"Забивал "Спартаку" на любой вкус –, реагировал на красную форму": владелец бани, который мог стать легендой "Динамо" и "Карпат"
Интервью Любомира Кузьмяка с Матвеем Бобалем-старшим. Он стучал в двери звездного "Динамо" 70-х, Лобановский не хотел его отпускать, но...
Все новости ЧМ-2026 в один клик.
Захожу в небольшой дворик рядом с ужгородским стадионом "Авангард". На небольшой территории разместились своеобразный закарпатский паб и баня. Еще на улице слышны крики комментатора и шум трибун — хозяин заведения занят просмотром футбола. "Смотрю MLS, только посмотри на трибуны, все забито", — встречает меня с азартом в глазах Матвей Бобаль, хозяин паба.
В темном помещении, освещаемом несколькими тусклыми лампами и мерцанием телевизора, вспоминаем карьеру Матвея Матвеевича. В ней переплелись Лобановский, Секеч и Мосягин, а также Киев, Львов и Запорожье. Практически каждый этап полон драматизма и волнений: уход из "Динамо", выяснение отношений в "Карпатах", нереализованный пенальти за сборную. Бобаль не скрывает – всё это длинная цепочка ошибок и упущенных шансов. Рассказывает о них откровенно и с заметной грустью в голосе. Всё могло сложиться иначе.
"Не послушал Лобановского и ушел в "Карпаты"
– Работаю заместителем директора стадиона "Авангард". Это мой третий приход. В свое время исполнял обязанности директора этой арены. Сейчас на мне много административных обязанностей – занимаюсь подготовкой полей для детей. Без этого развитие футбола невозможно. У нас есть искусственное поле, три травяных и одно небольшое поле размером 60х40 для 12-летних детей.
– Параллельно занимаетесь предпринимательской деятельностью?
– Управляю баром и сауной. Однако они уже изжили себя.
– В своё время ваша баня была известна на весь Ужгород?
– Было такое. Открыл её в 1999-м. Цель проста – качественное восстановление игроков в бане после матчей. Это замечательный метод для организма спортсмена. Сейчас, конечно, в городе есть более современные комплексы с охлаждающими установками. У меня этого нет. Хотя ребята из СДЮШОРа ещё приходят.
– Кто был вашим самым звездным гостем?
– За эти два десятилетия их было множество: от Демьяненко до Гамулы. Когда-то и весь состав "Миная" заглядывал. Разные команды приезжали на сборы – тоже приходили попариться.
– Андрей Федецкий называл вас "футболистом от Бога, который не полностью себя реализовал". Согласны с этим утверждением?
– Я в те времена был слишком самоуверен. Это сыграло со мной злую шутку. Хотел всем что-то доказать. Даже в "Динамо" Лобановскому пытался доказать свою правоту. Хотя сейчас считаю, что тогда Валерий Васильевич был прав. Тренер делал всё правильно. Лобановский опередил своё время – современный футбол частично основан на его идеях. Всё новое – это хорошо забытое старое. Кто бы что ни говорил.
– В чём заключались ваши ошибки?
– Прежде всего стоит сказать, что их накопилось много. Первая и главная – моё решение покинуть "Динамо" в 1979-м. "Матвей, в "Динамо" очень трудно попасть. А ты уходишь по собственной воле", – пытался убедить меня Валерий Васильевич. Но я не послушался и ушел в "Карпаты".
– Во Львове вы тоже не задержались надолго.
– Попал не в лучшее время. Коллектив хороший, но разделился на две группировки.
– Ваш земляк и партнер Иосиф Микуланинец уверял, что вы выбрали "не тот лагерь". Ошибочный выбор?
– Фактически решение принимал я, а Иосиф просто был со мной солидарен. К сожалению, всё из-за известной истории с разделением "Волги" между ведущими игроками "Карпат" Степаном Юрчишиным и Львом Броварским. Нам нужно было сохранять нейтралитет.
"Классный руководитель встретил мою маму: "Что с вашим сыном случилось?"
– Ваши партнеры говорили, что вам всё давалось легко. Обладали особыми способностями?
– Вот здесь, за углом, стадион, ты сам видел. А я жил через дорогу. Я не мог не стать футболистом. Вот только один факт – как-то мой классный руководитель встретил мою маму на улице: "Что с вашим сыном случилось?" Мама удивилась – каждый день давала мне 50 копеек и думала, что я прилично отправляюсь в школу.
– Хитрил?
– Выходил из дома, поворачивал за угол и бежал на стадион. Там проводил весь день. В школу месяцами не ходил. Учеба действительно давалась легко. Говорю нынешним детям, чтобы не думали, будто Месси и Роналду не тренируются. Наоборот, они безумно много работают. Я тоже без остановки бегал с мячом. Придумывал разные трюки: жонглировал, играл в "американку" через сетку, пытался попасть в баскетбольное кольцо.
– В 1977 году вас пригласили в юношескую сборную СССР, и вы даже сыграли на Евро U-18.
– Команда собралась просто фантастическая! Чанов, Думанский, Хидиятуллин, Глушаков, Полукаров, Журавлев, Саулевич, Таран, Черемисов. И в той команде я был капитаном.
– Кто считался самым талантливым?
– Лично мне нравился Хидиятуллин – такие бойцы, как он, всегда импонировали. Ногу никогда не убирал. Знаешь, такой правильный татарин, никогда не "сачкал". Также я неплохо взаимодействовал с Тараном. Запускал его в ход и кричал: "Олег, беги!" А он бежал и забивал.
– Сборная вышла в полуфинал Евро U-18, однако уступила Бельгии в серии пенальти. Свой удар вы не реализовали.
– Бил последним и промахнулся. Буквально через два месяца я должен был ехать в составе сборной ещё и на чемпионат мира в Тунис. Но я снова неправильно отнесся к тренеру, некрасиво отреагировал на слова Сергея Мосягина после матча с бельгийцами. Мало того, что не забил, так ещё и в раздевалке начал своё "я" некрасиво проявлять.
– Мосягин поэтому и не взял вас в Тунис?
– Да, после этого конфликта путь в сборную для меня был закрыт.
– Ваша некорректная реакция была ответом на замечание тренера по поводу того пенальти?
– Сергей Михайлович сделал замечание, а я вышел из себя. Парень 18-летний… Не могу найти объяснения своему поступку.
"Все думают, что с Блохиным трудно. Но нет, Олег — как все нормальные люди"
– Как вы попали в киевское "Динамо"?
– Мне только исполнилось 14. Неплохо сыграл на одном из турниров – забивал по 2–3 гола в каждом матче. После соревнований подошёл Ярослав Дмитрасевич, убеждал поступить во Львовский спортинтернат. А ещё из Киева пришло приглашение. Как-то к нам приехала чёрная "Волга" – пожилые люди тогда боялись таких визитов. Оказалось, что это Фёдор Медведь приехал, чтобы убедить отца. Папа лишь поинтересовался, что будет с моим обучением в школе, на что Медведь тактично ответил что-то вроде "это не ваши проблемы". Посадили меня в машину, и утром я уже был в столице.
– В Киеве занимались в группе у Вадима Соснихина?
– Не совсем. С ним я исключительно на турниры ездил. Я уже в "Динамо" выступал, меня дополнительно отправляли на соревнования U-16. Потом играл за дубль – мы, как обычно, выигрывали чемпионат Союза. Лобановский периодически забирал нескольких ребят из молодёжной команды. Поэтому я довольно часто попадал в "двадцатку" избранных на тренировки с основным составом.
– Из тогдашнего дубля "Динамо" вышло множество классных футболистов.
– Только вратари какие: Москаленко, Юрковский и Сивуха. В обороне – Зуев и Дамин, в атаке – Шарий, в опорной зоне – Бойко. Особенно легко было с Бойко – подбирал за Сашей мячи и разгонял атаки.
– За дубль вы немало забивали, особенно страдал "Спартак". Любимая команда?
– Отличный раздражитель. Наверное, я так на их красную форму реагировал (улыбается). Я забивал им на любой вкус. Доходило до смешного. Даже по воротам не бил, но мяч всё равно оказывался в сетке. Вот как Шевченко забил Филимонову – так и я однажды запустил в ворота "Спартака".
– В составе киевлян вы провели только один матч в 1979-м против "Пахтакора".
– Мне ещё не исполнилось 20, когда Валерий Васильевич поставил меня в стартовый состав на игру в Ташкенте. Номинально я закрывал позицию правого полузащитника вместо Владимира Верёмеева. За несколько дней до матча я догадывался, что дебютирую, ведь тренировался с основным составом в рамках недельного цикла.
– Вы даже могли забить – попали в перекладину.
– Да, а Олег Блохин упустил шанс добить в пустые ворота.
– Олег Владимирович в быту. Какой он?
– Все думают, что с Блохиным было тяжело. Но нет, Олег – как все нормальные люди. Никакой высокомерности или некорректного отношения. Коллектив в Киеве был хороший. Возможно, у меня были проблемы только с Анатолием Коньковым. Создавалось впечатление, что он меня недолюбливал. Во всяком случае, у нас из-за тренировок постоянно возникали столкновения, толкания и выяснения отношений. Лобановскому это нравилось.
– Это свидетельствовало о неравнодушии футболистов?
– Такая себе "затравка". Мы с Коньковым традиционно выходили на тренировки в разных командах. Видимо, не зря. В конце концов, все закарпатцы немного дерзкие на поле: ещё со времён Комана и Сабо. Я тоже мог локти выставить.
"Атмосферу могли портить люди, которые крутились вокруг "Динамо"
– Даже хорошая атмосфера в коллективе не мешает разделению на более мелкие группы по интересам. Бывало ли такое в "Динамо"?
– Атмосферу могли портить люди, которые крутились вокруг команды. Они могли намеренно провоцировать и распускать слухи. Мол, мы вчера выпивали с игроками "Динамо". Хотя обычно это была чепуха и выдумка. Но люди же поверят. Бесспорно, свои группировки существовали. Я, например, ближе дружил с Тараном, Безсоновым, Хапсалисом, Сивухой и Мальком.
– Сергей Малько был звездой в Харькове, неплохо выглядел в Днепре, но своим в Киеве стать не смог. Почему?
– Не каждому по силам закрепиться в "Динамо". Могу только заверить, что и человеческие качества, и футбольные навыки у Сергея были на высоком уровне. Простой и добрый в быту. Это прозвучит странно, но Сергея мы называли Иваном. Помню, у него была куртка с надписью "IRAN" на спине. Мы подрисовали одну букву, и после этого Сергей стал Иваном.
– Через несколько месяцев после вашего матча с "Пахтакором" произошла трагедия, в которой погибла вся ташкентская команда. При каких обстоятельствах вы узнали об авиакатастрофе?
– Утром вышли на зарядку, и нам сообщили об этом ужасе. Мы ещё переживали, не было ли в том самолёте Олега Базилевича – к счастью, он не летел с командой. Для меня эта трагедия стала знаковой ещё и из-за смерти товарища. В небе над Днепродзержинском погиб Равиль Агишев, 20-летний парень, которого я знал по сборной. Мы тесно общались за пределами поля. Я потом даже пытался связаться с его родными – все тщетно.
– Как Валерий Лобановский вел себя после неудачных матчей? Например, в раздевалке после игры в Ташкенте.
– Он не был тем тренером, который устраивает жесткий разбор по горячим следам. По крайней мере, я этого не видел. Валерий Васильевич говорил тихо, четко и размеренно. Это тренер, футбол которого будет актуален еще сто лет.
– Александр Бережной озвучил свою версию, почему вы покинули "Динамо". Мол, не выдерживали нагрузок.
– Да ладно, дело не в этом. Я был выносливым и нормально переносил тренировки в Киеве. Футбол Лобановского основывался на мощной физической подготовке.
"Сделал ошибку, когда отказался от предложения "Днепра"
– Почему выбрали именно Львов после ухода из "Динамо"?
– Предложили хорошие условия – Иштван Секеч сразу всё озвучил. Квартиру в центре города на площади Мицкевича выделили. Она была такой огромной, что я мог в ней на автомобиле ездить. Однако впоследствии и львовскую квартиру покинул – вернулся в родной Ужгород. А потом меня позвали из Запорожья.
– Ваш дебют в чемпионате за "Карпаты" оказался особенным. Хотя команда и проиграла ЦСКА, вы, тем не менее, отличились забитым голом. Настоящая удача?
– Во Львове я с первых дней чувствовал себя как дома. Да и коллектив был хорошим. Мой гол – результат большого курьеза. Я подавал угловой в те ворота на "Дружбе", что ближе к раздевалкам. Так закрутил на ближнюю штангу, что вратарь москвичей Владимир Астаповский залетел в сетку вместе с защитником и мячом.
– "Сухой лист"?
– Наверное, если бы я ещё 50 раз так пробил, то больше ни разу бы не попал. Это сумасшедшая удача! Кстати, запомнил один факт – тот гол оказался 800-м для "Карпат" в чемпионатах СССР. Приятно.
– Писали, что в конце встречи на поле якобы бросили взрывчатку. Помните что-то подобное?
– Кажется, какой-то взрыв был. Ну, взрыв-то взрыв – шум, похожий на петарду. Но я не помню, чтобы матч останавливали. Сейчас на трибунах 400 человек, а тогда гул был сильный, сложно сориентироваться на поле.
– Через пять дней "Карпаты" играли в гостях в Москве, где уступили "Спартаку" 0:3. Своей "любимой" команде не забили?
– К сожалению, не сложилось. Это была моя последняя игра за "Карпаты" – впоследствии я вернулся в Ужгород. Помимо упомянутого недоразумения в коллективе, меня не устраивала роль игрока, который не выходит стабильно в составе. Когда вернулся в "Говерлу", то только и ждал, когда пригласят в более сильную команду. Просто во Второй лиге было неинтересно.
– Приглашение из Запорожья оказалось единственным?
– Самый привлекательный вариант – "Днепр", который вернулся в Высшую лигу. Емец и Жиздик звали к себе. Считаю, что совершил ошибку, когда отказался. В Запорожье не было стабильности, тренеры часто менялись. Сначала поставили Юрия Захарова из "Шахтера", потом Юрия Севастьяненко, который тренировал в Марокко и Саудовской Аравии. А потом назначили Александра Томаха. Непросто в таких условиях показывать качественный футбол.
– Зато у "Металлурга" был мощный состав: Шарипов, Шарий, Шангин, Шахов.
– Когда Женя Шахов в "Днепре" раскрылся, я не поверил. Он там великолепно выглядел, хотя в "Металлурге" не был лидером. Очень хорошо проявил себя Александр Гуржеев, который в Высшей лиге спокойно мог играть.
"Среди бела дня в наш дом ворвались преступники"
– В Запорожье вы не продемонстрировали своих лучших качеств. Почему снова вернулись в Закарпатье?
– Приглашений из элитного дивизиона не было, в Первую лигу идти не хотел. Думал о родных, хотел обеспечить их материальной базой. Дома предлагали неплохие условия. А потом появился вариант с судейством. Закарпатское трио Теметев – Пфайфер – Варга сменилось на тройку младших: Онуфер, Сельменский и я. Советами и поддержкой мне очень помог Фёдор Варга, который до судейской карьеры играл за одесский СКА и луганскую "Зорю".
– Вы были склонны к полноте?
– Нет, у меня был традиционный вес – 69 килограммов. Никто не знает, чем в советские времена кормили футболистов, какие лекарства давали. Посмотри, сколько людей преждевременно ушли из жизни. Я следил за здоровьем, режим не нарушал. Пиво не любил, максимум — шампанское. У меня такое телосложение — чем-то на Анатолия Пузача был похож. Он был помощником Лобановского и очень любил меня.
– Почему вы бросили судейство?
– Занялся бизнесом. Понял, что это прибыльное дело. А срок работы неопределённый, начал ездить за границу. Старался помогать бывшим партнёрам, частично финансировал футбол в Закарпатье. Хотя бизнес повлек за собой проблемы.
– Конкуренция?
– Мой сын Матвей и Адриан Пуканич как раз прошли просмотр и попали в "Шахтер" – я всё это организовывал. Среди бела дня в наш дом ворвались преступники, связали всю семью и забрали крупную сумму денег. Двоих из этих злоумышленников уже нет в живых.
– У вас два сына и дочь, и все занимались спортом. Ваша инициатива?
– Нет, это их собственный выбор. Старший, Матвей, – футболист, Юрий и Наталья – теннисисты. Дочь – мастер спорта по теннису, сейчас тренирует детей.
– Матвей отлично проявил себя на уровне Первой лиги.
– У него потенциал лучше, чем у меня. Бог наградил его хорошим футбольным ростом – 182 сантиметра. А ещё у него отличная скорость и голевое чутьё. Матвей до сих пор в списке лучших бомбардиров в истории лиги. Да и дважды подряд становился лучшим голеадором сезона в Первой лиге в составе симферопольского "ИгроСервиса".
– Сейчас вы бы построили свою жизнь по-другому?
– На 101 процент. К сожалению, изменить уже ничего нельзя. Хочу предостеречь детей от своих ошибок. Часто общаюсь с ребятами 2005 года рождения из ужгородской ДЮСШ. Убеждаю, что нужно усердно работать. Сейчас я бы не час и 40 минут занимался, а по 6–7 часов выкладывался. Объясняю на примере Неймара. Показываю фото, где он на собственном вертолете прилетел в Бразилию. Говорю, что всё реально — нужно выходить на поле, выкладываться и много работать. Просто нужно прилагать усилия, тогда всё возможно.