"Шахтер" вышел в финал еврокубка благодаря монетке – в поражении виноваты Манчестер Сити и жены игроков

В сезоне 1965/66 УЕФА ввела правило выездного гола в Кубке кубков. В сезоне 1966/67 это правило появилось в регламенте розыгрыша Кубка ярмарок, а уже в сезоне 1967/68 – и в регламенте розыгрыша Кубка европейских чемпионов. Правда, сначала оно касалось только первого раунда турнира. Именно по этой причине во втором раунде Кубка европейских чемпионов сезона 1969/70 между Ромой и ПСВ (1:1, 1:1) не было переигровки – судьбу путевки в четвертьфинал решила монетка.

Из-за этой путаницы в 1970 году произошел курьезный случай. После финального свистка ответного матча полуфинала Кубка кубков между Ромой и Гурником комментатор Rai Нандо Мартинелли объявил на всю Италию о выходе римской команды в финал – он считал, что второй гол римлян, забитый на выезде, имел решающее значение. В эту ловушку попал и диктор хожувского стадиона, который с финальным свистком объявил стотысячной толпе: "Спасибо за великолепное выступление, увидимся в следующем году". Более того, игроки Гурника тоже покидали поле в плохом настроении: вице-президент клуба Губерт Гралка сообщил о предстоящем переигровке только тогда, когда они дошли до раздевалки. На самом деле же регламент сезона 1969/70 предусматривал обязательные переигровки исключительно на стадии полуфинала. Правило переигровки в четвертьфинале КОК применялось только в том случае, если команды обменяются одинаковыми победами (например, 1:0, 0:1), либо в двух встречах будут зафиксированы одинаковые ничейные результаты (например, 0:0 и 0:0).

Первый полуфинальный матч между Ромой и Гурником состоялся в Риме и завершился со счетом 1:1, в ответном матче в Хожуве был зафиксирован результат 2:2 (Франческо Скаратти сравнял счет на 120-й минуте, эмоции комментатора Мартинелли вполне понятны). УЕФА назначила переигровку в Страсбурге, но и эта встреча не определила победителя (1:1). Французскому арбитру Роже Мачину пришлось решать судьбу путевки в финал с помощью жетона. Капитан "Шахтера" (так переводится Гурник с польского, – прим.) Станислав Ослизло выбрал сторону зеленого цвета – красный вызывал у него негативные ассоциации с Красной армией (в свое время она разгромила ферму отца Станислава), зеленый же ассоциировался с надеждой. Капитану Ромы Фабио Капелло – тому самому – не оставалось ничего другого, как указать на сторону красного цвета.

Болельщики Гурника "похоронили" дальнейшую карьеру Эленио Эрреры

Когда кусок металла упал на газон, Мачин произнес одно слово: "Pille". Долгое время поляки были уверены, что значение этого слова – "решка", но все оказалось гораздо проще. "Pille" означает "победитель". Так или иначе, поднимать от радости руки вверх пришлось Ослизло – выпал зеленый цвет. Сначала его радость смог разделить лишь защитник Штефан Флоренски – остальные футболисты Гурника уже находились в раздевалке и ждали там новостей от капитана.

Так главный тренер Гурника Михал Матяс, который в свое время играл в киевском Динамо, победил великого Эленио Эрреру.

Выхода в финал Кубка кубков полякам было мало, и клуб потребовал от УЕФА открытия расследования в отношении употребления игроками римской команды допинга. Так клуб из Забже вылил на Союз европейских футбольных ассоциаций негативные эмоции из-за плохого судейства в матчах с Ромой (во всех трех!), а также из-за организации переигровки со стороны УЕФА: Гурнику пришлось брать такси и просить местных польских болельщиков подвезти их к стадиону, поскольку чиновники позаботились об автобусе с эскортом только для итальянской команды. В итоге команда прибыла на стадион за полчаса до стартового свистка, и, как выяснилось позже, это стало следствием хитрости главного тренера Ромы Эленио Эрреры. "Волшебнику" не составило никакого труда убедить водителя автобуса в том, что тот управляет исключительно "итальянским" транспортным средством, а потому должен ждать у стадиона игроков и персонал Ромы до самого конца матча, не возвращаясь за поляками. К тому же в Страсбурге дважды во время матча на стадионе отключался свет, и делегат встречи заявил, что в случае очередного блэкаута матч будет отменен, а его результат – аннулирован.

Так или иначе, в финал прошел действительно сильнейший. Главный тренер Манчестер Сити Джо Мерсер признался, что предпочел бы сыграть в решающем матче за трофей не с Гурником, а с Ромой – мол, с римлянами шансов на победу было бы больше.

Ночь 29 апреля 1970 года – одна из самых известных в истории английского футбола. Когда Челси вырвал победу у Лидса в переигровке финала Кубка Англии на Олд Траффорд благодаря победному голу Дэвида Уэбба головой в дополнительное время, за игрой следили около 28 миллионов телезрителей. В истории британского телевидения только финал чемпионата мира 1966 года собрал большую аудиторию среди спортивных событий. Финал Кубка кубков, который проходил всего перед 7 968 зрителями в Вене и транслировался в Великобритании лишь в поздневечернем выпуске лучших моментов на BBC Two с зернистым изображением, оказался событием, затерявшимся на фоне того, что происходило на Олд Траффорд, и в тумане прошлого.

Манчестер Сити – Гурник / Mirrorpix

Около 4 тысяч болельщиков Сити отправились на единственный европейский финал клуба – на стадион, способный вместить 80 тысяч человек. "Тогда поддержка была совсем не такой, как в наши дни", – вспоминал Артур Харрисон, которому тогда был 21 год и который работал инженером в Хайди. Он прогулял работу, чтобы вылететь из аэропорта Рингвей вместе с пятью друзьями. "Сейчас на еврокубки ездят огромные толпы. Тогда все это было новинкой, но этот опыт остался со мной на всю жизнь".

Интерес к матчу в социалистической Польше был настолько огромным, что в Силезии пришлось пересмотреть график работы. На шахтах смены сдвигали на два часа раньше, чтобы каждый из шахтеров мог посмотреть игру. В выбое оставались только работники, задействованные в управлении подземным движением. Но и они нашли способ переживать эти эмоции вместе с коллегами: о каждой смене счета им должен был сообщать диспетчер.

Впрочем, ажиотаж, связанный с матчем, коснулся не только шахтеров. В день финала в редакции газеты Trybuna Ludu телефоны разрывались от звонков. Как сообщало издание, обеспокоенные болельщики пытались выяснить, правда ли, что футболисты отравились мороженым и матч перенесли. Хотя сначала это считали шуткой, в итоге дело оказалось настолько серьезным, что в одном из комментариев эту тему поднял даже тогдашний руководитель клуба Генрик Лоска. Он назвал это полной чепухой.

Когда долгожданная встреча все же должна была начаться, судьба сыграла с польскими футболистами другую шутку. С неба пролился ледяной проливной дождь. Так что финал проходил в поистине британскую погоду. Спустя годы игроки Гурника шутили, что англичане привезли с собой даже свою ауру.

Но та ночь на стадионе Пратер, не имевшем крыши, под проливным дождем ознаменовала завершение цикла для команды, созданной дуэтом Джо Мерсера и Малкольма Эллисона. Это был последний трофей, который они праздновали вместе.

Кубок обладателей кубков стал триумфом, но в то же время и своеобразным утешением. Обойдя Манчестер Юнайтед в борьбе за чемпионский титул 1968 года, Эллисон предсказывал, что Сити сменит своих соседей на посту победителей Кубка европейских чемпионов. "Я обещаю вам, что Сити обрушит на этих людей такие атаки, каких они не видели со времен старого Реала", – заявлял он. – Я считаю, что многие из этих европейцев – трусы". Выступление Сити в Кубке чемпионов 1968/69 закончилось уже в первом раунде поражением от Фенербахче. В итоге команде пришлось довольствоваться победой в Кубке Англии в конце того сезона, чтобы попасть в турнир, который тогда считался вторым по значимости в Европе.

Обойдя Атлетик из Бильбао, бельгийский Льерс, португальскую Академику Коимбра и затем Шальке, Сити подошел к финалу с Гурником без одной из своих главных звезд. Майк Саммерби не прошел фитнес-тест, а Колину Беллу пришлось отойти глубже в полузащиту, когда Майка Дойла в самом начале матча вынесли с поля на носилках после подката Стефана Флоренски. В результате ключевую роль взял на себя Фрэнсис Ли. Его изящную игру и умение буквально скользить по полю, превратившемуся в болото, на следующее утро в газете The Guardian Пол Фитцпатрик описал как "неутомимую, почти непреодолимую, постоянно ставящую в тупик оборону Гурника".

Именно благодаря добиванию после отбитого удара Ли Нил Янг вывел Сити вперед на 13-й минуте. А за две минуты до перерыва Янга сбил вратарь Губерт Костка, и Ли нанес мощный удар с пенальти – от ноги Костки отправив мяч в сетку. Янг, забивший победный гол в финале Кубка Англии против Лестера годом ранее, был скромным человеком в раздевалке, но настоящим игроком для больших матчей. "Все всегда говорили: Ли, Белл, Саммерби, но все ребята в команде повторяли: не забывайте о Ниле Янге, – добавил Бут. – Он был игроком совершенно другого уровня и потрясающим завершителем атак".

Неблагоприятная погода оставила свой отпечаток и на польском вратаре. Костка вспоминал спустя годы, что два самых важных матча в карьере он играл во время ливней: матч с Манчестер Сити на Пратере и финал Олимпийских игр в Мюнхене. Разница была лишь в температуре.

Венский дождь был пугающе холодным. Сразу после начала матча вратарь не мог устоять на месте, а его челюсть свело от холода. Возможно, именно из-за этого и произошли его ошибки: неуверенный сейв после удара Ли и "привезенный" пенальти.

Буту и Джорджу Хеслопу в центре обороны оставалось сдерживать атаки Гурника, в составе которого был Влодзимеж Любаньски – один из лучших нападающих Европы, чей гол в июне 1973 года перечеркнул надежды сборной Англии на выход на чемпионат мира 1974 года. В ужасных погодных условиях Станислав Ослизло на 68-й минуте отыграл один мяч, но Сити удержал преимущество, и 36-летний капитан "горожан" Тони Бук смог поднять над головой четвертый трофей клуба за три года.

Тони Бук с трофеем / Mirrorpix

После победы Эллисон вновь обрушился с критикой на элиту европейского футбола, заявив: "Им до нас далеко. Мы просто выходим на поле, бросаемся на соперника и все время ищем счастье у чужих ворот". Вернувшись в отель команды, он возглавил празднование, во время которого Ли танцевал на пианино под аккомпанемент главного скаута клуба Гарри Годвина. Саммерби, который в то время был партнером Джорджа Беста по ночным гулянкам в Манчестере и взял на себя роль организатора вечеринки, заметил игроков Гурника, которые скучали в другом зале отеля, и пригласил их присоединиться. "Майк знал всех, – вспоминал Бут. – Он спустился и привел их. Все жены и девушки промокли до нитки, и к тому моменту, когда они переоделись и пришли к нам, мы и вторая команда уже были совершенно пьяны".

Несмотря на поражение в финале, в Przegląd Sportowy можно было прочитать, что "после матча были смешки" (игрушки-смешки). Речь шла, однако, не о прекрасном настроении забжан. Заголовок отсылал к японским игрушкам, которые футболисты купили в Вене своим детям. Это единственные трофеи, которые они привезли в страну.

В Польше до сих пор убеждены, что президент Гурника Эрик Вира допустил серьезную ошибку, позволив игрокам сопровождать своих жен в венском "марафоне по магазинам" за несколько часов до начала матча с Сити. В итоге на поле многие из поляков выглядели бледной тенью самих себя...