– Ты говоришь о том, что с психологом время от времени по жизни работаешь. Но в тот период ты нуждался прям в реабилитации психологической?
– Да тогда не один психолог, наверное, со мной работал, чтобы я был на плаву, мог показывать результат и не сломался.
Клуб УПЛ объявил о прекращении коммуникаций с Бурбасом – скандал вызвало интервью с игроком
– Что самое сложное и болезненное для семьи и для тебя лично было в тот период? Ты чувствовал себя ненужным в родной стране? Какие ощущения внутри переполняли?
– Ощущение, что я сделал ошибку, что я неправильно что-то сделал. Я всегда рассуждаю так: если ты не играешь, если у тебя какая-то проблема по жизни – то в первую очередь виноват ты, никто другой не виноват, что ты сейчас здесь и в заднице. Я чувствовал тогда, что я в жопе, вот и все, и сделал это я.
– Вспоминаю интервью твоей жены Анне Ребровой. Она рассказывала о тяжелом периоде в своей жизни, и там такие мысли, которые едва не подталкивали ее к суициду. Что у тебя на душе было в тот момент?
– Это самый тяжелый этап в нашей семье, в моей карьере. Слава Богу, мы пережили, мы стали сильнее, мы еще больше друг друга любим, поддерживаем, ценим – и это самое главное.
– Как удалось вместе пройти этот тяжелый период?
– Конечно, тяжело всем было – и ей, и мне. Но слава Богу. Так должно было случиться. Мы прошли это, мы вместе, счастливы, у нас есть прекрасный сын, которого мы очень любим. Мы сейчас в Ровно, где нас ценят и уважают. Она работает, она себя реализовывает, я себя реализовываю. Бог нас ведет так, как должно быть, – сказал Харатин в интервью Игорю Бурбасу.
Напомним, что летом 2024 года Колос отстранил Игоря Харатина от тренировок с первой командой из-за конфликта с главным тренером Александром Поздеевым. В январе Харатин на правах свободного агента перешел в ровенский Верес.