"Пока моя команда побеждала „Динамо“, я гулял на свадьбе": экс-нападающий УПЛ воспитывает 9 детей, вспоминает Хачериди и гол в ворота „Шахтера“

Еще в 20 лет Роман Каракевич играл на любительском уровне, однако после дебютного сезона во Второй лиге он совершил невероятный скачок в элитный дивизион. И если первая попытка закрепиться в УПЛ оказалась не слишком удачной, то позже нападающий стабильно забивал в каждой следующей команде: стал лучшим бомбардиром "Нефтяника" в Премьер-лиге, вернул туда "Зарю" и неплохо проявил себя в "Волыни" и "Оболони".

В то же время Каракевич завершил свою большую карьеру ещё до 30 лет. Теперь он признаёт, что мог задержаться в футболе чуть дольше. С другой стороны, у Романа появилось больше времени для семьи — сейчас вместе с женой Викторией он воспитывает девять детей.

О своей необычной семье, прозвище "Кантона", великих талантах под руководством Кварцяного и наставнике, который заставил поверить в себя, Роман Каракевич рассказал в интервью "Футбол 24".

"Ракеты прилетели совсем рядом. Наш дом сильно трясло"

– Сейчас я работаю в ДЮСШ "Янтарь" в Новояворовске, а также преподаю физкультуру в одной из школ родного города Шкло. Футболу обучаю детей двух возрастных групп: 2008 и 2012 годов рождения.

– До недавнего времени вы находились в Польше?

– Наша семья провела там полгода. Нас хорошо приняли и во всём помогли представители фонда SOAR. Они заметили мою дочь, которая занимается музыкой, и из соображений безопасности предложили нам уехать в Польшу.

– Когда решились на переезд за границу?

– 13 марта Россия обстреляла Яворовский полигон. Ракеты прилетели совсем рядом – примерно в 3–4 километрах от нашего двора. Наш дом сильно трясло. Поэтому мне ничего не оставалось, как вывезти детей в более безопасное место.

– В соцсетях наткнулся на видео с польского концерта. Ваша дочь Мария проникновенно поет "Не спи, моя родная земля", а вся семья стоит рядом на сцене.

– Мария участвовала в концертах, приуроченных ко Дню матери. Мы даже встречались с Агатой Дудой, супругой президента Польши. Также нам помог мой хороший друг, который живет в городе Кольбушова. До войны его семья несколько раз бывала у нас в Украине, вместе мы выступали на ветеранских турнирах. А его брат, собственно, возглавляет фонд SOAR. Его очень поразили пение Марии и её игра на бандуре.

"Бог наделил нас девятью детьми — значит, так и должно быть"

– Говорят, что после рождения первого ребенка жизнь супругов кардинально меняется. А каково это – отвечать за девятерых детей?

– Это только кажется, что трудно (улыбается). Дети – это счастье. Бог даровал нам девять детей – значит, так и должно быть. Конечно, бывает непросто, это большая ответственность. Но мы действительно счастливы.

– Ваш взгляд на семейные отношения полностью совпадает с мнением жены?

– Наверное, мы пришли к этому вместе. Не могу сказать, что кто-то из нас хотел большую семью, а другой был против. Если Бог даёт, значит, Бог благословляет. Сразу замечу – я не принадлежу ни к каким религиозным группировкам. Обычный греко-католик.

– Как вам удается всё успевать?

– Вместе с нами живут родители жены, которые нам очень помогают. Старшие дети тоже имеют немало обязанностей и помогают с младшими. Мария, о которой мы упоминали, – самая старшая, в марте ей исполнится 16 лет. Самый младший Марьян в январе отмечал свой первый день рождения. Когда мы уезжали в Польшу, ему на тот момент было всего полтора месяца.

– Не исключаете ли вы вариант, что ваша семья в будущем пополнится?

– Восемь детей моя жена Виктория родила сама, а вот последние роды были чрезвычайно сложными, с кесаревым сечением. Даже существовала угроза летального исхода и для жены, и для младенца. Поэтому мы не планируем, а дальше уже, как Бог даст.

– Сыновей у вас больше, чем дочерей?

– Да, 6:3, мальчики побеждают (Смеется). Футболом занимается Августин, пятый по счету. Он 2014 года рождения. Сын посещал футбольную секцию в Шкле, а потом его тренера мобилизовали. В Польше Августин также продолжил спортивное обучение. Сейчас он занимается футболом и лёгкой атлетикой в ДЮСШ "Янтарь". Ещё двое детей ходят на биатлон. Все остальные тесно связаны с музыкой.

"Как и Кантона, я тоже был взрывным"

– В профессиональном футболе вы дебютировали поздно – почти в 21 год.

– Если по отцовской линии у нас все были музыкантами, то родственники со стороны мамы активнее занимались спортом. Пожалуй, мою любовь к футболу можно объяснить именно мамиными генами. Еще в дошкольном возрасте я играл в уличный футбол со старшими ребятами. Впоследствии записался в ДЮСШ "Яворов" к тренеру Игорю Палянице. Впрочем, долго не мог пробиться на самый высокий уровень.

– Всё изменилось после того, как ты попал в золочевский "Сокол"?

– Все началось чуть раньше, в Раве-Русской, где клубом занимался Василий Лозинский. Я играл за "Раву" на областном уровне, когда меня заметили в "Соколе", выступавшем в Первой лиге. Там провел несколько матчей, но даже контракт не подписывал.

– Эти матчи были показательными. Вы дебютировали в Первой лиге в поединке с "Нефтяником", который станет, пожалуй, главной командой вашей карьеры. А вскоре вы сыграли против "Динамо-2", в составе которого выступали Шовковский, Ярмоленко, Милевский и Алиев.

– Хорошо помню те матчи. Несмотря на непривычный статус и новые реалии, я сыграл довольно неплохо. Эйфории из-за уровня соперников не было. Впоследствии я вернулся в "Раву", которая получила профессиональный статус, и провел полноценный сезон во Второй лиге.

– Стоит сказать, что за команду из приграничного городка вы забивали почти в каждом матче – 21 гол в 27 поединках.

– В первом круге дела шли не очень хорошо, я практически не забивал. А вот потом прорвало. Отмечался в каждом туре, иногда даже по два гола забивал. После этого меня засыпали предложениями — звали в "Сталь": и в Днепродзержинске, и в Алчевске. Однако генеральный директор "Карпат" Михаил Практика отвез меня в Запорожье, где я сразу подписал трехлетний контракт.

– Говорят, в Раве вас называли "Кантоной" в честь легендарного Эрика. Почему так?

– Действительно, меня сравнивали с этим известным французом. Не помню, когда это началось, но, наверное, всё из-за внешнего сходства. Возможно, и из-за характера. Как и Кантона, я тоже был взрывным. Нередко мог поспорить с тренерами и не стеснялся высказывать своё мнение.

"Все рухнуло ещё в первом матче. Я перегорел"

– В 2004-м вы совершили неожиданный скачок из Второй лиги в Высшую. Поняли, куда попали?

– Прыжок был впечатляющим! Один сезон во Второй лиге, а потом такой подъем. К "вышке" я не мог привыкнуть психологически. Да и на поле времени на раздумья не давали. Играть нужно было в пол-прикосновения. Пожалуй, единственный плюс – большое количество новичков в Запорожье, это упрощало адаптацию. Но первый сезон не могу занести себе в актив. Все рухнуло ещё в первом матче.

– В дебютной игре с "Борисфеном" вас заменили на 19-й минуте. Не из-за травмы?

– Я перегорел. Валерий Яремченко вскоре отправил меня в дубль, мы почти не общались. Только во время зимних сборов я получил шанс. Грузин Иракли Модебадзе получил травму, поэтому Яремченко часто подходил ко мне и подчеркивал: "Давай, у тебя появился шанс". Помогли мне также опытные ребята: Руслан Любарский и Игорь Лучкевич. Мы общались, как старший и младший брат.

– Приход в "Металлург" Вячеслава Грозного для вас всё изменил – вас выставили на трансфер вместе с Алексеем Годиным.

– Не только нас двоих. И Любарского, и Вишняка, который сейчас тренирует "Колос" – мы, кстати, сейчас дружим. Грозный привёл своих людей, а вместо них убрал шестерых футболистов. Как тренер-тактик — он силен. Как человек — с ним было непросто.

– Вы переходите в "Зорю", выступающую в Первой лиге, и забиваете практически с самого начала. Понижение в классе сыграло свою роль?

– Наверное, мне не стоило перескакивать через Первую лигу и уходить из "Равы" в "Металлург" (улыбается). Главная сила "Зари" — коллектив. Что-то похожее я видел потом в Ахтырке. Это просто бомба, словами не передать. Такая команда собралась! "Зарю" тренировал Юрий Коваль — он был лично заинтересован в моих услугах. За год до этого он увидел меня на сборах и запомнил. Появилась возможность, и Коваль позвонил: "Приезжай в Луганск".

– Вы помогли луганчанам выйти в Высшую лигу, но остались на прежнем уровне, ведь перешли в "Оболонь". Очевидно, это решение было не вашим?

– Мой контракт принадлежал "Металлургу", который требовал огромную сумму – ориентировочно 150 тысяч долларов. Пришлось на полгода уйти в аренду в "Оболонь". А после этого я переехал в "Волынь" в качестве свободного агента.

"Такого техничного футболиста, как Кинаш, я больше никогда не видел"

– Итак, "Волынь" Виталия Кварцяного. Ваши впечатления?

– Вы и сами знаете (улыбается). Виталий Владимирович – человек импульсивный. Период в Луцке был полезен, поскольку я прибавил в физическом плане. Ежедневно двухразовые тренировки, только перед игрой однократное занятие. Создавалось впечатление, что после подготовки у Кварцяного ты можешь играть в любой команде. В конце концов, на этом всё. Какого-то футбольного развития у меня в Луцке не было.

– Что самое сложное в работе с Кварцяным?

– Сразу скажу, что в бронежилете я не бегал. Это было уже потом, после меня. Зато я помню собаку Кварцяного – Роки. Он приезжал на тренировки и любил прокусывать мячи. Чего я не любил, так это утренних легкоатлетических забегов. Бега там было очень много.

– Примерно в то же время свою карьеру начинал Евгений Хачериди. Видели в нём перспективу?

– Я не просто видел, мы жили вместе в одной комнате в луцком мотеле "Мотор". Ох, историй было много. Особенно о воспитательных методах Кварцяного… Но о них вспоминать не стоит. Скажу только то, что Женя – очень приятный парень. Весёлый, позитивный, любил пошутить, словом, душа компании. Бывало, ходили в боулинг – кто проиграет, тот пиво ставит.

– Еще один талант, который раскрывался на ваших глазах, – Ярослав Кинаш. К сожалению, он не оправдал возложенных на него надежд.

– Такого техничного футболиста, как Кинаш, я, пожалуй, больше никогда и нигде не видел. Жаль, что отношение к делу его погубило. Но Славик — огромный талант.

– Вашим конкурентом в "Волыни" был нигериец Майкл Чиди Алозие. Что скажете о его человеческих качествах?

– Парень простой, общительный. Майкл никогда не употреблял алкоголь, зато кока-колу и гамбургеры из рук не выпускал. Телосложение у него крепкое – но как бегал, так и бегал…

"Представьте себе – молодой парень выходит и забивает такой гол "Динамо"

– Ваша вторая попытка в элитном дивизионе оказалась гораздо успешнее. За охтырский "Нефтяник" вы забили 8 из 18 общекомандных голов.

– Мы начали сезон с Сергеем Шевченко, в отношении которого недавно ввели санкции из-за сотрудничества с оккупантами. В первых пяти турах мы проигрывали всем – его и уволили. Моя результативность и подъем "Нефтяника" – это все заслуга Валерия Городова. Я почувствовал, что такое Высшая лига, что такое единая команда. Валерий Васильевич – замечательный психолог, который дал нам безумный импульс и сплотил коллектив.

– Свою первую победу "Нефтяник" одержал аж в 11-м туре. Зато сделал это в Киеве с "Динамо". Почему вы не попали в заявку на матч?

– Накануне мы обыграли "Зорю" в Кубке Украины, я получил микротравму. Теоретически играть с "Динамо" мог. Но как раз в это время планировалась свадьба моего двоюродного брата. Поэтому я отпросился и поехал домой. И пока моя команда побеждала киевское "Динамо", я гулял на свадьбе.

– Удалось ли вам следить за ходом событий на поле?

– Всё время обновлял страницу на LiveScore. А уже после игры позвонил ребятам и поздравил. Нам, кстати, "Шахтёр" тогда выписал приличную премию. Мне тоже досталось, но это была не такая сумма, как если бы я вышел на поле. Потом говорил брату: "Хорошо я тебя поздравил. Свою премию отдал тебе на свадьбу".

– Победный гол в киевском матче забил 21-летний Олег Шептицкий. Парадокс в том, что для него этот мяч так и остался единственным в УПЛ.

– Представьте себе – молодой парень выходит и забивает такой гол "Динамо"… Олег – очень сильный футболист с характером. У него была только одна проблема – склонность к травмам. Он порвал крестообразные связки, с трудом возвращался в строй. Жаль, что Шептицкий не смог полностью раскрыть свой потенциал.

– Во втором круге "Динамо" приехало в Ахтирку, но этот матч стал известен не из-за событий на поле, а благодаря потасовке на трибунах.

– Я даже не понял, что произошло. Уже увидел, как фанаты начали бросать фаеры. Тогда их стал успокаивать Александр Шовковский, который находился на скамейке запасных. Конфликт не улегся, всё затянулось. Страх? Я не могу сказать, что такое ощущение было. Скорее, непонимание того, почему это происходит и в чём причина.

"Вылет "Нефтяника"? Разочарование было огромным, я пережил шок…"

– Хотя "Динамо" вы так и не забили, но через несколько туров поразили ворота "Шахтёра".

– Алексей Гай потянул меня за футболку, я заработал пенальти и сам же его реализовал. После матча получил статуэтку лучшему игроку матча. Храню её дома на полочке. Такие матчи помнишь всю жизнь.

– Перед пенальти нервничали? К тому же десятью минутами ранее промахнулся нападающий "Шахтера" Нери Кастильо.

– Нет, был спокоен. Когда нужно сдержать нервы, я бесстрастен и хладнокровен. Кстати, тогда "Динамо" финансово нам не отблагодарило, мы получили обычную премию, хотя и отобрали очки у "Шахтера" – 1:1. Кстати, зрителей на трибунах в Донецке было немало, в частности, солидных персон в VIP-ложе хватало. Даже снайперы на стадионе были и следили за безопасностью. Вообще с приходом Городова я завоевал доверие, начал забивать. Помню, выхожу на замену в матче с "Черноморцем". Тренер так зарядил меня, сказал, что верит в мой гол. И я забил на 87-й минуте, принес победу 1:0.

– И всё же "Нефтяник" вылетел – вам не хватило одного очка для спасения.

– У "Нефтяника" был очень дружный коллектив. Даже если на дискотеку и шли, то делали это всей командой. Разочарование было огромным, я пережил шок… Потом анализировал, где же мы потеряли это одно очко. Наверное, нам банально не хватило везения, ведь вылета мы не заслуживали.

– Тот "Нефтяник" – первая после "Динамо" команда для Дениса Олейника. Как и в случае с Кинашем, видели ли вы, что этот парень – большой талант?

– "Динамо" отдало нам в аренду двух Денисов: Дедечко и Олейника. Если первый был трудягой, то второй поражал техникой. В Украине таких исполнителей было мало. Как он легко бегал! Карьера у Олийника сложилась неплохо, но, на мой взгляд, с таким потенциалом Денис мог достичь большего.

– В Первой лиге вы снова много забиваете, однако вскоре возвращаетесь в Премьер-лигу. В "Кривбасс" вас приглашал Валерий Городов?

– Да, он уехал в Кривой Рог и стал помогать Олегу Тарану. Однажды Городов позвонил мне: "Хочешь играть в Кривом Роге?" Вот я и уехал с Сергеем Карпенко в "Кривбасс". Там сразу начались проблемы. Олег Таран – человек принципиальный. Если он что-то сказал, то должно быть только так и не иначе. А у меня характер взрывной, я не всё воспринимал. Да и коллектива, как такового, там не было из-за разделения на группы: старожилы, легионеры, новички. Условно говоря, лебедь, рак и щука.

– Приход Юрия Максимова что-то изменил?

– Его я знал ещё со времён Запорожья. Однако если у Тарана я играл периодически, то Максимов не видел меня в команде. Мы собрались вылетать на зимние сборы. В клубе составили список тех, кто летит. Меня там не было, поэтому я вернулся в "Нефтяник".

– А оттуда в любительский "Самбор". Вам было всего 29. Не рано?

– Я никогда ни о чём не жалею, но в этом случае действительно поспешил, мог бы ещё задержаться на высоком уровне. Зато впоследствии выступал в Польше за "Мотор" из Люблина. В конце концов, это уже история – я не жалею.

– Вы уроженец Львовщины, вас неоднократно приглашали в "Карпаты", однако за главную команду региона вы так и не сыграли.

– Наиболее реальным переезд во Львов был в 2007-м, когда "Нефтяник" вылетел из Высшей лиги. Я даже приехал на встречу в офис "Карпат" со своим агентом Александром Кулишевичем, экс-игроком львовян. Встретился с Юрием Дячуком-Ставицким, тогда как раз Олег Кононов возглавил "Карпаты". Все были не против этого трансфера, но "Нефтяник" потребовал компенсацию, а "Карпаты" платить отказались.

– За десятилетие выступлений на высоком уровне вы стали свидетелем многих интересных событий. Сейчас делитесь опытом с воспитанниками и предостерегаете их от своих ошибок?

– Не раз повторяю им: "Сначала ты работаешь на имя, а потом оно работает на тебя". Надо стиснуть зубы, отказаться от плохой компании и усердно работать. Расслабляться можно после 40 лет. Мой путь в футболе довольно необычен, но показывает, что в жизни бывает всякое. Рассказываю детям – я, простой деревенский парень, перебрался из Второй лиги в УПЛ. Возможно, детям повезет еще больше. Ведь мне действительно повезло.

"Зачем тебе этот футбол? Играй в джокер": забивал "Динамо" 90-х, делил номер с Тимощуком, выигрывал в карты по 400 долларов