"
Месут хорошо выспался перед стамбульским финалом Кубка УЕФА 2009 года: он чувствовал себя способным заменить дисквалифицированного Диего и оправдать возложенные на него надежды. Но в то же время он признает, что сыграл против "Шахтера" слабо: "Любая инициатива, которую я предпринимал на поле, проваливалась. Мои внутренние антенны, которые обычно точно сканируют поле, работали с перебоями. Мне не хватало легкости, спонтанности и напора".
Озил выбрал "Вердер" среди других клубов, которые интересовались им, из-за тренерского видения Томаса Шаафа. Немецкий специалист настаивал, что его команда должна играть в свой футбол — чтобы соперник реагировал на действия "Вердера", а не наоборот. Но в стамбульском финале бременцы, по мнению Озила, делали именно то, от чего Шааф хотел предостеречь свою команду: "Вердер" реагировал на действия "Шахтера", забыв о собственной творческой игре.
"Должен сказать честно: во время матча в Стамбуле мне хотелось, чтобы судья дал финальный свисток уже через 60 минут после начала игры. Я был готов умолять его, чтобы он положил конец нашим страданиям. Я довольно быстро пришел к выводу, что сегодня — не наш день, прежде всего не мой".
Озил признается, что после финального свистка ему хотелось только одного: сбежать с поля как можно быстрее. Он не был настроен смотреть, как игроки "Шахтера" поднимают выигранный Кубок УЕФА. Но сбежать не удалось — Томас Шааф заставил свою команду следить за награждением победителей. Тренер "Вердера" сделал это для того, чтобы бременская команда не упала духом: через полторы недели Месута и его партнеров ждал второй финал сезона – решающий матч за Кубок Германии с "Байером".
Шааф собрал своих подопечных в круг и выступил с мотивационной речью: "Я хочу, чтобы вы сейчас сразу забыли об этом матче. Мы могли бы начать разбирать ошибки. Мы могли бы начать искать виновных. Но будет лучше, если мы просто забудем об этом и порадуемся предстоящему финалу в Берлине. Вся Германия будет смотреть на нас. Всем интересно увидеть, сумеем ли мы оправиться. И знаете что? Еще как сумеем. Мы докажем это Германии. Выбросьте Стамбул из головы! Предвкушайте Берлин. И на следующей неделе праздновать будем мы! И никто другой!"
Озил вспоминал свои переживания в тот момент следующим образом: "Кусочки оранжевой бумаги прилипали к моей разгорячённой коже. Я стряхивал их с себя, я такого не заслужил. Они не должны были падать на меня, я не хотел их чувствовать".
В тот вечер бременскую команду поддержали болельщики. Вместо того чтобы рвать на себе волосы из-за проигранного финала, они, наоборот, подбодрили любимцев. Озил: "Ни одного свиста. Ни одного недовольного возгласа. Ни одного упрека. Вместо этого они просто скандировали в едином порыве: "Берлин, Берлин, мы едем в Берлин!" Болельщики "Вердера" тогда проявили себя на самом высоком уровне. Их слова заглушили нашу боль. Они облегчили наше состояние и помогли пережить это горькое поражение, которое, как ни старайся, нам не забыть..."
Кстати, тот финал Кубка Германии "Вердер" выиграл у "Байера" — 1:0. Угадайте, кто забил единственный гол на 58-й минуте.
Юлия Тимошенко? Три рекомендательных формулировки на выбор
Также на страницах книги неожиданно упомянута бывший премьер-министр Украины Юлия Тимошенко. Перед Евро-2012, который прошел в Польше и Украине, Немецкий футбольный союз (DFB) дал игрокам своей национальной команды рекомендации относительно ответов на те или иные вопросы журналистов, поскольку DFB предполагал, что украинские журналисты могут спросить немецких игроков о политической заключенной Юлии Тимошенко, которая на тот момент находилась в заключении. Озил утверждает, что игрокам сборной Германии предложили три рекомендательных формулировки для ответа, которые можно было использовать по своему усмотрению. Функционеры не сочли уместным, чтобы члены сборной Германии в принципе высказывались по этому вопросу.
Озил: "Считаю проявлением ответственности решение Немецкого футбольного союза обеспечить нас такими заготовками. Игроки национальной сборной не оказались брошенными на произвол судьбы, нас подготовили заранее. Было бы самонадеянно считать, что подобные внутренние распоряжения являются следствием превышения полномочий руководством сборной или приводят к ограничению свободы слова. В то же время важно, чтобы у игрока не сложилось впечатление, что его пытаются заставить отказаться от собственных убеждений. Подобные заготовленные ответы должны быть лишь подсказками или рекомендациями — чтобы не ограничивать нашу самостоятельность. Мой принцип таков: никому не позволять диктовать, что, когда и где я должен говорить. Никто не смеет навязывать мне своё мнение, даже Немецкий футбольный союз.
Кому бы это принесло пользу, если бы я высказался тогда по поводу украинского конфликта во время чемпионата Европы? Абсолютно никому! Впрочем, тот факт, что Евро проходил именно на территории Украины, был примечателен. Почему? Потому что, в частности, с помощью благотворительной организации BigShoe, в спонсировании которой я принимал участие, удалось улучшить положение нескольких детей".
Благотворительная организация BigShoe заботится о тяжелобольных детях, которые никогда не смогли бы получить необходимую медицинскую помощь. Вы, наверное, помните, как во время Евро-2020 Александр Зинченко профинансировал приезд во Львов известного немецкого хирурга Клауса Экснера, который провел в Украине около 30 операций детям с врожденными и приобретенными пороками. Все это было сделано в рамках сотрудничества с BigShoe.
Что ещё интересного можно узнать из автобиографии Озила?
Не определился со своей национальной идентичностью
В середине 60-х годов XX века между Германией и Турцией был подписан договор о привлечении рабочих, сотни тысяч турецких граждан получили рабочие визы. Среди них оказались оба будущих деда Месута, которые отправились из турецкого города Зонгулдак в поисках лучшей жизни. "При этом о каких-либо языковых курсах по договору с Германией, по крайней мере для моих дедушек, речи не шло. На предприятиях были переводчики, которые переводили рабочие инструкции и распоряжения руководства. Расходы на изучение немецкого языка дедушкам казались лишними. Ведь они не планировали задерживаться в Германии надолго", – рассказал футболист.
Но жизнь внесла свои коррективы, и впоследствии к мужчинам в Германию переехали жены, которые взяли с собой детей. Так родители Месута оказались в Германии. "В какой-то момент мои деды обручили своих детей – мама должна была выйти замуж за папу, когда подрастёт. При этом им не удалось как следует познакомиться друг с другом до свадьбы. У них не было никаких свиданий. Их брак был заключен по решению родителей, так, как это было принято раньше".
Поскольку самим родителям немецкий язык не был нужен, они спокойно общались на турецком и считали, что их дети тоже легко обойдутся без знания немецкого. Теперь тот факт, что родители Месута с детства не разговаривали с ним по-немецки, кажется футболисту большим упущением — до четырёх лет он лепетал исключительно на турецком языке, а затем столкнулся в школе с большими проблемами при изучении немецкого.
"Пока я рос, нередко задавал себе вопрос: кем же себя считать? Турком? Или всё-таки немцем? Действительно ли я привержен турецкой культуре? Или, скорее, онемел? Пожалуй, не выберу ни один из этих вариантов. Я ни то, ни другое", — отмечает Озил в своей автобиографии.
Он религиозен и исповедует ислам, но в то же время не соблюдает пост из-за несовместимости последнего с образом жизни профессионального спортсмена.
Озил: "Оглядываясь назад, я понимаю, что принадлежность сразу к нескольким культурам, осознанная в детстве, определила мою дальнейшую карьеру".
Хотел перейти в "Барселону", но Гвардиола так и не перезвонил
Когда Озил восхищал своей игрой в "Вердере", к нему проявили явный интерес пять клубов: "Арсенал", "Манчестер Юнайтед", "Бавария", "Барселона" и "Реал". Чтобы выбрать наиболее подходящий для себя вариант, Месут составил список плюсов и минусов каждого клуба. Напротив "Барселоны" было не менее десяти плюсов: "круто играют", "партнеры по команде — Хави, Иньеста и Месси" и так далее. Ради этих преимуществ Озил был готов согласиться на переезд в Каталонию.
"До этого приезда в Каталонию я почти не колебался. "Барселона" казалась правильным выбором. В те годы с ними никто не мог сравниться. Самым большим удовольствием было наблюдать за волшебными комбинациями, которые они разыгрывали на поле. Они были способны выполнять двадцать-тридцать передач друг другу с такой виртуозной точностью, что их движения казались танцем".
Но решающим фактором, повлиявшим на отказ "Барсе", стало нежелание Пепа Гвардиолы знакомиться с немецким полузащитником. Когда Озил прибыл в Каталонию на переговоры, он не застал Гвардиолу на месте. Ему ответили, что тренер уехал в отпуск. Самому Месуту не понравилось не столько это, сколько тот факт, что Пеп не перезвонил ему позже. И даже не прислал короткое сообщение.
Зато Жозе Моуринью боролся за подписание Месута и даже включил его в ориентировочный стартовый состав "Реала" ещё до официального приобретения. Это стало решающим фактором при выборе следующего клуба.
Ушел из "Реала" в "Арсенал" из-за отца: тот стал его агентом и поссорился с Флорентино Пересом
Перейдя в "Реал", Месут сделал своего отца Мустафу своим агентом и вскоре очень сильно об этом пожалел. Через три года отец потребовал повышения зарплаты для своего сына ради продления контракта, но после первого же отказа вышел из кабинета президента клуба Флорентино Переса, громко хлопнув дверью.
С тех пор пути назад не было: двое упрямых людей так и не смогли помириться, и сам Озил начал новый сезон на скамейке запасных. Чтобы не заржаветь в резерве, Месут позвонил поклоннику своего таланта — главному тренеру "Арсенала" Арсену Венгеру — и попросился в Лондон. Его переход был оформлен в срочном порядке — менее чем за час до закрытия трансферного окна.
Перейдя в "Арсенал", Месут решил, что Мустафа больше не может заниматься его агентскими делами, а отец принял решение сына слишком близко к сердцу. Он настолько обиделся и разозлился, что удалил его страницу в Twitter — именно ему принадлежали права администратора. После этого случая полузащитник "Арсенала" лично ведет страницу в соцсети. "Ни одна соцсеть не нравится мне так, как Twitter. Особенно своей лаконичностью: максимум 140 знаков. Без прикрас".
Что касается отца, то с ним Месут уже давно помирился.
