"Предлагал Лиедсона в "Карпаты" Он осваивал бразильский рынок, создавал Practic и примирял Маркевича с Диминским"

Где-то пятнадцать лет назад во Львове, пожалуй, не было ни одной футбольной площадки, где бы не бегал парень с надписью "Practic" на футболке. Среди массовой "шевченкомании" в миланских цветах, которая традиционно проникала в Украину из китайских краев, нашлось место и для отечественного производителя. Детище Михаила Практики прошло долгий путь и продолжает существовать до сих пор.

Впрочем, "Практик" — это не единственная связь нашего героя с футболом. В конце 70-х Михаил Практика стал частью мощных "Карпат" Иштвана Секеча и до начала "нулевых" активно работал функционером во львовском клубе. Через него прошли сотни контрактов, он приглашал в зелено-белый клуб Ивана Голаца и отправлял оттуда десятки случайных легионеров. А еще Практика был свидетелем многих интересных историй. Холодное осеннее утро в центре Львова — прекрасная возможность, чтобы расспросить Михаила Васильевича об этом.

"В Одессе подхватил гепатит"

– Вся моя жизнь связана с футболом. Сейчас я не так активно погружён в игру, хотя "Практика" продолжает производить абсолютно всё необходимое для футбола. У нас есть производство в Пакистане, Индии и Китае. Кроме того, мы специализируемся на спортивном инвентаре для многих видов спорта.

– Ваша компания прошла этапы роста, расцвета и потрясений. Как вам удается так долго держаться на плаву?

– Нам помогают знания, приобретённый опыт и связи, накопленные в футболе. Работаем не только с украинским рынком. Недавно разработали модели мячей для Узбекистана. Мой друг Вадим Абрамов возглавил сборную этой страны, и мы договорились о сотрудничестве. Это лишь одно из направлений. Вместе с тем, напрямую с профессиональными командами мы не работаем. Мы создали сеть магазинов по всей Украине, ориентированных на оптовую торговлю.

– Как возникла идея создания фирмы, занимающейся спортивным инвентарем?

– В советские времена постоянно возникала проблема – во что одеть команду? Не было формы, не было мячей. Единственный путь — решать вопрос через Москву, а там уже организовывали всякие разнарядки. Это было долго, затратно и сложно. Поэтому в 1993 году мы запустили собственное производство.

– Существует такой романтический миф, что каждое большое дело начинается с чего-то маленького и авантюрного. У вас тоже так было?

– Начинали на чужих производственных линиях. Потом нашли специалиста, который разрабатывал для нас дизайн. Многому учились сами, набивали шишки. Впоследствии закупили собственное оборудование. Каждый шаг давался очень тяжело

– С сырьем было сложно?

– С ней непросто и по сей день в Украине. Именно поэтому наше производство расположено за рубежом. Когда-то активно работали польские фабрики, однако после приватизации их закрыли. Большая часть сырья не очень высокого качества – китайское и узбекское. Даже Nike, Umbro и Adidas работают в Индии.

– Вам помогло футбольное образование?

– Я окончил Львовский институт физической культуры по специальности "футболист". Играл за львовский "Сокол", а потом появилась возможность переехать в Ровно. Поехал в гости к Василию Ищаку в Одессу, где он играл за "Черноморец", и там подхватил гепатит А. Это означало, что полгода мне пришлось избегать физических нагрузок. Тогда же в "Соколе" предложили административную работу. Вскоре поступило аналогичное предложение от "Карпат".

– Это была золотая эпоха. "Львов" тренировал Иштван Секеч, а на поле блистали Баль, Суслопаров, Батич и Юрчишин.

– За всю мою футбольную жизнь я особенно запомнил нескольких тренеров, которые оставили значительный след. Прежде всего это Секеч, который на первый план ставил дисциплину и порядок. Иштван Йожефович – великий интеллектуал, интеллигентный тренер. Также отмечу Николая Самарина. Возможно, он не очень изысканно общался, но был очень умным и умел заставить человека выкладываться на полную. Отдельно выделю Сергея Шапошникова – великий футбольный талант, который соединил науку и футбол.

– В то время в команде играл Иван Паламар, который впоследствии перейдёт в чемпионское "Динамо". Он признался, что от Секеча никогда не слышал ругательств в общении с футболистами. Это правда?

– Чистая правда! Мог намекнуть, но никогда не произносил грубых слов. В основном он обращал всё это в шутку, однако собеседник понимал, что имел в виду тренер. Я поддерживал связь с Иштваном Йожефовичем до последних дней. Он приглашал меня к себе, а я его во Львов. Не сложилось.

"Контракт Годвина был невыгодным"

– Одно из самых ярких воспоминаний о Practic – это горизонтальные полосы "Карпат" в сезоне 2002/2003. Чья это идея?

– Моя. Дело в том, что "Карпаты" всегда выделялись полосками. Мы хотели внедрить что-то новое, разработали специальный дизайн. Посмотрите старые фотографии – приятно, что у "Карпат" всегда был свой своеобразный стиль формы. Это нужно было продолжать, но в определенный период не все с этим согласились.

– Комментаторы жаловались, что горизонтальные полосы не позволяют четко разглядеть номер.

– На следующий сезон планировали сделать "окошко", где номер был бы лучше виден. Однако я ушел из клуба, а преемники не особо заботились о дизайне формы.

– Сейчас наличие двух футболок на каждый из таймов не является чем-то необычным. В начале 2000-х, когда вы занимали руководящую должность в "Карпатах" и были владельцем Practic, дефицита тоже не было?

– В советские времена существовал строгий лимит – две футболки на длительный период времени. А сейчас клуб сам решает, сколько ему нужно, и не испытывает серьезной необходимости. "Карпаты" в 2000-х тоже даже не задумывались об этом. Обменяться футболкой? Подарить болельщикам или друзьям? Никаких проблем, на замену мгновенно готовили новую.

– Вы не обращали внимания на случаи, когда 10 полевых игроков выходили в Practic, а Мацей Налепа, например, в Lotto?

– Это не имело особого значения. Единственное, что может сдерживать, – наличие специального пункта в контракте. У нас такого не было, никто это не контролировал. Во всяком случае, форма в футбол не играет (улыбается).

– Что не так с нынешними "Карпатами"?

– Понимаете, клубу нужна стабильность. Тренеры часто меняются, а на всё нужно время. В начале 2000-х, когда меня назначили генеральным директором, была похожая ситуация. У нас в распоряжении было 15 легионеров и 6 местных игроков. На бумаге это были неплохие футболисты, но "Карпаты" не демонстрировали должной игры. Я начал анализировать, почему так происходит. Результат пришел только тогда, когда команда состояла из местных игроков и имела слаженный состав.

– Нужно проявить терпение?

– Футболист – это не капуста. Посадил и ждешь, когда наступит время собирать урожай. Нужно действовать комплексно. Во Второй лиге у нас выступали 36-летние игроки. В Первой лиге то же самое. Мы почистили состав, заслуженных футболистов обеспечили работой в структуре клуба. В "Карпаты-3" отправили 18-летних, в "Карпаты-2" — только 21-летних. Результата действительно не было. Но мы навели порядок в школе, выросла производительность. Машина была запущена.

– Однако в 2004-м "Карпаты" вылетели.

– Но через два сезона вернулись с большим количеством клубных воспитанников. Была замена из местных ребят: Шуст, Петровский, Ищенко, Шмаков, Фещук. Следующее руководство допустило ошибку – многих ребят продали, а некоторые тренеры присвоили себе все лавры. Петр Петрович хочет видеть агрессивную команду. Но её не будет, пока не будут играть львовяне.

В моё время так бывало, что после проигранного матча украинцев в городе не увидишь, а легионеры отдыхают в "Венском кофе". Они – гастарбайтеры. Лучшее время — когда их было мало: Налепа, Самсон Годвин, которого привезли сюда ещё ребёнком, а потом добавили Батисту. Этого достаточно. Теперь приходишь на стадион и не успеваешь запоминать фамилии футболистов. Раньше ты точно знал, что под 2-м номером играет Иван Герег, под 11-м — Лихачёв, а под 7-м — Грещак.

– Кто именно привёз Годвина во Львов?

– Один из польских агентов. Клуб подписал контракт с безумными обязательствами, а мне потом пришлось их выполнять. Там были совершенно непонятные расходы – эта сделка не была выгодной, хотя Самсон принес пользу "Карпатам". В целом было много ошибок. Например, Налепу нужно было продавать в московский "Спартак". Он снизил свои требования, а за его спиной был перспективный Юрий Мартыщук, который впоследствии остановился в развитии.

– Годвин входит в список "гвардейцев" "Карпат", которые провели в зелено-белой футболке более двухсот матчей. Наряду с качественными легионерами во Львов приезжали такие игроки, как Ганц, Суковски и Сабиров. Почему у них не сложилось?

– Эту компанию приобрел Мирон Маркевич. Результата не было, и нам пришлось избавляться от этих легионеров оптом. Современные "Карпаты" идут тем же путем – берут всех подряд.

– Вы работали в эпоху раннего Петра Дыминского. Как складывались ваши отношения с президентом?

– Я привык оценивать человека по его отношению к футболу. Петр Петрович любит футбол. На протяжении многих лет Диминский, несмотря на все проблемы, поддерживает "Карпаты". Даже завод "Электрон" столько лет не спонсировал клуб. У каждого есть недостатки. Однако Петр Петрович хочет, чтобы во Львове была классная команда. Результат зависит не только от него. На мой взгляд, проблема возникнет, когда Диминский перестанет финансировать клуб.

– В случае несогласия с его позицией вы могли бы откровенно сказать президенту, что у вас другое мнение?

– Я всегда говорил обо всём открыто. У нас было много недоразумений. После одного из них я ушёл из "Карпат". Понимаете, вокруг футбола много людей, которые хотят говорить о нём, но не владеют ситуацией и не предлагают конструктивных решений.

– Вы оказывались между двух огней – как вам удавалось балансировать между Диминским и Маркевичем?

– У нас были хорошие отношения: с Маркевичем – дружеские, с Петром Петровичем – рабочие. Другое дело, что между собой они не всегда ладили, я старался избегать конфликтов и сглаживать углы между ними. Это было главной проблемой. Я никогда не вмешивался в процесс комплектования команды. Окончательное решение должен принимать тренер.

"Наиболее реальным кандидатом на должность тренера "Карпат" был Павел Янас"

– В 1999-м вы поехали в Бразилию. Это была ваша инициатива?

– Петр Петрович предложил мне такой вариант. Со мной должен был лететь Маркевич, однако впоследствии он отказался. Поездка оказалась полезной – я подробно изучил футбол в этом регионе, познакомился с местными функционерами и был готов договориться о переезде нескольких нападающих во Львов. Нам как раз нужны были игроки в линию атаки. Я наладил сотрудничество с местным клубом "Прудентополис". В этом регионе проживает много представителей украинской диаспоры, а президентом "Прудентополиса" был человек по имени Нельсон Борейко. Фактически языкового барьера между нами не было.

– Почему всё сорвалось?

– Маркевич не был особо заинтересован в бразильцах. Случилось так, что мою идею не поддержали "Карпаты", зато это сделал "Шахтер". Донецкие уже много лет работают на этом рынке, хотя первыми в Бразилию могли бы зайти "Карпаты".

– Кого именно вы предлагали "Карпатам"?

– Лиедсона. "Карпаты" отказались, а потом он на протяжении многих лет успешно выступал за "Спортинг". В тот момент, когда мы за ним следили, этот парень только начинал свою карьеру в Бразилии. Нам его предлагали за 180 тысяч, а позже даже киевскому "Динамо", правда, за два миллиона.

– В 2002-м во Львов приехала бразильская "Парана". В начале следующего года делегация "Карпат" должна была отправиться в Южную Америку. Еще один проект провалился?

– У нас была такая договоренность. К тому же мы планировали обмениваться 17–18-летними футболистами. Хотели и тренеров на стажировку отправлять в Бразилию. После меня туда ездил Петр Петрович, однако не знаю, почему всё сорвалось.

– Главным тренером "Параны" был Кайо Жуниор, который в 2016-м возглавлял "Шапекоэнсе" и погиб в масштабной авиакатастрофе. Какие впечатления от Украины остались у бразильцев?

– Они почувствовали на себе теплый прием, все были довольны. "Парана" ездила в Червоноград, выиграла в Украине все матчи. Один из игроков "Параны" даже должен был перейти в "Карпаты". В итоге его тоже отклонили.

– Когда "Карпаты" возглавил Лев Броварский, трансферную политику клуба называли "возвращением старой гвардии": Мизин, Сапуга, Чижевский вновь стали игроками "Карпат". У легенды на тренерском мостике тоже не всё сложилось.

– Ходили слухи, будто мы не доверяем местным кадрам. Раньше не всё получалось у Владимира Журавчака, а потом и у Броварского. Мы проиграли несколько матчей, я спросил Льва Рудольфовича, в чём дело. Броварский мне ответил: "Не знаю". Довольно странно было слышать такое от главного тренера.

К сожалению, у нас никто не готовит тренеров – все работают на том багаже, который они приобрели за время карьеры футболиста. В 2002 году я наладил контакты со знакомыми, которые работали в Милане. Даже планировали отправлять в Италию на стажировку тренеров. Снова всё сорвалось.

– После этого вы привезли во Львов Ивана Голаца. Впечатляющий послужной список в качестве футболиста, безумная харизма, замечательные человеческие качества. Впрочем, у сербского специалиста в "Карпатах", мягко говоря, не сложилось. Почему?

– Это один из тех тренеров, которые могли создать стабильный коллектив. И он сформировал команду. Да, она ещё не давала желаемого результата. Однако ему просто не дали времени.

– Были ли другие варианты, кроме Голаца?

– Их было немало. Наиболее реальный кандидат – Павел Янас. Он играл за французский "Осер", а затем возглавлял сборную Польши. Также был разговор с его товарищем Збигневом Бонеком, хотя о приглашении звезды "Ювентуса" конкретно речь не шла. Стефан Маевски, ещё один тренер "Кадры" – он лично звонил мне и выражал готовность возглавить "Карпаты".

"Как-то Йовичевич признался: "Меня здесь не понимают"

– Как вы узнали о Голаце?

– У меня был друг Марко Налетилич, который имел огромный опыт менеджерской работы в футболе, работал в "Милане". Я неплохо знал сербский язык, и мы как-то общались на тему тренера. Однажды он порекомендовал мне Голаца. Также Налетилич познакомил меня с Радомиром Античем, который дружил с Голацем и в свое время тренировал "Реал" и "Барселону". Кстати, Игоря Йовичевича в "Карпаты" рекомендовал именно Антич.

– В чём секрет Йовичевича, который был не просто "одним из многих", а чуть ли не за месяц выучил украинский язык и оставил своеобразный след в истории "Карпат"?

– Мы взяли его бесплатно, как свободного агента. Наша молодежь училась у Йовичевича. Более того, назначение Игоря главным тренером "Карпат" – отличный ход. Жаль, что его быстро уволили. Мне казалось, что Йовичевич просто не имел поддержки и помощи во Львове. Как-то он даже признался мне: "Меня здесь не понимают". Как минимум, можно было использовать его знания и контакты.

– Голац говорил, что "Карпаты" двигались в правильном направлении: "Мы не могли покупать игроков, которые стоили бы 10–15 миллионов, однако у нас был свой путь".

– Я убеждён, что он был идеальным кандидатом. Главная задача – создать коллектив. И Голац это сделал. Мы взяли нескольких лишних футболистов, в частности Сенада Тиганя. Начались проблемы.

– Тренер объяснял всё просто – он давал шанс Тиганю, а тот просто не забивал. Словенец, в свою очередь, очень негативно отзывался о Голаце. Тигань действительно портил коллектив?

– Да. Хотя на сборах Сенад много забивал, отлично показал себя в спарринге с "Удинезе". Там творил чудеса, а в чемпионате Украины ни одного гола не забил. Зато легко влился в команду Ерко Микулич, которого также порекомендовал тот же Налетилич.

– С лозунгом "Кубок Львову" может соперничать лишь традиционная задача сборной Украины начала нулевых – "Наша цель…". "Карпаты" Голаца вылетели уже в 1/32 финала, уступив армянскому "Титану".

– Это Кубок, сложно играть с командами из низших лиг. К жаре и безумному желанию крымской команды мы оказались не готовы. У нас ничего не получалось, дотянули до серии пенальти и там уступили. Поражение стало ударом для всех нас. Но нужно было терпеть, пожертвовать Кубком и не обращать внимания на локальную неудачу.

– Вы покинули "Карпаты" через полгода после отставки Голаца. Это была ваша инициатива?

– Прежде всего, мы не смогли прийти к согласию с Петром Петровичем из-за деятельности школы. Я был недоволен работой нескольких детских тренеров. Не понимал, почему родители некоторых учеников приезжают к тренеру с подарками, а талантливые дети остаются за бортом. Я предложил президенту: за каждого ребенка, дошедшего до первой команды, мы будем поощрять тренеров. У нас появились хорошие тренеры и перспективные дети. Кроме того, я за собственные средства организовал детскую лигу в Жолковском районе.

– В Карпатовской школе были ужасные условия.

– В первом разговоре её руководитель Богдан Цап сразу же об этом упомянул. Президент увеличил финансирование, клуб начал более рационально использовать деньги, и дети получали мячи и форму. Значительное внимание уделили полям. Не все помнят, как рядом с "Украиной" были свалки, стояла вода. Я нашел технику, организовал людей, и мы приступили к строительству полей. До этого школа тренировалась на асфальте возле стадиона. За два года был построен комплекс полей.

А ещё приобрели стадион "Прогресс" — мы оттуда год вывозили мусор. Навели порядок в Брюховичах. Когда приехали мои знакомые из Милана, они были поражены базой. На самом деле проблем осталось много. Когда я ушел, парковку недалеко от стадиона использовали под застройку жилыми домами. Клуб должен был заблокировать это строительство. Кроме того, база планировалась рядом со стадионом в парке, а в Брюховичи переехали бы воспитанники школы. Первой команде не пришлось бы ездить за город.

– После Голаца спасать команду взялся Маркевич. Вы верили в то, что очередное пришествие Мирона Богдановича спасет ситуацию?

– Это была моя идея. Нам просто некого было назначить. Я как бы помирил тренера и президента, появилось доверие. "Возвращаю Маркевича под твою ответственность", – сказал Петр Петрович. Прошло несколько месяцев, и я ушел из клуба.

"В таком хаосе, какой мы видели в "Карпатах", прогресс невозможен": почему немец из Гамбурга болеет за "зелено-белых"