"Украинцы – — великий народ": Алексей Михайличенко – о вере в нашу победу и единственном матче, который он посмотрел во время войны
Интервью Любомира Кузьмяка с легендой украинского футбола.
Алексей Михайличенко / Фото ФК "Динамо"
Агрессивная атака российских террористов на украинскую землю окончательно сняла маски и не оставила места для полутонов. Важную роль в борьбе с рашистами играют наши футболисты, которые выполняют важные миссии в информационном и материальном аспектах.
Алексей Михайличенко – один из шести украинских олимпийских чемпионов, бесспорная легенда киевского "Динамо", чемпион Италии и Шотландии. Однако все эти регалии превосходит жизненная позиция Алексея Александровича: украинец, патриот, гражданин. Высказывания и мировоззрение Михайличенко — это то, что заставляет гордиться им даже больше, чем всеми трофеями и наградами.
– Алексей Александрович, вы сейчас в безопасном месте?
– Я нахожусь на даче в 15 километрах от Киева. Вместе со мной вся моя семья: двое сыновей, жена, сестра, а также собаки и кошки. В такой компании легче переживать эти страшные события.
– До вас доносятся звуки взрывов?
– Да, конечно, их слышно. Иногда самолеты пролетают над нами.
– Не планируете покидать пригород Киева?
– На данный момент – нет. Я не готов сказать, что будет завтра, но пока остаемся здесь. Много общаюсь со своими друзьями и коллегами, которые уже уехали в безопасные места. Однако сейчас в моей семье нет единого мнения о том, стоит ли уезжать.
– Начало полномасштабного вторжения России вы застали в Киеве?
– Мне позвонили в 6 утра и сообщили, что столицу нужно покинуть. Чемоданы у нас были собраны заранее, на всякий случай: документы, вещи первой необходимости… Вспоминаю свое состояние в первые часы нападения – было очень больно и тяжело на душе. Просто в голову не укладывалось, как такое может произойти. Знаете, как говорят – не в этой жизни. Но у нас рядом такие варвары, что нужно быть готовым ко всему.
– В такое не верилось до последнего.
– И от этого тоже больно. Да, у нас есть свои проблемы, мы должны меняться и становиться лучше. Однако мы живём разумно, живём свободно. Понемногу делаем нашу страну ещё красивее, ещё лучше. А тут на нас выпало огромное испытание. В конце концов, я ничуть не сомневаюсь, что мы и его преодолеем. Ведь такого единства, такой любви к своей стране я никогда не видел. Горжусь нашей армией, нашими людьми. Украинцы – великая нация.
– Внимательно следите за новостями с передовой?
– Я не могу абстрагироваться и сказать, что это меня не касается. Телевизор не выключаем – новости в нашем доме круглосуточно. Даже поймал себя на мысли, что в эти дни футбол отошел на второй план. Сейчас не до него.
– За три недели войны хоть один матч посмотрели?
– "Реал" – "ПСЖ". Устроил себе психологический отдых, если можно так сказать. До этого я даже не знал, какой день, какое число на календаре. Только новости, переживания, стресс. Однако мы должны это знать, переживать за наших ребят, радоваться их успехам. Или же всей страной страдать вместе с Мариуполем, который окружила российская армия. В конце концов, это не армия. Это орда. Российская орда.
– В 1992-м у вас была возможность играть за сборную России, куда настойчиво приглашали вас и Олега Кузнецова. Другие этнические украинцы – Канчельскис, Онопко, Юран – дали согласие. Почему вы тогда отказались?
– Мне звонили, уговаривали. Даже обещали статус первого капитана российской сборной. Моя реакция? Я рассмеялся. В ответ услышал: "Мы знали, что ты откажешься, но должны были попробовать". Я не видел себя там. Поверьте, у меня и мысли об этом не было. Как можно продавать свою Родину ради каких-то благ и денег?
– Футболисты традиционно далеки от политики.
– Я не согласен с тем, что футбол далек от политики. А как назвать то, что мне предлагали российское гражданство? Это и есть политика. Сейчас нет сферы деятельности, которая бы не затрагивала политику. Она живет у нас, без нее никуда. Да, по профессии я не политик, но никогда не пытался от неё отгораживаться, поэтому интересовался общественной жизнью.
Помню, как был в Лондоне во время президентских выборов. Для меня было очень важно попасть в украинское посольство и проголосовать за Виктора Ющенко. Я увидел там столько людей, которые голосовали за нашу демократию. Мне нравилось, что нет равнодушия — это сильно поразило меня. Мы едины, где бы мы ни были. Мы — украинцы.
– У вас раньше было немало друзей и знакомых из России. Не пытались ли вы с ними пообщаться в течение последних трех недель?
– С Россией разговаривать нет никакого смысла. Мне звонили Гела Кеташвили и Саша Чивадзе из Грузии, звонили из "Рейнджерс", из "Сампдории". Но из России не было ни одного звонка! Кеташвили рассказывал, что разговаривал с одним из российских футболистов – его фамилию называть не буду. В конце концов, у них сейчас нет ни фамилий, ни имен, ничего… Так вот, Гела говорил, что они нереально зомбированы.
Мне также звонил Игорь Скляров из Чикаго, с которым я выигрывал Олимпиаду в 1988-м. Рассказывал, что был шокирован тем, что услышал от россиян. Люди со всего мира предлагали свою помощь: США, Грузия, Шотландия, Англия. После этого у меня появилась ещё большая уверенность в том, что Украина поступает правильно.
– Начиная с 2014 года в России выступала сотня украинских футболистов. На данный момент там остались единицы. Это тоже люди без фамилий, о которых не стоит упоминать?
– Однозначно. Если какая-то должность или деньги важнее того, что происходит на твоей земле, значит, ты такой же, как они. Знаете, такие равнодушные и трусливые люди – они еще хуже врагов.
– Вооруженные Силы Украины каждый день заставляют нас восхищаться своим героизмом.
– Я не большой специалист по военным вопросам, но наша армия – именно такая, какой она и должна быть. Наши военные – это образец мужества, отваги, сплочённости. Знаете, даже этих слов слишком мало, чтобы охарактеризовать наших воинов. Отметил бы также украинских врачей. В частности, и женщин, которые могут быть настолько милыми и красивыми и в то же время жесткими и воинственными. Это вызывает восхищение.
– Многие представители украинского футбола помогают армии – некоторые вступили в ряды территориальной обороны.
– Я тоже стараюсь помочь, чем могу. Мой сын записался в территориальную оборону. Если возникнет необходимость, я всегда готов и буду делать все, что потребуется. Пока сказали, что такой необходимости нет. Буду ждать.
– Вы сказали, что не сомневаетесь ни на йоту в том, что Украина победит захватчиков.
– Да, я абсолютно уверен в том, что всё будет хорошо. Бог видит, что мы делаем, как любим жизнь, как мы любим друг друга, как мы любим свою страну, нашу землю. Бог не может не быть на нашей стороне. Я думаю и очень верю в то, что все скоро закончится нашей победой. Слава Украине!