"Победили „Динамо“, а ощущение такое, будто выиграли чемпионат мира": звездного пенальтиста 90-х называли Зиданом, а он танцевал ламбаду"
Интервью Любомира Кузьмяка с Виталием Пантиловым – — легендой Высшей лиги 90-х, который играл в обороне и полузащите мариупольского "Металлурга", "Кривбасса" и "Звезды".
Узнавай о победах первым.
Украинский футбол начала 90-х — это не только болотистые поля, проблемы с инфраструктурой, судейский произвол и непрерывная борьба на поле. Нашу Высшую лигу украшали сотни классных футболистов со своими фишками и уникальной харизмой. Одним из таких был Виталий Пантилов, футболист запорожского и мариупольского "Металлургов", криворожского "Кривбасса" и кировоградской "Звезды".
Он умел выделяться даже среди уникального футбольного антуража. Это человек, который устраивал шоу — забивал серии пенальти и незабываемыми танцами отмечал забитые голы. "В футболе мне больше всего нравилось доставлять радость людям", — как-то сказал Пантилов. Сейчас Виталий Алексеевич работает в закарпатской футбольной академии "Мункач" и очень страстно предан своему делу.
Договариваемся о встрече сразу после матча его команды U-17 во Львове против "Карпат". Однако всё складывается максимально драматично. Гости упускают несколько возможностей забить, а впоследствии подопечный Пантилова промахивается с пенальти. Расплата наступает в компенсированное время, когда львовяне забивают единственный гол в матче. Эмоции тренера "Мункача" сложно передать словами — ещё во время матча он полностью срывает голос, а после финального свистка долго не может прийти в себя. Только спустя некоторое время, сделав длительную паузу, мы начинаем разговор.
"Понимаю почти все диалектизмы"
– Виталий Алексеевич, привыкли к жизни в Закарпатье?
– В июне исполнится два года, как я переехал из Никополя. На самом деле это новая среда и сильный контраст для меня. Но уже могу сказать, что чувствую себя как дома. Быстро влился в коллектив, провел набор ребят – сформировал практически новую команду. Сейчас в коллективе осталось только четверо ребят из той команды U-15, которую я тогда принял.
– Вы живете в колоритном регионе. Успели выучить местные слова?
– Да, уже понимаю почти все диалектные выражения. Сначала эти выражения казались необычными, но теперь я знаю их значение. Важно, что условия работы в академии хорошие: подружился в коллективе со всеми, доволен общением с руководством.
– Закарпатье всегда было кузницей замечательных футболистов. А как сейчас обстоят дела с местными талантами?
– Считаю, что не только там много одарённых ребят – по всей Украине талантливых детей предостаточно. Например, пятеро ребят из моей команды родом из Львовской области. На мой взгляд, есть два ключевых момента: нужно уделять больше внимания работе с детьми и улучшать инфраструктуру. А всё остальное обязательно придёт. Каждая область Украины имеет своих потенциальных звёздочек.
– Скучаете по родному Никополю?
– Безусловно. За всё это время я бывал дома только дважды – оба раза приезжал на Новый год.
– Раньше вы работали в ФК "Полтава" и помогали Александру Омельчуку. Где сложнее: во взрослом или детском футболе?
– Проще работать с профессионалами, которые полностью сформировались как личности. Они взрослые и знают, чего хотят от футбола и от жизни в целом. У детей есть свои особенности, связанные с физиологией и другими аспектами. На кого-то нельзя повышать голос, кто-то – лучше так понимает. То есть интересно везде, просто есть свои особенности. Мой опыт в детском футболе очень увлекателен.
"Люди сидели на деревьях и заборах"
– В Никополе проживает чуть больше 100 тысяч человек, но этот город подарил нашему футболу десятки замечательных футболистов: от Яковенко до Закарлюки. В чём секрет?
– А ещё Беженар, Кирюхин, Бабич, Топчиев, Омельчук, Кудрицкий и многие другие. Главная причина – качественная работа местного спортинтерната "Колос" в селе Чкалово, рядом с Никополем. Если перечислить имена тех ребят, которые начинали вместе со мной, то наше поколение действительно можно назвать великим.
– Еще в детстве у вас была возможность наблюдать за игрой местного "Колоса", который несколько раз оказывался в шаге от выхода в Высшую союзную лигу.
– Я попал в интернат в 5-м классе, когда мне исполнилось 12 лет. Я подавал мячи на матчах того "Колоса" в начале 80-х. Для меня каждый игрок того "Колоса" — любимый. Чего стоит вратарь Сергей Кириенко или нападающий Георгий Колядюк. В Никополе их знал каждый житель.
– Проходит несколько лет, и вы становитесь частью этой мощной команды. Вам только-только исполняется 18, и вы выходите в стартовом составе на кубковый матч со "Спартаком". Очень волновались?
– Это еще мягко сказано. Молодой парень играет против Дасаева, Суслопарова, Шалимова, Черенкова и Мостового. Можно только представить, что я чувствовал. Сначала ноги сильно дрожали, но потом я успокоился и летал в подкатах. "Спартаку" мы дважды проиграли со счётом 0:3, но на предыдущем этапе "Колос" прошел московское "Динамо" с Игорем Добровольским в составе.
– За два матча команды не смогли забить ни одного гола, поэтому всё решила серия пенальти. Вы видели собственными глазами, как Сергей Кириенко отразил три пенальти. Магия, не иначе?
– Я наблюдал за этим чудом из-за ворот, ведь находился в запасе – играл я только в первой встрече. Стадион в Никополе не смог вместить всех желающих – на трибунах собралось 15 тысяч. Помню, как люди сидели на деревьях и заборах.
– Возглавлял ту команду 34-летний Николай Павлов. Как вам работалось?
– Николай Петрович дал многим из нас путевку в футбольную жизнь. Я ему за это очень благодарен. Свою карьеру я фактически начинал и заканчивал в его командах. Для Павлова это был первый тренерский опыт, и он упорно доверял молодежи. Это был смелый, но оправданный шаг.
Виталий Пантилов в киевском СКА (пятый справа в среднем ряду)
– Вскоре после кубкового похода с "Колосом" вы перешли в киевский СКА. Армия прошла для вас с пользой?
– В 1988 году я попал в киевский СКА к Сергею Качкарову и очень доволен этим периодом. Время я не тратил зря, ведь имел возможность играть с фантастическими футболистами: Скрипником, Ногиным, Севидовым, Владом Лютым, Горшковым, Надудой, Волосянком, Евглевским, Ветровым. Прекрасные воспоминания!
"Приснился пророческий сон: "Бей в другой угол"
– Первый независимый чемпионат вы начинаете в Запорожье.
– Я уехал в "Металлург", который тренировал Игорь Надеин. В своё время ходил на его матчи в качестве зрителя – он был капитаном "Колоса". Работать с Надеиным для такого молодого парня, как я, – большое счастье. К сожалению, конкуренцию я не выдержал, хотя сыграл в нескольких стартовых матчах. Больше всего запомнился первый тур, когда мы принимали "Шахтер" и сыграли 1:1 – нам удалось удержать Щербакова, Реброва и Ателькина.
– Вернидуб, Скрипник, Таран – как минимум, три классных тренера, которые вышли из той команды.
– Коллектив был взрослым, конкурировать было непросто. Молодых было немного: Маркин, Лучкевич, Ключик, Близнюк, Шкапенко и я. В какой-то момент решил вернуться в Никополь, женился, а потом стал игроком "Кривбасса".
– В Кривом Роге вы начали бить пенальти. Что послужило этому предпосылкой?
– Банально почувствовал в себе силы. У меня были необходимые для этого качества: хладнокровие и вера. Кто чувствует себя уверенно, тот и подходит к отметке. Чаще всего таким человеком был я. Оттачивал удары на тренировках, получил поддержку в коллективе. Так всё и закрутилось.
– Со временем выработали свой стиль?
– Просто у меня был свой угол. За всё время лишь однажды предал себя и пробил в другом направлении. В 1999-м за мариупольский "Металлург" забил "Ворскле". Знал, что вратарь полтавчан Андрей Ковтун изучил мою манеру, поэтому решил изменить угол. Помогло. А остальные 10 пенальти забил в одном стиле – все в любимый угол. Даже в товарищеских матчах бил туда.
– Единственный промах произошел в матче с "Черноморцем". Накануне вам приснился необычный сон.
– В первом туре сезона 1999/2000 в Мариуполь приехал "Черноморец". Мы выиграли 5:0, однако я не реализовал пенальти. Ночью накануне приснился пророческий сон: "Бей в другой угол". Какой-то неизвестный голос просто приказывал мне, давал совет…
Единственный нереализованный пенальти при соотношении 39:10
– Решили проигнорировать магическое обращение?
– Да, постоянно прокручивал эти слова в голове. Однако поступил наоборот. И пробил, вроде бы, неплохо, но Виктор Гришко отбил мой удар. Странная ситуация – все празднуют победу 5:0, а я немного расстроен. Нереализованный пенальти просто так не проходит – в психологическом плане я чувствовал себя подавленным. Словом, осадок остался.
– В своё время вы даже штрафные исполняли.
– Их тоже тренировал. Забивал "Шахтеру" в составе "Кривбасса". И "Вересу", кажется, забивал. Хотя делал это не так часто, как с пенальти.
– Помните ли вы тот одиннадцатиметровый, перед которым волновались больше всего?
– В 1997-м я стал игроком "Звезды". В конце чемпионата к нам в гости приехали "Карпаты". Наша команда балансировала на грани вылета. Когда подходил к отметке, то понимал, насколько важен мой удар. Фактически тот пенальти сохранил "Звезду" в Высшей лиге – мы выиграли 1:0, а наша "Звездочка" избежала вылета. Также никогда не забуду пенальти в Харькове, когда я выступал за "Металлург".
Юрий Мартинов и Виталий Пантилов
– Какие обстоятельства?
– В последнем туре играли с "Металлистом" – если бы выиграли, то обошли бы их в таблице и стали бы пятыми. А это и статус, и хорошие премии для всей команды. Мы победили 1:0, а я реализовал пенальти. От радости после матча помчался к тренерской скамейке и прыгнул на Николая Павлова. Не знаю, был ли он счастлив, но я чувствовал себя безумно.
"Лунный танец" исполнял хоть в бутсах, хоть в туфлях"
– В 90-х вопрос финансов стоял остро. Лидер "Кривбасса" Виктор Громов вспоминал, как клуб страдал от безденежья: "В какой-то момент я понял, что получаю удовольствие от футбола, даже не получая зарплаты".
– В Кривом Роге был фантастический коллектив. До сих пор с удовольствием вспоминаю Мазура, Приходько и других ребят. Помню свою зарплату – примерно 200 долларов. Сначала мы жили в каком-то хостеле, в не самых комфортных условиях. Потом поселились в профилактории. Переходный период, ничего не поделаешь — в конце концов, мы не бедствовали. Воспоминания о Кривом Роге у меня исключительно самые лучшие.
– Помимо яркой игры, вы дарили болельщикам ещё и свои танцы.
– Такая я уже человек. Обожаю это дело, могу танцевать в любое время и без особого повода.
– В детстве не ходили в танцевальные кружки?
– Нет, я вырос в спортинтернате. Максимум – пели там с ребятами любимые песни. Мои танцевальные навыки – это что-то на уровне инстинктов. Впервые на поле станцевал в октябре 1988-го. Мне было 18, а "Колос" принимал "Котайк" из Абовяна. Я открыл счёт – кажется, это был 500-й гол "Колоса" в истории. На трибунах сидел мой тренер Василий Маслак. Почувствовал какую-то гордость, на глазах появились слёзы. И я начал танцевать.
– Как болельщики это восприняли?
– Я танцевал в Никополе, Кривом Роге, Мариуполе. В основном людям это нравилось. А я радовался, что могу их порадовать. Партнеры особо в этот процесс не вмешивались – это же мое индивидуальное мастерство (Смеется).
– В прессе писали, что вы танцевали на одной ноге. Что это был за стиль?
– Я включал режим Майкла Джексона. Чаще всего копировал именно его – это великий танцор и певец. "Лунную походку" Джексона исполнял хоть в бутсах, хоть в туфлях.
– Кто первым назвал вас "Виталик Ламбада"?
– Еще в советские времена это прозвище прилипло. В Никополе меня до сих пор так называет старшее поколение. После одного из голов я станцевал ламбаду (Пантилов во время разговора начинает воспроизводить уникальные движения). Тогда все только и слушали "Ламбаду", поэтому я побежал к угловому флажку и начал танцевать.
– Еще одно ваше прозвище – "Зидан". Какова его история?
– Это уже мой кум Саша Омельчук так меня назвал. Сказал, что я на Зизу похож. Моя лысина – это наследственность. Внезапно начал терять волосы после армии. Отец и дедушка тоже быстро лысели.
– В интернете есть редкие кадры – вы танцуете после того, как отдали голевую передачу.
– Ну да, матч был знаковым. В 1993-м "Кривбасс" проводил свой первый сезон в элите. Мы победили "Динамо" со счётом 1:0 благодаря голу Игоря Ниченко. Отличную передачу выполнил Игорь Литвиненко, я выиграл борьбу у Олега Лужного и отдал пас Ниченко. Казалось, что мы тогда чемпионат мира выиграли.
На редких кадрах – голевая передача Пантилова и небольшой танцевальный элемент рядом с угловым флажком
"Работал в охране на заводе — тяжело проходил этот этап"
– В вашей карьере также был причудливый автогол. Что это за история?
– Я играл тогда за "Зирку" против мариупольского "Металлурга". Соперник выполнил прострел с фланга, я боролся с Виталиком Пушкуцой. Мы оба падали, а Пушкуца сделал кульбит. Со стороны действительно могло сложиться впечатление, будто я переправил мяч в ворота. Но на самом деле это соперник чисто забил. Журналист, который вел протокол матча, записал на меня автогол. Я потом доказывал, объяснял, как все было на самом деле. "Да не переживай, пусть будет", – убеждали меня. Так и оставили.
– В Мариуполе вы стали свидетелем появления двух молодых звёзд: Степана Молокуцкого и Александра Рыкуна. Чем запомнились эти ребята?
– Смерть Степана – это большая трагедия. Украинский футбол потерял замечательного игрока. На момент ДТП с участием Молокуцкого меня в команде уже не было. Однако я тяжело переживал эту новость – 23-летний парень погиб… Что касается Рикуна, то роскошные передачи он раздавал еще в молодости. В целом Саша провёл классную карьеру. Думаю, что он мог проявить себя ещё больше. К тому же с таким видением поля.
– С "Мариуполем" вы расстались спонтанно. Все из-за смены поколений, которую проводил Николай Павлов?
– Не буду скрывать – было немного обидно. Я получил травму, надёрнул ахилл. Нога так болела, что ходить не мог. Благодаря уколам выходил на поле. Поехал в Запорожье — сухожилие немного прочистили, позже в Киеве сделали операцию. Сейчас на правой ноге у меня искусственное сухожилие. Кроме того, мне удалили мениски. Впрочем, на тот момент это означало только то, что я больше не могу принести пользу "Металлургу".
– Из Мариуполя вы уехали в Луцк. Несложно ли было у Виталия Кварцяного?
– Они с Павловым похожи. Амбициозные, эмоциональные. В конце концов, меня это не волновало – важно то, что оба любят футбол. Кварцяный мог нервничать, успокаиваться, потом снова загораться – такой уж он человек.
– После завершения карьеры легенда никопольского футбола Георгий Колядюк работал продавцом в магазине и очистителем ферросплавов на местном заводе. Для вас прощание с футболом стало шоковой терапией?
– Ой, было так сложно, что даже вспоминать об этом больно. На мой взгляд, это самый тяжелый период в жизни большинства футболистов. Отдаешь свое здоровье, свои молодые годы… А потом приходится начинать всё с нуля. В Никополе на тот момент не было возможности работать в футболе. Где я только не работал, в том числе и в охране на заводе. Мне было чрезвычайно тяжело пройти этот этап.
– Кто вам помог?
– Вне футбола мы часто оказываемся лишними. Поэтому я искал себя в той сфере, где чувствовал себя комфортно. К счастью, с работой помог Саша Омельчук, который пригласил меня в ФК "Полтава". Однажды он позвонил и сказал: "Хватит заниматься ерундой!" Это был толчок, который вернул меня к жизни. Я пересмотрел многие принципы в своём мировоззрении.
– Сейчас можете сказать, что чувствуете себя счастливым?
– На все сто процентов. Я занимаюсь любимым делом в комфортных условиях. Теперь я могу передавать свои знания, совершенствоваться и помогать другим – это самое важное.
