"Сандерленд хотел Ризника „здесь и сейчас“: агент Кириченко рассказал о риске, предательстве и жестких законах своего бизнеса"

"Самое главное — это то, что игрок показывает на поле. Мы за него в футбол не сыграем"

– Андрей, как вы пришли в футбольное агентство? Это было осознанное решение или скорее стечение обстоятельств?

– Я с детства, как и многие, любил футбол и всегда хотел рано или поздно оказаться в этой сфере. Футболистом не стал: в детстве и юности занимался футболом, но в какой-то момент выбрал учебу, а не спорт. Впрочем, любовь к футболу осталась, и я постоянно общался с людьми из футбольной среды, несмотря на то, что бизнес, которым я занимался, никоим образом не был связан с этим видом спорта.

В 2018 году меня попросили организовать просмотр для одного 17-летнего игрока "Динамо" (Киев), которого как раз исключили из столичного клуба. Использовав свои деловые связи, я устроил ему просмотр в Германии — в "Нюрнберге" U-19. Просмотр оказался неудачным: игрок не соответствовал уровню, которого требовали немцы. Но именно с этого всё и началось.

Сначала это было увлечением, хобби, а со временем превратилось в основной вид деятельности. В 2021 году я познакомился со своим будущим партнером и другом Всеволодом Бадком, и с тех пор мы вместе развиваем нашу компанию, ставим перед собой самые высокие цели и планируем еще много интересных трансферов.

– Какие иллюзии о профессии исчезли быстрее всего, когда вы начали работать агентом?

– Я бы не сказал, что у меня было много иллюзий. В агентскую деятельность я приступил уже с определённым жизненным и деловым опытом. Но могу отметить несколько моментов, о которых, по сути, знал и раньше.

Во-первых, не всё так просто, как кажется со стороны: за почти каждым трансфером стоит огромная работа, которую посторонний наблюдатель просто не видит. Во-вторых, многие люди по своей природе неблагодарны – они быстро забывают всё хорошее, что для них было сделано, и "продадут" тебя при первой же возможности: либо за деньги, либо за красивые обещания. Конечно, не все такие. Но очень многие. И, повторюсь, в этом футбол ничем не отличается от других сфер жизни или бизнеса.

– По каким критериям вы выбираете, с кем работать? Что для вас принципиально на старте сотрудничества?

– В нашей компании работают скауты и аналитики, которые просматривают большое количество матчей – все украинские лиги и чемпионаты ДЮФЛ. Если футболист выделяется на своём уровне и мы видим, что он потенциально может развиваться и расти, он становится для нас интересным кандидатом для возможного сотрудничества.

Иногда совсем молодых игроков рекомендуют тренеры спортивных школ, которые доверяют нам в вопросах профессионализма. Бывает, что футболисты сами выходят на контакт, и тогда мы подробно изучаем их досье, чтобы принять решение о возможной работе с ними.

Прежде всего, для нас важно увидеть в игроке спортивные качества, необходимые для того, чтобы он мог реализоваться на высоком уровне: это скорость, игровое мышление, выносливость, умение играть без мяча и другие ключевые компоненты.

Отдельно стоит отметить ментальность и психологию – готовность слушать и следовать нашим рекомендациям, способность сосредоточиться именно на футболе и не отвлекаться на факторы, которые могут помешать развитию карьеры.

– Приходилось ли вам лично отказывать игрокам? Если да – по каким причинам это происходит чаще всего?

– Да, конечно, такое бывает. В футбол играют очень много людей, но до уровня хотя бы УПЛ доходят единицы. Наша задача — увидеть потенциал в юном возрасте и помочь его реализовать, чтобы ребята в 15–16 лет со временем смогли заиграть во взрослом футболе на максимально возможном для себя уровне.

Если мы видим, что, по нашему мнению, у игрока нет потенциала для такого развития, мы не будем с ним сотрудничать и отказываем. Конечно, мы можем ошибаться — это наш субъективный взгляд, не более того.

Но это наше право выбирать, с кем работать, так же как и право футболиста решать, с каким агентом сотрудничать, а кому отказать — я говорю о тех клубах и средах, где у игрока действительно есть такой выбор.

– Большинство ваших клиентов – украинские футболисты, преимущественно молодые. Это сознательная стратегия или, скорее, отражение реалий рынка?

– Прежде всего, это, конечно, стратегия. В современном футболе агенты часто начинают сотрудничество с игроками в 16–17 лет, а иногда и раньше. Как правило, у футболистов в возрасте 20+ уже есть агент, хотя они нередко меняют представителей.

В то же время мы постоянно отслеживаем рынок и рассматриваем возможности сотрудничества и с более опытными игроками – теми, кто завершил работу со своим агентом и находится в поиске новой компании для дальнейшего взаимодействия.

– Насколько сложно работать с молодыми футболистами, когда их ожидания часто опережают реальность?

– Самая сложная работа – это работа с людьми. И работа с футболистами, особенно молодыми, не является исключением. Очень часто ребята, попав в академию клуба УПЛ, считают, что уже всего достигли и вот-вот начнут играть за первую команду, подпишут хорошие контракты – и жизнь удалась.

На самом деле все гораздо сложнее. Целью любого молодого игрока должно быть попадание в состав первой команды и стабильная игра на взрослом уровне. А это непросто: многие футболисты теряются именно на переходе из юношеского футбола во взрослый. И здесь недостаточно просто любить футбол и мечтать стать профессионалом.

Андрей Кириченко с Эдди Хау / Фото предоставлено героем интервью

Должен сойтись целый комплекс факторов: талант, трудолюбие, ежедневная самоотдача на тренировках и в играх, дисциплина и правильный режим дня — как бы банально это ни звучало. Важно, чтобы тренер видел в тебе потенциал и доверял; свою роль играет и работа агента, и, в определенной степени, удача — в частности, чтобы обошли стороной серьезные травмы.

И когда игроки сталкиваются с суровой реальностью, где после U-19 в первую команду в лучшем случае попадают один-два футболиста, а всем остальным приходится искать себе клуб в УПЛ или в Первой или Второй лигах — где молодых не всегда ждут, не слишком готовы с ними "возиться", да ещё и на невысокие зарплаты и часто не в лучшие условия — именно тогда приходит осознание, что впереди ещё долгий и тяжёлый путь, чтобы по-настоящему стать футболистом.

– Приходится ли вам удерживать игроков от преждевременных решений – ранних трансферов, конфликтов с клубами, громких публичных заявлений?

– Постоянно. Всё, что вы перечислили, довольно часто фигурирует среди желаний как самих игроков, так и их родителей. Многие в сложных ситуациях склонны искать проблему в ком угодно – в тренере, в клубе, в партнерах по команде, в агентах – но не в себе.

В такие моменты очень важно, чтобы игрок и его семья доверяли своему агенту и прислушивались к нему. Мы уже не раз проходили подобные карьерные отрезки с другими футболистами, поэтому у нас есть опыт, который помогает спокойнее и взвешеннее переживать эти сложные этапы.

– Где, по вашему мнению, проходит грань между амбициями игрока и ответственностью агента за его карьеру?

– Мы всегда говорим своим футболистам, что наша задача – создать условия для их развития: найти новый клуб в случае ухода из нынешней команды, помочь и поддержать, когда это нужно морально, проверить все юридические аспекты при подписании или расторжении контракта. Всё это и многое другое — часть нашей работы.

Но самое главное – это то, что игрок показывает на поле. Мы за него в футбол не сыграем, и никто другой этого не сделает.

Амбиции есть у всех футболистов, но не каждый способен воплотить их в реальность. Мы всегда предлагаем игрокам и их родителям различные сценарии развития событий, моделируем возможные плюсы и минусы — например, при выборе между несколькими клубами для продолжения карьеры.

В то же время решение должен принимать сам игрок — часто вместе с семьей. Не мы и не кто-то другой. А дальше уже движемся вместе с футболистом по тому пути, который он выбрал, ведь ответственность за карьеру игрока, в первую очередь, несет он сам, а мы лишь помогаем ему в этом процессе.

"Часто создается впечатление, будто весь мир вращается вокруг украинских футболистов и все европейские клубы только и мечтают приобрести их за миллионы"

– Примерно у половины ваших подопечных есть опыт или перспектива игры за рубежом. Украинский футбол сегодня – это скорее витрина или транзит?

– Мне кажется, что здесь нет однозначного ответа. Для кого-то украинская Премьер-лига – это лишь один из шагов на пути к топ-5 европейских чемпионатов. Кто-то же проведёт всю карьеру, выступая исключительно в украинских клубах – и это тоже не самый плохой сценарий.

В любом случае Украина сейчас переживает самый сложный период в своей новейшей истории, и футбол, как срез общества, не является исключением. Не каждый иностранный игрок готов сегодня приехать к нам, общий уровень чемпионата снизился.

В то же время в этом есть и положительная сторона для молодых украинских футболистов: в нынешних условиях им значительно проще проявить себя и сделать шаг вверх в сильный европейский чемпионат – о чём, в конце концов, мечтает большинство игроков, как украинских, так и легионеров, выступающих за украинские клубы.

– Какие чемпионаты сейчас реально открыты для украинских футболистов, а какие – скорее существуют в формате мифов и слухов?

– Знаете, нельзя сказать, что какие-то чемпионаты полностью закрыты для украинских футболистов. Другое дело, что в отдельных лигах действуют жесткие лимиты на легионеров или на игроков с паспортом страны, не входящей в ЕС, и попасть туда значительно сложнее. Это, в частности, Италия, Нидерланды, Великобритания.

Кроме того, уровень игрока и его трансферная стоимость должны соответствовать амбициям и финансовым возможностям клубов, которые его рассматривают.

У нас часто складывается впечатление, будто весь мир вращается вокруг украинских футболистов и все европейские клубы только и мечтают приобрести их за миллионы. Но на практике, скажем, скандинавские чемпионаты или лига Хорватии гораздо привлекательнее для покупателей: паспорт ЕС, знание английского языка, готовность клуба-продавца к переговорам и, главное, уровень самого игрока — эти факторы часто работают не в пользу наших футболистов.

Скандинавы, балканские игроки, уже адаптировавшиеся в Европе южноамериканцы и африканцы сегодня нередко оказываются более конкурентоспособными, чем наши — к сожалению. Посмотрите хотя бы на таблицу коэффициентов УЕФА — там отражен наш реальный уровень.

Но, опять же, в условиях, в которых сейчас живет наша страна, пожалуй, сложно ожидать чего-то принципиально иного.

– Часто можно увидеть новости об "интересе клубов из Европы", который так и не завершается трансфером. Насколько это реальный рыночный инструмент?

– "Интерес" и реальный трансфер – это очень далекие друг от друга понятия. Клуб может отслеживать десяток футболистов на одну позицию, но официальное предложение сделает максимум одному-двум. Поэтому новости об "интересе" сами по себе не слишком информативны – особенно когда понимаешь, что часто это просто уловка для привлечения внимания к конкретному игроку, и не более того.

"Решение должен принимать сам игрок. Не мы и не кто-то другой" / Фото предоставлено героем интервью

– А действительно ли с помощью СМИ можно повысить рыночную стоимость игрока, или это работает только один раз и быстро теряет ценность?

– Повысить рыночную стоимость игрока может только его качественная игра на поле и конкуренция за него со стороны других клубов. Для серьёзных европейских команд не имеет принципиального значения, что пишут о футболисте в СМИ – они ориентируются на совершенно другие факторы, формируя трансферную стоимость.

Речь идет, прежде всего, о собственных финансовых возможностях, понимании уровня ожиданий клуба-продавца, а также о перспективе дальнейшей перепродажи игрока и его потенциале развития.

– Где проходит грань между грамотным информационным сопровождением и манипуляцией?

– По сути, четкой границы здесь не существует. Все зависит от уровня возможностей и желания клуба или агента продвигать информационную кампанию вокруг конкретного футболиста. Мне кажется, что большинство людей, читающих новости, уже умеют отличать, где речь идет о нормальном информационном сопровождении, а где – о откровенных манипулятивных вбросах.

– Может ли навредить игроку ситуация, когда "интерес" существует исключительно на уровне заголовков?

– Да, на сто процентов. Такой "интерес" формирует ложные ожидания и со временем приводит к недоразумениям между игроком, которого постоянно куда-то "продают" в СМИ, и клубом, за который он выступает, или же между игроком и агентом.

"Англичане его очень хотели: прилетали смотреть на него вживую"

– Недавно состоялся трансфер Евгения Кучеренко в "Панетоликос". На каком этапе вам стало ясно, что это будет именно Греция, а не продолжение карьеры в Шотландии или на другом рынке?

– Это стало ясно на этапе официального предложения от греческого клуба. Был также интерес со стороны ещё одного клуба с Кипра, но греки сработали очень оперативно, и в итоге Евгений переехал именно в Грецию.

– За короткий период Евгений прошёл путь "ЛНЗ" → "Данди Юнайтед" → "Панетоликос". Насколько этот маршрут был запланированным, а насколько – реакцией на обстоятельства и возможности?

– Скажем так, у Евгения было четкое желание попробовать себя в европейском чемпионате. Когда в ЛНЗ сменился тренерский штаб и стало ясно, что в команду придут новые вратари, у нас появилась возможность найти для Кучеренко клуб в Европе на условиях, которые устраивали и ЛНЗ, и самого игрока, и нас как представителей.

Появился вариант с "Данди Юнайтед" и чемпионатом Шотландии, и после довольно быстрых переговоров Евгений стал игроком шотландского клуба.

А при переходе из "Данди Юнайтед" в "Панетоликос" ключевую роль сыграло понимание ситуации, сложившейся после травмы Кучеренко. Место в воротах занял шотландский голкипер, "Данди Юнайтед" начал набирать очки после серии неудачных матчей, и стало совершенно очевидно, что существует риск провести весь второй круг сезона на скамейке запасных.

Этого никто не боялся — Евгений всегда готов к конкуренции. Но в то же время мы нашли вариант с клубом, где его сразу видели первым номером, предложили лучшие финансовые условия для самого игрока, а также учли его желание сменить чемпионат. Мы быстро сработали — и сейчас Евгений Кучеренко уже выступает за греческий клуб.

– Насколько важным фактором в этой сделке стала игровая практика в Шотландии, в частности матчи во всех турнирах, включая еврокубки?

– "Данди Юнайтед" — это довольно известный клуб с фантастическими болельщиками, которые поддерживают команду буквально везде. Например, даже на предсезонные сборы в Нидерландах они приезжали посмотреть на своих футболистов – и это приятно удивило Евгения.

Бадко, Кириченко и Кучеренко / Фото предоставлено героем интервью

Шотландия — это, по сути, британский рынок и в то же время особый чемпионат именно для вратарей. Там судьи позволяют полевым игрокам действовать против вратарей довольно жестко, и Кучеренко приобрел опыт, который вряд ли получил бы в любой другой лиге. А еврокубки — это всегда праздник для любого клуба. Бесспорно, это был очень важный фактор для нас при переходе Евгения Кучеренко.

– История с "Шахтером" и Дмитрием Ризником: когда есть реальные варианты, но клуб не отпускает игрока. Как вы оцениваете такие ситуации?

– Здесь всё не так однозначно. Мы действительно передали предложение от "Сандерленда" по Ризнику. Англичане его очень хотели: прилетали смотреть на него вживую на матч в Стамбуле против "Бешикташа", и он был кандидатом №1 на эту позицию.

Однако их первое предложение не устроило "Шахтер". К тому же у клуба были квалификационные матчи Лиги Европы, и Ризник был нужен команде именно в этот момент, тогда как "Сандерленд" хотел игрока "здесь и сейчас".

В итоге английский клуб приобрел вратаря из Нидерландов – и, как показало время, не ошибся: сейчас он один из лучших голкиперов АПЛ в этом сезоне и обошёлся дешевле, чем стоил бы Ризник.

В то же время я не исключаю, что при других обстоятельствах – например, если бы "Шахтер" не квалифицировался в Лигу Европы или если бы переговоры между клубами начались раньше – "Шахтер" и "Сандерленд" могли бы договориться о цене, и Дмитрий стал бы очередным украинцем в АПЛ. Чего я ему, кстати, искренне желаю — рано или поздно.

"Переход в чемпионат Чехии на сегодняшний день является реальной оценкой уровня Слюбика"

– Часто ли в Украине клубы блокируют трансферы, даже если они выгодны игроку и логичны с точки зрения карьеры?

– Довольно часто. Причина – слишком большой разрыв между ожиданиями украинских клубов-продавцов и возможностями клубов-покупателей – как наших, так и иностранных.

Стоит помнить, что у клуба-покупателя всегда есть альтернатива – шорт-лист из нескольких игроков, из которых он выбирает. И когда, скажем, иностранный клуб спрашивает: "Почему за этого футболиста украинский клуб хочет три миллиона? Они не играют в еврокубках, этот клуб никогда не продавал игроков за границу за серьезные деньги. Откуда взялась такая цена? Как она сформирована?" — на эти вопросы обычно есть только один ответ: так хочет клуб.

После этого, как правило, клуб-покупатель просто переключается на других кандидатов из своего шорт-листа.

– Все же, это скорее вопрос контроля, страха потери ключевого игрока или отсутствия долгосрочного планирования?

– Я отвечу на этот вопрос поговоркой, которую в свое время услышал от своего одесского друга: "Пойду работать к скупому – он платит дважды".

– Что в таких ситуациях реально может сделать агент и где его влияние объективно заканчивается?

– Если между агентом и человеком в клубе, который принимает решения или имеет влияние на того, кто их принимает, есть качественный контакт, агент может попытаться убедить клуб в целесообразности продажи игрока. Один из вариантов — организовать прямое общение между людьми, принимающими решения в клубе-продавце и клубе-покупателе.

У нас, например, так было с трансферами Тутёрова в "Сандерленд" и Русина — в случаях с "Колосом" и "Зарей" соответственно.

Тимур Тутёров (в центре) / Фото предоставлено героем интервью

– Какой самый сложный случай в вашей практике, когда интерес был реальным, но система не позволила игроку двигаться дальше?

– Было много реального интереса – не просто разговоров, а обсуждений, которые вполне могли завершиться конкретными предложениями, ведь речь шла о четких цифрах. В частности, от клубов Чемпионшипа – "Бирмингема", "Плимута" и "Престона" – в отношении игроков "Руха": Квасницы, Сапуги и Слюбика.

Однако разрыв между финансовыми ожиданиями "Руха" и тем, что предлагали английские клубы, был слишком велик, поэтому договориться о трансферах не удалось.

И, как мы видим сейчас, "Рух" в итоге продал своих игроков в "Карпаты" по той же цене, по которой ранее планировал реализовать их на британском рынке — если, конечно, верна информация об условиях соглашения между двумя львовскими клубами.

– Как вы оцениваете трансфер Богдана Слюбика в чемпионат Чехии?

– Не знаю, насколько этот шаг окажется удачным для игрока – это покажет только время. Но, пожалуй, переход в чемпионат Чехии на сегодняшний день является реальной оценкой уровня Слюбика. Европейским грандам и клубам из топ-5 он пока неинтересен, однако вполне возможно, что со временем он сможет вырасти до этого уровня, если сумеет адаптироваться, как минимум выучит английский язык и проявит себя в более сильном, чем украинский, чешском чемпионате. Потенциал, чтобы стать сильным игроком, у Богдана, безусловно, есть. В целом чемпионат Чехии — очень хороший шаг на пути к топ-5, отличная витрина, чтобы проявить себя.

"Не существует ни одного агента, которого хотя бы раз не "кидали" футболисты — ни одного, это сто процентов"

– В вашей профессии экстрим бывает не только в переговорах. Бывали ли ситуации, когда вас откровенно обманывали, угрожали или пытались давить внефутбольными методами – вплоть до физических угроз?

– Да, такие случаи бывали. Речь идет об игроках, в развитие которых было вложено очень много – иногда даже до такой степени, что стоял вопрос, останутся ли они в футболе вообще. После того как с нашей помощью они попадали в клуб и начинали проявлять себя, появлялись другие агенты, которые пытались переманить их к себе.

Кому-то достаточно красивых обещаний – что с новыми агентами всё будет проще и легче в карьере. Кому-то эти обещания ещё и подкрепляются определённой суммой в долларах или евро. И футболист, с которым ты работал несколько лет, которому помогал морально, материально и юридически, опускает глаза и говорит, что хочет "попробовать новый этап в карьере".

Пусть пробует, конечно. Хотя, по моему убеждению, если к нашей работе нет никаких конкретных претензий и мы добросовестно выполняем свои обязательства, то такое поведение — низкое и нечестное. Но у многих игроков другая логика: три тысячи долларов здесь и сейчас для них важнее, чем годы отношений и работы в тот период, когда о них, как о футболистах, ещё никто не знал и, возможно, никогда бы не узнал.

"Стоит помнить, что у клуба-покупателя всегда есть альтернатива" / Фото предоставлено героем интервью

На самом деле не существует ни одного агента, которого хотя бы раз не "кидали" футболисты – ни одного, это сто процентов. Но если спросить самих игроков, они расскажут свою версию событий. Как говорится, у каждого своя правда.

Хочу также добавить: наша компания никогда не занималась и не будет заниматься переманиванием игроков у других агентов. Если у футболиста заканчивается агентский контракт, он не хочет его продлевать и сам обращается к нам, потому что хочет работать именно с нами — мы, безусловно, рассмотрим такую возможность. Но платить деньги, чтобы "перекупить" игрока у другого агента, мы не будем. Это противоречит нашей системе ценностей.

Мы уважаем чужой труд, ведь работа агента — это большой и сложный труд, несмотря на распространенное мнение, что все агенты — сплошные мошенники. И всегда стоит помнить: тот, кого ты "купил" таким способом, с большой вероятностью когда-нибудь так же "продаст" и тебя.

– В футбольной среде ходят истории, что за отдельными игроками доходило до настоящей "охоты": например, в свое время говорили о давлении со стороны турецких группировок в деле Пироженко. Насколько такие вещи – реальность?

– Да, я слышал о подобных историях, но лично с таким не сталкивался. А что касается турецкой истории с Пироженко, думаю, лучше спросить об этом у него самого. Уверен, он с удовольствием расскажет, а мы с интересом послушаем.

– В контексте разговоров о работе некоторых агентов, в частности Вадима Шаблия, часто говорят, что не все конфликты решаются исключительно дипломатическим путем. Как вы относитесь к таким методам и были ли в вашей практике ситуации, когда футбольный спор переходил в опасную плоскость?

– Все конфликтные ситуации, которые, безусловно, периодически возникают, мы всегда стараемся решать дипломатично. Но в случае необходимости мы готовы к любым методам урегулирования – нас это не пугает.

– Учитывая всё, что вы пережили в этой профессии, посоветовали бы вы сегодня молодому человеку устраиваться в футбольное агентство – и при каких условиях точно сказали бы: "Нет, сюда лучше не идти"?

– Знаете, есть такая поговорка Конфуция: "Выбери себе работу по душе – и тебе не придется работать ни одного дня в своей жизни". Футбол – самый популярный вид спорта в мире. И если ты его действительно любишь, но по определенным причинам не стал футболистом, а желание реализовать себя в этой сфере осталось, то работа, в частности в агентском бизнесе, может стать одной из таких возможностей.

Главное — не ждать, что всё будет легко и просто. Придётся начинать с малого, с базовых вещей — как и в любой другой профессии: набираться опыта, учиться, "набивать шишки", развиваться. И тогда результат обязательно придёт.

Но важно быть готовым к долгосрочной работе, а не к быстрому, мгновенному эффекту. Тем, кто приходит только с желанием быстро заработать деньги, в этот бизнес точно не стоит идти.