"Словаки выиграли у них, так почему мы не можем?": в команде с Троссаром и пиво вместо воды – наш защитник в Бельгии
Интервью Любомира Кузьмяка с Александром Воловиком, бывшим защитником "МетаДона", "Шахтера" и ряда других клубов, который в середине 2010-х годов попробовал свои силы в чемпионате Бельгии.
Более двух десятков украинцев выступали в элитном бельгийском дивизионе. Одним из самых опытных игроков в Лиге Жупиле стал защитник Александр Воловик. Бывший защитник донецких "Металлурга" и "Шахтера" переехал в Левен незадолго до своего 30-летия.
В Бельгии уроженец Хмельницкой области отыграл один сезон, зато в полной мере насладился местной атмосферой. А ещё делил раздевалку с Леандро Троссаром, нынешним игроком сборной Бельгии и лондонского "Арсенала". О нём и не только — в интервью Александра Воловика для "Футбол 24".
"Первый гол Румынии? Не считаю, что это ошибка Матвиенко"
– Александр, позади два матча сборной Украины на Евро-2024. Каково у вас общее впечатление?
– Если подытожить два матча вместе, то скажу откровенно – полтора тайма меня не впечатлили. А вот четвертый тайм в исполнении нашей сборной мне понравился.
– Футбольное сообщество обычно солидарно в своих оценках и поддерживало команду после разгрома в первом туре. Зато болельщики и журналисты жестко критиковали Сергея Реброва и его подопечных. К какому лагерю вы относитесь?
– Наверное, я склонен к тому, что можно проиграть и 0:2, и 0:3, но уйти с поля с поднятой головой, поскольку знаешь, что сделал всё, что мог. Бывает так, что два гола могут залететь случайно – это футбол. А в нашем случае со счётом 0:3 от Румынии – абсолютно по ходу игры. Так выходить на матч нельзя.
– Особенно больно было из-за завышенных ожиданий?
– Да даже сам Сергей Ребров говорил перед матчем, что нельзя недооценивать румын. Поэтому не знаю, как так получилось…
– У вас есть знакомые в нынешней сборной Украины?
– Близко ни с кем не общаюсь, но ребят знаю. Например, в "Шахтере" я пересекался с Тарасом Степаненко и Николаем Матвиенко. Совсем молодыми были Ефим Конопля и Георгий Судаков – помню их. Также знаю тренера вратарей Рустама Худжамова – мы даже жили вместе в гостиничном номере.
– Как вам первый пропущенный Украиной гол на турнире – кто ошибся, Матвиенко или Лунин? Центральный защитник рискованно нагрузил вратаря под давлением или сыграл согласно канонам?
– Вы же сами видите, какие теперь требования к вратарям. Обязательное условие – уверенная игра ногами. И в том эпизоде, на мой взгляд, у Лунина был вариант просто вынести мяч в аут. Возможно, Матвиенко не слишком удобно отдал пас, но у вратаря всё равно оставалась возможность выбить мяч в сторону. Поэтому я не считаю, что это ошибка Матвиенко.
– Вы сказали о хорошем втором тайме в матче со Словакией. Какой фактор повлиял на то, что после перерыва наша команда изменилась?
– Думаю, ребятам было очень тяжело в психологическом плане. На них давило то, что они плохо сыграли против Румынии. Это давление они частично выдержали в первом тайме, а вот после перерыва им удалось переломить ход игры и сбросить с себя это напряжение. Считаю, что наличие лишнего груза не позволяло нашей сборной почувствовать себя раскованно. Когда расслабились – тогда и заиграли.
– Кого вы можете выделить по итогам двух туров?
– Если выбирать лучшего во втором матче против Словакии, то это вратарь Трубин. Если оценивать в целом, то мне импонирует Илья Забарный.
"В Бельгии куда ни пойдешь, на столе у каждого пиво"
– Как вы думаете, мы можем выиграть у Бельгии?
– Словаки у них выиграли, так почему мы не можем? Я считаю, что нынешняя сборная Украины очень сильна. Возможно, нестабильности ей добавляет большое количество молодежи в составе. Но даже у этих молодых ребят уже есть огромный опыт. Думаю, что у Украины есть все шансы, чтобы обыграть бельгийцев.
– Каков ваш прогноз?
– Я ставлю на победу Украины со счётом 1:0.
– Когда вы играли в Бельгии, то заметили ли какие-то особенности, связанные с местной сборной?
– У них была особая тенденция – в сборную часто приглашали молодых ребят. Не обязательно быть заслуженным футболистом или играть в топ-клубе, чтобы получить вызов в главную команду страны. Что касается болельщиков, то они очень тепло поддерживают сборную. Наверное, как и везде в мире, преданно поддерживают своих.
– Вы вообще часто вспоминаете о своём бельгийском периоде?
– С тех пор прошло почти восемь лет, но я вспоминаю об этом очень часто. Это замечательная и уютная страна. Никуда не нужно лететь – 15–20 минут, и ты уже в другом городе. Мне запомнились их стадионы вместимостью 8–10 тысяч. Они всегда заполнены и очень шумные. Мне повезло с болельщиками, ведь у моего "Лёвена" была стабильно безумная поддержка. Если мы проигрывали 0:2 или 0:3, но сражались на поле, то могли рассчитывать на понимание и доброжелательное отношение.
– Левен считается студенческой столицей Бельгии.
– Да, это правда. Студенты, молодежь на улицах – их всегда было очень много. А сами улицы маленькие, красивые. Лёвен мне сильно напоминает Львов.
– Между ними есть как минимум ещё одно сходство – Львов и Левен являются столицами пивоварения своих стран.
– В Левене расположен завод известного пива Stella Artois. Никогда там не был на экскурсии, но как-то заглядывал в фирменный ресторан. В Бельгии вообще складывается впечатление, что там люди воду не пьют – только пиво. Куда ни зайдешь, на столе у каждого стоит пиво. Бельгийцы, кстати, больше любят темное пиво. Светлое — как будто ненастоящее. Они так считают.
– Как к употреблению пива относились тренеры "Лёвена"?
– Типичный европейский подход – если хочешь пива, то можешь выпить после игры. Это считалось нормой. У нас команда была интернациональной, но дружной. Мы не раз собирались и вместе выходили в город. За это отвечали старейшины коллектива: вратарь Руди Рио и защитник Ромен Рено. Они объединяли раздевалку. Мне очень нравилось в Левене – будь возможность, с радостью вернулся бы туда.
"Записали на уроки языка. Мне хватило на два занятия"
– Одним из самых молодых в Левене был Леандро Троссар. Звезда "Арсенала" провёл там всего один сезон – пересекся как раз вместе с вами.
– В Левен Леандро переехал из Генка в поисках игровой практики. Это была его очередная аренда, но именно у нас он раскрылся. Леандро пришел чуть раньше меня. В Левене он играл на левом фланге и сразу бросался в глаза. Молодой, быстрый, техничный. С мячом работал великолепно. Никто не сомневался, что он пойдёт в гору и будет играть на высоком уровне.
– В быту Леандро был простым парнем?
– Да там все простые. Честно, никаких проблем. Замечательный коллектив – и Троссар не исключение.
– Как вы общались в Бельгии?
– Бельгийцы обычно знают три языка: фламандский, французский и немецкий. Также в команде немного общались на английском. Я им владею не очень хорошо. Как только я приехал, меня записали на уроки местного языка, кажется, фламандского. Мне хватило двух занятий. Я сказал, что больше на них не пойду. Ой, это очень сложно, нереально выучить.
– Как вы общались с тренерским штабом и партнерами?
– Тренер использовал два языка в общении: местный и английский. Я тесно подружился с греком Константиносом Ругаласом. Если я чего-то не понимал, то он всегда мне дополнительно на английском объяснял и переводил. Даже в быту много помогал – мы часто в Брюссель ездили вместе.
– После 24 февраля вам писал кто-нибудь из знакомых бельгийцев?
– Именно из Бельгии – нет, не писали. Спрашивали, как дела, только бывшие партнеры из донецкого "Металлурга". Писал бразилец с бельгийским паспортом Данило и киприот Константинос Макридис. Кстати, его жена даже организовала гуманитарный штаб на Кипре.
– После комфортной жизни в Бельгии вы едете в Казахстан. От смены обстановки не возникало чувства депрессии?
– Во-первых, я знал, куда еду. К тому же в коллективе было несколько украинцев, которые облегчали адаптацию. Тяжелыми были игровые условия – мы играли на синтетических полях. Представьте себе – на простом школьном стадионе! Я был в шоке. Еще сложности доставляли перелеты. Приходилось летать на обычном "Кукурузнике" Ан-2. Помню, как в Павлодар летели пять часов – это сплошной кошмар, никогда не забуду.
– В Казахстане вас окончательно вывели из строя травмы.
– Я получил травму в Акжайике у Владимира Мазяра уже во втором матче. Сильно порвалась приводящая мышца. Я сделал МРТ, отправил снимок врачам в "Шахтер". "Тебе нужна операция, никаких сомнений", – сказали они. Мышца так много раз надрывалась, что стала неэластичной. Это требовало немало времени на восстановление, поэтому я отказался. Потом вернулся домой в Подолье и даже три года отыграл с этой травмой. Позже разорвал ахиллово сухожилие, а недавно травмировал мениск на колене.
– В октябре вам исполнится 39 лет – кажется, это конец?
– Мне бы хотелось ещё поиграть, но пока я восстанавливаюсь после операции на мениске. Возможно, попробую себя в другой роли, но останусь в футбольной сфере. В ближайшее время всё прояснится.
– Сейчас вы живете в Хмельницком?
– Вообще я видел себя в Донецке. Хотел осесть там навсегда. Но в 2014-м пришлось бросить всё. Да, сейчас я в родном Хмельницком. Если честно, то всегда собирался жить в Украине. Как бы мне ни нравилось в Бельгии, как бы хорошо ни чувствовал себя там, но дома лучше.