"После матча я зашел в раздевалку и спросил, сможет ли кто-нибудь показать на карте Буркина-Фасо" Сергей Рафаилов – о "Заре" в Лиге Европы, "больных" из Мариуполя и Украине, которой неинтересен футбол
Первая часть интервью "Футбол 24" с генеральным директором "Зари".
– Сергей Васильевич, практически каждый день вы даете, если неинтервью, то комментарии. Не устали ли вы от журналистов?
– Я не так часто даю интервью, как вы могли подумать. Это все – ссылки и перепечатки. Тем не менее, я всегда открыт для общения, если это идет на пользу нашему клубу и футболу в Украине.
– Есть ли ресурсы или журналисты, которым вы принципиально ничего не комментируете и запрещаете это делать представителям "Зари"?
– Да. Я не даю интервью телеканалу "Футбол". И рекомендую это нашим футболистам. Предупреждаю, что это зафиксировано в регламенте – интервью только через пресс-службу. Телеканалу "Футбол" мы принципиально не даем ни комментариев, ни интервью, абсолютно ничего. Что касается остальных – да, периодически бывает.
Знаете, что мне не нравится в работе журналистов? Когда-то давно, ещё в прошлой жизни, меня приучили к другому. Моя работа также была связана с журналистами высочайшего уровня по меркам Советского Союза. Перед публикацией мне всегда приносили и показывали то, что написали. Я ставил под текстом подпись. Только после этого материал шел в печать или в эфир.
Сейчас всё по-другому. Журналист может по-своему интерпретировать высказывания того или иного человека. Более того, иногда слова вырываются из общего контекста. Несколько таких фраз — и интервью переворачивается с ног на голову. Или материал разбивают на части. Хотя, когда я даю интервью, то выстраиваю целостную картину.
– Какие вопросы могут вас раздражать, вывести из равновесия?
– Нет таких вопросов, если это разумные вопросы. Был такой журналист, который любил спрашивать: "Почему вы не играете в Луганске?" Раз 15. Ну что на такое можно ответить?
– Недавно вы зарегистрировались в Facebook. Первые впечатления?
– (Улыбается) Пока я ещё не понял, что это такое. У меня на это нет времени. В течение рабочего дня есть масса проблем, которые нужно решать. Наверное, я ещё не выстроил свой график таким образом, чтобы оперативно реагировать в Facebook.
Фото FootballHub
– Тем не менее, вы быстро сориентировались и ответили ироничным видео на троллинг Мариуполя. Так будет и в дальнейшем?
– Если кто-то будет задевать честь и репутацию нашего клуба, если это будет троллинг, то, думаю, мы обязательно ответим. Скажу больше: мы готовы к следующему выпаду со стороны Мариуполя. Они уже снова пошутили про реку, которая им по колено (имеется в виду "Ворскла", которая в 17-м туре ответила мариупольцам победой – 1:0, – "Футбол 24"). Наверное, в Мариуполе плохо знают историю. В этой реке даже шведы утонули.
– Сильно ли вас задел мем, где "Заря" изображена на поводке у "Динамо"?
– Ну как он меня мог задеть? По древней славянской традиции я не обижаюсь на больных и бедных. Такова культура этого человека – он сам себя задел. Когда мы играли в Мариуполе и я увидел эти баннеры про чайку, про "игру, ярче, чем звезды" – сразу всё понял. Даже сфотографировал это, выйдя из автобуса, и отправил президенту нашего клуба. Вместе посмеялись. Они сами себя троллили, а не нас.
– Вот эти мемы, скандальный гол "Вереса", лишивший команду победы… Считаете ли вы, что на "Зарю" оказывается давление с целью вытеснить её из топ-6, заменив именно Мариуполем?
– Не думаю, что это делается с такой целью. Просто тот арбитр – откровенно слабый. Я много о нём знаю. Знаю, чем он занимается. Такова моя работа – у меня много информации о людях, работающих в футболе. Поэтому знаю, что для Кривоносова, как и для многих других арбитров, судейство – это не основной источник заработка. Работа в УПЛ для него – скорее имиджевый ход.
Но меня возмутил комментарий куратора арбитров. Я бы хотел спросить у Лучи, что бы он писал и говорил, если бы Лунин получил серьезную травму? А ведь это – кандидат в национальную сборную Украины. Вот что бы он тогда говорил?! Кто бы тогда был виноват? Слава Богу, что все обошлось.
Возможно, это и хорошо с точки зрения судейского коллектива, что этот господин их защищает. С другой стороны – это идет во вред футболу. Нельзя ставить себя выше других — вот главный принцип для меня. Ни я, ни Лучи — не самые умные. Умение выслушать людей и принять правильное решение — дело сложное. Для этого нужно обладать интеллектом и порядочностью.
– Насколько тонкой была грань, отделившая Лунина от серьезных последствий? Что сказали медики?
– Удар, возможно, не был опасным. Но сам момент – это же динамика. Нога летит в голову или шею – трудно представить, что могло бы случиться.
– Помимо арбитров, "Заря" и сама допускала ошибки. Согласны?
– Конечно, конечно… Проблема в том, что мы кардинально изменили состав команды. Мы даже изменили возрастной барьер. Посмотрите: сейчас в основном составе "Зари" играют футболисты, которым по 18–19 лет. Причём они — на ключевых позициях. Те же Лунёв, Лунин. Очень молодая команда, несыгранная команда, неопытная команда.
Плюс — в последние годы у нас постоянные проблемы с обороной. Пригласили Пилявского, надеялись на него, а он не играет. Подписали Прийму — травмы. Получается, что у нас остаются три центральных защитника. Сваток — недостаточно опытен. Гречишкин — игрок скорее средней линии. Чечер — солидный футбольный возраст и травматизм. С тех пор как я в клубе, "Заря" ещё никогда так много не пропускала — разве что в первом-втором сезоне, когда команда только формировалась. И это при том, что у нас сейчас очень хороший вратарь. Если бы ещё и он не спасал — я даже не знаю, что бы мы делали. Плюс — у "Зари" серия очень серьёзных матчей. У команды есть характер, но нужно время.
Возможно, зимняя пауза пойдет на пользу. Ведь Андриевский еще не проходил с нами сборов, днепровские ребята, Прийма, Караваев, Громов — тоже. То есть, проблема есть. У тренера ещё не было возможности для экспериментов с составом. Сейчас это сложно делать, потому что в голове Вернидуба — результат и положение в турнирной таблице. Я его по-человечески понимаю. Но в то же время говорю: в этом и заключается тренерский интерес — каждый матч для тебя — новый вызов, испытание. К тому же Юрий Николаевич ещё достаточно молод, чтобы почивать на лаврах. Вместе с нами, вместе с футболистами он набивает шишки. Это — бесценный опыт. До сегодняшнего дня Вернидубу удавалось с честью выходить из затруднительного положения. Надеюсь, так будет и впредь.
– Как-то вы сказали: "У меня такая должность, что я часто вступаю в конфликты". Это изматывает, сказывается наздоровье?
– (Смеется) Об этом нужно спрашивать не у меня, а у тех врачей, которые меня обследуют. Хотя я крайне редко обращаюсь к ним. Возможно, лучше всего ответила бы моя жена. Что касается конфликтов, понимаете, да – у меня обостренное чувство справедливости. Наверное, не у всех должно быть такое отношение к работе, какое есть у меня.
Я не люблю, когда переворачивают то, что происходит, ставят с ног на голову. Например, с болельщиками у меня были конфликты ещё в Луганске – с вывешиванием баннеров и так далее. Конфликтовал с представителями власти, когда люди не совсем понимают, что нужно делать для того, чтобы был футбол, была команда. Такая работа. Я не могу спокойно сидеть и ничего не замечать — такого никогда не будет.
– Часто создается впечатление, что все – против "Зари"? Ведь "Динамо" не пустило вашу команду в Киев, "Шахтер" – в Харьков, Мариуполь троллит мемами, а во Львове у вас есть претензии к "Вересу"…
– Нет, такого нет. У каждого из перечисленных участников процесса есть свои интересы – клубные, корпоративные, личные. Считаю правильным, что каждый в рамках своей компетенции отстаивает интересы того места, где работает.
Вместе с тем у нас есть органы, которые должны были бы вмешаться. Это, прежде всего, ФФУ. Это – государство, если вы имеете в виду стадион в Киеве. Это же государственный стадион. Я тогда говорил и сейчас говорю: сомневаюсь, что "Динамо" оплачивает все 365 дней в году. По сути — это всего лишь 2 дня в неделю: день тренировки и день матча. А стадион же нужно за что-то содержать. Мы написали соответствующие письма, но государство не отреагировало.
Что касается Харькова – вообще непонятно. Мне генеральный директор (Палкин, – "Футбол 24") ответил, что это такая головная боль, и что они обойдутся там без нас. В Запорожье тоже интересная ситуация. Вот как я могу хотя бы попытаться вступить в конфликт, мол, не давайте стадион местной команде? Я говорю: давайте попробуем урегулировать вопрос так, чтобы поле было в надлежащем состоянии. Распределите по неделям. Но я же не содержаю стадион в течение года. Клуб оплачивает только предматчевые и игровые дни. За остальные дни платит община – она имеет право решать.
Я могу подписать договор и сказать — все, больше никого сюда не пускаем, "Заря" берет на себя полное содержание арены. Если так поступает "Динамо" — вопросов нет. Если так поступает "Шахтер" — вопросов нет. Я не знаю, как они договорились с владельцами этих стадионов.
– Несмотря на все проблемы, "Заря" стала чемпионом по симпатиям болельщиков в этом сезоне?
– Наверное. Поскольку здесь молодые футболисты, заметно, что у них есть жажда побед. Они меньше идут на компромиссы, меньше берегут себя. Это нравится болельщикам. Но, с другой стороны, не нравится мне (улыбается). Когда сначала загоняют себя в тупик, а потом на пределе сил, на нервах, в том числе и моих, вырывают эти ничьи или победы. Как я уже говорил, нужно время, чтобы приобрести опыт. Каждому футболисту нужно совершить определённое количество ошибок. Он их допустит, а потом будет играть. Помочь ему проанализировать эти ошибки — задача тренера.
– Повторное поражение от "Эстерсунда" поставило "Зарю" в очень неудобное турнирное положение. Так и не удалось разгадать загадочную шведскую душу?
– Знаете, да. Для меня это вообще непонятно. В Швеции я пообщался и с мэром города, и с президентом клуба. Мне было интересно, как живет эта футбольная команда, за счет чего она существует. А потом своим футболистам рассказал: максимальная зарплата в Эстерсунде – 6 тысяч евро. Причем без учета налогов. А налоги в Швеции – 47 процентов. По сути, они получают 3 тысячи. Наши ребята опускают головы и не слышат. Эта информация проходит мимо них. После матча я зашел в раздевалку и спросил, сможет ли кто-нибудь показать на карте Буркина-Фасо. Сомневаюсь, что они хотя бы слышали о существовании такой страны. Между прочим, в составе "Эстерсунда" выступает футболист из Буркина-Фасо.
Население этого округа – 180 тысяч человек. Никакой промышленности – только туризм. Ужасная дороговизна всего. Стадион – коммунальная собственность. Минимальная стоимость билета на матч – 35 евро (у нас – всего 1 евро). Зарплата – 2400 евро, на руки – 1900. Сходить в парикмахерскую – 50 евро. Пойти на прием к врачу, хотя у них есть страховка, – 50 евро. Поставить у стоматолога три коронки — 500 евро. При этом максимальная температура в квартире — 18 градусов. В конце месяца у них, возможно, остаётся 100–200 евро — нужно жить очень экономно. И при этом у них полный стадион! Сидят взрослые, а не эта шпана, которая у нас беснуется и непонятно что выкрикивает с трибун. Все – в шарфах. Один шарф стоит 20 евро. Одна программка к матчу — 3 евро. Раскупили всё!
Мы же не можем продавать программки, которые стоят 20 гривен. Хотя все уверяют, что так любят футбол, что он им так интересен! Парадокс…
– Матч с "Атлетиком" станет своеобразным финалом. Будете ли вы стимулировать своих футболистов дополнительной премией за победу?
– А зачем? За что? Откуда это взялось? У них есть зарплата. За что они её получают? Я уже давно говорю: если есть премия за хорошую игру, то что должно быть за плохую? У них есть хорошая премия за набранные очки от УЕФА. Пусть выходят и набирают – получат деньги. За две предыдущие победы игроки уже её получили, хотя клуб – ещё нет.
– Насколько успешно продаются билеты на матч с Бильбао?
– Сегодня я поинтересовался – продано 3100 билетов (разговор состоялся в субботу, – "Футбол 24"). Это очень мало. Но учитываем, что это – поздний матч, рабочий день, погода… Если нам удастся достичь цифры в 10 тысяч, которая посетила домашний матч с "Гертой", это будет очень хорошо. Когда мне говорят, что Львов — футбольный город, я на самом деле вижу совсем другое. Это все — популизм.
Но здесь есть объяснение. Стадион построен крайне неудобно. Доехать туда, а тем более уехать оттуда — проблематично. Я спрашивал у городских властей и узнал, что территория вокруг "Арены Львов" будет застраиваться. Поэтому есть надежда, что там будет жить больше людей, а соответственно и транспорт будет курсировать лучше.
В Берлине, к слову, стадион также расположен не очень удобно. Наш матч посетили около 20 тысяч зрителей. Та же проблема — с детьми не придешь, а утром нужно на работу. В Одессе стадион в самом центре города — вот туда на нас ходили. Во Львове же — так себе. Но я хочу, чтобы львовяне задумались — когда ещё они увидят в своём городе матч еврокубков. Возможно, очень нескоро. "Шахтер" там не играет. Мы — тоже неизвестно. Сначала нужно туда попасть на следующий сезон. Тем более, экономику никто не отменял.
Вернусь к Эстерсунду. Население города — 40 тысяч, из них 9 тысяч пришло на стадион. Фактически, каждый четвёртый. А мы в Киеве, при 3,5 миллионах населения и 1,5 миллионах приезжих, не можем собрать полные трибуны. Даже каждый тысячный не ходит на футбол! Какая же мы футбольная держава после этого? Вот эти жалобы "у нас стадионы плохие"… Да у нас нормальные стадионы! "Билеты дорогие"? "Наши плохо играют?" Но ведь приезжают иностранные клубы, где футболисты играют хорошо, но болельщики всё равно не приходят. Значит, причина в другом.
В Бильбао я спросил президента "Атлетика": "Как вы доносите до болельщиков информацию, что сегодня команда будет играть с "Звездой"?". Ответ: "Никак. Мы в начале сезона напечатали календарь, разместили на сайте и всё". Когда мы приезжаем в Европу, я говорю своим: "Кто найдет объявление о нашем матче — сразу дам 100 долларов". За 4 года никто ничего так и не нашёл. Во Львове же мы расклеивали по 1000 и 500 объявлений, крутили информацию на шести радиостанциях в течение 10 дней, а люди всё равно не ходят. Значит, нам футбол неинтересен.
– Насколько реален вариант, что следующий еврокубковый сезон примет Запорожье?
– До поездки в Эстерсунд у меня были большие претензии к инфраструктуре "Славутич Арены". Но когда я увидел, что при тех проблемах, которые есть у шведов, им разрешают принимать еврокубки, понял – в Запорожье стадион лучше. Единственное – у нас здесь нет автостоянки. Я разговаривал с властями, варианты выхода из ситуации есть. В Эстерсунде нет даже такого зала для пресс-конференций, какой есть здесь. Я уже не говорю об отсутствии VIP-ложи, хотя это — требование УЕФА.
Есть один нюанс. Им разрешается многое, а нам — ничего. К нам — предвзятое отношение. Все эти лозунги о том, что нас ждут и хотят видеть, не соответствуют действительности. В Берлине, например, видеоповторы показывали на табло. Я всё жду, будет ли какой-то штраф для "Герты". А ещё немцы запускали ролик из творчества Санина-Мариуполя. Типа: "Забудьте об очках, они останутся на этом поле".
Перед домашними матчами я сам помогал отрывать этикетки с бутылок "Моршинской" — по 200 литров завозят каждой из команд. Реклама же запрещена. Когда мы на выезде, делегаты смотрят на нарушения хозяев сквозь пальцы. Возможно, нас хотят чему-то научить. Но скажу, что им стоило бы поучиться у нас. Представители УЕФА это уже знают. Они видят, с каким небольшим количеством людей мы справляемся в матчах самого высокого уровня. Умеем работать, когда хотим.
Продолжение следует.
Во второй части интервью "Футбол 24" Сергей Рафаилов расскажет, что ждет "Зори" во время зимнего перерыва, затронет вечную тему ЛГБТ, признается, обижен ли он до сих пор на Евгения Левченко, а также вспомнит два случая, когда балансировал на грани жизни и смерти.