"Когда смотрю, как люди на видео едят хлеб и плачут…": ветеран УПЛ приютил бывшего товарища по команде, которого искала вся Украина
Откровенный разговор Любомира Кузьмяка с Сергеем Яворским, защитником "Ворсклы".
Все инсайды о звездах сборной Украины.
Накануне российского вторжения "Ворскла" вернулась в Полтаву и возобновила тренировки. На 24 февраля у команды Юрия Максимова было запланировано очередное занятие. Однако ужасные события того дня изменили жизнь всех украинцев.
У ключевого защитника "Ворсклы" Сергея Яворского мысли сейчас совсем не о футболе. Как и все, он переживает за Украину, а ещё вспоминает боевые действия в Мариуполе в 2014-м, помогает беженцам и надеется на возвращение к нормальной жизни. Об этом и о многом другом Сергей рассказал в интервью "Футбол 24".
"Если ты молчишь — значит, должен понести наказание"
– 24 февраля мы должны были собраться на базе, – воспроизводит в памяти страшную хронологию событий Яворский. – А уже 27 февраля должны были принимать дома "Верес". Собирались работать по привычному графику, а вместо этого проснулись утром под звуки сирены. Сначала испугались. Потом нас собрали на стадионе, провели совещание и решили временно не тренироваться.
– С какими мыслями возвращались домой после этого совещания? У вас уже был печальный опыт свидетеля боевых действий в Мариуполе.
– Да, в 2014-м тоже всё начиналось похожим образом. Теперь я также находился в шоковом состоянии и просто не мог поверить в то, что происходит. Как и большинство людей, считал, что в XXI веке полномасштабной войны в Европе быть не может.
– Но эмоции были похожи на те, которые вы пережили тогда в Мариуполе?
– Сложно сравнивать. В 2014-м мы тоже спали в коридоре, тоже прятались от обстрелов. Помню людей с автоматами, которые ходили под окнами. Однако в Мариуполе не было взрывов ракет, и всё закончилось очень быстро.
– Футболисты стараются максимально дистанцироваться от политики, однако вы для себя выводы сделали уже тогда?
– Понятие "аполитичность" – это ерунда, это неправильно. Политика всегда шла рука об руку со спортом. Ты представляешь свой город, свою страну – а это уже политические элементы. Суждение о том, что спортсмен находится вне политики, – ошибочно.
– Отстранение российских спортсменов от соревнований в цивилизованном мире – справедливо?
– Да, считаю, что это правильный шаг. Когда твоя страна нападает на другую, молчать нельзя. Наоборот, нужно прилагать усилия для того, чтобы остановить войну. Если ты молчишь – значит, должен понести наказание.
"Украинским воинам нужно ставить памятники еще при жизни"
– Когда вы в последний раз бывали в родном Донецке?
– Ездил раньше, ещё когда в Новотроицком были открыты пункты пропуска. Мои родители-пенсионеры до сих пор живут в Донецке. У них есть приусадебный участок, собственный дом. Они всю жизнь стремились к этому и хотели спокойной старости. Сколько бы мы ни пытались с братом их вывезти, всё заканчивалось неудачей. Также в Донецке живут родители и бабушка моей жены.
– Эпитет "родной" можно применить и к Мариуполю, в котором вы провели лучшие годы своей футбольной карьеры?
– Бесспорно, для меня это такой же родной город, как и Донецк. Словами трудно передать свои ощущения, когда смотрю на то, что произошло с Мариуполем. Это катастрофа. Я подписан на мариупольскую группу и ежедневно просматриваю новые фото оттуда. Кроме того, поддерживаю связь с людьми, которые уезжают из города. Дело не только в футболе – всё своё детство я провёл недалеко от Мариуполя. У родителей там есть дача, с этими местами связаны особые воспоминания.
– Какова судьба этой дачи?
– Сейчас там живут переселенцы, которым мы помогаем с жильем. Условия в целом скромные, но все же вода и электричество там есть, некоторое время провести можно. Мариупольские беженцы столько всего пережили… Когда смотрю, как люди на видео едят хлеб и плачут… Думаю, сами понимаете, какие эмоции это вызывает.
– В Мариуполе у вашей семьи были любимые места?
– С приходом действующего мэра Вадима Бойченко город начал стремительно развиваться. Я сохранял к Бойченко максимально теплое и позитивное отношение до того момента, пока он фактически не покинул Мариуполь и не уехал оттуда одним из первых. Многие люди остались на произвол судьбы. А вообще в городе была красивая набережная, замечательный Драмтеатр, нарядная площадь рядом с ним. Развивался левый берег, парки, дороги… За последние годы Мариуполь сильно изменился. Из серого и промышленного Мариуполь превратился в уютный и комфортный город.
– До недавнего времени считались пропавшими без вести местные футболисты Родион Плакса и Игорь Тищенко. К счастью, Родион уже вышел на связь.
– С Игорем тоже всё в порядке. Вместе с семьёй Тищенко как раз живёт у нас на даче. Также мы долго искали тетю Валью, женщину, которая много лет работала на кухне на базе в Мариуполе. К счастью, с ней тоже всё хорошо. Как и с тренером и экс-футболистом Мариуполя Андреем Оберемко.
– Город почти полностью разрушен, однако продолжает стоять благодаря героизму отряда спецназначения "Азов" и сотен украинских воинов.
– Вы знаете, стоит говорить о каждом человеке, который сейчас защищает Украину. В том числе и в Мариуполе. Каждый из них – настоящий герой. Им нужно ставить памятники еще при жизни и надеяться, что они вернутся домой живыми и здоровыми.
"Если мы хоть кого-то вдохновили, то я очень счастлив"
– Каковы ваши военные навыки?
– Ой, я очень далек от оружия и всего, что с ним связано. Условно говоря, на пистолете спусковой крючок не найду. По жизни я вообще пацифист. Сейчас я уже начинаю разбираться в технике, изучаю виды вооружения благодаря новостям. А раньше вся классификация военной техники для меня выглядела максимально просто: танк, маленький танк.
– Тренер "Ворсклы" Юрий Максимов не остался в стороне и защищает страну в рядах территориальной обороны.
– Насколько я знаю, большинство представителей "Ворсклы" принимают активное участие в оказании помощи людям, нуждающимся в поддержке. В частности, клуб привлекал нас к сбору гуманитарной помощи, заготовке продуктов питания. Полтава стала настоящим центром помощи внутренне перемещенным лицам, а "Ворскла" не остается в стороне. Каждый из нас делает всё, что может.
– Кроме того, несколько тренеров и футболистов ездили в госпиталь к воинам. Что вас больше всего поразило?
– Я смотрел на этих людей с замиранием сердца. Мы искренне желали им здоровья и радовались, что им удалось спасти свою жизнь. Если мы хоть кому-то сделали жизнь приятнее, вдохновили, то я очень счастлив. Кстати, одного солдата даже видели в футболке "Ворсклы", он болеет за нашу команду. Пусть мы и не самые знаменитые футболисты, но если подарили людям радость, то это большое счастье.
– Единственная иностранная команда в вашей карьере – казахстанский "Тобол". Получали ли вы слова поддержки из-за рубежа от своих знакомых?
– На самом деле немало иностранцев звонят и спрашивают, чем могут помочь. Однако отдельно следует отметить австрийца Томаса Шимковича, с которым я играл именно за "Тобол". Это необыкновенный человек! В своё время он выигрывал чемпионат Австрии с "Аустрией", а сейчас завершает карьеру в команде австрийской низшей лиги. Так вот, вместе с партнерами из ФК "Ферст Вена" он организовал микроавтобус с одеждой, едой и медикаментами для украинских переселенцев. Более того, Шимкович самостоятельно привёз этот "автобусик" на границу в Ужгород и передал украинцам. Томас действительно очень помогает нашей стране, и не только словами, но и реальными делами.
"То, что происходило в Буче, — на такое даже звери в лесу не способны"
– С 2008 по 2010 год вы жили на Оболони и играли за местную команду. Что вы чувствовали, когда на видео наблюдали за российскими танками на улицах района?
– Конечно, это болезненный момент. Мой родной брат и сейчас живет на Оболони. Мы постоянно на связи – брат проводил много времени на парковке, было действительно страшно. Он давно уехал из Донецка и не застал всех тех ужасов, с которыми люди столкнулись в 2014-м. В Киеве он пережил это впервые.
– Иллюзий относительно действий врага у вас, наверное, с тех пор не было. Но есть ли предел зверствам российских террористов, которые мы увидели в Ирпене, Буче и Бородянке?
– Этих существ нельзя называть людьми. То, что происходило в Буче и других городах, – на такое даже звери в лесу не способны. Любое ругательное слово, которое мы применим к ним, будет считаться комплиментом.
– Помогает ли вам футбол отвлечься от повседневных переживаний?
– Я вообще выпал из футбольного мира. Даже хайлайты матчей не смотрел. Пожалуй, единственный обзор матча, который я посмотрел, – "Реал" – "Барселона". Пока никакого футбола в моей жизни.
– "Ворсклу" покинули все легионеры. Удалось с ними попрощаться?
– Мы периодически общаемся и не теряем связь. Ребята-иностранцы спрашивают, как у нас дела, переживают за Украину. Полтава для многих из них стала родным местом. Думаю, каждый легионер надеется, что однажды сюда вернётся.
– Сейчас совсем не до этого, однако периодически возникает дискуссия о судьбе сезона в УПЛ, который не был завершён. По итогам первого круга "Ворскла" занимала третье место, а после 18-го игрового дня ваша команда идёт пятой.
– Мы даже не обсуждали это в команде. Сейчас вопрос о завершении чемпионата вообще неактуален. Безусловно, хотелось бы решить всё на футбольном поле. Если мы доиграем чемпионат, значит, у нас всё наладилось, у нас всё хорошо. Поэтому это лучший вариант. Другие я даже не рассматриваю. Мечтаю о том, чтобы люди снова приходили на стадион и получали положительные эмоции от жизни и футбола. Возможно, некоторые и отрицательные эмоции от игры "Ворсклы" получают (улыбается). Но всё же очень хочется мирного неба над головой и развития для Украины.
