"Я знаю, что я – легенда": Мохамед Салах о магии Энфилда, преимуществе Слота перед Клоппом и ребенке из египетской деревни
Нападающий "Ливерпуля" Мохамед Салах дал откровенное интервью французскому изданию L'Equipe. Ольга Любушкина перевела и адаптировала беседу с египетской суперзвездой.
Мохамед Салах / фото: lequipe
Узнавай о победах первым.
– В начале сезона вы сказали, что одной из ваших главных целей является чемпионский титул в АПЛ. Зачем?
– Я даже сказал, что это моя главная цель. Впервые в своей карьере я поставил титул чемпиона Англии выше Лиги чемпионов. Было так обидно, что из-за пандемии мы не смогли отпраздновать это событие вместе с нашими болельщиками (речь идет о чемпионстве сезона 2019/20, – Футбол 24). Мне и всей команде захотелось сделать это и для наших болельщиков, и для города.
– Расскажите нам о разочаровании 2020 года...
– Это было действительно сложно, поскольку клуб не становился чемпионом на протяжении тридцати лет. Я не знаю, осознаем ли мы это. Мы проводим выдающийся сезон в Премьер-лиге (99 очков), но карантин лишает нас празднования, которого город ждал три десятилетия. Мы должны были дать себе еще один шанс подарить им эту радость, на этот раз с возможностью принять участие и отпраздновать. К тому же я также воспринял это как личный вызов, потому что это был мой последний год по контракту в клубе и, следовательно, возможно, мой последний сезон здесь.
– Вы всегда чувствовали это абсолютное желание со стороны болельщиков?
– Конечно! Потому что идет соперничество с "Манчестер Юнайтед", у которого 20 титулов, в то время как "Ливерпуль" застрял на отметке в 18 с 1990 года (сейчас уже 20). В конце концов, победа в чемпионате стала для нас не только вызовом, но и огромным давлением, поскольку нужно было найти тот победный настрой, который клуб несколько утратил. Довольно много людей любезно критиковали меня, говоря: "Все игроки, которые подписали контракт, утверждают, что хотят выиграть Премьер-лигу, но ничего не происходит". Я им ответил: "Ладно, ладно, посмотрим, смогу я это сделать или нет". Кажется, я сдержал свое слово. Я горжусь этим, потому что мы с "Ливерпулем" очень похожи.
– То есть?
– "Ливерпуль" известен тем, что совершает невероятные камбэки, переворачивает, казалось бы, безнадежные ситуации и отдает все силы, всегда и во всем. В этом смысле, думаю, есть сходство и в моем карьерном пути, когда никто не мог себе представить такую траекторию, и в том, что я никогда не сдаюсь, и в том, как посвящаю все свое время футболу. Я также люблю говорить, что не только много работаю, но и работаю с умом. Важно вкладывать смысл в свою работу.
– Забавная история: когда вы были моложе и играли в видеоигры, то выбрали "Ливерпуль". Почему?
– Я был потрясен "Стамбульским чудом" 2005 года (в перерыве финала Лиги чемпионов "Милан" вел со счетом 3:0, "красные" сравняли во втором тайме 3:3 и победили в серии пенальти – 3:2). А потом у них была очень быстрая, мощная игра, в частности, Джибриль Сиссе, который мчался со скоростью 1000 миль в час, Стивен Джеррард был способен пробежать через все поле и отправить снаряд в верхний угол с 30 метров и так далее. Мне посчастливилось несколько раз встретиться со Стиви, было особенно приятно пообщаться с одной из величайших легенд клуба. И это клуб, кумирами которого часто были местные игроки: Джеррард, Фаулер, Оуэн, Каррагер...
– Сегодня публика поет для вас, даже если вы не из Ливерпуля, и даже не из Англии или Европы. Вы гордитесь этим?
– Это показывает, чего я достиг. Поэтому очень приятно чувствовать эту любовь болельщиков, которые вознаграждают мою работу на протяжении восьми лет. Честно говоря, я не думаю об этом постоянно, но и не воспринимаю как должное, потому что это действительно ценно.
– Чувствуете ли вы себя легендой "Ливерпуля"?
– Нет, я уверен, что я легенда "Ливерпуля"! А если серьезно, то сегодня я в строю, тренируюсь, готовлюсь и играю. А когда прихожу домой, сосредотачиваю все свое внимание на семье. Поэтому не могу позволить себе такую роскошь. Но если вы спросите меня, то да, я знаю, что я легенда. В этом сезоне, несмотря на всю неопределенность с продлением моего контракта, болельщики увидели, что я выложился на полную, без обмана, без расчета. И здесь, возможно, больше, чем где-либо, это ценят больше всего.
– Насколько сложно было справляться с неопределенностью, связанной с продлением вашего контракта, с вопросами журналистов каждую неделю, а также с вопросами болельщиков?
– Думаю, в итоге это оказалось настоящим преимуществом, потому что я провел лучший сезон в своей жизни (49 матчей, 33 гола и 23 голевые передачи во всех соревнованиях за свой клуб). Вероятно, мысль о том, что это может быть мой последний год здесь, подтолкнула меня к желанию извлечь из него максимум пользы и приложить все усилия, чтобы завоевать обещанный мне титул. У меня было такое настроение: если клуб не хочет продлевать мой контракт, нет проблем, закончим как можно лучше, чтобы я ушел через парадный выход.
– Вы действительно думали об уходе?
– Да, это было возможно. На самом деле это было немного странно: в этом сезоне мы были действительно сильны, и нам пришлось вести эти переговоры, которые были непростыми. В конце концов, все хорошо, что хорошо кончается: мы чемпионы, и я остаюсь еще на два сезона.
– Вы бы скучали по Энфилду, не так ли?
– Это уникальный стадион. Действительно. Есть еще одно место, которое мне особенно нравится. Оно расположено на правой стороне, где мы обычно играем первые таймы. Не знаю почему, возможно, потому что уже восемь лет я начинаю свои матчи с этой стороны и перед самым началом матча успеваю увидеть одни и те же лица. Не знаю, суеверие ли это, но мне нравится видеть эти знакомые лица. Кроме того, в редких случаях, когда кто-то пропускает более двух матчей, я прошу менеджера нашей команды проверить, почему их нет, все ли в порядке.
Эти знакомые мне люди заставляют меня чувствовать себя как дома. Есть какая-то теплота, какая-то вибрация, это трудно описать. В любом случае, именно "Энфилд" заставляет меня чувствовать себя хорошо. Все компактно, мы всех знаем, коридор перед выходом на поле очень узкий. В этот момент я каждый раз осознаю, какая это привилегия. Я вижу надпись на стене "You'll Never Walk Alone", табличку "This is Anfield", к которой нужно прикоснуться, прежде чем войти, и слышу голоса болельщиков, которые приветствуют нас. Я рассказываю вам об этом, и у меня мурашки по коже.
– Но вы к этому привыкли.
– Нет, это по-прежнему каждый раз восхищает. Например, когда наши болельщики поют "You'll Never Walk Alone", я каждый раз наслаждаюсь этой песней, она никогда не бывает обычной. И это всегда напоминает мне, откуда я родом и какой путь мне пришлось пройти, чтобы получить возможность испытать это. Я не хочу к этому привыкать, потому что карьера ограничена во времени, она длится не так долго, возможно, лет пятнадцать. Это пролетает очень быстро. А когда наступает время остановиться, ты спрашиваешь себя: "Использовал ли я это время по максимуму? Или в итоге почувствовал себя перенасыщенным?" Я не хочу ни о чем жалеть.
– Откуда взялся такой взгляд на вещи?
– Нужно как можно больше читать, смотреть документальные фильмы о философии, личностном развитии и т. п., это позволяет вам полностью находиться в настоящем моменте, наслаждаться каждым мгновением, не впадая в какое-то механическое функционирование, понимаете? Вот почему я отдаю всего себя, потому что не хочу говорить себе: "Ох, если бы я сделал больше, если бы я больше осознал, что это не вечно и т. д.". Когда это закончится, я хочу сказать: "Футбол, спасибо тебе за все".
– То есть чтение книг и просмотр документальных фильмов помогают вам стать лучшим футболистом?
– Лучшим человеком, прежде всего. А потом уже футболистом. Потому что этот способ питания моего мозга, мое обучение позволяют мне быть в большей гармонии со своим видом спорта, в большей гармонии со своей жизнью. Именно во время моего пребывания в Риме я начал много читать. Это открыло мне глаза на многое. На тот момент я уже был хорошим игроком, но хотел стать лучше как человек. У меня было ощущение, что это принесет мне общее равновесие. Пополняя знания, мы обретаем уверенность, лучше понимаем ситуации, учимся рассматривать некоторые вещи в перспективе, еще больше сосредотачиваясь на том, что мы делаем. И чем больше вы узнаете, тем больше вам хочется узнать.
Чувствовал, что меняюсь, обретаю понимание, спокойствие. И, следовательно, в игре на поле тоже. С тех пор я не переставал учиться каждый день. Думаю, что, хотя и не стараюсь этого делать, передаю часть этого подхода окружающим. Некоторые из моих товарищей по команде говорят мне, что видят, как я каждую секунду сосредотачиваюсь на том, что делаю, и что это помогает им двигаться в том же направлении. Они спрашивают меня, как мне удается сохранять концентрацию, даже когда дела идут не так хорошо, как хотелось бы. Управление эмоциями – одна из самых сложных задач для профессионального спортсмена. Если возникает разочарование, я принимаю его, потому что да, такое бывает. И поскольку знаю, что чувствовать себя так "естественно", лучше с этим справляюсь.
– А что дал вам этот клуб?
– Это то, что было во мне, но, возможно, не в такой степени: никогда не сдаваться. Никогда! Это настолько укоренилось в генах клуба, что я действительно сделал шаг вперед в этом состоянии ума.
– В социальных сетях мы регулярно видим, как вы посещаете школы с командами мальчиков и девочек. Какую роль во всем этом играет коммуникация?
– Я делаю это, потому что хочу. Никто меня не заставляет. А когда я с детьми, то не обращаю внимания на время. Могу провести с ними несколько часов, развлекаясь, давая им советы. Думаю, что в целом важно не жить в изоляции, и, вероятно, это еще актуальнее в Ливерпуле, где люди действительно связаны с клубом. Я бы не сказал, что это делается для того, чтобы что-то отдать, а для того, чтобы понять этих людей, как они думают, что они чувствуют. В конце концов, когда я был в их возрасте, мечтал встретить футбольную звезду. Это позволяет нам помнить, откуда мы пришли, оставаться в контакте с реальностью и быть скромными.
– Вы познакомились с Флоренцией, потом с Римом – двумя самыми красивыми городами мира, солнечными, где очень вкусно кормят. И вот вы в Ливерпуле...
– Да, это была серьезная перемена. Прежде всего, есть одно "но": я предпочитаю очень низкие температуры, не спрашивайте меня, почему. Да, знаю, я из Египта, это нелепо, и все же ненавижу жару. Был настолько взволнован подписанием контракта с "Ливерпулем", что не особо задумывался об архитектуре, гастрономии...
– Когда вы приехали, вас считали хорошим нападающим, забившим около пятнадцати голов, но не лучшим бомбардиром Европы. А каким видели себя вы?
– Уже в "Роме" я играл больше как вингер, и команда не была нацелена на то, чтобы я забивал голы. Именно во время того сезона в Риме я понял, что могу достичь большего, чем люди думают. Я чувствовал, например, что могу забивать гораздо больше, еще раньше. Сейчас, когда я забиваю 24–25 голов за сезон, люди говорят: "Правда, всего лишь?" В тот знаменитый год в Риме (2016/17) я был в ресторане со своим агентом (Рами Аббасом), и он сказал мне: "Если ты уедешь куда-нибудь еще, я уверен, что однажды ты сможешь выиграть "Золотой мяч". Я подумал: "О чем он говорит, он что, с ума сошел?".
Это показывает, каким я себя видел. Я пришел домой и начал думать: "Почему он мне это говорит, как он может видеть это во мне, когда я сам этого не вижу?" Не знаю почему, но это что-то во мне задело, я захотел увидеть это в себе и начал читать о личностном развитии. Этот разговор стал спусковым крючком, хотя, возможно, он и не имел в виду всего того, что говорил мне.
– Какую роль в этом развитии сыграл Юрген Клопп?
– "Ливерпуль" создавал хорошую команду, и различные ее элементы появлялись в нужное время. Я (2017) вместе с Садьйо (Мане, купленным в 2016 году) формируем атакующее трио с Бобби (Роберто Фирмино, 2015). Затем к нам присоединились Виргил (Ван Дейк, январь 2018 года) и Алиссон (лето 2018 года), и все стало на свои места. Это была скорее алхимия, которая позволила каждому расти. Например, Бобби сыграл такую важную роль в объединении всех нас, был настолько умным в своих движениях с мячом и без него, настолько техничным и по-настоящему бескорыстным. Он сделал нас всех лучше. Я много забивал (44 гола за клуб в первом сезоне), и тогда Садьйо сказал себе, что он тоже может забить больше.
– Настолько, что в итоге мы почувствовали напряжение между вами двумя...
– Да, отношения с Садьйо были напряженными. Заметьте, мы вели себя профессионально до самого конца, и я не думаю, что это как-то повлияло на команду. Человеку свойственно хотеть большего, я это понимаю, он же конкурент. Вне поля мы не были особенно близки, но всегда уважали друг друга.
– Повлияли ли на вас комментарии о вашем предполагаемом эгоизме?
– Мне все равно. Люди могут думать, что хотят, это их право. Но я предлагаю всем обратить внимание на то, что больше всего результативных передач Мане отдал именно я (18). Мы можем взглянуть на факты, но, видимо, проще бросаться такими фразами; они попадают в заголовки, я знаю, как это работает. Меня это устраивает, пока это остается в рамках уважения. Но это не значит, что такое мнение верно. В конце концов, я знаю, что сделал, и моя совесть чиста.
– Что вы чувствовали по поводу поражений "красных" на последних минутах, например, в двух финалах Лиги чемпионов против "Реала" (2018, 1:3; 2022, 0:2), или двух проигранных чемпионатов с отставанием в одно очко от "Сити" (2019, 2022)?
– Да, больно, иногда очень сильно. Но я возвращаюсь к тому, о чем говорил: в конце концов, в глубине души ты понимаешь, отдал ли все свои силы. Например, в 2018 году я получил травму плеча в начале матча от Серхио Рамоса. Могу ли я сделать больше? Нет. На "Стад де Франс" в 2022 году Тибо Куртуа был невероятен (9 сейвов), возможно, это был лучший матч в его карьере. Можно ли сделать больше? Я так не думаю. Так что все в порядке. Иногда это твой день, иногда нет. Он не всегда может быть моим. Когда вы это поймете, это поможет вам не пребывать в отчаянии слишком долго и вернуться в борьбу.
– Расскажите нам об этом сезоне с Арне Слотом. Уход Юргена Клоппа породил опасения по поводу огромной пустоты...
– Я не ожидал, что мы победим так быстро. Кто мог предвидеть, что переход состоится так быстро? Думаю, никто. В предсезонке Арне подошел ко мне и попросил стать примером для других игроков. Я ответил ему, чтобы он не волновался, потому что я всегда на высоте не для того, чтобы подавать пример, а потому что я такой человек. Он объяснил, чего ожидает от меня в игре, мне это понравилось. Слот очень прямолинеен, он вернул конкуренцию в игру, тогда как с Юргеном мы, возможно, в конце слишком ушли в свою зону комфорта.
Арне и его команда более открыты для обсуждения, обмена мнениями. Думаю, это было важно для моих выступлений. И, самое главное, это привело нас к успеху. Я говорил Вирджилу, что, не умаляя ничьих заслуг, победа в чемпионате без Юргена, Бобби, Садьйо, Хендо (Джордана Хендерсона) и всех товарищей по команде 2020 года была еще более особенной, потому что у нас есть группа очень хороших игроков, но большинство из них никогда раньше не побеждали. Это приятно.
– Но в вашем сезоне есть одно большое черное пятно: вылет из 1/8 финала Лиги чемпионов от ПСЖ.
– Честно говоря, нам очень повезло, что Али (Алиссон) показал лучшую игру в своей карьере на "Парк де Пренс". Однако в ответном матче мы не добились большого успеха. Не думаю, что Париж заслуживал большего, чем мы. Мы были на очень хорошем уровне весь сезон, но в единственный месяц, когда у нас произошел небольшой спад, нам противостояла команда, которая в то время достигла пика формы в Европе.
– Считаете ли вы, что эта неудача станет решающим фактором в гонке за "Золотым мячом"?
– Это не в моих руках, но, очевидно, однажды я хотел бы выиграть "Золотой мяч" для своего народа. Если ты ребенок из египетской деревни, тебе трудно мечтать о "Золотом мяче". Именно тогда, когда я пришел в "Ливерпуль", я начал думать, что, возможно, однажды... Но даже если я не выиграю, моя карьера все равно будет успешной.
Мне всего 32 года (33 в июне), нескольким победителям последних лет было за тридцать. Так что кто знает? В конце концов, следующий сезон обещает быть захватывающим: с защитой нашего титула с "Ливерпулем" и Лигой чемпионов, КАН с Египтом (конец 2025 – начало 2026 года в Марокко) и, я надеюсь, чемпионатом мира (летом 2026 года в США, Канаде и Мексике). И вы уже знаете о моих амбициях.
– Какие?
– Выиграть все.
