"Беру без просмотра, в команде должен быть рыжий": как Цыганков оказался в "Динамо", а Блохин и Буряк стирали форму в тазу
Интервью "Футбол 24" с Павлом Кикотом –: под руководством этого тренера в "Динамо" начинали Цыганков, Шепелев, Михайличенко.
В своё время на матче юношеских сборных Украины и Нидерландов, который проходил на "Оболонь-Арене", агент Денис Новиков познакомил меня с Павлом Николаевичем Кикотом. Я тогда, честно признаюсь, почти ничего о нём не знал.
Впоследствии пришлось брать экспертный комментарий по поводу Владимира Шепелева, дебютировавшего в первой команде "Динамо". Оказалось, что в системе киевского клуба уроженец Одесской области Шепелев начинал как раз под руководством Кикотя. Когда Богдан Михайличенко перешел в "Андерлехт", он также вспомнил о своем первом динамовском тренере Кикоте. Все эти игроки 1997 года рождения. Не забывайте, что главная надежда "Динамо" — Виктор Цыганков — также является представителем этого выпуска.
"Блохин, Буряк — обычная миска, стиральный порошок, вода. Потом сами развешивали"
– Павел Николаевич, как вы пришли в футбол?
– В то время понятия "академия "Динамо"" не существовало. Была только детская школа. Отборы проходили на стадионе "Динамо". Дети собирались в определенные дни. Жонглировали мячом, делали другие упражнения. Тренеры за этим следили и отбирали лучших. В то время на такие просмотры могли собраться одновременно 300 детей или даже больше.
У меня путь в школу "Динамо" был немного другим. Мы тогда жили на Березняках. У нас была специализированная школа "Восход" на Дарнице. Мы, ребята, бегали туда поиграть. Мой первый тренер — Виктор Григорьевич Гроза, в своё время он выступал в дубле "Динамо". На одном из матчей инкогнито присутствовал тренер Александр Александрович Шпаков. Я и Витька Мороз понравились Сан-Саничу. Поэтому он пригласил нас в "Динамо". Наш тренер из "Восхода" сказал, что стоит идти, потому что это — "Динамо", там больше возможностей для развития. Так я оказался в системе киевского клуба.
– Какими были ваши успехи?
– В конце 80-х я был выпускником динамовской школы. Как всегда, в системе "Динамо" подрастало много талантливой молодёжи – мы побеждали в первенстве Киева, республики, на юношеских соревнованиях СССР, становились призерами. Международных матчей не было, только из городов-побратимов время от времени в Киев приезжали команды из Румынии, Германии. Популярностью пользовался турнир "Кубок Переправы".
После выпуска лучших игроков отбирали в "дубль". Я прошел некую стажировку. То есть некоторое время просто находился в системе первой команды. Эти впечатления – на всю жизнь. Это проникло в душу. Это ведь как раз пик команды Лобановского – Александр Заваров, Олег Блохин, Владимир Безсонов и так далее. Можно перечислять всех звёзд той команды очень долго. Мы все жили на базе "Динамо" в двухэтажном домике, правда, тренировались на отдельных полях.
Несмотря на то, что отдельные игроки уже были звездами европейского уровня, в жизни оставались простыми людьми. Вместе ездили от стадиона "Динамо" на автобусе в Кончу-Заспу, вместе питались, вместе тренировались. Это было нечто невероятное, когда на стадионе собирались те, кто восстанавливался с молодёжной командой "Динамо", и на автобусе ехали на базу. Игроки первой команды тренировались с нами. Для молодых парней оказаться в такой атмосфере было просто фантастически.
Никаких намеков на звездоболезнь даже не было. Все ели за одним столом, все с уважением относились друг к другу. На тренировках нагрузки были колоссальными, но никто не ныл, не плакал. Все понимали, в каком клубе работали. Поразило, что звезды первой команды 80-х стирали свою форму собственными руками. Блохин, Буряк — обычная таз, стиральный порошок, вода. Потом сами развешивали. Было ощущение подлинности. Нам, молодым парням, было очень полезно побывать в такой атмосфере.
– Кто из игроков вашего поколения сделал карьеру в большом футболе?
– Игорь Жабченко играл за сборную Украины. Витя Мороз играл за "Динамо" в Лиге чемпионов и выступал в Израиле. Андрей Михальчук играл в Польше, в частности – за "Видзев" (Лодзь) в Лиге чемпионов. Были те, кто выступал на чуть другом уровне – Костя Романенко, Володя Тимченко...
– Каким вам запомнился Лобановский?
– Это величие, глубина. Было ощущение, что он присутствует на базе, даже когда ты его не видел. Все очень уважали Васильевича и даже немного боялись. Что уж говорить о молодых игроках.
– Как сложилась ваша карьера после "Динамо"?
– Перешел в "Динамо" Ирпень, которое в то время было командой, близкой к "Динамо" Киев. Там тренировал Виктор Каневский. Были футболисты из системы "Динамо". Добротный коллектив со своими игроками. На уровне Второй лиги мы выглядели довольно хорошо.
– Каким в то время был футбол?
– Все было построено на атлетизме, физическая подготовка имела огромное значение, ведь приходилось много бороться. Полей хорошего качества тогда ещё не было. Трудно было играть в конструктивный футбол. Высокий прессинг, забегания… Но в то же время не было недостатка в техничных игроках. В каждой команде, даже из Второй лиги, было 2–3 футболиста, которые могли решить исход матча.
– Ваша родная позиция?
– Защитник. Играл крайним или центральным защитником.
"В Чехии помнили о советских танках. Мы все для них были "иванами"
– Вы – киевлянин. Почему в первой команде "Динамо" так мало воспитанников киевского футбола?
– Нам всегда кажется, что у кого-то лучше, чем у нас. Что в других городах и клубах больше талантливых игроков. Сколько ребят приходит с талантом, но лишь единицы преодолевают все ступени до первой команды. Тренеры набирают группы игроков, которых с каждым годом становится всё меньше. Это естественный процесс. За 2–3 года остаётся одна группа. Селекционеры начинают присматриваться к другим командам в поисках лучших игроков. Поэтому местным не всегда найдётся место. Свой – потом, он подождет. Кажется, что кто-то где-то лучше. Хотя я считаю, что школа "Динамо" – самая сильная в Украине и одна из сильнейших в Европе. Я это почувствовал на собственной шкуре.
Обратил бы ещё внимание на психологию игроков. 50 процентов талантов теряются в возрасте 15–17 лет. В юношеских командах – лидер, постоянно играет, но после выпуска попадает в другую среду – U-19 или "дубль". Там конкуренция, есть старшие игроки, нужно заново доказывать право на своё место в составе. Не все с этим справляются. В наше время шансов не давали. Если давали один шанс — ты был самым счастливым человеком в мире. Нужно забыть, кем ты был вчера, и работать с нуля.
Например, один из самых известных выпускников "Динамо" — Андрей Шевченко — был из крепкого теста. У него был характер победителя. Поэтому все понимали, что из этого парня может вырасти очень сильный игрок.
– Прошло уже более 30 лет. Была ли у вас возможность попасть в первую команду?
– Я добился успеха благодаря своему трудолюбию. Сейчас, став тренером, не уверен, что взял бы такого игрока, каким был в молодости. Признаю, что были игроки сильнее меня. С 12 лет я жил только с мамой и старшим братом. Отец ушёл от нас. Возможно, некому было подсказать.
– Что побудило вас уехать в Словакию?
– Это был 1990 год. СССР находился на грани распада. Времена были непростые – очереди, дефицит всего, что только можно. Родился сын, его нужно было кормить. Мы играли на стадионе СКА, была осень. Подошёл человек и предложил поехать в Словакию, как раз Чехословакия распалась. Меня не нужно было долго уговаривать. Сели в "Москвич-2141" и поехали в город Вранов, что в Словакии. Просмотр был в воскресенье. Провели товарищеский матч против Кошице. Там играл воспитанник украинского футбола Виктор Побигаев. Он был на хорошем уровне. Мне удалось его закрыть, не дал ему ничего сделать. После этой игры тренер сказал, что я остаюсь в команде.
– Какими были условия во Вранове?
– Это совсем другой уровень и подход по сравнению с тем, что было в СССР. Когда ты приходишь на тренировку, для тебя всё готово – обувь, мази, форма. После матча или тренировки – бросил в корзинку, а тебе постирали и положили чистым. По сравнению с нашими реалиями – ощутимый профессионализм. Собственная квартира, уровень жизни совсем другой. Не испытывал нужды ни в чём. По возможности покупал, что мог, и отправлял жене в Киев.
– Впоследствии вы переехали в Чехию.
– Играл в Чехии за клуб "Словацко" в течение трёх лет. В Лиге наций сборная Чехии принимала Украину именно на том стадионе, где я когда-то выступал. Там оказались ещё лучшие условия. Команда хорошая собралась. Я понял, что такое конкуренция. Меня там не рады были видеть. Своё место никто отдавать не собирался. В Чехии хорошо помнили о советских танках, поэтому ко всем выходцам из СССР относились не очень приветливо. Чего я только не наслышался с трибун: "Иван, иди домой" и тому подобное. Мы все для них были "иванами". На тренировках летели искры, ломались ноги, никто не хотел уступать своё место.
Психологически тяжело. Сначала я был без семьи. Сын — совсем маленький, боялись его везти. Жена приезжала время от времени, когда наступали каникулы, — она училась в университете. Не было связи: стоишь в будке, пытаешься дозвониться домой. Не факт, что будет связь, что застанешь кого-то дома.
– Каковы были финансовые условия?
– Во Вранове получал 100–150 долларов. На то время это были хорошие деньги. Отправлял домой, жена могла позволить себе купить новую коляску, импортное детское питание. В Чехии – 350–400 долларов плюс хорошие премии. Когда вышли в первый дивизион, всей командой на неделю улетели с семьями на Канарские острова. Большая роскошь для того времени.
– У многих украинских легионеров возникают проблемы с коммуникацией, они не справляются с процессом адаптации. Как было у вас?
– В "Вранове" был один выходец из СССР, который помогал с общением. Со временем я начал общаться самостоятельно. Даже давал интервью. Языки – похожи. Когда вернулся в Киев, у меня даже появился акцент, не всегда удавалось быстро подобрать нужное слово. Словацкий и чешский очень похожи, поэтому в Чехии проблем не было.
– Не возникало желания остаться в Чехии?
– Такая возможность была, и такие мысли тоже. Уровень жизни был другим. Я постоянно передавал матери в Киев лекарства. Можно было спокойно смотреть в будущее. Одноклубники брали в лизинг машины, дома. Каждый понимал, что не окажется брошенным на обочине. В Украине в начале 90-х о таком и речи не было. Но вместе с женой приняли решение, что лучше остаться дома. Не всех за границу не заберешь, а мы были привязаны к моей матери и родителям жены. Мне было бы трудно там жить, понимая, что я нужен здесь. Мама нас с братом ставила на ноги.
– Довольны ли вы своей карьерой?
– Мог бы добиться большего. Поначалу не хватило характера, чтобы пробиться, показать зубы. Всегда команда и коллектив, а уже потом я. Стоило бы подумать о себе. Но так меня воспитали. В определённые моменты приходилось терпеть. Иногда кажется, что где-то – лучше. С возрастом я уже по-другому смотрю на многие вещи.
"Попросил снять шапку — а он рыжий!"
– Как вы оказались на тренерской должности в академии "Динамо"?
– В конце 2001 года, в декабре, мне было уже 35. Тогда проходил городской чемпионат "35 плюс". Нашу команду сформировал Сергей Шебек, бывший арбитр. В Конче-Заспе провели матч на манеже. После поединка на поле вышли молодые игроки динамовской академии. Я остался на несколько минут, чтобы посмотреть тренировку. Ко мне подошел Виктор Иосифович Кащей. Он в "Динамо" работал уже давно, и мы знали друг друга. Заговорили о жизни. И тут он предложил мне стать его помощником в академической группе. Я сразу же принял предложение.
Это была группа 1987 года рождения. Поколение Дениса Дедечка, Дениса Олейника, Александра Рыбки. Параллельно Кащей возглавлял сборную Украины этого возраста. Тогдашний вице-президент Йожеф Сабо утвердил моё назначение. Я практически жил с игроками на базе. Много читал. Старался совершенствоваться. Это было очень хорошее время. Появилась возможность понять все тонкости тренировочного и игрового процессов, подготовки команды.
– Вы стали тренером ребят 1997 года рождения...
– После того, как мы с Кащеем выпустили поколение 87-го года, Йосиповича направили в динамовскую школу набирать новую группу-97, а меня – в интернат РУФК (сейчас колледж Поддубного). У меня начинал Артем Сухоцкий из Нежина, который играл за "Мариуполь", "Александрию", "Зорю", "Слован", а сейчас выступает в Беларуси за "Динамо" (Минск). Потом так сложилось, что я получил 1997 год. Кащей освободил для меня свое место.
– Кто из воспитанников потом проявил себя во взрослом футболе?
– Это была очень хорошая группа. В нашем селекционном отделе работал Иван Терлецкий из Винницы. Как-то он привел в манеж мальчика вместе с отцом. Мальчик – в шапке и куртке. Посмотрел на него, а он стройный, спортивный, футбольный. Попросил снять шапку – а он рыжий! Оказалось, что ещё и левоногий. "Беру без просмотра. В команде должен быть рыжий". Пошутили. Так в системе "Динамо" оказался Цыганков.
Из Севастополя Саша Масалов подавал надежды, но у него не получилось. Егор Назарина, который сейчас в "Заре". Он сам – из Прилук. Его дедушка привозил молоко, сыр. Денис Костишин занимался – он сейчас в "Колосе".
Один мальчик попросился из Одессы. Получил разрешение, чтобы привезти своего друга. Этим другом оказался Володя Шепелев. Ростик Тарануха сейчас в Черкасской области. Очень хорошие физические данные, быстрый. Я таких детей не видел. По всем тестам он был первым.
Бодя Михайличенко приехал из Княжей. Вместе с Володей Тименко (сейчас играет за "Чайку" из Петропавловской Борщаговки). Брат Михайличенко тоже занимался футболом. Родители — простые, обычные люди.
Вратари Дмитрий Фастов и Владимир Маханьков. Первый играл в "Оболони", "Кремне", "Ингульце". Второй — в "Карпатах", сейчас выступает за "Полесье".
– Чувствовалось, что у Цыганкова может быть большое будущее в футболе?
– Там он выделялся. Предсказать очень трудно. Один Бог знает, как сложится. Много примеров, когда талантливая молодежь просто теряется. Случаи Димы Заикина, Ростика Таранухи здесь очень показательны.
У Вити были все необходимые задатки – работа с мячом, скорость, понимание футбола, желание учиться. Большой плюс – футбольный папа, он понимает, как устроена футбольная жизнь. Занимался воспитанием сына с детства. Знал все процессы подготовки и становления игрока. Была уверенность, что он будет играть. При том, что Цыганков родился в конце 97-го года, был младше всех. Тогдашний тренер юношеской сборной Украины Александр Головко приглашал его с 1996 года.
– Цыганков – очень непубличный человек. Не даёт больших интервью. Какой он в жизни?
– Очень скромный, спокойный и немногословный парень. Не стремился быть выше коллектива. Особенно бурных эмоций не проявлял. Целеустремленный.
– Сейчас поддерживаете с ним контакт?
– Было желание пригласить игроков из "Динамо", чтобы они пообщались с ещё юными футболистами. До Цыганкова было трудно достучаться. Но он мне всё-таки ответил. Однако карантин не позволил провести запланированное мероприятие.
– Одесситы – весёлые люди. Шепелёв производит впечатление очень замкнутой личности. В жизни он другой?
– Он не из Одессы, а из области. В личном общении – открытый парень. Он был трудягой. Всего, что у него есть, он добился сам. Понятно, что есть тренеры, партнеры, но Володя – очень трудолюбивый. С "Черноморцем" у него не сложилось. Однако он добился своего трудом. Ему доставляло удовольствие играть за команду. Все время старался быть с мячом. Никогда не отдыхал. Использовал разные методички, чтобы учиться. Когда работал в "Скале", то видел, что на уровне U-19 он стал довольно сильным игроком, противостоять ему уже было непросто. Родители Шепелева — простые люди. Когда они приезжали, я встречал их на вокзале, помогал поселиться в отеле.
– Сейчас дебютный вызов в национальную сборную получил Богдан Михайличенко.
– Я его заметил в "Княже", когда молодые игроки ещё играли на половине поля в формате 8 на 8. "Княжа" шла в лидерах. Бодя начинал игру в качестве центрального защитника. Если команда играла вничью, для большей креативности его переводили в центр поля. Если же команда уступала, тренер ставил его в нападение. Парень универсальный, разносторонний. Таким он мне запомнился.
Когда он играл в "Динамо", то был у меня левым защитником. Тогда существовал такой подбор игроков, что можно было заниматься творчеством, пробовать разные схемы игры, экспериментировать. Для него не составляло труда пробежать от своей до чужой штрафной площадки. Мог играть и в атаке, и в обороне.
"После 5 голов от "Карпат" уже собирал чемоданы"
– У вас есть опыт работы со стрыйской "Скалой". Там действительно одна из лучших футбольных школ в Украине?
– Там очень хорошие условия. Николай Иванович Кмит делает всё возможное, чтобы молодые игроки развивались. Работал с командой U-19 два года. Было очень приятно и интересно. Чувствовал большое доверие к себе со стороны руководства и болельщиков. В "Динамо" любое поражение – катастрофа. Сразу появлялось много вопросов со стороны руководства. В Стрые – не так.
Один из первых матчей в Скале против "Карпат". Это очень сильная команда — Швед, Гуцуляк, Чачуа. Тренировал команду Андрей Тлумак. Первый тайм — 0:0. Во втором тайме нам забили 5. После игры мне стыдно. От меня ждали большего, меня пригласили. Я уже мысленно начинаю паковать чемоданы. Утром президент Кмит позвонил и успокоил. Никаких претензий, только выразил полное доверие. Для меня это было бальзамом на душу. Любые вопросы решались очень быстро. Я там многому научился.
– Кто из ваших игроков смог найти себя в футболе?
– "Скала" больше ориентирована на работу с молодыми игроками. Только некоторое время мы провели во Второй лиге, один сезон — в Первой. Воспитанники уходят в другие команды. "Скала" давала только шанс на футбол.
Я работал там с 1996 по 1999 год. Среди самых известных – Олег Кмит, в своё время вызывавшийся в юношескую сборную. Назар Стасишин играл в "Карпатах". Вова Зарименко — в дубле "Зари", ездил на сборы с первой командой во времена Юрия Вернидуба. Вратарь "Александрии" и юношеской сборной Украины Олег Билык. Сейчас в "Ворскле" играет Артем Челядин.
– В свое время вы работали в школе "Полесье". Как вам уровень житомирского футбола?
– Житомирщина – футбольный край. Так сложилось исторически. Оттуда вышло много игроков, но это уже в прошлом. Сейчас всё возрождается, инфраструктуру приводят в порядок. Нельзя жить прошлым.
Не скажу, что я там много работал. Потенциал молодых игроков высок, но они ищут лучшие возможности в более крупных клубах. Те же Зинченко, Малиновский, Сикан родом из Житомирщины, но футбольное образование получили в других клубах. Возможно, это правильно, потому что мы могли бы потерять их таланты, если бы они остались на месте.
– Вы – постоянный эксперт программы "Украина футбольная". Насколько сложно работать в этой сфере?
– Работа тренеров и футболистов непростая. У каждого свой характер, своё мнение. Не хочется никого обижать. Нужно оставаться толерантным, говорить о людях хорошо. Я очень радуюсь за команды и за тренеров, которые добились успеха. Даже если нет результата, но есть игра. Мне приятно слышать мнение тренера – что он хочет от игроков. Это важно. Критика должна быть, но только конструктивной.
– Что можете рассказать о своей семье?
– Уже 30 лет вместе с женой Анджелой. Она – медицинский работник, по выслуге лет вышла на пенсию. Сыну Александру – 28 лет. Он работает тренером в ДЮСШ, интересуется тайским боксом, участвует в различных соревнованиях, в том числе – международных. Начинал заниматься футболом, но больших успехов не достиг. Я не видел, чтобы он этим горел. А вот тайский бокс — это его. Признаюсь честно: нам с женой уже хотелось бы нянчить внуков.
Сергей Тищенко, специально для "Футбол 24"