"Ракеты, дроны Какой, блин, футбол?": эмоциональное интервью Даниила Сикана – слёзы, украинский язык и Лига чемпионов
Откровенное интервью Павла Чубки с нападающим "Шахтера" и юношеской сборной Украины Данилом Сиканом.
Молодая команда из Донецка удивила в начале сезона 2022/23, хотя большинство её списывало со счетов. Одним из участников этой сенсации является Даниил Сикан. Нападающий прошел школу "Карпат" и "Шахтера", попробовал свои силы в аренде в Мариуполе и немецкой "Ганзе". Сейчас он играет в ЛЧ и имеет амбициозные планы.
Об участии в самом престижном евротурнире, влиянии войны на футбол, слёзах в первом туре УПЛ, факторе Йовичевича и выступлениях во второй Бундеслиге Сикан рассказал "Футбол 24".
"После матча с "Реалом" мы были опечалены"
– "Шахтер" сейчас набрал довольно уверенный ход – лидирующие позиции в УПЛ, неплохие выступления в Лиге чемпионов. Ожидали ли именно таких результатов перед стартом сезона?
– Нет, никто не ожидал, потому что никто не понимал, будет ли чемпионат, будет ли футбольный клуб "Шахтер". Никто не знал, как все это будет происходить, в каких условиях. Никто ничего не подозревал.
– Когда уже стало известно, что чемпионат начнётся, понимали ли вы, что вам будет сложно? Ведь у команды новый тренер, а легионеры ушли.
– Да, конечно, все это понимали. Создавалась и создаётся совершенно новая команда. С нуля. Мы впервые играем в таком составе в таких условиях. Всё заново.
– Именно из-за этого многие эксперты не верили в "Шахтер". В чём причина нынешних успехов такой молодой команды?
– Думаю, мы ничем не хуже тех игроков, которые были до этого. Все понимают свои способности, перенесли это из тренировочного процесса на футбольное поле в игру. У всех всё получалось, поддерживали друг друга. Получилась очень хорошая и сильная команда.
– Вы разгромили "РБ Лейпциг" со счётом 4:1. Что происходило в раздевалке после победы?
– Мы все радовались, конечно же. Первая победа в таком составе в Лиге чемпионов! Это было очень круто, ведь "РБ Лейпциг" — непростая команда. При этом мы выиграли с таким счётом.
– Дальше – ничья с "Селтиком", поражение от "Реала" и досадная ничья с мадридцами, когда на последних секундах забил Рюдигер.
– Если бы нам перед игрой сказали, что мы сыграем с "Реалом" 1:1, то мы были бы рады. Но нужно помнить, что несколько месяцев назад у нас не было команды. А тут с лучшим клубом в мире сыграли 1:1, поэтому это был всё же положительный результат для нас. Тем не менее после матча мы были огорчены.
– Ты отыграл около 40 минут против "Реала". Что для тебя лично значило сыграть на "Сантьяго Бернабеу" под гимн Лиги чемпионов?
– Это было как сон. Незабываемо, можно сказать. Об этом можно только мечтать.
– Тебе, как нападающему, пришлось противостоять их звездной обороне.
– Было сложно. Они контролировали мяч, пытались продвигаться вперёд, прессинговали. Но это футбол. Можно играть проще и лучше.
– Впереди матчи с "Селтиком" и "РБ Лейпцигом". Перед вами стоит задача выйти в плей-офф Лиги чемпионов?
– Четкой задачи нет. Не знаем, как будет дальше. Еще нужно дожить. Однако в любом матче мы настраиваемся на победу.
– Если в первых матчах вы ещё были своего рода командой-загадкой, то сейчас вас лучше изучили, знают ваши сильные и слабые стороны. Осложит ли это вам игру?
– Не могу сказать. Вот мы первый матч "Реалу" проиграли, а во втором сыграли вничью. Однако они уже, конечно, знают каждого индивидуально, ведь играли против нас, лучше понимают качества каждого. Будет другая игра, но мы тоже готовимся.
– С другой стороны, у "Шахтера" будет больше времени, ведь матч с "Минаем" отменили.
– Думаю, для нас это гораздо лучше, ведь мы всегда в пути. Это уже не так, как раньше, когда садились в самолёт и летели. Теперь нужно ехать в Польшу, пересекать границу, в аэропорт… Это тяжелее и очень сильно сказывается.
"Ребята сейчас воюют, а кто-то идет в клуб танцевать, петь"
– Первый тур, встреча с "Металлистом 1925". Первое символическое касание мяча совершил военный, камеры в этот момент зафиксировали слёзы в твоих глазах. Что ты чувствовал в этот момент?
– Трудно об этом говорить и смотреть на всё это. Когда ты понимаешь, что твоя страна в таком состоянии, не знаешь, проснешься ли и что будет завтра. Я просто знаю ребят, которые сейчас воюют, а кто-то идет в клуб танцевать, петь… Для меня это очень тяжело. Не понимаю, как так можно поступать. Когда ты видишь военного, который был в "Азове", в плену, который своими глазами видел, как убивали его людей, его товарищей, а потом возвращается в свою страну и наблюдает, как в Киеве происходит что угодно. Это тяжело переносить. Чувствую какую-то злость и на наших людей тоже.
– Еще один трогательный момент был на матче с "Динамо". Михаил Дианов нанес первый удар в матче, "Пташка" спела гимн. Мне лично было сложно осознать, что герои здесь, среди нас.
– Их могло и не быть, так же могло и не быть нас, если бы не они… Если бы не они, я не знаю, что было бы дальше со страной. Огромная благодарность им, они настоящие герои.
– Насколько война влияет на тебя на футбольном поле? Тарас Степаненко, например, говорил, что когда выходит на газон, забывает обо всём и ни на что не обращает внимания.
– На поле ты забываешь обо всём, думаешь о футболе. А вот с подготовкой к игре всё по-другому. Просыпаешься утром и видишь, как ракета попадает в чей-то дом, дроны. Думаешь: "Да какой, блин, футбол". У меня был период в начале полномасштабного вторжения, когда я находился в аренде в Германии, но не мог ни тренироваться, ни играть вообще. Сейчас уже немного легче, потому что есть и хорошие новости. Это поднимает настроение.
– Почетный президент СК "Днепр-1" Юрий Береза заявил, что на плечах игроков, которые должны доносить до мира правду о войне в Украине, лежит такая же нагрузка, как на военных с передовой. Согласен с таким утверждением?
– Трудно сказать, ведь у нас разные нагрузки. Мы своими победами тоже доносим, что Украина сильна, что мы можем сделать всё, что угодно, когда вместе. Но сравнивать нас и военных немного неправильно. Да, мы можем проиграть, а там, если совершишь ошибку, то рискуешь уже своей жизнью. Действительно трудно сравнивать. На нас тоже лежит ответственность за нашу страну, потому что мы должны демонстрировать результат, показывать, что мы сильны, бесстрашны.
– Каким, по-твоему, сегодня должен быть украинский футболист?
– Футболист должен помогать военным собирать средства, публиковать сборы в соцсетях, продвигать это в СМИ. Это минимум, который мы можем сделать.
– Ты родом из Житомира, играл за "Карпаты", но раньше общался на русском. Как так получилось? Это влияние русскоязычного окружения или все же твой выбор?
– Когда я был во Львове, то говорил на суржике. Перешел в "Шахтер", первые месяцы говорил на украинском, но все вокруг говорили по-русски, поэтому я тоже "перезагрузился". Уехал в Мариуполь, и там тоже говорили по-русски, поэтому украинский не использовал. Но я могу говорить и говорю на украинском. Нужно всего несколько дней, чтобы перестроиться.
– Сейчас общаешься на украинском постоянно?
– Бывает, общаюсь на украинском. Но чаще на суржике. На чистом русском я не говорю.
– Изменилось ли твое отношение к языку во время войны?
– Не могу сказать, что что-то сильно изменилось. Можно, конечно, говорить, что не нужно говорить на языке оккупанта. Но я тоже понимаю, что ребята, которые воюют за нашу страну, могут говорить по-русски… Конечно, сейчас все стараемся говорить на украинском. Считаю, что это нормально.
– Сейчас в спорте, в частности в теннисе, лыжном спорте и т. д., есть, к сожалению, определенные тенденции к возвращению россиян на соревнования.
– Считаю, что это позор. Не понимаю, как можно говорить, что спорт "вне политики", когда по стадионам х*рачат российскими ракетами. Просто нужно стереть эту страну с лица Земли, и всё будет в порядке.
– За последние недели Украина подверглась очень массированным обстрелам со стороны России. Неужели россияне не понимают, что нас, украинцев, уже невозможно сломить и запугать?
– Они понимают, что слабее нас. Но как-то успокаивают себя тем, что воюют с НАТО и Западом. Накрутили им там всякое кино… Говорят, напуганных уже не напугаешь. Им ещё далеко до нас, очень далеко.
"Динамо? Это просто чёрная полоса в их жизни"
– Вернёмся к футболу. Изменился ли украинский футбол до 24 февраля и после? Если да, то насколько?
– Мне кажется, что уровень тот же. Возможно, в каких-то командах кризис, это я понимаю. Думаю, всё то же самое, разве что легионеров меньше. Они такие же, как и украинцы. У нас столько сильных футболистов, уверен, что ни один наш игрок не уступит легионеру. Менталитет, особенно спортивный, будет у них лучше разве что. Но если ты сравниваешь украинца и легионера, то украинец намного сильнее. Это то, что я видел.
– Например.
– Возьмите сейчас Судакова и какого-нибудь бразильца из "Шахтера", например Маркоса Антонио. Бесспорно, он хороший футболист, играет сейчас в Серии А за отличную команду, но посмотрите на Судакова в Лиге чемпионов — раздает ассисты, очень хорошо играет. Ничем не отличаемся от легионеров. Чемпионат такой, каким был, таким и остался. Просто сирены, ракеты, перенос матчей ещё добавились.
– "Шахтер" уже провел один из самых принципиальных матчей сезона – с "Динамо". Является ли эта победа особенной?
– Это было "Эль Класико" для нас. Мы победили. Для нас каждый матч очень принципиален, посмотрите, какая сейчас турнирная таблица в чемпионате. Если мы проиграем, то можем оказаться на 5-м месте.
– Если говорить об эмоциях, то мне показалось, что этот поединок был более спокойным по сравнению с предыдущими "Классико". Не было того задора и жесткости.
– Да-да. Думаю, сейчас это неактуально. Понимаю, что все хотят видеть эмоции, и я тоже. Ведь это футбол, нужно играть жестче. Это классно. Но когда в стране война, а мы будем драться, то это неправильно. Надо играть с уважением и демонстрировать хорошую игру.
– У "Динамо" сейчас спад. Как тебе было играть против них? Почувствовал какую-то разницу?
– Разницы нет. Это просто черная полоса в их жизни. Думаю, что у них все будет в порядке, потому что это очень сильная команда.
– Если у "Динамо" спад, то у тебя, на мой взгляд, довольно неплохой сезон. Оцени, пожалуйста, свои выступления и результативность.
– Ещё рано что-то оценивать, всё может случиться. Нужно просто продолжать в том же духе и подниматься всё выше и выше.
– До матча с "Металлистом" ты не забивал. На тебя давит отсутствие голов?
– Конечно. Когда ты не забиваешь несколько матчей подряд, а ты – нападающий, это твоя работа… Будь я защитником и не забивал, то не сильно бы расстраивался. Я живу ради этого.
– "Лучшая неделя в жизни", – так ты описал хет-трики в ворота "Металлиста" и Словакии. Когда снова ждать такой феерии?
– Думаю, скоро. Даст Бог, буду забивать ещё больше.
– Чувствуешь ли ты, что это твоя команда?
– Мне комфортно, все украинцы, все свои ребята здесь, в "Шахтере". Всё замечательно, остаётся только играть и забивать голы.
– У тебя крепкий конкурент, с виду даже грозный, я бы сказал. Какой в жизни Лассина Траоре?
– Спокойный. Я знаю, что это очень хороший человек. Он всегда меня поддерживает, когда я выхожу на замену или в стартовом составе. А я всегда поддерживаю его. Когда я забиваю, он радуется за меня, когда он забивает, я радуюсь за него. Мы делаем одну работу, помогаем команде.
– Траоре ещё завоевал симпатии болельщиков тем, что вернулся в Украину, страну, которая находится в состоянии войны. Из-за этого многие, наоборот, уехали.
– Просто респект ему, больше ничего не могу сказать.
– Главными ассистентами в команде сейчас являются Мудрик и Судаков, о котором ты уже упоминал ранее. Тебе, наверное, очень комфортно с ними играть.
– Просто у нас команда, которая должна быть единым целым. Развивается вся команда, развиваются игроки. Так всегда было и будет. Будем работать всей командой, и все будут становиться лучше.
– Прогресс, прежде всего, связан с приходом Игоря Йовичевича и его тренерского штаба?
– Возможно, да. Он очень хороший тренер. Мне очень нравятся его занятия, то, что он говорит перед игрой, перед тренировками. Огромный респект за то, что он говорит на украинском. Мало кто из тренеров говорит на украинском. Мне это очень понравилось, ведь он – хорват.
– Йовичевич в украинском футболе приходил в довольно молодые команды, которые находились на стадии радикальных перемен. В чём проявляется его талант работы с молодёжью?
– Он понимает, что нужно молодому игроку, чтобы он прогрессировал. Понимает подход. Дело не просто в том, что с ним молодые игроки прогрессируют. Он очень хороший тренер.
– Насколько Игорь строг как тренер?
– Если ты будешь заниматься чем-то непонятным на тренировке, то он может быть очень строгим. Не знаю, с кем его сравнить.
– Если взять тренеров из твоей жизни, то он самый строгий или самый мягкий?
– Где-то посередине. Я не видел, чтобы он на кого-то очень кричал, аж пена изо рта шла. Лишь несколько раз повышал голос, а в целом он такой энергичный.
– Во время подготовки к интервью я наткнулся на твои высказывания, в которых ты не раз заявлял о желании снова поиграть в Европе.
– Каждый игрок хочет играть в Европе, в пятерке лучших лиг. Если этого желания нет, то ты останавливаешься только на украинском чемпионате. Должна быть какая-то цель, к которой нужно стремиться. Я хочу быть в Европе, играть в футбол высокого уровня.
– О каком чемпионате идет речь?
– Мне нравится немало, но больше всего я хотел бы поиграть в Англии.
"Думаю, что это митинг. Вижу украинские флаги, плакаты"
– Часть прошлого сезона ты провёл в "Ганзе". До этого мало кто из украинских болельщиков знал об этом клубе. Расскажи, почему принял этот вызов.
– Хотел попробовать что-то новое. Появился такой вариант, как "Ганза Росток" из второй Бундеслиги. У меня было не так много времени на выбор, поэтому я подумал: "А почему бы и нет, почему бы не попробовать?" В юном возрасте я мог переехать в Германию, но не сложилось. Теперь решил перейти. Мне очень понравилось. Однако так случилось, что 24-го началась война, и это повлияло на мою игру и результативность. Я говорил с тренером, что мне тяжело, что не смогу тренироваться на все 100%.
– Поддержка, как я понимаю, была со всех сторон.
– Была даже такая ситуация, когда я ничего не говорил, а тренер подошел ко мне, спросил, смогу ли я играть. Если нет, то мы всё понимаем. Можешь уехать в свою страну, делай, что хочешь. Я сказал, что всё в порядке. Тогда пропустил несколько дней, потому что было сложно.
– Чем особенен клуб "Ганза"?
– У них очень классные болельщики. Даже сравнить не с чем. Они – как вторая команда. Все 90 минут кричат, болеют. Во время войны писали мне, предлагали помощь, приют для беженцев. Все как одна семья.
– Население довольно небольшое по европейским меркам. Всего 200 тысяч.
– Весь город шел на матч, стадион всегда был полностью забит. Сначала был коронавирус, тогда он был заполнен на 40%, а потом, когда уже на 100, это был настоящий кайф.
– С девушкой ты выходил на акции в поддержку Украины. Как происходила координация между людьми?
– Была определённая группа… Вообще я был в центре, смотрю – митинг. Думаю, что это за митинг. Вижу украинские флаги, плакаты. Подошел, познакомился с организаторами, обменялся телефонами, на случай, если вдруг понадобится помощь беженцам или что-то еще. И так каждое воскресенье мы начали ходить. Пели гимн, искали, как помочь, кто-то рассказывал истории. Согласовывали, кто будет, сколько. Некоторые даже приезжали из других городов. Нужна была помощь – быстро всё решали. Так было намного легче украинцам.
– Эта война действительно объединила украинцев как в Украине, так и за рубежом. Не припомню раньше такого.
– Да! Когда мы собираем средства на какие-то "байрактары" и завершаем сбор за два дня, то просто непобедимы.
– Евро-2023. Сборная обыграла Словакию в плей-офф отбора, ты сделал хет-трик в ответном матче. Насколько важен выход молодежной сборной на Евро лично для тебя?
– Это очень важно, ведь в последний раз мы выходили на чемпионат Европы в 2011 году. Это очень большой шанс для меня, для всех игроков. Да, мы – Бондаренко, Судаков, я – играем в Лиге чемпионов, и нас там замечают. Но это шанс не только для нас, но и для страны — еще раз показать, что мы непобедимы и очень сильны. Что в такой ситуации мы вышли на Евро, на которое до этого долгое время не выходили. Для нас это еще больший заряд энергии.
– Уже состоялась жеребьёвка. Украина будет играть с Румынией, Испанией и Хорватией. Как в команде отреагировали на такую жеребьёвку?
– Мы знаем эти команды. Может, кто-то думает, что нам повезло, но это не так. Это не тот уровень, о котором они знают. Это молодежные сборные, и эти команды как раз очень сильны. Хорватия и Румыния могут быть в разы сильнее, у них талантливые игроки, которые выступают в топ-клубах.
– Каковы шансы выйти из группы?
– Шансы всегда очень высоки. Все зависит только от нас. Как мы себя покажем, такими и будут результаты.