Барон Ниси: триумфальное возвращение в Японию, замена "атомной лошади" и Олимпиада-1936 – смертельный конкур на празднике нацизма
"Лонгрид" Михаила Юхименко о жизни Такеити Ниси – — величайшего японского конкуриста в истории Олимпийских игр. В третьей части читайте о звездном возвращении барона из Лос-Анджелеса и тяжелой Олимпиаде-1936 в Берлине.
Барон Ниси: триумфальное возвращение в Японию, замена "атомной лошади" и Олимпиада-1936 — смертельный конкур на празднике нацизма
Будь в курсе спортивных новостей первым
14 августа 1932 года барон Такеити Ниси установил достижение, которого не ожидал никто. 30-летний лейтенант выиграл золото Олимпийских игр по конному спорту – первое до сих пор единственное для Японии. Триумф оказался настолько эффектным, что Ниси носили на руках даже соперники из Мексики и Швеции, а 100 тысяч фанов на лос-анджелесском "Колизее" аплодировали, несмотря на поражение США.
Часть 1: Барон Ниси: денди в мире самураев и забытых оккупаций – история взлета главного олимпийского всадника Японии
Часть 2: Барон Ниси: звездное лето в Голливуде и аристократизм Олимпиады-1932 – как "хорошие японцы" стали медийным прикрытием войны
Фото по часовой стрелке: 1. Барон Такеити Ниси и голливудский актер Дуглас Фэйрбенкс; 2. Ниси на кабриолете Packard Convertible по радио, приобретенному в США; 3. Такеити вместе с собакой на мотоцикле Harley-Davidson; 4. Табличка знатного гражданства Лос-Анджелеса для барона Ниси.
Эффектный возврат в Японию
Барон получил почетное гражданство Лос-Анджелеса, а 21 августа – через неделю после победы на Олимпиаде – японец принял участие в церемонии закладки ипподрома Санта-Анита. Такеити признавался репортерам, что не хочет покидать город, но лайнер Чичибу Мару уже ждал в порту Сан-Педро. Он прибыл, чтобы вернуть японскую олимпийскую сборную на Родину.
Барон Такеити Ниси (слева), президент лос-анджелесского жокейского клуба Джозеф Смут и миссис Анита Болдвин – дочь "Лаки" Болдвина, бывшего владельца ранчо, на котором откроют ипподром Санта-Анита / UPI/Bettmann Archive/Getty Image
Свой последний день в "городе ангелов" Такеити превратил в перформанс . Корреспондент Los Angeles Times писал, что барон не появлялся в порту чуть ли не до самого отплытия – чем разбивал сердца красавиц японского квартала.
Лишь присутствие Кохеи Юсы спасло ситуацию. Полковник со своей веселой манерой взял дело в свои руки, пока на место не прибыл самый молодой офицер в его команде – у которого, кстати, самый высокий ранг в социальном положении. Носи, как вы знаете, всего-навсего лейтенант.
Ниси раздавал автографы, пока не оказался на грани срыва. За ним бросились стаи красавиц, когда капитан Аракида, командир лодки, подал сигнал к отплытию.
Самый печальный момент, который пережил репортер "Таймс", наступил, когда лодка отчалила, забирая маленького Ниси обратно в Японию и ее полк. Такого, как он, никогда больше не будет.
Возвращение домой
" Небесная погода, лейтенант Ниси, небо чистое, небо и лошадь поистине чистые ", " Божественное мастерство цветущего молодого воина ", " Великий всадник и великий конь ", " Три года общей пищи и сна, и, наконец, этот венец славы ". Именно такими заголовками японские газеты описывали триумф Такеити Ниси в Лос-Анджелесе. Страна ждала возвращения героя. 
Возвращения ждали долго. Лайнер "Чичибу Мару" со сборной Японии покинул порт Сан-Педро 22 августа, через восемь дней после Олимпиады, а путь в Японию длился целых две недели. Триумфатор конных соревнований домом не грезил - когда судно остановилось в Сан-Франциско на две ночи, Такеити вместе с друзьями сел на самолет и отправился обратно в Лос-Анджелес, чтобы отыграть последнюю вечеринку.
Эта история описана на официальном сайте Конного клуба университета Хоккайдо. В американской прессе новостей о камбэке барона найти не удалось, но басня передает дух Ниси – некоего Великого Гэтсби от Японии.
Пароход с японской сборной пришвартовался в порту Йокогамы 8 сентября, после чего специальный поезд отправил спортсменов в Токио. Столичные жители встречали олимпийцев на центральном вокзале Маруноути, размахивая флажками, аплодируя и крича " Банзай! ". Кавалерийская команда вышла на публику особенно эффектно – Такеити, держа национальный флаг, возглавил парад по центру города.
Конечным пунктом маршрута стал мост Нидзюбаси, служащий входом на территорию Императорского дворца. После этого всадников рассадили по машинам и отправили в храм покойного императора Мэйдзи. Во второй половине дня начались разъезды на торжества.
Такеити Ниси с национальным флагом в руках ведет колонну сборной по конкуру. Рядом полковник Кохеи Юса, начальник кавалерийской школы Нарасино, судья на Олимпиаде-1932 и просто "отец конного спорта Японии". Позади – вокзал Маруноути
Министерство образования и Спортивная ассоциация устроили конкуристам прием в "Токио Кайкан". Это был роскошный дворец с несколькими ресторанами, концертными залами, венчательными помещениями и пресс-конференциями. Городская администрация, в свою очередь, пригласила на прием в здание Нового концерт-холла в районе Хибия.
Слева – "Токио Кайкан", на переднем плане – Императорский театр. Напротив этих построек расположены Императорский дворец и парк Хибия.
Главной звездой, конечно, был Такеити Ниси – за ним повсюду бегали репортеры. Барону даже пришлось зачитать с листочка речь на радио NHK, которое существует и по сей день. Триумфатор конных соревнований в Лос-Анджелесе заявил, что без поддержки японских болельщиков победы не случилось бы.
Детское кимоно 1930-х, на котором изображен олимпийский триумф Такеити Ниси
Армия тоже не забыла о чемпионе. В 1933 году его повысили до капитана и назначили интруктором кавалерийской школы Нарасино. В это заведение часто попадали аристократы и даже родственники императора – и они обожали своего офицера. Ниси считался требовательным и жестким учителем, однако за хорошую работу барон разрешал кататься на собственных лошадях.
Такеити имел веселый нрав и с уважением относился к простым солдатам, что не вписывалось в традиции императорской армии – побои и пренебрежительное отношение к нижним чинам считались чуть ли не божественной волей. Впрочем, либерализм Ниси выходил далеко за рамки тренировок, принимая провокационные формы.
В частности, барон игнорировал стандартную военную стрижку. Что наиболее важно, Такеити не склонял голову перед императорским дворцом, а на построениях не поворачивал голову в его сторону. Этим жестом Ниси недвусмысленно намекал, что не считает монарха живым богом.
Такеити Ниси и армия: миф о притеснениях по службе, непростое политическое положение и друзья в императорском дворце
Вышеупомянутые проделки в японской литературе часто приводят в пример, чтобы создать ореол "белой вороны", которую не любило военное руководство. Этому нет подтверждений – Ниси получал своевременные повышения и считался героем, а его озорство не создавало проблем. Да, барону могли жестко отказать в разведении лошади или же раскритиковать за сосредоточенность на спорте, однако притеснений Такеити не знал.
Такеити Ниси – в верхнем ряду, третий с краю
Миф основывается на стремительных переменах в настроениях японской армии. В начале 30-х годов достижения страны в международном спорте стали отходить на второй план. Военные погружались в кровавую политическую борьбу, быстро поляризуясь по взглядам и целям – это было связано с подписанием Лондонского морского договора 1930 года, считавшегося неравноправным. Он ограничивал размеры флота по отношению к американскому.
Ответственность возложили на условно либеральные политики. В Японии резко приобрели популярность ультранационалистические и национал-социалистические идеи . Молодые офицеры и активисты создавали радикальные организации, требуя милитарной диктатуры и изоляции от Запада. Военная элита требовала того же, но и поделилась на фракции Кодоха (радикалов) и Тосейха (умеренных).
Японские путчисты из 1-й дивизии (они поддержали радикалов) в феврале 1936 года. Девиз: "Чти императора и наказывай преступников!"
Как следствие, в Токио с 1931-го по 1936-й прогремело шесть военных путчей, не говоря уже о ряде политических убийств вне них. Особенно громким стал "индицент 15 мая", случившийся всего за три месяца до Олимпиады-1932 в Лос-Анджелесе. Одиннадцать офицеров флота расстреляли премьер-министра Инукаи Цуйоси и собирались убить Чарли Чаплина , которого принимал политик. Это должно было натянуть отношения с США и "оздоровить японскую нацию" – к счастью, актера на запланированном приеме не было.
Такеити Ниси, как любитель западного стиля жизни и друг Лос-Анджелеса, действительно мог встречаться с холодным отношением коллег. Тем более что мятежи были организованы или поддержаны офицерами столичной 1-й дивизии, в состав которой входил 16-й кавалерийский полк барона. Впрочем, мятежников в полку не было – не в последнюю очередь из-за засилья высшей аристократии и аполитичных либералов типа Ниси.
В японской армии действительно царила токсичная атмосфера, которая все-таки выльется в диктатуру военных националистов. Конкур и спорт вообще почувствовали эти изменения, но не сразу и без серьезных притеснений. Для барона Ниси первая половина 30-х годов вообще стала самым счастливым периодом в жизни.
Армия даже при желании не создала бы проблем для Такеити, учитывая его знакомства. Барон мог позволить себе даже святотатство в сторону монарха , ведь дружил с принцем Цунейоси Такедой – двоюродным братом императора Хирохито.
"Я шел за ним по пятам. Для меня Ниси был наставником в верховой езде, выпивке и веселье, а также человеком, которого я никогда не забуду ", – вспоминал Цунейоси Такеда в мемуарах.
Такеда хотел принять участие в Олимпиаде (и уехал в составе делегации на берлинскую). Существует басня, будто Такеити Ниси в 1931 привез из Италии не только своего легендарного коня Урана, но и коня Фарли - об этом попросил Такеда.
Кстати, император Хирохито тоже обожал верховую езду. Такоеити даже сопровождал правителя во время военных смотров.
Император Сева (Хирохито) во время смотра армии в 1938-м. Такеити Ниси обведен красной рамкой.
После войны Цунейоси Такеда и его сын станут архитекторами возрождения японского конного спорта. А во время Второй мировой принц занимался финансами "отряда 731" – организации, рядом с которой СС выглядят мелкими хулиганами.
Новый любимец барона
Купаясь в славе, Такеити не забывал о спортивной подготовке. Барон мечтал выступить на берлинской Олимпиаде-1936, однако необходимо было задуматься о смене коня . Строптивый Уран, который торжествовал в Лос-Анджелесе, подошел бы к соревнованиям в почти пенсионном 16-летнем возрасте.
Такеити Ниси верхом на Уране во время прыжка на Олимпиаде-1932.
Доподлинно неизвестно, было ли у барона Ниси желание выступить на доморощенном коне, хотя японские публицисты в этом уверены. Такое желание могло присутствовать, ведь Такеити работал в особом стиле выездки, сочиняя собственные технические элементы – и он действительно был патриотом отечественного конкура. Как бы там ни было, для подготовки к Берлину-1936 чемпион получил лошадь, которую вывели в Японии.
Конечно, это была непростая игрушка. Жеребец по имени Аскотт по росту не уступал Урану , которого в те времена считали гигантским. Его вывели на ферме "Симуфоса Горио", которой занимался Императорский дом, а потому ее лошади неоднократно побеждали на внутренних японских турнирах.
Аскотта готовили к гонке – имея высокую скорость, скакун провел 33 забега, выиграв 17 из них. Что наиболее важно, он торжествовал на престижных скачках GI, получив 53-й императорский приз.
Аскотт вместе со всадником Токата Огата перед скачками, 1933 год
Впрочем, после достижения 5-летнего возраста лошади считаются старыми для гонки. Аскотт должен был отправиться на ферму для дальнейшего разведения, однако его владелец – Токачи Огата – подарил своего любимца принцу Нарухико (дяде жены императора), а тот перевел скакуна в Армейскую кавалерийскую школу Нарасино. При этом принц попросил, чтобы лошадь попыталась использовать для развития японского конного спорта.
Такеити Ниси был инструктором этой школы, так что не удивительно, что Аскотт достался именно ему (возможно, при содействии принца Такеды). В течение трех лет барон целенаправленно готовил коня к выступлению на Олимпиаде-1936 . Новый "ученик" отличался послушанием, чего иногда не хватало Урану – и имел высокую скорость.
Такеити Ниси вместе с Аскоттом, 1940 год
Нацизм и военная агрессия – не проблема для олимпийской элиты
Прогрессивное общество, вспоминая берлинскую Олимпиаду, всегда описывает подвиг Джесси Оуэнса – афроамериканца, которому на глазах Адольфа Гитлера удалось выиграть золото в 100-метровке. Мол, это была победа над злом. Вот только перед Олимпиадой тезисы были несколько иными.
Юдофобская пропаганда, расизм и тоталитарность нацистского режима были очевидны. С 1933 г. некоторые страны и организации требовали бойкота Берлина-1936, но нацистов это не тревожило. На зимней Олимпиаде-1936 в Гармиш-Партенкирхене немцы не стеснялись вешать таблички с запрещением входа евреям .
FPG/Archive Photos/Getty Images
Демарш МОК в 1936 году заставил НСДАП подчистить фасад, временно убрав с улиц антиеврейские лозунги и таблички. При этом параллельно принимались расовые законы. К тому же немцы устроили шикарный прием влиятельным олимпийским гостям.
Пьер де Кубертен – почетный президент МОК – по приезде в Германию заявил, что “ Гитлер является одним из лучших творческих духов современности ”.
Президент НОК США Эвери Брендедж пошел еще дальше – бойкот Олимпиады в Берлине чиновник расценил как " чужую духу Америки идею и сговор с целью политизировать Олимпийские игры ". Кроме того, американский чиновник призвал евреев " понимать, что они не могут использовать Игры как оружие в борьбе против национал-социалистов " . Спорт вне политики, ага.
Заседания МОК, германского оргкомитета и представителей национальных и международных ассоциаций. Слева направо: глава МВД Рейха Вильгельм Фрик, президент НОК Теодор Левальд, рейхсканцлер Рудольф Гесс, президент МОК Анри Граф де Байе-Латур, рейхсспортфюрер Ганс фон Чаммер унд Остен и государственный комиссар Юлиус Липперт / ullstein bild
Третий Рейх на тот момент хотя бы не устраивал военные агрессии. В отличие от Японии – ее армия и флот провели интервенцию на Шандунский полуостров в 1927 году, оккупировали Манчжурию в 1931 году и штурмовали Шанхай в 1932 году. В 1933 Империя вышла из Лиги наций, а к 1936 установила контроль над Северным Китаем. Всего через год после Олимпиады начнется полномасштабное вторжение в Поднебесную.
Коллеги Такеити Ниси входят в северокитайскую провинцию, 1931 год / Hulton-Deutsch Collection
Япония открыто бросала вызов мировому порядку и сближалась с Третьим Рейхом. Уже в октябре 1936 г. страны подпишут Антикоминтерновский пакт. Великие державы стремительно скатывались до войны, но это не мешало приезду японских офицеров на очередные соревнования по конному спорту.
Нацизм организаторов Олимпиады оставался "вне политики", а вояж барона Ниси в Лос-Анджелесе в 1932-м сделал хорошую рекламу японским офицерам. В Берлин они ехали за новыми медалями и славой.
Приезд Японии на Олимпиаду-1936
Как животных поднимали на лодки в 1930-х. На фото – американская лошадь по кличке "Меховой пояс"
Четыре года назад японцы отправились в Америку на лайнере "Чичибу Мару" компании Nippon Yusen, потратив две недели. В Германию же путь составлял 50 дней. Подданным императора пришлось отказаться от национального перевозчика, организовав "круиз" на новеньком немецком "Шарнхорсте". Пароход развивал на 4 узла более высокую скорость, что сократило плавание до 34 дней. Лодка была настолько крутой, что в годы Второй мировой японцы выкупили ее и переделали в авианосец.
Японская конная команда состояла из четырех всадников – капитана Асаносуки Мацу, лейтенанта Манабу Ивахаши, лейтенанта Хироцогу Инанами и капитана Такеити Ниси. Отправившись с Йокогами в марте, они прибыли в Бремен в конце апреля 1936 года. Барон Ниси привез с собой не только Аскотту, но и любимого Урана.
Этот состав являл собой вторую проблему японской сборной. Четыре года назад островяне выставили иконы национального конного спорта, а нынешняя четверка была молодой и неопытной. Самая главная звезда при этом приехала с доморощенным конем и конем-пенсионером.
Третьей проблемой стал формат соревнований. В глаза бросалось колоссальное расширение участников – в Германию приехали 127 всадников из 21 страны. Четыре года назад на Олимпиаду прибыл только 31 спортсмен из 6 стран. Барон Ниси на турнире по конкуру в Лос-Анджелесе имел только 10 соперников, а теперь их было 53.
Олимпиада-1936 – самый тяжелый спортивный экзамен барона
Конный олимпийский турнир состоит из трех дисциплин – выездки (так называемый дрессаж), троеборья и прыжков с препятствиями (то есть с конкура). В выездке соревнуются в искусстве управления конем, а в конкуре всадники совершают бег с препятствиями. Троеборье объединяет эти виды спорта с кроссом на выносливость.
Командант Даниэль Жилуаз (Франция) на олимпийских соревнованиях по выездке-1936. На заднем фоне – берлинский Олимпиаштадион
В 1932-м Япония вышла только на прыжки, торжествуя благодаря Такеити Нисе. Четыре года спустя Империя решалась принять участие еще в троеборье. Оно начиналось в день открытия конных состязаний – 13 августа 1936 года.
Стартовали в нем с выездки. Такеити Ниси выбрал Аскотта , которого готовили к демонстрации японского стиля – его олицетворением был сам барон. Впрочем, демонстрация завершилась крушением. Олимпийский чемпион занял 34-е из 50-ти мест в зачете, хотя и превзошел своих партнеров по команде.
На фото справа – Такеити Ниси (в центре) вместе с партнерами по конной олимпийской сборной-1936
На следующий день начинался 36-километровый кросс, разбитый на пять этапов:
-
7-километровую трассу, которую нужно было преодолеть за 29 минут и 10 секунд;
-
бег на 4 км с 12 препятствиями – нужно было уложиться в 6 минут 40 секунд, причем здесь начинали начислять штрафные баллы за ошибки;
-
15-километровый участок дороги с средней местностью, на который давали чуть больше часа. Здесь штрафовали и за потерю времени;
-
8-километровый участок с 35 препятствиями, который нужно было преодолеть за 17 минут 46 секунд;
-
участок грунтовой дороги протяженностью 2 км, который следует преодолеть через 6 минут.
Такеити Ниси соревновался отчаянно, хотя конкуренция была безумной , а трасса – чрезвычайно сложной. Из 50 участников завершить кросс смогли только 27, а из 14 команд только 4 избежали дисквалификации. Она предназначалась всем сборным, которым не удалось пройти дистанцию без потерь в составе.
Япония тоже оказалась в списке отстраненных. Асаносуке Мацуи и Манабу Ивахаши совершили три грубых ошибки на этапе 8-километрового кросса. Единственным, кто смог пройти весь участок, стал Такеити Ниси.
На 7-километровой трассе он продемонстрировал далеко не лучшее время, однако 4-километровый отрезок барон завершил третьим по скорости и пятым по очкам. Все последующие участки японец прошел достойно, держась в группе лидеров – в итоге Такеити завершил кросс на 11-й позиции!
Японская сборная конуристов на Олимпиаде-1936
Финальное соревнование по конкуру Такеити Ниси прошел только с одной несерьезной ошибкой. Всего троим спортсменам удалось завершить прыжки с нулем штрафных баллов. В итоге, японский чемпион вместе с Аскоттом завершил троеборье на 12-й позиции – провал на выездке и еще одна неудача (о ней чуть позже) сильно подрезали крылья.
По традиции, в последний день Олимпийских игр проводили "Кубок наций" - соревнования по прыжкам. В тот же день завершилось троеборье, так что барон Ниси заменил уставшего Аскотта на Урана, которому было 17 лет. Любимец Такеити считался "пенсионером" - считанное количество лошадей на турнире было старше, а средний возраст животных в Берлине составлял 11,6 лет.
Такеити Ниси выводит Урана на тренировку. 28 апреля 1936 года, Берлин / Paul Thompson/FPG/Archive Photos/Hulton Archive/Getty Images
На 120-тысячном Олимпиаштадионе повторить успех Лос-Анджелеса не удалось. Уже на первых четырех препятствиях Уран и Такеити допустили три ошибки – Уран задел барьер (высота 1,3 м) и двойной оксер (высота брусьев 1,3-1,6, ширина 1,4), а также отказался с первого раза проходить мошонку (1,5 м).
В последующих 16 препятствиях японец демонстрировал чемпионский уровень, допустив всего два промаха - Уран задел препятствие высотой в 1,4 м и "мохнатую". Как следствие, Такеити Ниси набрал 19 штрафных очков за ошибки и 1,75 за превышение лимита времени. Старость Урана таки сказалась...
Такеити Ниси вместе с Ураном перепрыгивает из-за препятствия. Олимпиада-1936
Финальный результат в конкуре разочаровал Империю. Триумфатор Лос-Анджелеса занял в Берлине 20 место из 54-х. Правда, это не так плохо – 16 спортсменов вообще не смогли пройти дистанцию, а Япония стала одной из семи команд, которой удалось войти в командный зачет (никого не дисквалифицировали). Островчане опередили саму Францию.
Миф о помощи Рейха и адской трассе в Германии
Результат Такеити Ниси на Олимпиаде мог быть лучше, если бы не одно важное событие на соревнованиях по троеборью. На 8-километровом участке японец потерял 60 баллов, что частично стало следствием падения с Аскотта (-40 баллов).
История быстро обросла мифом об умышленном падении, вызванном политической необходимостью. Мол, таким образом Япония пыталась не мешать Германии на домашних Играх – этого требовало политическое сближение государств. И немцы действительно победили во всех дисциплинах! Как в командном, так и индивидуальном зачете хозяева повсюду взяли золотые медали.
Победители командного зачета на конных соревнованиях берлинской Олимпиады, слева направо: капитан Рудольф Липперт (лошадь Фазан), капитан Людвиг Штюббендорф (Нурми), старший лейтенант Конрад фон Вангенхайм (Курфюрст) / ullstein bild via
Исследователи называют другие причины неудачи Ниси. Во-первых, японская сборная перед соревнованиями приболела , ведь в Берлине стояла прохладная погода. Кроме того, прохождение кросса осложнило дождь.
Версия выглядит правдоподобно. В первый день конного турнира действительно было ветрено, а температура колебалась в районе 17º-18º C. На следующий день небо затянуло облаками, а в 10 утра пошел ливень, который длился до вечера. Температура опустилась до 13-16º C.
В первые два дня проходили соревнования по выездке, а кросс стартовал аж на третьи сутки. Этого могло хватить, чтобы японцы простудились. Впрочем, гораздо более важным фактором неудачи оказалась трасса . Препятствия, созданные ее автором – Августом Андреа – позже были запрещены международной ассоциацией.
Капитан Эрл Фостер Томпстон (США) на коне "Дженни Кэмп" преодолевает препятствие №35 – ров, в котором расположен восходящий оксер.
Что и говорить, когда из 50 участников до финиша досталось только 27, а три лошади получили несовместимые с жизнью травмы. Шведский Монастырь получил ранение на идеально ровной трассе, а венгерский Легены порвал сухожилие во время бега с препятствиями. На том же этапе погиб и американский Слиппери Слим – одна из лучших лошадей Олимпиады сломал колено и вывихнул плечо. У поляков заковылял сильнейший скакун – Бен Гур.
Люди тоже страдали по максимуму. Немецкий лейтенант Конрад фон Вангенхайм сломал ключицу, а польский капитан Здзислав Кавецки повредил несколько ребер и получил серьезные рваные раны. Тем не менее, оба прошли дистанцию.
Лейтенант Конрад фон Вангенхайм
Наиболее скандальным на 8-километровом участке стало препятствие №4 , которое являло собой скачок из-за барьера в пруд. Во-первых, до Олимпиады-1936 барьеров перед прудом никто не делал, а во-вторых – в водоеме было неровное дно. Левая сторона оказалась несколько выше правой.
Барон Ниси жаловался в одной из газет: " Ров на трассе был углублен только посередине, и немецкие участники соревнований не были об этом проинформированы. Это способ ведения дел, противоречащий рыцарству".
28 из 46 участников допустили падение на ставку. В 18 случаях лошадь падала вместе со всадником, а еще 10 спортсменов свалились без падения лошади; трижды животные отказывались от прыжка. Именно на этом препятствии погиб Слиппери Слим и тут вывихнул плечо Конрад фон Вангенхайм.
Один из партнеров Такеити Ниси падает на препятствие №4. Getty Images подписало его как падение Хироцога Инанами, но он не участвовал в кроссе / Sportbild Schirner / ullstein bild via
Проблемой стала не только сложность препятствия, но и трудности с подготовкой к прыжку. Немцы, как хозяева, знали об особенностях пруда – и то не ушли от ошибок. Оказалось, что для успешного преодоления необходимо подходить к барьеру медленно, не наклоняя корпус вперед и крепко держа лошадь за вожжи – большинство же пыталось вторгаться на большой скорости.
Остался очень размытый кадр, на котором Такеити вместе с Аскоттом прыгает в пруд ( фото слева ). Техника, похоже, была правильной. Неизвестно, падал ли здесь барон Ниси (официальные репорты не уточняют этот факт), но на данное препятствие Такеити часто жаловался друзьям и журналистам.
Не менее тяжелым было и пятое препятствие – рев Александра. На ней сразу 10 конкуристов получили дисквалификацию, а восемь насчитали штрафные баллы. Частично проблемы на ней объясняются испугом лошадей после пруда.
Немцы же не видели никаких минусов в столь сложных трассах. Официальный буклет Олимпиады-1936 возмущался решением Парижской конференции, на которой прыжки из-за барьера в пруд запретили – по мнению авторов, это означало ослабление соревнований, которые должны быть приближены к военным реалиям.
Справа – препятствие №5. Гауптманн Людвиг Штюддендорф (Германия) на коне Нурми проходит ее. Он станет золотым медалистом / ullstein bild via Getty Images
Это было в духе немецкой школы, безжалостной как к коню, так и к всаднику. В немецком отчете особенно порадовал тезис по экзамену трассы перед Олимпиадой – мол, его проверяли именно на военных лошадях, не обнаружив проблем. Почему-то они нашлись только у лучших конкуристов мира с элитными скакунами.
Словом, падение Такеити Ниси в Берлине разъясняется и без теории заговора. Десятки звезд конкура попадали в Германии, а японец еще мог подхватить простуду. Да и трассу после дождя в наше время проходить бы не позволили.
Такеити Ниси верхом на Аскотте в Берлине, 1936 год
В конце концов осечка на кроссе не сильно-то и помогла немцам. Если бы Такеити прошел дистанцию без 60-очкового штрафа, то занял бы только седьмую позицию. Результаты барона на этой Олимпиаде соответствовали тому месту, которое он занял – за пределами первой десятки.
Что было дальше – читайте в четвертой части лонгрида...
