"Продав лошадь, я проснулся миллиардером": эксцентричный владелец "Перуджи" воевал с "Кальчо" и пригласил сына Каддафи
А ещё – исключил из своего клуба корейца Ан Чон Хвана после того, как тот забил гол в ворота сборной Италии. Познакомьтесь: синьор Лучано Гауччи.
Все новости ЧМ-2026 в один клик.
Я приехал в Перуджу только для того, чтобы хорошо провести время. Я хотел отдохнуть на землях своих предков.
Лучано Гауччи
В июне 1993 года "Перуджа" боролась за путёвку в Серию В. Президентом клуба тогда был эксцентричный Лучано Гауччи, который до прихода в футбол прославился своими жеребцами. Арбитр Эмануэле Сенцаква также обожал лошадей. В 1992 году он приобрел первого жеребца у Гауччи. Он также обслуживал матчи Серии С1, где тогда выступала Перуджа. В 1993 году арбитр пригласил президента к себе на обед. Впоследствии они утверждали, что тогда разговаривали исключительно о лошадях. За трапезой Лучано согласился продать Эмануэле нескольких своих жеребцов за смешную цену. Этот обед состоялся за три дня до матча "Перуджи" с "Сиракузами". Кстати, арбитром этого чрезвычайно важного для "грифонов" матча "случайно" оказался… Сенцаква.
Матч закончился столь желанной для Перуджи ничьей, а тифози гостей критиковали арбитра за то, что тот на протяжении 90 минут тянул хозяев за уши. Журналисты также не остались в стороне: "Самый большой комплимент, который заслужил Эмануэле за матч "Перуджа" — "Сиракузы": "У него был просто плохой день".
"Грифоны" в конце концов выбрались из трясины Серии С, и Гауччи надеялся, что уже в следующем сезоне его детище будет играть в элите итальянского футбола. Corriere della Sera так отозвалась о триумфе клуба Лучано: "Перуджа в раю". Хотя тифози "грифонов" праздновали, над клубом уже начали сгущаться грозовые тучи. Гауччи обвинили в подкупе арбитра. Вскоре Сенцаква оказался в руках карабинеров. Лучано утверждал, что он абсолютно легально продал судье лошадей и не имел намерения давать ему взятку. Когда же президента пытались обвинить во всех смертных грехах, тот отвечал в традиционном итальянском духе: "Ну ладно, меня трудно назвать святым. Но покажите мне, кто в нашей стране чист?"
12 тысяч болельщиков "Перуджи", которые ехали в далекую Фоджу, чтобы поддержать "грифонов" в матче за выход в Серию В, всю ночь праздновали триумф своих любимцев. Однако вскоре их настроение существенно изменилось. Из Рима стали поступать пессимистичные для команды известия: футбольные чиновники хотели аннулировать выход Перуджи в Серию В. В городе начались беспорядки. Около 1000 фанатов "грифонов", когда информация о дисквалификации подтвердилась, заблокировали автостраду, разжгли костры и выкорчевали дорожные знаки. Тифози начали забрасывать бутылками и камнями полицейских, которые пытались усмирить хулиганов слезоточивым газом.
Демонстрации были настолько масштабными, что властям пришлось вызвать на помощь карабинеров из Болоньи, Флоренции и Рима. Тифози настолько разбушевались, что даже сожгли спортивный зал в одной из школ. Директор этого учебного заведения впоследствии хотел выбить у Гауччи средства на восстановление помещения, ведь именно пламенные речи президента раззадорили тифози. Некоторые фанаты "грифонов" попытались прервать женский баскетбольный матч, стремясь привлечь внимание общества к своим проблемам.
Болельщики Перуджи неоднократно страдали от махинаций. В сезоне 1973/74 "грифонов" обвиняли в подкупе матчей, но, в конце концов, признали невиновными. В 1980 году Перуджа стала одной из жертв печально известного "Тотонеро", с неё сняли 5 очков. Это аукнется команде в следующем сезоне, когда она вылетела в Серию В. В 1986 году Перуджу в очередной раз поймали с поличным. "Грифонов" отправили аж в Серию С2. Узнав об аннулировании результатов Перуджи в 1993 году, болельщики Акиреале начали праздновать свой выход в Серию В. Правда, довольно скромно, поскольку их клуб тоже обвиняли в нечестной игре. Одним словом, Италия.
Протесты в Перудже продолжались до конца июня — до заседания суда. Жители города даже устроили символическую одноминутную забастовку, которая привлекла внимание политиков в столице. Впоследствии 20 тысяч человек подписали петицию против аннулирования результатов "грифонов", а Гауччи назвал санкции против его клуба политической местью. Кстати, Лучано вспомнил и о лошадях.
"На самом деле я не угодил Сенцакви, а выставил его дураком. Лошади, которые я ему продал, совершенно никудышные. Я думал, что уже не найду дурака, который согласится их взять. К счастью, мне попался Эмануэле".
Как показало время, на этот раз президент не лгал. Одна из лошадей вскоре сдохла от аллергии, а другая, за которую рефери не пожалел 12 миллионов лир, завершила карьеру, поскольку начала хромать.
Однако ни Лучано, ни жителей Перуджи никто не слушал. "Грифонов" обвинили в мошенничестве и аннулировали выход в Серию B, Гауччи дисквалифицировали на три года, а рефери — пожизненно. Это дело имело плачевные последствия для всех итальянских арбитров. Началось расследование в отношении людей в чёрном, которое вошло в историю как "чистые свистки". На всех арбитров смотрели через микроскоп. Сальваторе Ломбардо, тогдашний председатель судейского комитета, отметил: "Мы хотим быть максимально прозрачными и доказать, что нам нечего скрывать. К сожалению, Сенцаква сильно запятнал нашу репутацию и свел на нет многолетнюю работу по восстановлению престижа профессии арбитра в Италии".
Папарацци полагали, что конный скандал положит конец карьере Гауччи, однако он вышел сухим из воды. А вот Сенцаква уже не думал ни о свистке, ни о лошадях, он вернулся к тому, с чего когда-то начинал — Эмануэле трудился простым автомехаником. Гауччи же хотел доказать, что "грифоны" достойны не только места в Серии В, но и в элите. Он привык добиваться того, чего хотел.
Лучано родился в 1938 году в Риме. Он быстро понял, что не хочет быть простым землевладельцем, как его родители, и поэтому сразу начал бороться за своё место под солнцем. В Вечном городе он начинал с самых низов. Так, Лучано работал водителем трамвая в ATAC, компании общественного транспорта Рима. Гауччи никогда не терял бдительности, и вот он уже пересел с водительского кресла в комфортабельный офис. Это была отличная работа, если учесть, с чего начинал наш герой. Однако она совершенно не соответствовала масштабу Гауччи.
Поэтому вскоре он открыл собственное дело. Гауччи основал клининговую компанию La Milanese, которая базировалась в Риме. Когда у Лучано спросили, почему он остановился на этом названии, тот ответил: "Мы бы никогда не получили крупных заказов с Севера, если бы клиенты узнали, что мы из столицы". Лучано не ошибся. La Milanese получила много заказов из экономического сердца Италии. Лиры потекли рекой в карманы Гауччи. У Лучано теперь появилось немало денег на развлечения.
Его главной страстью были скачки. Теперь он мог позволить себе не только ставить на лошадей, но и приобрести собственного жеребца. Дебютной покупкой Лучано стал Тони Бин, чистокровный ирландец, неплохая лошадь, но не более того. Никто не предсказывал ему чемпионских вершин, но Гауччи верил в него.
Кстати, с прозвищем жеребца связана интересная история. Лучано назвал лошадь в честь бедного итальянского художника, жившего в Париже. Гауччи познакомился с ним в Лувре, где тот работал над копией "Моны Лизы". Тони пригласил Лучано на чердак, где он жил. Предприниматель, увидев, в каких условиях живет художник, приобрел одну из картин Бина за миллион лир. Художник принес Гауччи счастье. В 1988 году жеребец Тони Бин сенсационно выиграл две престижные скачки. Цена на Тони мгновенно взлетела до небес. Лучано ковал железо, пока оно было горячим. Гауччи, заплативший за жеребца всего 7 миллионов лир, продал его японской конюшне за 5 миллиардов (около четырех миллионов долларов). Также не стоит забывать, что лошадь принесла итальянцу ещё и 3,4 миллиарда лир призовых. Лучано никогда не забывал о жеребце, который сделал его миллиардером. "После продажи Бина я проснулся миллиардером", — рассказывал Гауччи.
В 1991 году у Лучано возникла очередная идея. Он захотел стать владельцем футбольного клуба. Лучано уже был вице-президентом "Ромы". Но на этот раз он не хотел делить кресло босса. Гауччи не привык долго ждать. И уже 7 ноября (символическая дата) 1991 года Лучано купил "Перуджу". Революционер Гауччи сразу же приступил к работе над узнаваемостью бренда. Что было крайне непростой задачей, ведь тогда "Перуджа" прозябала в Серии С1. Гауччи в течение нескольких недель пытался убедить чемпиона мира 1982 года Джузеппе Доссену перейти в ряды "грифонов". Когда полузащитник согласился, Италия вспомнила о существовании "Перуджи".
Уже в 1995 году болельщики "грифонов" праздновали выход команды в высший дивизион. А Лучано стал одним из главных лиц итальянского футбола. Гауччи прославился благодаря своим взрывным выступлениям на телевидении, во время которых он обрушивал гром и молнии на соперников и чиновников. Также он любил покупать и продавать футбольные клубы. Лучано прекрасно пользовался тем, что апеннинское законодательство позволяло владеть более чем одной командой, если они не выступали в одном дивизионе. Президент менял тренеров, как носки. Так, Гауччи вошёл в историю, назначив тренером "Витербезе" (одной из его команд) Каролину Мораче — первую женщину-тренера в Италии. Однако она недолго наслаждалась своим статусом. Уже после трёх матчей Лучано показал Каролине на дверь.
Несмотря на то, что Гауччи не имел ни малейшего представления о футболе, он часто совал свой длиннючий нос в тренерские дела. Покончив с лошадьми, президент не прекратил заниматься торговлей. Теперь его жеребцами стали футболисты. У него в коллекции было около 1000 видеокассет с игрой всевозможных ноунеймов, которые блистали или просто отбывали номер на зеленых газонах от Америки до Австралии. И здесь ему стоит отдать должное. Он зарабатывал на игроках не меньше, чем на лошадях. Никому не известные футболисты часто раскрывались в Перудже, и Гауччи впоследствии продавал их за кругленькие суммы.
Очевидно, что "Перуджа" не могла конкурировать с европейскими тяжеловесами на трансферном рынке, поэтому Гауччи выбрал свой путь, на котором не встречал богатых покупателей, которые оставили бы его с носом. Так, в 1996 году Лучано приобрел хорватского нападающего "Милана" Рапаича. И это был удар в десятку. Гауччи надеялся найти новых Рапаичей. К сожалению, чутьё часто подводило Лучано. В 1999 году президент приобрел Мику Лехкосуо из ГИКа, эквадорца Ивана Кавьедеса из "Эмелека", Деяна Стефановича из "Шеффилд Уэнсдей". Но не менее часто Гауччи угадывал. В 1998 году он приобрел игрока "Бельмаре" Хирацуку Хидетоси Накату (на фото) за 3,5 миллиона долларов, а через два года продал японца в "Рому" за 22 миллиона евро. Самурай стал для президента футбольным аналогом Тони Бина.
Во время зимнего трансферного окна 2000 года Лучано нашёл ещё одну жемчужину в Азии. В Корее он купил нападающего Ан Чон Хвана. В Перудже нападающий не затерялся. Однако в 2002 году, после того как он забил "золотой гол", выбив Италию в 1/8 финала чемпионата мира, Гауччи изгнал легионера из команды: "Я националист, и своим поведением Ан задел мою гордость и всю страну, которая дала ему убежище два года назад. Я не имею ни малейшего желания платить зарплату человеку, который разрушил итальянский футбол". Ану пришлось перейти в "Симидзу С-Палс".
Спустя 10 лет в интервью одному южнокорейскому телеканалу Ан так рассказывал о своей непростой карьере в Италии: "Они крайне редко делали мне пасы, даже когда я стоял один перед воротами". Также Ан сказал несколько "теплых" слов в адрес Матерацци: "Когда мы были в раздевалке, он набросился на меня при всех. „От тебя воняет чесноком!“, — кричал Марко. Я не понимал, что он говорил, ведь переводчик стеснялся перевести мне эти слова. Лишь через несколько дней он рассказал, что означали слова Матерацци". Ан стал единственным игроком в истории, карьеру которого разрушил забитый, а не пропущенный гол. Ему просто не повезло попасть под горячую руку Гауччи. История же Ма Миньюйя кардинально противоположна.
"Дель Пьеро называют Пинтуриккио (итальянский художник), а я хочу, чтобы вы обращались ко мне „Микеланджело“, — это были первые слова, которые услышали местные журналисты от китайского полузащитника. Они доказали, что у легионера нет проблем с личными амбициями и знанием "титанов Возрождения". Однако на этом достижения Ма на Апеннинах ограничились. У него не было ни малейшего желания изучать итальянский язык. Китаец жил отшельником и не общался ни с кем из партнеров. Зато Миньюй постоянно висел на телефоне, разговаривая с дочерью, которая осталась дома. Он целыми днями смотрел DVD с китайскими субтитрами и слушал старую китайскую музыку, за что и получил прозвище "Дедушка".
Тренер "Перуджи" Серсе Косми сделал несколько комплиментов в адрес легионера: "У Ма есть навыки, которые на сто процентов не позволят мне отправить его на трибуны". Но тренер не был искренен. За целый сезон Миньюй сыграл "целых" один товарищеский матч летом и провел несколько минут в кубковом противостоянии с "Салернитаной". Неудивительно, что летом 2001 года "Микеланджело" отправили домой.
А вот летом 2003 года Лучано вновь оказался на первых полосах газет. Тогда одна из многочисленных "карманных" команд президента — "Катания" — вылетела в Серию С. Однако Гауччи разнюхал, что соперник "слонов" допустил небольшое нарушение, к которому с помощью хороших адвокатов можно было придраться. Лучано сразу же приступил к делу. Он обратился в Федерацию, указав, что "Катания" заслужила техническую победу. Летом начались слушания. В один день "Катания" была в раю, а на следующий — в аду. Зато у прессы не было проблем с заголовками: "Катания в Серии В! Катания в Серии С!"
Спортивные чиновники пытались найти выход из этой тупиковой ситуации. Ведь существовала ещё одна небольшая проблема. Если удовлетворить иск Катании, то в Серию С должен был вылететь "Наполи". После длительных перетягиваний каната слепая Фемида в конце концов поддержала Лучано. Победа Гауччи привела к своеобразному эффекту домино. Другие клубы, вылетевшие из разных дивизионов, также начали засыпать суды исками. Федерации даже пришлось увеличить число команд в Серии В до 24.
Следующий сезон начался плохо для команд Лучано, поэтому он сразу же начал искать виновных. Президент утверждал, что Федерация дала указание судьям исключить Перуджу из Серии А. Гауччи якобы наказали за то, что он летом доставил много хлопот футбольным чиновникам. До середины декабря "грифоны" ни разу не победили. После матча с "Лацио", завершившегося массовой дракой, Гауччи вновь обратился в суд. Лучано заявлял, что чиновники в очередной раз ставят палки в его колеса. Чтобы не быть голословным, президент предоставил несколько видеокассет, на которых были зафиксированы судейские ошибки в пользу соперников "грифонов".
Журналисты предупредили Гауччи: "Согласно новому регламенту, за подобные действия ваш клуб могут лишить нескольких очков". Однако это не пугало Лучано: "Мы сейчас и так в заднице. Не думаю, что что-то может ухудшить наше положение". Поэтому Гауччи вновь бросил вызов футбольным властям. Болельщики "грифонов" также не остались в стороне. За 4 матча до конца сезона президент заявил, что снимает клуб с чемпионата. Правда, впоследствии он передумал. Казалось, что ничто не спасет Перуджу от вылета.
Чтобы сохраниться в Серии А, "грифонам" нужно было выиграть все оставшиеся матчи. Особенно сложными предстояли противостояния с "Ромой" и "Ювентусом". Поэтому неудивительно, что все похоронили "грифонов". Однако пациент оказался скорее живым, чем мертвым. Перуджа каким-то чудом выиграла все матчи и завоевала право сыграть в плей-офф за место в элите. Естественно, что четыре победы подряд аутсайдера, возглавляемого одиозным Гауччи, породили немало вопросов. Так, Лучано многое связывало с "волками", не говоря уже о "Ювентусе", ведь диктатор Муаммар Каддафи, сын которого выступал в Перудже, владел 7% акций "Старой синьоры". Владельцем "Анконы", которую также нокаутировали "грифоны" во время своей удивительной серии, был бывший сотрудник Гауччи.
Правда, слухи остались лишь слухами. Вину Лучано так и не удалось доказать. В конце концов президент решил продать Катанию, которая принесла ему немало проблем летом 2003 года. Накануне битвы за место в Серии А Лучано не смог найти ключ к "Фиорентине", и "Перуджа" отправилась в незапланированное путешествие в Серию В. Однако это поражение не успокоило президента. Он угрожал, что выгонит из клуба всех игроков, за исключением Раванелли и… Каддафи. Тогда же "грифонов" покинул харизматичный тренер Косми. Кстати, когда Серсе в 2005 году возглавит "Удинезе", его первым трансфером станет Каддафи (в футболке "зебр" сын диктатора сыграет всего 11 минут).
В ноябре 2005 года "Перуджа" обанкротилась и была отправлена в Серию С. На этот раз Гауччи махнул рукой на клуб и быстро сбежал на свою виллу в Санта-Доминго (столица Доминиканской Республики). Уже оттуда он в своём традиционном стиле начал обвинять всех в заговоре против него и "грифонов". Гауччи утверждал, что стал жертвой компании Gea и хитроумного Лучано Моджи. Тогда его никто не послушал. А зря. В Риме полиция не теряла времени и конфисковала всё имущество опального президента на сумму 23 миллиона евро. Дальше — больше. В феврале 2006 года двух сыновей Лучано посадили за решетку. Папа плакал горькими слезами и проклинал карабинеров, чиновников и Моджи. Однако не спешил вылезать из своего укрытия.
В мае 2009 года Лучано признался в том, что сфабриковал банкротство и уклонялся от уплаты налогов, после чего вернулся на родину. Экс-президент получил три года за решеткой. Однако, в отличие от сыновей, он не отсидел ни одного дня. Правительство Романо Проди, пытаясь избежать перенаселенности тюрем, объявило амнистию. Благодаря этому Гауччи в очередной раз вышел сухим из воды.
"Как он кричал в ту ночь!": зверское убийство скандального режиссёра — снимал секс, писал о футболе и любил Болонью