"Победа над Россией для меня – особенная" Как живёт Сергей Скаченко –: гол Бартезу, драка с Михайловичем, семейная драма
Интервью Максима Розенко с Сергеем Скаченко, нападающим сборной Украины 90-х годов, который запомнился, прежде всего, решающим голом в победном матче с Россией.
Хочешь видеть наши футбольные новости чаще?
Он родился в Казахстане, выступал за сборную Украины и клубы восьми стран.
В откровенном разговоре Сергей Скаченко рассказал о зарплатах легионеров в Бангладеш, Корее и Азербайджане, веселой шепетовской команде "Темп", первой машине Андрея Шевченко и фиаско во Львове.
"Моя "девятка" — первая машина Шевы"
– Сергей, несколько лет назад вы планировали пойти на курсы, получить тренерскую лицензию. Удалось ли воплотить эти планы в жизнь?
– Получил категорию С. Два года отработал детским тренером в школе "Торпедо". Больше не хочу. Хотя опыт был интересным. Моя команда уже в первый год завоевала бронзовые медали. Была даже 40-дневная стажировка в Бразилии. Пытался понять, в чём бразильцы нас опережают. Посмотрел тренировки – тот же тренировочный процесс. Но результаты у них на взрослом уровне совсем другие.
– Чтобы не слишком расстраиваться, вспомните, как вместе с "Торпедо" вы выходили в Кубке УЕФА против "Манчестер Юнайтед".
– Тогда действительно получилось ярко. Ведь я ещё застал советское первенство. В 1991 году благодаря поддержке моего одноклубника Станислава Берникова перешёл из павлодарского "Трактора" в харьковский "Металлист". Во втором круге начал играть в основном составе, забил два гола "Шахтеру". По окончании чемпионата получил несколько предложений. Настойчиво приглашали в "Ротор" и "Торпедо". Я посоветовался с Гурамом Аджоевым, который тогда выступал за "Металлист". Он порекомендовал "Торпедо". Послушал Гурама. Хотя в Волгограде предлагали лучшие финансовые условия.
В "Торпедо" была приличная команда. Тишков, Шустиков, Николай Савичев, Талалаев, Чугайнов, Подшивалов. Ребята нормально приняли, в первом сезоне я уже играл в основном составе. Когда в еврокубках попался "Манчестер Юнайтед", было интересно сыграть на "Олд Траффорд". Отстояли нулевую ничью. В Манчестере вышел на замену. В ответном матче тоже сыграли 0:0. Помню, шел дождь. Обиграли англичан в серии пенальти — 4:3. Подшивалов в обоих матчах блестяще отстоял ворота. Честно говоря, мы сами удивились, что смогли пройти команду Алекса Фергюсона.
– В 1993 году вы перешли из московского "Торпедо" в "Темп" из районного центра Шепетовка. "Темп" предложил более привлекательные финансовые условия?
– В "Торпедо" началась тренерская "чехарда". После бунта игроков Валентина Иванова сменил Евгений Скоромохов, ему на смену пришел Юрий Миронов. У каждого тренера – свои взгляды на игроков. Я должен был ехать не в Шепетовку, а чуть дальше – в Бангладеш. На полгода. Клубы уже между собой договорились.
В Бангладеш предложили зарплату чуть больше тысячи долларов в месяц. Плюс — пару тысяч подъемных. По тем временам — неплохие деньги. В "Торпедо", например, платили меньше. И не в долларах — еще в рублях. Слетал домой в Казахстан – отвез вещи. И тут поступил звонок от Леонида Ткаченко, под руководством которого я играл в "Металлисте". Тренер собирал команду в Шепетовке.
– И ему это удалось – подписали даже чемпиона СССР-1982 года.
– Да, Кондратьев из Минска приезжал. В Шепетовку Георгий ехал на двух электричках, с пересадками. Вскоре, правда, улетел в Германию. Но мы и без Жоры сумели неплохо выступить в чемпионате. Дома обыграли "Шахтер" – 3:1, "Днепр" – 3:2 и "Металлист" – 3:1, в Киеве отстояли нулевую ничью с "Динамо".
Джумбер Нишнианидзе (слева)
В итоге финишировали девятыми. Это было лучшее достижение в истории клуба, который через несколько лет прекратил своё существование. Со мной в нападении играл Арсен Аваков. В следующем сезоне он стал лучшим бомбардиром чемпионата Украины в составе запорожского "Торпедо", а затем перешёл в московское "Торпедо".
– Правда ли, что базой для команды стал бывший пионерский лагерь?
– В Шепетовке была одна гостиница, но мы туда заезжали уже перед игрой. А так – уезжали за город. Условия на загородной базе были не очень. Мы мерзли, возникали перебои с горячей водой. Зато владелец клуба Джумбер Нишнианидзе платил высокую по тем временам зарплату. Семи или восьми игрокам подарил новые "девятки". Я, уже играя в "Динамо", продал эту "девятку" Андрею Шевченко. По-моему, это была первая машина Шевы. Помню, ездили с его отцом в Шепетовку, снимали машину с регистрации.
В "Динамо" меня заметили, когда я играл в "Темпе". Забил за сезон 13 голов, получил приглашение из Днепропетровска. Но тогдашний тренер "Днепра" Николай Павлов перешёл в "Динамо", и я вскоре тоже оказался в Киеве.
"Сделал хет-трик, а нужно было сделать покер"
– В 1997 году в Киев вернулся Лобановский. Вы к тому времени уже отыграли сезон в корейском "LG". Тренер приглашал в "Динамо"?
– Был разговор на эту тему, когда я приехал в Киев после дебютного сезона в "LG". Валерий Васильевич спросил, хочу ли я вернуться в "Динамо". В "Страну утренней свежести" я уехал на правах двухлетней аренды. Но мне в Корее всё понравилось в бытовом плане, да и в футбольном плане всё складывалось неплохо. Поэтому решил ещё один сезон в этой стране отыграть. В "Динамо" так и не вернулся.
– А с "Чоннам Драгонз" вы выиграли Кубок Кореи.
– Приехал на просмотр в "Драгонз", сыграл контрольный матч, сделал хет-трик. Но руководство клуба взяло паузу, не захотело сразу подписывать контракт. Наверное, нужно было сделать покер. Моим трудоустройством занимался Владимир Абрамов, он договорился о просмотре в "LG".
Я провёл с командой 10 дней, подписал личный контракт. В первом же туре чемпионата встречались с "Дрегонз", забил им. И продолжал забивать этой команде в каждом матче. В итоге они предложили мне более интересные условия, чем были у меня в LG.
– Более интересные – это какие?
– В Корее хорошим легионерам платили тогда от 6 до 10 тысяч долларов в месяц. В LG я получал 6–8 тысяч, в "Драгонз" – 8–10. Ребят из постсоветского пространства в чемпионате Южной Кореи хватало. Подружился с Лактионовым, Сарычевым. С Валерой встречались семьями, помню, у него дети в американскую школу ходили.
– Был случай, когда вы забрели в загон с собаками, которых откармливали для продажи в рестораны?
– Мы прошли мимо. В загоне было 50–60 собак. Как-то не по себе стало. Бразильские легионеры команды вообще были в шоке от этой корейской традиции. В ресторане местные шли в один зал, где подавали собачье мясо, легионеры – в другой, где пользовалась спросом свинина.
"Дебютировал за "Метц" неплохо – забил Бартезу"
– После Кореи вы вернулись в "Торпедо". Почему?
– В Стране утренней свежести было неплохо. Но в серьёзных клубах Западной Европы футболисты к тому времени уже зарабатывали в 3–4 раза больше. Да и у меня возникло желание попробовать себя в Старом Свете. Абрамов договаривался о моем переходе в бельгийский "Андерлехт". Там уже всё было практически на мази, но в последний момент что-то не сложилось. Видимо, не смогли договориться с корейцами. Мой трансфер тогда принадлежал LG, за "драконов" я выступал на правах аренды. Поэтому и вернулся в "Торпедо", которое благодаря Абрамову сумело договориться с корейцами.
– Когда после матча "Украина" – "Россия", который закончился со счётом 3:2, вы вернулись в расположение "Торпедо", никто из одноклубников не упрекнул вас, мол, как же ты забил гол стране, которая тебя сейчас кормит?
– Наоборот, ребята меня поздравили. Андрей Чернышов сказал: "Молодец". Я на 25-й минуте забил Харину, мы повели 2:0, подопечным Анатолия Бышовца уже было сложно отыграться. Наверное, это самый запоминающийся матч в моей карьере.
Но мой роман со сборной Украины закончился не на мажорной ноте. После игры с Югославией, где мы сцепились с Синешей Михайловичем и получили за это красные карточки, меня в ряды национальной команды больше не вызывали. Михайлович хотел меня сломить, а тренеры сборной ещё и обвинили в том, что я первым ввязался в драку.
– По информации СМИ, "Торпедо" продало вас во французский "Метц" за 3,5 миллиона долларов. Действительно ли фигурировали такие цифры?
– Меня в суть переговоров не посвящали. О цифрах я и сам узнал из газет. Был удивлён. Дебютировал в "Метце" неплохо. Забил Бартезу, с "Монако" сыграли вничью. Потом отличился в матчах с "Марселем" и "Лионом". За полгода забил шесть голов. Но дальше дело не пошло. Были свои моменты. И "чехарда" с тренерами, и травмы, и высокая конкуренция в линии нападения – Жеральд Батикль, Ненад Естрович, Микеле Падовано и Луи Саа – все серьёзные ребята. Плюс — местные нас, легионеров, ущемляли.
– Каким образом?
– Обычно никто не любит иностранцев – считается, что они отбирают хлеб у местных игроков. У меня сразу дела пошли, я начал забивать. А потом началась "душилка". Капитан команды давил. На тренировке бежим — специально задевает, гадости обо мне в раздевалке говорил в мое отсутствие.
Серб Ненад Естрович рассказывал: "Сергей, когда тебя нет в раздевалке, капитан и одноклубники начинают на тебя наезжать. Когда заходишь – молчат, как мыши". Мы с Ненадом подумали и решили капитану на тренировке "коробочку" устроить — чтобы поставить его на место. Разбежались, сделали. Он "разлетелся".
А у нас в основном были открытые тренировки. Самое интересное, что фанаты за эту "коробочку" нам с Естровичем ещё и поблагодарили. Сказали, что капитан у них 10 лет ходит королём, никто с ним ничего сделать не мог. А мы сумели. После этого он нас стал уважать, на тренировках больше никто и пальцем не трогал.
– А командные посиделки в Метце практиковались?
– Обычно за день до игры мы заезжали в отель. После "Торпедо" и "Динамо" было странно, когда капитан и опытные игроки могли за ужином выпить с тренером по бокалу вина. Я к ним не садился – менталитет тогда был совсем другой.
– В 2001 году вы оказались в японском "Санфречче". С Валерием Непомнящим быстро нашли общий язык?
– Подписал контракт на полгода. До этого играл за "Ксамакс", куда меня "Метц" отдавал в аренду. Помог швейцарцам остаться в элитном дивизионе, забил множество голов в переходном турнире. Вернулся в "Метц", а там очередной тренер дал понять, что шансов играть в основном составе у меня немного. Поэтому я согласился поехать в Японию. Тем более что предложили хорошую зарплату.
После первого круга "Санфречче" находился на дне турнирной таблицы — если не ошибаюсь, на 13-м месте. Во втором круге поднялись с 13-го на 3-е место. В основном выходил на замену, трудно было в такую жару играть весь матч. Но впечатления остались хорошие. Всё солидно. Полные стадионы, праздничная атмосфера — на носу был домашний чемпионат мира.
"Женщине, которая сбила моего сына, дали 5 лет. Условно"
– После окончания контракта с "Метцем" вы оказались в "Карпатах". Это правда, что играли во Львове без контракта?
– У меня началась какая-то черная полоса. Подписал контракт на полгода с запорожским "Металлургом". Играем товарищеский матч, на носу старт чемпионата страны, забил три гола. В конце спарринга в жестком столкновении порвалась связка колена. Шесть месяцев восстанавливался – ходил с лангетой, в бассейне плавал.
Выздоровел, улетел в США. Дима Коваленко, который всю жизнь играл в MLS, договорился о просмотре в "Д.С. Юнайтед" из Вашингтона. Появился вариант и с "Чикаго Файр". Можно было где-то зацепиться. И тут мне поступает звонок из Украины. Мол, возвращайся, тебя ждут во Львове. Выполнят все твои условия.
Перелетаю океан, прямо из аэропорта еду на стадион, переодеваюсь, выхожу в футболке "Карпат". Матч проигрываем. С подписанием контракта президент клуба Дыминский затягивает. Второй матч тоже проводим неудачно. После этого говорят, что я команде не нужен.
– После "Динамо", "Торпедо" и "Меца" доигрывать в азербайджанском "Туране" с психологической точки зрения было непросто?
– Я ведь в своё время выступал и за "Темп" из Шепетовки. Поэтому в Азербайджане мне понравилось. Гостеприимный народ, моей семье предоставили просторный дом. Городок небольшой. По сути, большая деревня – утки, курочки бегают. Никаких неудобств по этому поводу не испытывал. Финансовые условия? Зарплата составляла 5 тысяч долларов в месяц, плюс ещё 70 дали в качестве подъёмных. Другое дело, что травмы довели до предела, пришлось в 33 года повесить бутсы на гвоздь.
– В 2008 году на пешеходном переходе в Киеве автомобиль, за рулем которого находилась женщина, сбил вашего 6-летнего сына. Скаченко-младший провёл в реанимации почти месяц, находился в коме. Сейчас со здоровьем у Сергея всё в порядке?
– Были большие проблемы, но теперь, похоже, всё в порядке. Машина, кстати, проехала на красный свет – для пешеходов горел зелёный. Виновнице ДТП дали пять лет. Условно.
– Вы родились в казахском Павлодаре, фамилия – украинская, играли в чемпионатах восьми стран. После завершения карьеры дилеммы, где жить, не возникало?
– Сын родился во Франции. Мне там нравилось. И возможность остаться была. Контракт с клубом был рассчитан на четыре года. Я его отработал до конца. Чтобы получить вид на жительство, нужно было еще год во Франции прожить. Но такими мыслями голову себе не забивал, потому что сильного желания жить в Западной Европе не было. Работать по контракту там хорошо. Но не жить. В Москве у меня осталась квартира – получил от "Торпедо". Это и стало решающим фактором.
– Чем занимаетесь сейчас?
– Работаю в сфере недвижимости. Как будет дальше – посмотрим.
ДОСЬЕ
Сергей Скаченко
Родился 18 ноября 1972 года в Павлодаре, Казахская ССР. Нападающий.
Выступал за команды: "Трактор" Павлодар (1988–90), "Металлист" Харьков (1991), "Торпедо" Москва (1992–93, 1998–99, 2001), "Темп" Шепетовка (1993–94), "Динамо" Киев (1994–96), "LG" Сеул, Корея (1996–97), "Чоннам Дрегонз" Кванъян, Корея (1997), "Метц", Франция (1999–03, с перерывом), "Ксамакс" Невшатель, Швейцария (2000), "Санфречче Хиросима", Япония (2001), "Арау", Швейцария (2003), "Карпаты" Львов (2004), "Туран", Азербайджан (2004–05).
Чемпион Украины (1995, 1996). Обладатель Кубка Украины-1996. Обладатель Кубка Южной Кореи (1997). Вице-чемпион Южной Кореи (1997).
За сборную Украины сыграл 17 матчей, забил 3 гола.
Максим Розенко, специально для "Футбол 24"
