"Я честно ответил Ахметову": посоветовал Срну перейти в "Шахтер", играл за "МетаДон", остановил Шеву, его жена – — родственница Ванги

Македонец Игорь Гюзелов приехал в Донецк в период первой волны легионерского засилья. И уже в дебютном сезоне завоевал историческое первое золото для "горняков". Хотя чемпионом он себя не считает. Другое дело — донецкий "Металлург", с которым Гюзелов завоевал две бронзовые награды украинского первенства.

Игорь сейчас живет в бельгийском Брюгге и с улыбкой вспоминает атлетичного Яя Туре, своенравного Андреса Мендосу и фантастического Алексея Бахарева. И все же разговор с "Футбол 24" Гюзелов начинает с актуального – трансфера Романа Яремчука в команду из города, ставшего для него домом.

"Мудрик играет за „Шахтер“, а значит, о нём заботятся Срна и Ахметов"

– Роман – сильный нападающий, – говорит Игорь Гюзелов. – Брюгге не хватало футболиста именно такого стиля. Могу сравнить его по манере игры с Робертом Левандовски. На флангах у "Брюгге" быстрые игроки, которые выполняют много навесов. Однако их кто-то должен замыкать головой, ставить корпус, хорошо открываться.

– Роман подходит на эту роль?

– Да, он должен справиться с этой задачей. Не сомневаюсь, что Яремчук здесь приживется. А потом "Брюгге" осуществит трансфер – через сезон-полтора Роман снова уедет в другой европейский клуб.

– Вы пять лет играли за другую команду из этого города. Болеете за свой "Серкль" Брюгге?

– Безусловно. "Серкль" – это городская команда. Напрашивается параллель с Буэнос-Айресом, где за "Ривер Плейт" болеют миллионеры, а за "Бока Хуниорс" – простые горожане. Самые пожилые болельщики нашего города поддерживают "Серкль". Однако Брюгге стремительно развивается. Например, клуб построил базу на берегу моря в Кнокке – городке, где проживают самые состоятельные люди Бельгии. А ещё приступил к строительству нового стадиона.

– Сейчас вы работаете скаутом. На каких рынках сосредоточены ваши усилия?

– В основном я отвечаю за Балканы. Однако расположение Брюгге позволяет оперативно посещать другие города. Отсюда 300 километров до Парижа, 300 километров до Дюссельдорфа, недалеко до Амстердама. Сядь в машину и езжай, куда хочешь. Например, из агентства обращаются по поводу какого-то футболиста, который будет играть неподалеку. Едешь на стадион, а потом готовишь отчет. Однако бывает так, что смотришь на одного, а обращаешь внимание на другого.

– Вы ещё и агентской деятельностью занимаетесь?

– Я также имею отношение к этой сфере. Однако моя роль там невелика. Иногда и работы не видно, хотя свой вклад в трансферы я тоже вношу. Впрочем, на фото с новичками меня не стоит искать – это теперь такая мода, я ведь не особо публичный человек.

– Что скажете об украинском трансферном рынке?

– Я ездил на несколько тренерских конгрессов в Донецк в 2012-м и 2013-м. Академию "Шахтера" возглавлял Патрик ван Леувен – он как раз их организовывал. Уже тогда я видел талантливую молодежь "Шахтера", в частности, Малиновского и Зинченко. Запомнился мне и Дмитрий Чигринский. Сейчас не могу не отметить Мудрика. Ну как не заметить этого парня? Это талант от Бога, очень сильный футболист. Главное, чтобы его окружали хорошие люди. Впрочем, я не переживаю — Мудрик играет за "Шахтер", а значит, о нём заботятся Дарио Срна и Ринат Ахметов. Они прекрасно разбираются в футболе.

– Вы видели Дарио в деле, когда ему было 18.

– Я переехал в Сплит, когда мне исполнилось 23 – сегодня это считается слишком поздно. Зато меня окружали талантливые Дарио Срна, Стипе Плетикоса, Звонимир Дераня и Марио Царевич. Первые двое впоследствии перешли в "Шахтер". Не скажу, что именно я пригласил Дарио в Донецк, но во время разговора с Ахметовым я упомянул, что за "Хайдук" играют несколько перспективных футболистов, в том числе и Срна.

– За "Хайдук" в ваше время играли футболисты, которые впоследствии перешли в чемпионат Украины: Мирко Селак – в запорожский "Металлург", Юрица Пулиз – в "Зарю". Однако самым заметным все же был Горан Саблич в "Динамо".

– О, это правда. Горан – очень сильный защитник, крепкий, уверенный в себе. Мне он нравился еще в "Хайдуке", потом мы с ним встретились в "Динамо". Против таких футболистов всегда трудно играть.

"На душе стало так плохо, что я даже расплакался"

– В "Шахтере" вы работали с тремя тренерами: Прокопенко, Яремченко и Скалой. Кто оставил лучшее впечатление?

– Прокопенко – очень сильный специалист и замечательный человек. Он верил в меня. Что касается Яремченко, то всё было наоборот – с первого дня он не видел меня в команде, мы поссорились. Его постоянно что-то не устраивало – сплошной негатив. Скала сменил Яремченко, получив отрицательную рекомендацию обо мне. Но я не хочу никого обвинять.

– В одном из интервью вратарь Дмитрий Воробьёв рассказывал, как вы проказничали на сборах со второй командой "Шахтёра" и вместо кросса по Царской тропе вызвали такси до отеля. Действительно ли так было?

– Я тогда был очень зол. Яремченко оштрафовал меня и сказал, что я поеду на сборы со второй командой. Ладно, я поехал. Начали нас гонять – сплошная беготня. Бегу и думаю: "У меня жена, двое детей, а я тут бегаю…" Знаешь, на душе стало так плохо, что я даже расплакался. Все побежали, а я взял такси и поехал в отель.

– Когда вас нашли?

– Через некоторое время мне позвонили, я уже был в номере. Прошло два дня, и "Шахтер" возглавил Невио Скала – меня вернули в первую команду.

– В 2002-м под руководством итальянца вы стали чемпионом Украины, хотя провели за "Шахтер" всего два матча.

– У меня есть медаль, но я не считаю себя чемпионом. Даже на празднование не пошел – немного обиделся и уехал в Македонию. "Шахтер" мне только телеграммы присылал, мол, надо возвращаться. Я вернулся и вскоре стал игроком "Металлурга".

– Тот "Шахтер" завоевал первое в истории золото украинской Высшей лиги. Кого считаете самым сильным игроком той команды?

– Было много сильных футболистов, но один из сильнейших – Алексей Бахарев, или просто Баха. Игрок невероятного уровня, на поле был способен на всё. Отмечу также Сергея Ателькина – мы потом вместе в "Металлург" перешли. Человек выходит на поле и всегда демонстрирует свой класс. Видишь, как бывает – обоих ребят уже нет в этом мире. Обидно, однако рано ушел от нас и Ассан Ндиайе – мы с ним на сборах в одной комнате жили.

– Сейчас можно сделать вывод, что в "Шахтере" вы себя не реализовали. Сожалеете о том, что в 2001-м переехали в Украину?

– Я выбирал между "Кельном", "Генком", "Штурмом" и "Шахтером". После разговора с президентом донецкого клуба я окончательно убедился, что стоит ехать в Украину. Он рассказал мне о своих планах, о проекте. И всё сбылось – Ахметов всё выполнил: стадион, команда, европейский кубок… Почему у меня не сложилось? Всё из-за травм – мне просто не везло. Прошёл сборы, а перед самым чемпионатом отравился. Потом начался чемпионат, и я травмировал пятку – выбыл на два месяца. Старт, честно говоря, не удался, я отдалился от команды и решил уйти. Хотя однажды президент вызвал меня к себе и сказал: "Оставайся".

– Почему не остались?

– Я честно ответил Ахметову, что не вижу себя в команде. А позже во время одной из тренировок меня позвал Ахметов: "Здесь с тобой хочет поговорить президент донецкого "Металлурга" Олег Мрктчян". Мы поздоровались, и уже на следующий день я подписал контракт с "Металлургом".

"Со всей силой врезаюсь в Туре – он даже на сантиметр не сдвинулся"

– Ваши выступления за "Металлург" – глоток свежего воздуха. Две бронзы за четыре года – отличный результат?

– Постоянно быть позади "Динамо" и "Шахтера" – хорошее достижение. Мы боролись с "Днепром", "Черноморцем" и "Таврией" и выигрывали эту конкуренцию. Это было нелегко, ведь ваш чемпионат был довольно сильным. Один лишь пример – если в Крыму с "Таврией" сыграли 0:0, то это считалось большим успехом.

– Настоящий парадокс того "Металлурга" – фигура Яя Туре. Могли ли вы поверить, что через несколько лет ивуариец будет играть за "Барселону"?

– Яя приехал в Донецк из Беверена – своеобразного филиала для африканских игроков в Бельгии. Помню первую тренировку Туре в Донецке. Мы играли тогда 5 на 5. В одном из единоборств я со всей силы врезаюсь в этого парня – только "бум"! Человек даже не сдвинулся ни на сантиметр. Если бы другой отлетел на 5 метров, то Яя не сдвинулся с места. Я даже подумал про себя: "Черт возьми, какой же футболист из него вырастет, когда он наберет ещё больше силы". Так и случилось — вскоре Яя уехал в Барселону.

– Кто-то из легионеров мог приблизиться по уровню к Туре?

– Я помню всех: Алегбе, Лоло, Не… Это совсем не то. Ну, возможно, Андрес Мендоса.

– "На тренировке Мендоса нередко пренебрежительно относился к партнерам. Доходило до того, что он конфликтовал с тренером. Насколько я помню, Дарден сделал замечание Мендосе, а тот что-то крикнул в ответ, развернулся и ушел с тренировки", – вспоминал о перуанце Александр Сытник.

– Да, он такой. Не хочет тренироваться – значит, не будет. Прошла половина занятия, Мендоса говорит: "Все, я уехал". Странный характер. Хотя потенциал у него был замечательный. Добавлю, что за "Металлург" выступали 10 моих земляков из Балкан, которых Славолюб Муслин привез: Ристич, Столица, Грнчаров. А ещё два грузина: Джамараули и Деметрадзе. Ох, это очень сильные футболисты.

– В 2003-м вы забили гол в ворота "Шахтера". Не праздновали или, наоборот, дали волю эмоциям?

– Перед игрой я сказал своим землякам Ристичу и Младеновичу: "Завтра я забью". Они начали смеяться, мол, ты видел, какая у "Шахтера" защита и вратарь. Но я не обманул и на следующий день забил Стипе Плетикосу – сравнял счёт 1:1. Сам гол я не праздновал, но сразу взглянул на скамейку запасных. Пусть мы и проиграли 1:3, но ребятам пришлось угостить меня ужином – я выиграл пари (улыбается).

"В Бельгии все поддерживают Украину"

– Вы родились в Струмице, которая является родным городом прорицательницы Ванги и футболиста Горана Пандева. Есть ли в Струмице что-то, напоминающее о связи с Вангой?

– Музеев, посвященных прорицательнице, нет, зато в городе все знают о ней. Все же Вангу больше ассоциируют с Болгарией, там есть ее музей. Кстати, Ванга — дальняя родственница моей жены.

– Всю свою украинскую карьеру вы провели в Донецке, куда в 2014 году пришла война. Для вас это особенный город?

– Я жил в Донецке 5 лет и провел там замечательное время. Бесспорно, это был шок. Последний раз я ездил в Донецк в 2013-м на переговоры по поводу македонца Блажевски – его должен был купить донецкий "Металлург". Тогда, кстати, я познакомился с вашим агентом Вадимом Шаблием. А вскоре начался кошмар. Сначала я не поверил, что такое возможно.

– Как ваше бельгийское окружение отреагировало на новый этап российской агрессии?

– У нас здесь уделяется огромное внимание войне. Все поддерживают Украину. Кроме того, Бельгия приняла много людей из Украины. Даже если они общаются на русском, я замечаю украинские автомобильные номерные знаки. Украинцев много и в Германии, даже в моей родной Северной Македонии.

– Кстати, почему вы не вернулись домой после завершения карьеры?

– У меня уже было двое детей, а потом в Бельгии родился ещё один сын. Дети пошли здесь в школу, я не хотел ничего менять. Самому младшему Марио уже 13 лет, старшие — сын и дочь — сейчас студенты. Старший сын занимался футболом, но однажды приехал с тренировки и сказал: "Папа, я больше не хочу". Он не видел перспектив, а я не давил. Жалею — он был левым центральным защитником, 193 сантиметра роста, левша… На бельгийском уровне спокойно мог бы играть.

– В "Серкле Брюгге" вы делили раздевалку с украинцами Олегом Ящуком и Сергеем Серебренниковым.

– Могу с уверенностью сказать, что Сергей и Олег – замечательные ребята. Вместе мы выступали 4 или 5 лет. И важно, что команда классно играла. Мы даже финишировали четвертыми. Для "Серкля Брюгге" это был лучший сезон за последние 20 лет. Вышли в еврокубки, но я в предпоследнем туре сломал ногу и выбыл на год... Хотя в клубе чувствовал себя как дома – через 6 месяцев получил капитанскую повязку.

– Вы провели 18 матчей за македонскую сборную. Помните матч в Киеве против Украины?

– Конечно, мы сыграли 0:0, но матч оказался тяжелым. Во втором тайме я опекал Андрея Шевченко – видимо, справился с задачей.

– На уровне национальных сборных вы встречались с Руни, Бекхэмом и Хаканом Шукюром. Против кого было сложнее всего?

– В этом контексте я вспоминаю не сборную, а еврокубки. Когда "Металлург" противостоял "Парме", мне пришлось играть против Адриано. Бразилец был в потрясающей форме, это был его пик. Чрезвычайно мощный нападающий.

– Вы упоминали о двух направлениях своей работы: скаутинг и агентская деятельность. А как насчёт тренерской работы?

– У меня есть соответствующая лицензия. Мне уже 46, ещё лет 20 могу работать (улыбается). Если же серьёзно, то не вижу себя в этой сфере. Никогда не знаешь, что случится, но я, наверное, опоздал. Сейчас я счастлив и в полной мере реализую себя в нынешней деятельности.

Винодел, гуру бизнеса, комментатор: создатели первого чемпионства "Шахтера" – как сложились их судьбы