"Месси забил мне головой – как?!!": Андрей Дикань – комплимент от "Барселоны", перелом черепа и жизнь после футбола
Интервью "Футбол 24" с бывшим вратарём сборной Украины, ряда российских клубов и симферопольской "Таврии".
Андрій Дикань / Фото із відкритих джерел
Все новости ЧМ-2026 в один клик.
"Вратарь „Спартака“ сыграл феноменально. Если бы не его сейвы, „Барса“ забила бы ещё пару мячей. Помните, как он спас команду после выхода Фабрегаса один на один? Я, возможно, взял бы этого голкипера в команду", — не скрывал своего восхищения Дани Алвес, защитник "Барселоны", в ноябре 2012 года, когда каталонцы не без проблем победили в матче Лиги чемпионов.
Практически всю свою карьеру Андрей Дикань провёл в России – СКА Хабаровск, "Кубань", "Терек", московский "Спартак", "Краснодар". Однако говорить на деликатные темы он категорически отказался: "Пока политическая ситуация не изменится, давайте обойдемся без таких вопросов".
Сегодняшнее интервью — исключительно о футболе. Оно из классической категории "вне политики".
"Я в хорошей форме, но возвращаться не собираюсь"
– Андрей, вы завершили карьеру три года назад и значительно реже появляетесь в медиапространстве. Как у вас дела? Чем занимаетесь?
– Учусь на тренерскую лицензию. Уже имею категорию С, с сентября начну обучение по категориям А + В для игроков с длительным стажем. Прошел собеседование, группа собирается довольно интересная. Все знакомые – и Леша Гай, и Александр Алиев…
– Параллельно, насколько мне известно, вы развиваете свою школу вратарей.
– Да, проводим дополнительные занятия уже в течение двух лет. Приезжают вратари разного возраста – от 7 лет. В частности, в этом году нас посетила Ирина Санина, вратарь "Житлобуда" и женской сборной Украины. Я учился с ней на тренерских курсах, мы разговорились. "Приезжай к нам, может, что-нибудь подскажем", – предложил тогда. Она приехала. Ей у нас очень понравилось (улыбается).
Занимаемся не только детьми, но и профессиональными вратарями. Помогаем, подсказываем. Мы называем себя "школой вратарей", но пока сильно не афишируем. Продолжаем накапливать опыт.
– 16 июля вам исполнилось 42 года. Как отпраздновали? Много поздравлений получили?
– Довольно много. От родных и близких. От многих футболистов, которые играли вместе со мной. От родителей детей, которые у нас занимаются. Хватало необычных и неожиданных поздравлений. Знаменитый болельщик "Спартака" – актер Михаил Ефремов, например, с которым я общался в Москве и с сыном которого дружу. Когда два года назад Михаил Олегович гастролировал в Харькове, я посетил его концерт. Думал, что Ефремов уже забыл обо мне, поэтому его поздравление стало очень неожиданным и приятным.
– Физическая форма ещё позволяет вам вернуться в ворота?
– В ворота вернуться могу, но зависит от того, на каком уровне (улыбается). Я ведь работаю с вратарями, поэтому периодически встаю в "рамку", показываю. В целом – я в хорошей форме. Однако вряд ли вернусь в качестве игрока. Прошло много времени с того момента, как я закончил с профессиональными выступлениями, – целых три года.
В прошлом году состоялся прощальный матч Горяинова, я также принял в нём участие. Все предлагали мне вернуться, возобновить карьеру. "Да нет, ребята, успокойтесь", — отвечал я им.
– "Фирменные" вратарские травмы дают о себе знать? Сколько пальцев вы сломали за время карьеры?
– Я их даже не считаю. Это – рабочие моменты. Не переломы, а небольшие повреждения. Пока что чувствую себя прекрасно. Наверное, ещё рано стареть, чтобы вылезли все старые травмы. Они дадут о себе знать, как и у всех – от этого никуда не деться. Но желательно, чтобы как можно позже (Улыбается).
"Если бы не жена, никто бы не узнал о Дикане"
– В своём первом клубе – "Авангарде" (Ровеньки) – вы забили два гола. Могли бы стать не вратарём, а нападающим?
– Было такое. Я отличился в воротах алчевской "Стали" и команды из Керчи. Причём, крымчанам забил победный гол – мы выиграли 2:1. Прекрасные воспоминания. Это было интересно для болельщиков, для прессы.
– Если не ошибаюсь, в тех матчах вы выходили полевым игроком?
– У меня было две майки с одним номером – вратарская и футболка полевого игрока. Если была острая нехватка кадров, тренер выпускал меня на поле в качестве замены. Алчевску уступали 0:4, я вышел за 20 минут до конца и забил гол престижа. Против Керчи играли в последнем туре сезона. Не смогли собрать полноценный состав – на выезд поехали 12 игроков. Я был единственным запасным – на все позиции (улыбается).
Полезная практика. Она помогла мне подтянуть игру ногами. Во-вторых, я лучше начал понимать, как ведут себя нападающие и полевые игроки в целом. Оценил футбол с другой стороны, если можно так сказать.
– Страсть к забитым голам не отпускала вас ещё долго. В Хабаровске вы отличились аж 6 раз…
– 9 раз. Все – с пенальти. Своеобразный маркетинговый ход. Эта история началась случайно. Один не реализовал пенальти, другой не реализовал. Тренер предлагает: "Андрюха, может, ты пробьешь?" – "Да без проблем!" На установке он объявил о своём решении. Возникла необходимость – я подошёл к "отметке" и забил.
Вызывает меня: "Андрюха, вот так! Продолжишь?" – "Буду, конечно". Забил ещё 2–3 пенальти. Снова разговор с тренером. "Знаешь, — говорит он, — люди пошли на трибуны. Они пришли ради тебя. Значит, дальше работаем в этом направлении". Вот таким образом мы в Хабаровске привлекали болельщиков на трибуны (улыбается).
– В середине "нулевых" вы едва не завершили карьеру в "Кубани". Что произошло?
– У меня произошло обострение хронического заболевания. Я понимал, что карьера подходит к концу. Попал в уныние. Могу поблагодарить разве что свою жену, которая сумела меня отговорить. Если бы не она – я бы закончил. И никто бы не узнал, кто такой Дикань. Зато после этого переломного момента всё только началось.
– Переход в "Таврию" был правильным решением?
– Безусловно. Михаил Иванович Фоменко доверил мне место в воротах. Это придало сил и уверенности в себе. Удачно совпало много факторов: поддержка жены, доверие в "Таврии", приглашение от Вячеслава Грозного в "Терек". А я-то думал, что в Симферополь приехал доигрывать…
– О жестких тренировках и непростом характере Фоменко ходят легенды. Убедились в исключительности Михаила Ивановича?
– Он – достаточно спокойный и уверенный в себе человек. Ему даже не приходилось повышать голос. Одного лишь взгляда Фоменко хватало, чтобы ты понял, чего от тебя требует тренер, или что ты сделал не так. Конечно, эмоции его тоже переполняли, но он это не всегда показывал – держал в себе.
– В тот период "Таврия" побеждала "Шахтер" (3:2), финишировала пятой в чемпионате, играла в Кубке Интертото. Эта команда выжала из себя максимум?
– В нашем составе не было звёзд, но мы сумели создать проблемы и "Динамо", и "Шахтеру". В том же "Интертото" на равных боролись с "Ренном" и проиграли только в серии пенальти, 9:10 – все били по кругу. Кстати, это последний 11-метровый, который я забил. Это был максимальный результат для той "Таврии".
– Сейчас "Таврия" вынуждена выступать за пределами Крыма, притом – во Второй лиге. Что вы об этом думаете?
– Так сложились обстоятельства. Пострадали многие клубы, не только "Таврия". Посмотрите на Харьков – большого футбола нет. Город – огромный, с давними традициями, а команда лишь в Первой лиге. То же самое – "Днепр". Очень грустно. За кем будут наблюдать дети? Конечно, у них есть Месси, Роналду, Неймар… К счастью, хотя бы "Шахтер" и сборная Украины приезжают в Харьков. Благодаря им город всё-таки видит большой футбол. А за "Таврией" слежу. Иногда под руку попадают составы. Там мелькают фамилии игроков, которые в моё время были ещё совсем маленькими.
"Матч на Камп Ноу мы могли "взять"
– О периоде в "Тереке" вы вспоминали интересный факт. Мол, когда Кадыров, покровитель клуба, приезжал на тренировку и пробивал по воротам, вы пропускали. Страх или желание сделать приятное – в чём заключалась ваша мотивация?
– Это происходило во время паузы в тренировке или же после завершения занятия. Понятно, что человеку, который не является футболистом, очень трудно забить голкиперу. Поэтому я то пропускал, то – нет… Делал это для того, чтобы было интересно ему, а не мне. Если ему будет неинтересно – он больше не придет.
– После ярких побед над серьёзными соперниками Кадыров не скупился на роскошные подарки для команды. Главным героям матча мог подарить автомобили, например. Вам тоже доставались сюрпризы?
– Как и всем. Я ведь тоже старался выкладываться на полную. Мы побеждали в важных играх, поэтому я – не исключение – был вознаграждён.
– Автомобилем?
– Ну-у… Да.
– В 2010-м вы перешли в московский "Спартак". Хороший дебют, затем игра "на ноль" против "Марселя" – москвичи впервые за 10 лет не пропустили в Лиге чемпионов. Тогдашний тренер команды Валерий Карпин, оценивая вашу игру с французами, по 10-балльной шкале ставит 11. Лучший матч в карьере?
– Помню эту игру очень хорошо, на YouTube – много видеофрагментов. Действительно – это лучший матч в моей карьере. Работы было предостаточно. Сначала я нервничал настолько, что передать словами — невозможно. После первого удара мяч летел мне в руки, но я умудрился его выпустить. На этом всё закончилось.
Я постарался отключить все лишние мысли и воспринимать матч Лиги чемпионов как обычную игру. Многое стало получаться. Все ближе к финальному свистку. Вижу, что "Марсель" начинает нервничать из-за того, что никак не может забить.
И вот — момент. Пробивал, по-моему, Брандау. Мяч попал в штангу, пролетел мимо другой штанги и вылетел за пределы поля. Вот тут я понял: сама Судьба не хочет, чтобы мяч оказался в моих воротах. До конца матча оставалось целых 10–15 минут, но появилась уверенность — сегодня они точно не забьют.
– После другого матча Дани Алвес, тогдашний защитник "Барселоны", сказал журналистам, что хочет видеть Диканя в каталонском суперклубе. Слышали?
– (Смеется) Нет! Но слышать такое – очень приятно. У меня впечатления от матча немного другие. Тот матч на "Камп Ноу" мы могли "взять". Наш тренер Унаи Эмери уверял: "Вы можете обыграть "Барселону". Я вам расскажу, как это сделать".
В ходе матча мы вели (2:1), но, видимо, сами испугались того, что можем "прибить" "Барсу". Сели в оборону, пропустили дважды, и всё встало на свои места – проиграли 2:3. А счастье было так близко… Месси забил головой. Как Месси может забить мне головой?!
– В финале ЛЧ Месси забил с "второго этажа" самому "МЮ". Так что не спешите впадать в отчаяние.
– Конечно. Не я один такой (улыбается).
"Кержаков специально шел на контакт"
– Весна 2012 года. Матч "Спартак" – "Зенит". В столкновении с Кержаковым вы получаете страшный удар по голове. Первое, что вы почувствовали после контакта с коленом нападающего?
– Я адекватно оценивал ситуацию. Нужно было доиграть этот матч. Во-первых, я не видел своего лица, у меня не было зеркала. Спросил у врачей: "Всё нормально?" – "Нормально. Будем держать под контролем. Почувствуешь дискомфорт – дай знак о замене". На тот момент мы уступали (0:1), на скамейке запасных сидел Артем Ребров. Я понимал, что в такую игру новому вратарю очень трудно входить. А я – разогрет, полностью "в игре", поэтому нужно доиграть матч до конца.
Прошло 10 минут. Кержаков забил со штрафного второй гол. Чувствую, что у меня лицо опухает, один глаз закрывается. "Вратарь с двумя глазами — это, в любом случае, лучше, чем вратарь с одним глазом", — подумал я про себя и попросил замену. Пошёл в раздевалку. Чувствовал себя более-менее нормально.
Когда приехал домой, меня начало озноблять. Измерил температуру – 37,2 или 37,3. Позвонил доктору: "Михаил Гургенович, вот такие дела". Он отреагировал молниеносно: "Вызывай "скорую", поедем в больницу". Сделали МРТ: "С головой у тебя всё в порядке, но есть проблемы с костями лица. Нужно собирать по частям". Благодарен медперсоналу "Спартака" и немецким специалистам — они справились отлично.
– Последствий этих переломов не чувствуете?
– Пока что – нет.
– Кержаков извинился? Как считаете, он мог избежать этого столкновения?
– Во-первых, он извинился. У нас нормальные отношения. Что касается столкновения… Мое мнение таково: Кержаков мог избежать его в любом случае. Но специально пошёл на контакт – на пенальти. Он был первым у мяча, хотел зацепиться за меня. В идеале – "чистый" пенальти. Но Кержаков перестарался – не просчитал столкновение. Обратите внимание на его первую реакцию — он сам испугался силы своего удара.
– Вам пришлось примерить специальную защитную карбоновую маску…
– Я в ней потренировался разве что неделю. Чувствовал дискомфорт, маска ухудшала обзор. Тренер вратарей дал совет: "Андрюха, проблема – в психологии. Там, где кости срослись, их не сломаешь. Или снимай маску, или — не к футболу". На следующую тренировку я вышел уже без маски. Были опасения, страх — не обошлось без этого. Но настроил себя: либо ты садишься, либо играешь.
– И всё же из-за этой травмы вас не взяли в сборную Украины – на домашний Евро. Как пережили эту неудачу?
– Было обидно, конечно. Но я придерживаюсь мнения: что бы ни случилось – это к лучшему.
– Последним клубом в вашей карьере стал "Краснодар"…
– Я фактически вернулся домой, ведь раньше выступал за "Кубань". Когда стало ясно, что со "Спартаком" я заканчиваю, думал над тем, в каких городах продолжить. Вариантов было два – Ростов или Краснодар.
– Футбольный клуб "Краснодар" – самый европейский из российских клубов по инфраструктуре и модели своего развития?
– Там – правильно налажена работа. Все работают слаженно и профессионально – ради общей цели. Игроки, которые ещё 2–3 года назад учились в академии, сейчас забивают за "Краснодар" в Лиге Европы. И вратарь у них прекрасный. Те ребята, которые росли у меня на глазах, теперь играют на очень достойном уровне.
– Мне вспоминается осень 2015 года, когда "Краснодар" обыграл дортмундскую "Боруссию", а вас признали лучшим вратарем 5-го тура Лиги Европы.
– Прекрасно помню тот эпизод. Матч против "Боруссии", а также игры со "Спартаком", против "Марселя" и "Аякса" я бы включил в топ-5 лучших выступлений в своей карьере. Были ещё матчи за сборную Украины, в частности дебютный – с Норвегией, когда мы победили на выезде 1:0. Благодаря таким воспоминаниям я горжусь тем, что стал футболистом.
"На Кононова не обижаюсь"
– Ни один вратарь не застрахован от ляпов. Ваш промах №1 – какой он?
– К счастью, я ошибался, когда выступал не на высоком уровне. Помню, в Хабаровске была игра против Новосибирска. Защитник не очень удачно скинул мяч головой – он выходил на угловой. Я ускорился, дотянулся до мяча и оставил его в пределах поля, тогда как сам выкатился за линию. Нападающий соперников подхватил мяч и закатил его в пустые ворота.
Не ошибается только тот, кто ничего не делает (улыбается). Все это — бесценный опыт. Молодым голкиперам не стоит бояться ошибаться. Вы выбрали ворота, поэтому должны быть готовы к тому, что всю вашу карьеру будут сопровождать разочарования — вы будете пропускать.
– Вы курили на протяжении всей своей карьеры. С кем из тренеров у вас из-за этого было больше всего проблем?
– Проблем не было ни с кем. Просто об этом мало кто знал (улыбается). Развивать эту тему мне бы не хотелось. Это интервью могут прочитать подростки, а потом скажут: "Дикань курил и был неплохим вратарём. Так, может, и я попробую?" Стоит вести здоровый образ жизни.
Но футболист – это, прежде всего, профессионал. Курить или нет – его личное дело. Как говорил Карпин? "Я знаю, что Дикань курил. Никаких проблем! Если что-то не получится — он сядет. Если его это устраивает — пожалуйста".
– В своих командах у вас было прозвище "Дикий". Насколько оно соответствовало вашему характеру?
– В быту – нет. А вот в спорте – да. На поле ты должен быть диким, голодным. Твоя задача – любым способом не дать мячу попасть в ворота. Не люблю себя характеризовать. Это должны делать другие – футболисты, тренеры, журналисты.
– У Диканя не было прощального матча. Наставник "Краснодара" Олег Кононов так и не выпустил вас против "Амкара" в последнем туре чемпионата 2015/16. Ну как так?!
– Ну-у, зато выпустили после игры (улыбается). Позволили выйти на круг почета. У меня никаких обид или претензий к Олегу Георгиевичу нет. Это было его решение. Возможно, забыл. Ведь результат этого матча уже не имел большого турнирного значения. На последнюю, третью замену вышел Володя Быстров. Он даже растерялся: "Почему я, а не ты?" (После паузы) Возможно, мой прощальный матч ещё не сыгран? (Улыбается)
– На память вам подарили бронзового быка – символ Краснодара. Храните на почетном месте?
– Конечно! Все награды, вся коллекция собранных футболок – всё это хранится в одном помещении, которое я называю "Святая святых". Помню, мы въехали в новый дом, пригласили батюшку – чтобы он его освятил. "Пойдем в „Святая святых“, – предлагаю я. – Освятите подвальное помещение". Он отвечает, мол, это – неправильно, потому что ниже уровня земли. Но когда закончил церемонию, заинтересовался: "Ну давай, посмотрим, что у тебя за "Святая святых". Заходит, а там все стены в футболках и наградах — по кругу. Батюшка замер на минуту-другую: "У меня такое впечатление, что я — на стадионе, прямо в центре поля" (Смеется).