"Меня заблокировал лично Диминский" Юрий Габовда – — удар в спину от "Карпат", промах Кононова и победа над Ребровым
Откровенное интервью "Футбол 24" с Юрием Габовдой, воспитанником "Карпат", который выступает в одной команде с легендарным Габором Кираем –, 42-летним венгерским "вратарём в пижаме".
Юрий Габовда / Фото Игоря Хомича (Футбол 24)
Все инсайды о звездах сборной Украины.
Его фамилия — святое имя для тех болельщиков "Карпат", которые знают и чтят историю своего клуба. Родной дядя нашего героя — Янош Габовда — один из лучших снайперов "зелено-белых" всех времен. Юрий был без ума от "Карпат" и мечтал повторить путь знаменитого родственника, но — не суждено.
"Мне подставляли подножки. Кто это делал? Руководство клуба", — убежден Габовда-младший. После "Карпат" он выступал за "Кривбасс" и "Таврию", ездил в чемпионат Беларуси ("Гранит" и "Динамо" Минск), а теперь защищает цвета венгерского "Халадаша". Этот клуб знаменит, прежде всего, тем, что туда уехал доигрывать культовый Габор Кирай (108 матчей за сборную Венгрии, яркая карьера в "Герте", "Мюнхене 1860", "Кристал Пэлас", "Бернли").
"У моего тренера никогда не будет играть футболист "без яиц"
– "Халадаш" зимует на последней строчке чемпионата Венгрии. В чём причина?
– Есть много причин. Сезон мы начали с одним тренером, но после полосы неудач пришёл другой наставник – в команде всё изменилось. Неудачи преследуют нас с самого старта. Некоторые матчи "Халадаша" просто нужно видеть – это полный нефарт. Даже сейчас в трёх матчах подряд мы не забиваем пенальти. Не забиваем на 80-й, а на 92-й пропускаем и до свидания – 0:1. После такого очень трудно собраться психологически.
Обегрываем "Ференцварош", чемпиона страны, а в следующем туре уступаем аутсайдеру. Нашей команде очень не хватает стабильности и, однозначно, везения.
– Как тебе уровень венгерской лиги по сравнению с теми чемпионатами, где ты играл раньше?
– Уже 5–6 лет я не выступал в УПЛ. Глядя на трансляции украинского чемпионата, мне трудно определить его нынешний уровень. Если же сравнивать Венгрию с Беларусью, то уровень примерно одинаковый. Правда, венгры создают лучшую футбольную атмосферу, здесь лучшая посещаемость. Почти все стадионы – новые, поэтому я по-настоящему кайфую от каждого матча.
Что касается Украины, то здесь картина совсем печальная. Я общаюсь со многими своими коллегами, которые выступают на родине. Отметить можно разве что "Динамо", "Шахтер", "Зорю" — благодаря этим клубам уровень УПЛ будет выше, чем у венгерского чемпионата.
– Как ведет себя твой тренер после болезненных поражений? Устраивает ли он в раздевалке жесткий "разбор полетов"?
– Этого тренера – Ференца Горвата – знаю очень давно. Раньше я защищал цвета клуба "Балмазуйварош", который возглавлял именно Горват. Его приход в "Халадаш" стал для меня приятным сюрпризом. Для меня этот тренер – словно венгерский отец. У нас – полное взаимопонимание. Общаемся на английском языке. Помогаю ему, чем могу, а он, в свою очередь, рассчитывает на меня как на одного из лидеров команды.
Характер и менталитет Горвата очень похожи на украинские. Этот тренер ценит борьбу на футбольном поле. В его команде никогда не будет играть футболист "без яиц". На одной из последних пресс-конференций он так и сказал: "Мне не хватает игроков с большими яйцами". Полностью его поддерживаю и могу ответственно заявить: причина негативных результатов "Халадаша" — не в Горвате.
– Кто обладает большим авторитетом в команде: главный тренер или легендарный 42-летний вратарь Габор Кирай?
– Наставник действительно столкнулся с этой проблемой. Стоит отдать должное невероятному масштабу личности и профессионализму Габора Кирая, но в этом сезоне было достаточно матчей, где он допускал очень досадные ошибки, из-за которых мы проигрывали.
Представьте себе, как трудно было новому тренеру найти общий язык с Кираем, учитывая легендарный статус вратаря. Тем не менее Горват сумел найти общий язык с ветераном и дал шанс молодому вратарю. Дублер сразу же вошел в раж, отразил пенальти от "Ференцвароша" и в ряде матчей сыграл просто великолепно.
Как ни странно, Кирай с пониманием отнесся к тому, что его перевели в запас, и даже поддерживает тренера во многих моментах. К тому же — помогает молодому "первому номеру" советами. Это свидетельствует о том, что Габор — настоящий профессионал и выдающаяся личность.
– Расскажи интересную историю о вратаре в пижаме.
– Сначала я не знал, как вести себя с легендой венгерского футбола. У Кирая есть интересная причуда – в раздевалке он всегда сидит первым на скамейке справа от входа. Захожу, знакомлюсь с ним – и так по кругу со всеми одноклубниками. Оказалось, что это – очень простой в общении человек. Я был приятно удивлён.
Еще большим шоком для меня стала его машина. Приезжаю как-то на тренировку, смотрю — стоит машина настолько причудливая, что трудно описать словами. Что-то вроде нашего очень старого "Запорожца". Смеюсь и спрашиваю ребят: "Что это такое?" — "Тачка Габора Кирая". Чтобы вы понимали: машина такая маленькая, что я до сих пор не могу понять, как габаритный вратарь туда помещается. Он может позволить себе любую роскошную машину, однако остается скромным и неприхотливым в быту.
А ещё Кирай – очень общительный и щедрый. Сейчас я привёз для своего товарища брюки Габора с эксклюзивным автографом, а также вратарские перчатки. Это — бренд Кирая, он запустил производство перчаток для своих коллег по цеху, у него есть собственный магазин. Общаюсь с ним на английском языке. Вот такой человек!
– А на каком уровне твой венгерский? Ты же родом из Закарпатья…
– О-о-о, я владею венгерскими ругательствами, а также знаю ключевые слова из футбольной терминологии (улыбается). А вот общаться в быту мне трудно. Это очень сложный язык, который не в состоянии освоить даже те, кто живет в Венгрии по 5–6 лет.
"Не представляю, как в такой ситуации можно ехать в Россию"
– "Pray for Ukraine" – надпись на майке, которую ты продемонстрировал после матча с "Дёшдьёром", вызвала большой резонанс и получила много одобрительных отзывов. Почему ты так поступил?
– Накануне инцидента в Азовском море мне приснился ужасный сон о войне. Мне приснилось, что мой отец – на фронте, защищает нас от агрессора. Утром я рассказал об этом жене, и в тот же день россияне атаковали наши корабли.
За пять лет Украина пережила столько проблем! Я всегда внимательно следил за всем и очень тяжело переживал это. Но не бьюсь в грудь, рассказывая, кому и как помогаю — делаю всё скромно и тихо.
Момент с захватом в плен наших моряков переполнил чашу моего терпения. Было навязчивое ощущение, что вот теперь начнется полномасштабная война. Как гражданин Украины, любящий свое государство, я хотел хотя бы как-то поддержать соотечественников. Сделать это так, чтобы здесь, в Венгрии, тоже видели, что у Украины есть своя позиция и ей нужна солидарность.
Возникла идея с надписью на майке. Я обратился к администратору клуба — он помог мне её реализовать. Сразу предупредил: "Юра, я выполню твою просьбу, но имей в виду: если это попадет на телевидение, у клуба и у тебя лично могут возникнуть проблемы". Я решил: пусть штрафуют, не боюсь, ведь не делаю ничего провокационного или уголовно наказуемого.
Вышел на поле в этой специальной майке и после матча с гордостью её продемонстрировал, почтив таким образом воинов, защищающих нашу Независимость. Мой поступок исходил от души, искренне, с любовью. Настроение было настолько приподнятым, что удалось даже забить первый гол за "Халадаш" в чемпионате. До этого забивал дважды, но в Кубке Венгрии.
– Удалось избежать штрафа?
– После моего поступка телевидение и соцсети (прежде всего в Украине) так загудели, что венгерские СМИ не могли не осветить это. Они уделили достаточно времени, чтобы показать, что происходит в нашей стране. И, наверное, благодаря такому резонансу, благодаря массовому одобрению моего послания, никаких штрафных санкций ко мне не применили.
– Почему практически никто из украинских футболистов не был замечен в таком публичном проявлении своей патриотической позиции? Боятся? Или им просто всё равно?
– Я думаю, всё-таки чего-то боятся. Не представляю, как в такой ситуации можно ехать в Россию, чтобы там выступать. Лично для меня это стало бы катастрофой. С каким лицом потом возвращаться в Украину? Здесь – мои друзья и фанаты, с которыми я рос с самого детства. Для меня это гораздо важнее, чем поехать в Россию, чтобы заработать деньги. Всех денег не заработаешь, да и в жизни они играют не самую важную роль.
Самое главное — здоровье, а деньги можно заработать в Украине или где-нибудь за границей. Венгрия, Польша, Беларусь — мир широк. Но люди готовы ради заработка ехать даже в Россию… Для меня это — закрытая тема. Вот 6–7 лет назад я бы относился к этому адекватно — между обеими странами были нормальные отношения. Хотя… Даже тогда у меня не возникало желания играть в российском чемпионате.
– Сейчас украинцы активно осваивают чемпионат Венгрии. С кем из наших легионеров ты на постоянной связи?
– Да, нас в Венгрии немало, но в Беларуси – гораздо больше. Помню, несколько лет назад все реагировали примерно так: "Да какая там Венгрия? Ты что?" Я был одним из первых, кто туда попал. После этого начался большой наплыв игроков из Украины. Это – дело рук агентов. Они почувствовали, что запахло деньгами, и начали завозить сюда своих клиентов.
Поддерживаю контакт с Александром Надом, который защищает ворота Дебрецена. В клубе МТК играют Кичак и Селин, но наши отношения ограничиваются "Привет" – "Пока". Правда, недавно случайно встретил Артема в одном венгерском городке. Я прогуливался со своей женой, а он — со своей. Поговорили о жизни и футболе.
– В 14-м туре "Халадаш" сенсационно обыграл "Ференцварош". Как вели себя Ребров и Петряк после этого фиаско?
– С Петряком у меня хорошие отношения. Сразу после его перехода в "Ференцварош" мы связались и с тех пор постоянно общаемся. Хороший, приятный парень. Мы очень ждали матча друг против друга, и он оправдал все ожидания.
Поединок прошел в очень хорошей атмосфере. Стадион был заполнен до отказа – билеты раскупили еще за несколько дней до приезда "Фради". У нас один из лучших болельщицких секторов во всем чемпионате — лучше по посещаемости только у "Ференцвароша", "Халадаш" занимает второе место. Наша арена может принять до 10 тысяч болельщиков, на каждом домашнем матче свободных мест практически нет. Поддержка такая, что вырастают крылья. Тебе кажется, что это не 10, а все 30 тысяч.
Венгерские фанатские традиции отличаются от украинских. Здесь на трибунах любят песни. Не простые кричалки и заряды, а именно песни – и их немало. Атмосфера – нереальная. Чувствуешь себя действительно в Европе.
После матча перекинулся парой слов с Петряком. Иван, конечно, был не в настроении. Я пожелал ему удачи и чемпионского титула. В чемпионате Венгрии больше всего симпатизирую именно "Ференцварошу". Мне импонирует их игра. А ещё, безусловно, держу кулаки за наших — Сергея Реброва и Ивана Петряка.
– Почему в Венгрии не заиграл Артем Милевский? Полгода в Кишварде – ни одного забитого гола. Все очень печально…
– Встречался с Милевским, когда они играли против нас. Он вышел на 10–15 минут, но ничего особенного не продемонстрировал. Мы лично не знакомы.
На мой взгляд, Милевский – это футболист, способный играть только в сильной команде. Там, где не нужно бегать, отбирать мяч, умирать на поле ради победы. В общем, комментировать Милевского я не хочу. О нём лучше всех вам расскажет лучший в мире пиар-менеджер Панков (Смеётся).
"Задержали самолёт, потому что Янош вчера вечером загулял и проспал вылет"
– Твой дядя Янош Габовда – легендарный бомбардир "Карпат" на стыке 60-х и 70-х годов – не дожил до твоего рождения три года. Хранят ли память о Яноше Габовде в твоей семье?
– Да, я не застал своего дядю, но знаю о нём так много, что создаётся ощущение, будто я жил в его эпоху. Больше всего историй я узнал от своего отца – родного брата Яноша. Как только передо мной появился вариант с футболом, я не сомневался, куда мне уехать из Мукачево. Только Львов, только Львовский интернат – чтобы повторить путь своего дяди. Хотел стать для "Карпат" столь же легендарным. Ну но, наверное, когда чрезвычайно сильно стремишься и мечтаешь, найдутся злые силы, которые не позволят тебе этого сделать. К сожалению, меня постигла неудача…
– Что отец рассказывал о знаменитом брате?
– Папа был ещё мальчишкой, когда Янош уже забивал за "Карпаты". Приезжал из Мукачево на домашние матчи "Карпат" и чувствовал себя во Львове как дома. На вокзале отца встречали люди, сажали в такси, которое бесплатно доставляло его до квартиры. Янош жил на третьем этаже, а на первом располагался магазин сладостей. Папа там "залипал" — пробовал всё, что только хотел. Львовяне носили Яноша Габовду на руках. Особенно после финала Кубка СССР-1969.
Его слава живет до сих пор. Бывали случаи, когда моя жена покупала билеты на вокзале, называла фамилию, и каждый, кому за 50, спрашивал: "А вы как-то связаны с Габовдой?" Приятно, очень приятно. Хотелось бы и после себя оставить такое воспоминание, чтобы обо мне говорили, как о дяде. Пока что ситуация такая: его уже давно нет, я — жив-здоров, играю в футбол, но о нём говорят гораздо больше, чем обо мне. Пусть земля ему будет пухом. Янош Габовда — в моём сердце навсегда.
– Каким он был в быту? Характер, привычки…
– В то время у многих футболистов были проблемы с алкоголем. Дядя тоже любил выпить. Но все, кто был с ним знаком, в один голос отмечают: даже несмотря на это Габовда оставался профессионалом на поле.
Однажды специально задержали самолет, потому что Янош вечером загулял и проспал вылет. Заехали за ним, привезли в аэропорт и только тогда отправились на матч. В той матче мой дядя забил три гола. Это действительно огромный талант, который прекрасно играл "головой" и забивал шедевры. В быту у него был грубый голос, бас, его боялись. В команде слово Габовды весило очень много.
"Кононову огромный минус за футболку с Путиным"
– Твой дебют за первую команду "Карпат" состоялся в 2010-м: львовяне на собственном поле обыграли "Динамо" – 1:0. Прекрасное воспоминание?
– После финального свистка на фан-секторе, где яблоку негде было упасть, ультрас растянули баннер "Юра, дядя гордится тобой". Мне стало настолько приятно, что на глаза навернулись слезы. Большой поклон нашим фанатам за их поддержку – я чувствовал её каждый день. "Карпаты" для меня – больше, чем клуб.
Я так ждал своего дебюта, что о каком-либо волнении не могло быть и речи. Где-то чувствовал, что давно перерос уровень "дубля" — много забивал там. В игре с "Динамо" заменил Кожанова примерно на 90-й минуте. Потом мне рассказывали, что за эти 3–5 минут, которые оставались до финального свистка, я пробежал столько, сколько люди пробежали за весь матч.
Не останавливался ни на секунду. Чувствовал перед собой большую ответственность и долг — не ошибиться, отработать до конца. После финального свистка моё счастье от дебюта и победы было трудно передать словами. Весь переполненный стадион "Украина" аплодировал нам — это кайф. В такие моменты ты готов разгромить любого соперника.
– Олег Кононов: каким он остался в твоих воспоминаниях?
– Сейчас о Кононове говорят всякое, но я не могу сказать об этом человеке ничего плохого. Именно он дал мне путевку в большой футбол, доверил место на поле в матче УПЛ. Кононов – интересный человек, профессионал с большой буквы. Мне нравились его тренировки, его отношение к подопечным и тот стиль игры, который он прививал "Карпатам". Конечно, огромный минус Кононову за эту футболку… Я очень злился на него.
– Ты имеешь в виду футболку с Путиным?
– Да. Это мне очень не понравилось. Огромный промах с его стороны. Не знаю истинных мотивов такого поступка. Возможно, тренера подставили. Но если брать во внимание его период в "Карпатах" – ни один человек не скажет о Кононове ничего плохого. Далеко не все удостаиваются звания "Почетного гражданина Львова". Это о чём-то и свидетельствует. Раньше поздравлял Георгиевича с Днём рождения и другими праздниками. Последние 2–3 года уже не общаемся…
– Я расспрашивал многих "карпатовцев" о том, почему Кононов уехал из Львова, хотя ситуация тогда не была крайне безнадёжной. В основном говорят, что он потерял контроль над командой, отдалился от неё…
– Да, он утратил контроль над игроками. На мой взгляд, Кононов подпустил некоторых подопечных слишком близко. Тренер всегда должен держать определенную дистанцию, каким бы хорошим человеком он ни был. Я лично этого не люблю. Со многими наставниками у меня были прекрасные отношения, но я никогда не показывал это перед командой. Всегда знаю, когда могу подойти к тренеру, чтобы обсудить с ним какую-то тему, а когда этого делать не стоит.
Олег Георгиевич, возможно, даже не ожидал, что так произойдет. Осознал ситуацию, когда уже было поздно, поэтому подал в отставку. Его же не прогоняли – он сам ушел. Потерял контроль над игроками, и все пошло наперекосяк.
– Твое прощание со львовским клубом также было неожиданным. "Карпаты" вонзили нож в спину", – подытожил ты. Почему так произошло?
– Такое впечатление, что меня блокировали с самого начала. Кто-то не пускал меня на вершину. Хотя все тренеры отзывались о футболисте Габовде только положительно.
Как сейчас вспоминаю момент, когда в кабинете Петра Петровича Диминского собрались 8–10 человек за круглым столом, чтобы обсудить перспективы каждого игрока – кто и на что способен. Настала моя очередь. Зашёл, присел. Кононов высказался очень лестно, мол, рассчитывает на меня. "Юра — это будущее не только "Карпат", но и всего украинского футбола. У него — большой талант, он будет прогрессировать". Другие участники собрания также поддержали тренера.
Но после этого началась какая-то неспортивная блокировка. Мне вставляли палки в колеса. Кто это делал? Руководство клуба. Меня лично блокировал Диминский. Чем-то я ему не понравился. Понимаете, у многих людей ещё остался совковый менталитет. Знаю, многим не нравилось то, что я мог сделать себе причёску, ухаживал за собой. Абсурд!
Посмотри, как выглядят футболисты в Европе! У нас даже тренер "Халадаша" одевается очень красиво, следит за модными трендами. То, как ты выглядишь, — это твоё лицо, имидж, на тебя смотрят другие люди. Что в этом плохого? Если ты показываешь нужный результат на футбольном поле, какие могут быть претензии?
– Зато тебя всегда уважали болельщики "Карпат"…
– Болельщиков "Карпат" не обманешь. Они всё видят – мой профессионализм и отношение к футболу. Болельщики всегда нас поддерживали – даже "дубль", когда мы стали чемпионами Украины. Они видели, кто и как отдается на поле, кто уже дорос до основного состава. У меня были хорошие матчи против ПСЖ, "Севильи", но чего-то выдающегося я не достиг. Поэтому приятно, что, не играя регулярно в первой команде, я завоевал их любовь. Наверное, они также хотели, чтобы я был основным игроком "Карпат". Но руководство сделало всё, чтобы этого не допустить. Мне было очень больно покидать родной клуб.
– Сейчас посещаемость домашних матчей "Карпат" – крайне низкая. Фан-сектор также сократился практически втрое. Как тебе такая картина?
– Ужасно. Включаешь трансляцию, и когда видишь пустые секторы – это не укладывается в голове. В моё время команда только выходила на разминку, а на трибунах уже сидели 10–15 тысяч зрителей. Сейчас всё пошло наперекосяк. Такова картина, но мы надеемся на лучшее.
– Заслуживают ли болельщики "Карпат" унизительного прозвища – "овцы"?
– Футбол – это театр. Для кого ты играешь? Ради болельщиков. Уберите их со стадиона – какая картина получится? Конечно, руководству могут не нравиться некоторые действия фанатов. Но фанаты отдают клубу свою душу. Ради чего они ездят на выездные матчи, поддерживают свою команду в любую погоду, отстаивают родной герб в стычках с вражескими лагерями? Вот если бы нынешняя команда так выкладывалась, как они, результат был бы совсем другим. Неприятно было читать о "овцах". Я связался с некоторыми ребятами. Мы горько посмеялись над этим.
"Вертолёты летали туда-сюда, через неделю я позвонил своему агенту: "Пахнет гарью"
– После "Карпат" ты играл, в частности, за "Таврию". В Симферополе стал свидетелем прибытия "зеленых человечков"…
– Это был обычный день. Я выезжал на тренировку. Центр города оказался заблокирован. Люди с автоматами, в тех зеленых костюмах. Меня развернули – объезжай. Сначала не понял, что происходит.
Но с каждым днём ситуация ухудшалась. Вертолёты летали туда-сюда. Через неделю я позвонил своему агенту: "Пахнет гарью. Я не хочу здесь оставаться". Эти "человечки" появились так неожиданно, как первый снег…
– Как на ситуацию реагировали в клубе?
– Руководство "Таврии" было очень взволновано. Когда команда уезжала на сборы в Турцию, разрешили брать с собой всех – жён, детей. Беспокоились о безопасности.
– Свою карьеру ты продолжил в Беларуси. Почувствовал культ Лукашенко?
– Порядок там – просто сумасшедший. Идешь в магазин, можешь не закрывать дверь своей машины. Я удивлялся: "Как это так?" Мне отвечали: "Допустим, угнали твою машину. Через 5 минут её найдут". В 11–12 часов вечера спокойно гуляешь по улицам, спальным районам и не переживаешь, что наткнешься на какую-нибудь плохую компанию. Порядок, дисциплина. Улички — как в пионерские времена: чистенько, как по линейке.
– "Винниковский Рух". Почему ты задержался в этой команде всего на несколько месяцев?
– В Винники я приехал после феерического сезона в минском "Динамо". Ожидал еще большего скачка в своей карьере. Доверился агентам, но, к сожалению, не все сложилось так, как предполагалось и обещалось. Оказался дома, ждал приглашений от более серьезных клубов. Время поджимало, и тут поступило предложение от "Руха". Зная, что клуб ставит перед собой серьезные задачи, я согласился на сотрудничество — чтобы поддерживать форму и заодно помочь этой команде. В итоге помог "Руху" выйти в Первую лигу. Но перестроиться на этот уровень я не сумел — хотелось более серьёзных вызовов.
– Отпуск для тебя начался с празднования дня рождения жены. Какова история вашего романа?
– Мы познакомились в спортивном интернате – в 11-м классе. Анна занималась художественной гимнастикой. Эта девушка мне понравилась сразу. Начал ухаживать, но она была настолько скромной, настолько сосредоточенной на спорте, что сначала даже стеснялась сказать "привет". Время шло, мы привыкли друг к другу, и после выпускного начались более серьёзные отношения.
Мы — две половинки одного целого. Воспитанные в простых семьях. Я благодарю Бога за то, что он соединил нас. К слову, жена выступала в сборной Украины, имеет звание мастера спорта. Серьёзная спортсменка была!