"Надел разваливающиеся бутсы – и забил": легенда "Карпат" Лихачёв обогнал Блохина, играл с "Миланом", сравнял счёт в финале 1969 года
Любомир Кузьмяк встретился с Геннадием Лихачевым, знаменитым нападающим 60-70-х годов. Это первое в жизни большое интервью легенды львовских "Карпат".
Главная победа в истории "Карпат" — завоевание Кубка СССР 1969 года — уже давно стала частью мифологии и эпоса. Для многих болельщиков тот триумф "Карпат" особенно ценен из-за происхождения футболистов. Болеть за своих ребят из Львова, Хмельницкого или Закарпатья всегда приятнее. Однако даже те "Карпаты" не могли похвастаться полным отсутствием легионеров в своём составе.
Геннадий Лихачёв и Валерий Сиров – два игрока "Карпат" из основного состава команды Юста, родившиеся за пределами Украины. Собственно, уникальность Лихачева заключается не только в этом и не в его фантастической голевой серии в том розыгрыше Кубка СССР. "22 ноября 1966 года я впервые приехал во Львов. И уже почти 60 лет с небольшими перерывами живу здесь. Родился я в Саратове, но чувствую себя львовянином. Этот город дал мне всё", – говорит Геннадий Михайлович.
Годовщину завоевания Кубка СССР могут отпраздновать лишь четверо "Карпатовцев": сам Лихачёв, капитан Игорь Кульчицкий и защитник Юрий Бондаренко, проживающие во Львове. Судьба вратаря Михаила Лупола, к сожалению, неизвестна. Несколько лет назад он оставался в оккупированной Макеевке в Донецкой области.
В интервью легенды "Карпат" для "Футбол 24" в день его 79-летия — о купленных бутсах перед финалом, особом наставлении Микльоша, единственном удалении в карьере и бесценной футболке Джанни Риверы.
"Впервые в жизни играл на стадионе вместимостью 100 тысяч зрителей. Ворот не видел"
– Ваш партнер Иван Герег говорил, что 17 августа для него важнее, чем день рождения. А вы обычно отмечаете годовщину завоевания Кубка?
– Я тогда не праздновал, а сейчас – тем более. Нас сразу после матча повезли на телестудию. Приехали туда в полночь, нас встретили армянским коньяком. Поставили два ящика! А я хотел поесть – съел пирожное и отравился.
– Вы всей командой поехали на студию?
– Да. Я отказывался говорить, речей не готовил. А тут объявляют: "Сейчас автор забитого гола скажет пару слов". Да вы что? Я растерялся. Выручила Ольга Морозова, молодая теннисистка, которая также была в студии: "Вы заметили, что вратарь Кудасов стоит на опорной ноге, поэтому целились в дальний угол?" Я ответил честно: "Да какой Кудасов? Какая опорная? Я впервые в жизни играл на стадионе вместимостью 100 тысяч. Ворот не видел, не говоря уже о Кудасове на опорной. Ударил, забил — вот и всё".
– Говорят, что именно ваш земляк из Саратова, вратарь ростовского СКА Лев Кудасов, продал вам бутсы, в которых вы вышли на финал.
– Если точнее, то его партнер Алексей Еськов. Перед самым финалом купил за 50 рублей. Тогда это были немалые деньги. Зато какие красивые – фирменные "Адидас"! Отыграл первый тайм на "Лужниках" – едва до раздевалки дошёл. В перерыве взял свои развалившиеся бутсы и почувствовал себя совсем по-другому. В них и забил гол.
Победители Кубка в телестудии
– За день до финала вы отмечали 23-й день рождения. Как вас поздравляла команда?
– Проснулись в 6 утра на базе, налили мне стакан сметаны и поехали в аэропорт. Пожелали забить гол, я ответил: "Постараюсь". Несколькими днями ранее, 11 августа, я уже получил подарок от клуба. Директор завода "Электрон" Степан Петровский, который опекал команду, вручил бумажку и сказал: "Езжай на Левандовку, забирай свою "Волгу"".
– Учитывая эмоциональный подъем и волнение, смогли ли вы заснуть перед финалом?
– После матчей я никогда не спал. Всегда чувствовал напряжение и опустошение. Перед финалом тоже чувствовал беспокойство. У Ростова на самом деле была хорошая команда. Я склонен считать, что нам повезло. И не только в финале, но и на предыдущих этапах. Если бы с "Араратом" и "Судостроителем" мы играли на выезде, то не факт, что победили бы.
– Янош Габовда говорил, что после выездной победы над "Трудом" в Воронеже поверил в реальность победы в турнире. Четвертьфинал был особенно тяжелым?
– Зрителей на трибунах было множество, соперник очень непростой. Я открыл счёт ударом с пенальти в первом тайме. А потом на последних минутах одиннадцатиметровый назначили уже в наши ворота. Как Витя Турпак его отбил? Понятия не имею. А вратарь "Труда", которому я забил, – Валерий Татаренко – через полгода повесился. Не знаю, что там случилось. В этом контексте вспоминаю вратаря тбилисского "Динамо" Теймураза Степания, который погиб в ДТП в возрасте 21 года. Мы с грузинами хорошо дружили, не раз тепло общались с Теймуразом, братьями Нодией и их партнерами.
"Перед финалом Микльош выступил всего тремя словами"
– На архивных кадрах в день финала улицы Львова выглядели пустынными. Вы чувствовали, что весь город болеет за "Карпаты"?
– Конечно. Все смотрели матч. А потом даже немного беспорядков устроили. Представляешь, троллейбус от радости перевернули!
– Вас с трапа самолета на руках выносили?
– Как подняли на аэродроме, так и опустили на землю чуть ли не в центре города. Три грузовика цветов собрали. И на "Лужниках" у нас была замечательная поддержка. Мой родной брат ездил на матч в Москву. Когда люди узнали, кто он, то от эйфории чуть не задавили.
– В том розыгрыше Кубка СССР вы установили уникальное достижение, забивая практически на всех этапах турнира.
– Я посчитал – из 12 командных голов я забил шесть. Не удалось отличиться только в ворота одного соперника – "Азовца" из Жданова, нынешнего Мариуполя, против которого играли на стадии 1/64 финала.
– За исключением двух матчей, "Карпаты" принимали всех соперников дома. Обстоятельства играли вам на руку?
– Главная интрига разыгралась в четвертьфинале, когда московское "Торпедо" принимало николаевский "Судостроитель". Большинство наших футболистов болели за "Судостроитель" — потенциально более слабого соперника в полуфинале. Я же болел за "Торпедо", потому что в таком случае мы принимали бы москвичей на стадионе "Дружба". А с "Судостроителем" место проведения матча решал жребий. Однако команда Юрия Войнова выиграла, а жеребьёвка сложилась удачно для нас – Николаев приехал во Львов, и мы победили их дома со счётом 2:0.
– В финале вы пропустили первыми и ушли на перерыв, уступая 0:1. Что происходило в раздевалке?
– Перед матчем некоторые опасались разгромного поражения. Мол, не страшно, если проиграем 0:1, главное – не пропустить пять. В перерыве ничего необычного не произошло. Мне больше понравилась настройка от главного тренера перед матчем. Карло Микльош сказал всего три слова: "Играйте, ребята, с умом!" Что это означало? Понятия не имею. Но мы все сами понимали.
"Обогнал Блохина, но он этого не признает"
– Как вы думаете, в чём заключалась сила тех "Карпат"?
– В коллективе. Эрнест Юст не любил менять состав. Это касалось не только сезона 1969 года, но и в целом. Должен признать, что Юст и Бубукин – лучшие тренеры в моей карьере. Валентин Борисович вообще видел во мне своего преемника. Хотел привлечь меня к тренерской деятельности. Я отказался, а позже пожалел.
– О Бубукине во Львове говорили по-разному.
– Я могу вспомнить только положительное. Помню, как мы часто отрабатывали навесы с флангов. "Гено, пробегай и простреливай в штрафную площадку", – приказывал тренер. Я отвечал, что там никого нет. "Это не твое дело. Главное — выполни навес", — объяснял Бубукин. А потом ругал Габовду: "Где ты был, когда Лихачев подавал?"
Лихачёв подаёт угловой
– Если Габовда ловил головой ваши подачи, то мяч непременно оказывался в сетке?
– Лучше Ивана никто не играл головой в Союзе. Говорили о Старухине, ещё кого-то там называли… Да какая там разница. Габовда – номер один! Сядет и набивает мяч головой. Сотню может – легко-легко. А я едва ли два раза забью.
– Зато вы были самым быстрым.
– Блохин этого не признает.
– Вы соревновались с ним?
– Когда ездил на просмотр в "Динамо" с Остапом Савкой и Ростиком Поточняком. По крайней мере, так это тогда называли. Как-то после зарядки старшие ребята Медведь, Хмельницкий и Рудаков решили устроить нам соревнования на трёх дистанциях: 30 метров, 60 и 100. Каждый сделал свою ставку. На всех трёх я Олега обогнал.
Лихачев (слева) и Коньков (справа)
– В вашей карьере была только одна красная карточка – в 1972 году в матче с "Звездой", которая мчалась к своему чемпионству, Валентин Липатов удалил вас с поля. За что?
– В Луганске всегда сложно играть. А тут ещё и спорный эпизод рядом с боковой линией. Мяч не вышел, я его сохранил в игре. Помощник арбитра машет флажком – аут. Пробегаю мимо и говорю: "…, ну какой аут?!" Оскорбил судью, упомянув его этническую принадлежность. Липатов подбежал, услышал подсказку помощника и показал мне прямую красную. Юст сразу спросил, за что меня выгнали. Я рассказал, а тренер сказал: "Ну, всё правильно сделали".
– Не оштрафовал?
– Да нет, ничего такого.
"Если где-то остановимся, то открывай дверь и беги"
– В "Карпатах" вы провели одиннадцать лет без перерыва. Вас приглашали в другие клубы?
– Лобановский звал в "Днепр" сразу после Кубка. Я летел к родителям в Саратов, мы даже договорились, что я буду возвращаться через Днепропетровск. Валерий Васильевич ждал меня в аэропорту. Я сказал "Хорошо" и улетел через Москву. Потом как-то пересекся с Лобановским. Он прошел мимо, будто не замечая меня. Я всё сам понимал.
– Могли ли вы подумать, что Львов станет для вас родным городом?
– Мне здесь за три года предоставили четыре квартиры. Я перевез сюда всех родных. За всё это время – исключительно хорошее отношение, внимание и забота. Как я мог искать чего-то лучшего? Вот один случай, который иллюстрирует отношение львовян ко мне. Перед многими матчами на поле выбегала женщина, которая дарила мне цветок. Это стало своеобразной традицией. Цветок я передаривал детям на трибунах. А после игры та же девушка перед входом в автобус дарила мне духи. Как потом выяснилось, она работала на парфюмерной фабрике. Меня это очень трогало.
– Как вы вообще оказались во Львове?
– Я начинал в родном саратовском "Соколе". Меня только что взяли в команду, я играл за дубль. В матче с "Карпатами" устроил феерию, забил целую кучу голов. На следующий день – матч основных составов на стадионе "Дружба". Я сижу на скамейке запасных – худой, маленький, весом 50 килограммов. "Сокол" выиграл 1:0 – единственный гол забил наш лидер Виктор Чернышков. Мы жили в отеле "Львов", ночевали там и позже должны были улететь на матч в другой город. На следующее утро мы с Виктором вышли на прогулку по центру Львова. Вдруг к нам подъехал УАЗик. Двери открылись и ррраз — нас затащили в машину.
– Похищение средь бела дня?
– Сначала мы тоже не поняли, что произошло. Витя шепнул мне на ухо: "Если где-нибудь остановимся, то открывай дверь и беги". Только позже нам сообщили, что это представители футбольной команды. Когда приехали на встречу с руководством "Карпат", Чернышков долго не думал: "Мне 28 лет, я всю жизнь в Саратове провёл, а вот Генка — молодой, вам подойдёт". В конце концов, мы вернулись в отель, но интерес "Карпат" не исчез. Даже Юст приезжал в Саратов. В итоге меня убедили.
– Что стало главным аргументом?
– Во Львов я приехал не один, а с сестрой. Она и взялась меня убеждать. "Карпаты" выделили мне квартиру, сразу окружили вниманием. Потом "Сокол" не хотел меня отпускать. Начали придумывать какие-то истории, мол, я не вернул в клуб спортивный костюм. К счастью, всё впоследствии разрешилось.
"За футболку "Риверы" предлагали любые деньги. Память важнее"
– В 1976 году "Карпаты" сыграли товарищеский матч с "Миланом". Федор Чорба вспоминал свой гол в ворота чемпиона Европы Энрико Альбертози, а Ярослав Кикоть рассказывал, как после игры обменялся футболкой с обладателем "Золотого мяча" Джанни Риверой. А что вам запомнилось?
– Неправда! Это я футболку Риверы достал. Расскажу, как всё было. Перед игрой нам выдали простые зеленые футболки – одни из самых дешёвых, которые тогда существовали. Выходим на разминку, а на линии лежит кучка футболок "Милана" – десять штук. Что-то вроде подарка для нас. Я выбрал свою "семёрку", под которой также Ривера за "Милан" играл. А вот Козинкевичу подарка не досталось.
– Почему?
– Пока Эдик пошел в туалет, его футболку с номером 11 кто-то забрал. Как позже выяснилось, это был Саша Ракитский. Вратарям же не давали – вот он и взял футболку полевого игрока. Сама игра была неплохой. Меня сбили в штрафной площадке, Федя Чорба реализовал пенальти. Впоследствии "Милан" отыгрался – так и закончили 1:1.
– Футболка "Риверы" у вас до сих пор есть?
– У меня, наверное, единственная осталась. Мне как-то предлагали: "Гено, дадим сколько угодно денег". Но я отказался. Память важнее денег.
– Вы вспомнили о Ракитском, который с отчаянием рассказывал о потерянных медалях 1976 года: "В последнем матче с "Зенитом" нас "сплавили". Мы себе пиджаки подготовили для медалей, дырки проделали…"
– Шестого ноября мы играли в Москве с ЦСКА. Погода ужасная: снег, дождь, трясина. Сыграли 1:1, вечером самолет. Спали на полу всю ночь, рейс из-за погодных условий перенесли. Билеты на самолёт сдали, взамен взяли на поезд. Вернулись во Львов только вечером 8 ноября. А через два дня игра с "Зенитом", самой неприятной командой Высшей лиги. Первый тайм — проигрываем 0:2. Потом зарабатываем пенальти, Чорба не забивает, пропускаем третий гол. Всё как будто страшный сон.
– Надежда была на соперников.
– Параллельно в Тбилиси играли два "Динамо". Нам нужно было болеть либо за ничью, либо за москвичей. В итоге грузины выиграли 3:1, Реваз Челебадзе оформил дубль. Всё, мы в… одном месте. Не только не вторые, но даже не третьи.
"Савка просил: „Дай пенальти, четвёртый забью“. Я отказался и промахнулся"
– За последние годы ушли из жизни несколько ваших одноклубников. Вы близко дружили с Ростиславом Поточняком, бывшим партнером по "Карпатам" и "Металлисту". Три года назад его не стало. Еще через год ушел другой ваш друг Богдан Грещак.
– У нас была традиция. На Погулянке, рядом со школой, я оставлял машину на стоянке. Заходил в гости к Богдану Грещаку и Роману Рыфьяку. Туда же приходил и Ростик. Было свободное время — играли в джокера, вспоминали прошлое. А сейчас никого не осталось, все ушли один за другим. Очень грустно и одиноко. Еще и Вита Никитюка в 2021-м не стало…
– В "Карпатах" вы были штатным пенальтистом. До определённого момента?
– Бил, пока впервые не промахнулся. Принимали дома "Локомотив", Остап Савка три гола им забил. Судья назначает пенальти в те ворота, что ближе к раздевалке. Я взялся пробивать, но Остап просит: "Дай мне мяч, забью четвёртый гол". Я отказался, пробил в правый угол и промахнулся. После этого поклялся – никаких пенальти.
Лихачев пробивает пенальти
– В 1971 году "Карпаты" дебютировали в Высшей лиге матчем с "Араратом". Там тоже был драматизм с пенальти. И не одним.
– Мы играли не на "Раздане", а на старом стадионе "Спартак". Людей на трибунах – ого-го! Пошёл исполнять угловой и чудом остался жив. То камни пролетают, то ещё какие-то предметы швыряют. И в такой атмосфере судья Табаков решился назначить пенальти за фол на Грещаке. Кульчицкий его реализовал. На 87-й минуте Табаков ставит ещё одну "точку"! Кульчицкий снова берёт мяч, но кто-то из армян как зацедил Кульчика! Кровь на лице, пауза. Понятно, что Игорь уже не будет бить.
– У вас был вариант взять мяч?
– Нет, Тарас Шулятицкий пошёл пробивать. Ударил и промахнулся. Когда он исполнял пенальти, мы уже были на низком старте – готовились бежать в раздевалку. Тарас пробил, и мы рванули с поля – даже не думали доигрывать матч. Шулятицкий, пока добежал до нас, хорошенько получил.
– Когда выбрались со стадиона?
– Мы в раздевалке просидели пять часов. Болельщики все стекла выбили, автобус повредили. Где-то в полночь всё успокоилось. Мы вылетели из Еревана утром. Приехали к отелю, быстро выбежали из автобуса. А как иначе? Нас и там шпана ждала. Хорошо, что успели сбежать.
– На поле вас можно было узнать не только благодаря хорошей скорости. Вас выделяли среди других стильные чёрные усы.
– Я отрастил их не ради имиджа. Когда ездили на Кубу, я там заболел красной волчанкой. Пропустил 14 месяцев. Под кубинским солнцем лицо превратилось в мандарин. Повезло попасть к одному человеку, который травами лечил эту болезнь. Врачи браться за лечение не хотели.
– Вы покинули "Карпаты" в 1977 году, одним из последних среди обладателей Кубка СССР. Как покидали родной клуб?
– Жаль, что это случилось так рано. Меня, Поточняка и Кикотя списали, хотя мне было 30 лет, а им – ещё меньше. Казалось, что мы ещё могли помочь "Карпатам". Мы с Ростиком уехали в Харьков – там, в "Металлисте", он стал легендой. Конечно, было непросто перейти из команды Высшей лиги во Вторую лигу. Но такова жизнь, таков футбол. Обиды у меня нет.
Автор выражает благодарность Назару Яцишину за помощь в организации интервью.