"Меня не выпускали из России, самолет ждал целый час": выбил "Спартак" из ЛЧ, играл с отцом Цыганкова, забивает в возрасте 50+
Интервью "Футбол 24" с нападающим Русланом Любарским, живой легендой соседней Словакии.
В его речи слышен словацкий акцент. И это неудивительно, ведь связь Любарского со Словакией длится уже более 30 лет. Она дала ему всё – стремительное развитие футбольной карьеры, возможность заявить о себе в Лиге чемпионов. Она дала ему известность, славу, достаток и даже любимую жену. А Любарский отблагодарил тем, что самоотверженной игрой вывел словацкий клуб впервые в истории в групповой турнир Лиги чемпионов, к тому же забил там первый гол. О доброй сотне "простых" мячей упоминать, пожалуй, излишне – этнический украинец давно вошёл в символический Клуб Олега Блохина.
Сейчас Руслан перешагнул шестидесятилетний рубеж, однако до сих пор находится в прекрасной физической форме. Более того, он продолжает выходить на поле и регулярно забивать! И хотя это пятая, полулюбительская лига чемпионата Словакии, такой энтузиазм Любарского заслуживает самого высокого уважения.
"Динамо с детства было любимой командой"
– Руслан, найти вас нелегко. В Facebook и Instagram вас нет…
– Действительно, в Facebook меня нет. В Instagram у меня есть аккаунт, зарегистрированный на словацком языке.
– Ваших интервью для украинских СМИ крайне мало. Вы отказывались, или никто не пытался с вами связаться?
– Последний раз я разговаривал с украинскими журналистами, когда началась война. Не помню, правда, с кем именно. Видимо, причина невысокого интереса в том, что в Украине я играл мало, фактически закончил там свою карьеру на высоком уровне. А остальное время выступал за рубежом.
– Вас часто вспоминают по матчам квалификации Лиги чемпионов против "Спартака" в 1997-м, когда "Кошице" выбил москвичей из турнира. Вы сыграли против них настолько вдохновенно, словно знали, что произойдет в далеком будущем.
– Меня мотивировало то, что во времена Советского Союза между "Спартаком" и киевским "Динамо" существовало серьёзное противостояние. Я ещё маленьким мальчиком очень сильно болел. Потом подрос и воплотил свои мечты (улыбается). Смог на таком же высоком уровне сыграть против "Спартака".
– После такого удара Романцев не приглашал вас в Москву?
– Нет, не приглашал.
– А другие российские клубы интересовались?
– Нет, с российскими клубами я никогда не контактировал. Была другая история. Когда "Кошице" ехал в Москву на ответный матч, меня в аэропорту не хотели впустить в страну. У меня тогда ещё было украинское гражданство, и они устроили какую-то проблему. Вся команда, вся делегация, которая летела с нами, была вынуждена ждать целый час. А когда мы возвращались домой, то не хотели выпускать (улыбается). Все целый час ждали меня в самолете.
– Конец 90-х – это пик вашей карьеры. Неужели и из киевского "Динамо" не было представителей?
– Нет.
– Странно, ведь в команду приглашали легионеров даже из какой-то калининградской "Балтики", а тут – украинец, забивает в Лиге чемпионов…
– Трудно мне сказать. Действительно, тогда был пик… Шёл к нему из киевского ЦСКА. Сначала – "Хемлон", который вышел в Высшую словацкую лигу. Отыграл здесь 3,5 года, мы завоевали Кубок Словакии, а я стал лучшим бомбардиром того розыгрыша – забил 9 мячей. Затем перешёл в "Спарту" (Прага), там выиграл титул чемпиона Чехии. Вернулся в Словакию, в Кошице, а дальше – Лига чемпионов…
– "Динамо" было вашей любимой командой?
– С детства. Я ходил с отцом на такие крупные матчи, как против "Барселоны" с Куманом в начале 90-х.
"Безсонов и Демьяненко научили многим тонкостям"
– Вы родились в старинном городке Бар в Винницкой области. Много исторических памятников, красивая природа. Когда в последний раз туда приезжали?
– Даже не помню, сколько лет назад. Тогда, когда меня пригласили на вручение награды Клуба Олега Блохина. Поэтому заодно заехал туда.
– Родственники в Баре ещё остались?
– Нет, уже нет.
– Фамилия Любарский, случайно, не имеет польских дворянских корней?
– Не могу ответить, хотя мне и раньше говорили, что оно имеет польское происхождение.
– В киевском ЦСКА, вашем первом клубе, вы проходили военную службу. Сколько там было "армейщины", а сколько – футбола?
– Первый год я отслужил в спортивной роте в Гайсине в Винницкой области. В Киеве проходил чемпионат Украины среди спортивных рот. Там я "засветился". Меня заметили и перевели в столицу, так что второй год я служил уже в ЦСКА. Здесь я фактически занимался только футболом.
– Команду возглавлял Владимир Безсонов. Чему вас научили легенды "Динамо"?
– Безсонов тренировал, а также немного Демьяненко. Они научили нас многим футбольным тонкостям. Несмотря на то, что игровую карьеру уже закончили, с удовольствием показывали нам, как работать с мячом.
– Тогда было модно ехать в Россию, некоторые направлялись в чемпионат Польши. Вы же выбрали Словакию. Не очень популярное направление, как для тех времен.
– Согласен. В Хемлоне тогда выступал брат Андрея Баля – Орест, который фактически заканчивал карьеру. Команда как раз пробилась в высший дивизион и стремилась усилить состав. Очевидно, Орест поинтересовался у Андрея, а Андрей обратился к своим товарищам – Безсонову и Демьяненко: "Кого можно взять в Высшую лигу?"
В Словакию нас отправилось четверо, уже не помню их фамилий. Я остался в Гуменном, а остальные ребята оказались неподалеку, во Вранове — в третьей по силе лиге.
– Прешовский край – это этнические украинские земли. Приехав в Гуменное, встретили ли много украинцев?
– Честно говоря – нет. Здесь не было много украинцев. Не припомню, чтобы с кем-то пересекся.
– В финале Кубка Словакии-96 вы отличились голом, а "Хемлон" обыграл "Спартак" Трнаву – 2:1. Какие воспоминания об этом триумфе?
– В первых двух сезонах среди элиты нашей главной заботой было сохранение прописки – мы старались не вылететь. Постепенно сложилась хорошая команда. Хотя никто и не думал, что мы сможем выиграть финал у "Трнавы". Еще до матча "Спартак" вел себя так, будто Кубок Словакии уже у них в кармане. Мы показали очень хороший футбол. К тому же играли буквально в 25 километрах от Гуменного, приехало много наших болельщиков. Поэтому "Хемлон" получил ощутимую поддержку с трибун и на 100 процентов заслуженно победил.
"Нас называли "кошицкими тиграми"
– Вас сразу же подхватила пражская "Спарта". Во сколько обошёлся трансфер?
– Я об этом не задумывался. Но, кажется, за меня заплатили около полумиллиона евро.
– Соответственно, зарплата выросла в разы?
– Конечно.
– До вашего прихода в "Спарте" блистал Виктор Двирник. Вы знакомы?
– Я с ним не знаком. Но по слухам знаю, что Виктор Двирник тоже играл в Гуменном. Меня о нём и тогда спрашивали, и сейчас. Кроме Двирника здесь играл Орест Баль, а также Игорь Яворский. Отзывы о них всех хорошие. Постоянно хвалят: "Это были очень хорошие украинцы".
– Вы переехали в Прагу, а Павел Недвед тем временем взял курс на Рим – в "Лацио". Еще успели пересечься?
– Нет. Я играл с такими звездами, как Вратислав Локвенц, Иржи Ярошик, Иван Гашек (нынешний главный тренер сборной Чехии).
– Кто был самым талантливым?
– В тот период они все были очень талантливы. Играли за сборную Чехии, которая заняла второе место на Евро-96, уступив Германии в финале.
– С кем вы конкурировали за место в основном составе?
– Я играл на позиции крайнего полузащитника, а также нападающего, поэтому трудно ответить. Главная проблема заключалась в том, что я пришел в "Спарту" за неделю до старта сезона. Команда уже вернулась со сборов, у неё был наработанный состав. Поэтому пробиться было сложно. С другой стороны – я ещё был молод, набрался бесценного опыта. Это помогло мне делать следующие шаги в карьере.
– Чешского пива выпили много?
– Я тогда пиво ещё не так много пил. Да и времени на это не было. На таком уровне у игроков нет времени на такие вещи. Конкуренция и всё такое.
– Президент "Спарты" параллельно руководил ещё и "Кошице". Чем он вам запомнился?
– Это был очень интеллигентный, интересный человек. Заботился о своих командах. В Кошице у нас было много футболистов сборной Словакии. Когда мы возвращались после матчей в Братиславу, он посылал за ними самолёт — чтобы они как можно скорее прибыли в Кошице, отдохнули и подготовились к следующей игре. Он жил футболом.
– Над трибунами вашего стадиона возвышалась огромная голова тигра. Какое впечатление это производило на соперников? Боялись?
– Думаю, да (смеется). Нас называли "кошицкими тиграми", на эмблеме клуба этот зверь тоже был изображён.
"Мне предлагали сборную Словакии"
– Кошице стал первопроходцем словацкого футбола в групповом турнире Лиги чемпионов. И жеребьёвка сразу же выпала вам "группа смерти" – "Ювентус", "Манчестер Юнайтед", "Фейеноорд". Это же космос!
– Ничего лучшего мы и пожелать себе не могли. Это были гранды мирового футбола.
– Вы забили первый гол словацких клубов в групповом турнире ЛЧ – причем самому "Ювентусу"! Помните в деталях, как посылали мяч в сетку ворот Перуццы?
– Такие моменты не забываются, ведь не каждый день в Лиге чемпионов забиваешь. Арбитр назначил штрафной. Душан Тот обладал хорошим, мощным ударом. Он пробил, а Перуцци отбил мяч перед собой. Мне оставалось добить в ворота.
– "Юве" был командой звёзд – Конте, Дель Пьеро, Индзаги. Но, конечно же, среди них выделялся Зидан.
– О Зидане много говорить не нужно. Все, кто хотя бы раз видел, как он играет, знают, на что он способен. Очень техничный. Мастер футбола. У них была прекрасная команда, но мы, могу сказать, тоже создали немало моментов. Возможно, если бы мы были такими же эффективными, как "Ювентус", то могли бы и выиграть. Однако соперники на таком уровне – каждый момент сразу же превращают в гол. А мы свои шансы упустили.
– Среди игроков "МЮ" уже не было Эрика Кантона, который тогда внезапно завершил карьеру. Но хватало других знаменитостей…
– Через два года "Манчестер" выиграл Лигу чемпионов в финале с "Баварией". Команда была практически той же самой. У них были великолепные нападающие – дуэт Йорк и Коул. Мне запомнилась игра Бекхэма, Гиггза, Скоулза. На замену выходил Шерингем. В воротах стоял Шмейхель. Каждое имя – это отдельная история. От первого до восемнадцатого игрока (улыбается).
– Из сборной Украины вам не звонили?
– Мне предлагали сборную Словакии. Однако у меня тогда ещё не было словацкого гражданства. Чтобы его получить, нужно прожить в стране пять лет.
– Потом к вам потеряли интерес?
– Меняются и тренеры, и некоторые другие вещи. Да и я исчез из поля зрения, когда на четыре года уехал играть в Израиль.
"Греческие фанаты начали ломать стулья"
– В Израиле вы, наверное, впервые узнали, что такое воздушная тревога и ракетные атаки?
– Воздушных тревог я тогда не застал. Но как-то в течение года в нашем городе Нетания произошло четыре террористических акта. Это были террористы-смертники. Тогда ещё и США вели войну с Ираком, в Тель-Авиве развернули противоракетную оборону. Нам же выдали противогазы. Приходилось с ними постоянно передвигаться по городу.
– Тренировались ли вы также с противогазами?
– К счастью – нет (улыбается).
– В чём заключалась разница между словацким и израильским футболом?
– Израильский чемпионат мне очень понравился. У них довольно много техничных игроков. А у нас как раньше играли? Очень много передач назад, пока не решатся перейти в атаку. А во времена Союза ещё могли своему вратарю в руки отпасовывать. Если кто-то забил первым – то так 1:0 часто и заканчивали. Зато в Израиле сзади долго не задерживались – быстро и технично преодолевали расстояние до ворот соперника.
– После "Маккаби Нетания" вы оказались в Украине. Первым заинтересовался "Днепр"?
– О "Днепре" я ничего не знаю.
– То есть сразу был запорожский "Металлург" — и вы согласились?
– Да. Связались с моим менеджером и спросили: "Не хочешь перейти в Запорожье?"
– После застоя эпохи Кучмы страна ожила при Ющенко и начала постепенно развиваться. Но всё же вы, как человек, проживший много лет в Словакии и Израиле, заметили пропасть между Украиной и Европой?
– Конечно. И хотя я родом из Украины, потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть. Имею в виду и футбол, и быт. Мне не нравилось, что постоянно приходилось находиться на клубной базе. Почему-то боялись, чтобы ребята не выходили в город. В Израиле было по-другому. За четыре года мы заезжали на базу раз два – перед выездами в Беэр-Шеву. В остальных случаях, если играли матч чемпионата в субботу, то в пятницу потренировались, а за два часа до игры приехали на машинах – и всё.
– В "Металлурге" вы сменили четырех тренеров – Яремченко, Чанцева, Грозного и Ященко. С кем было сложнее всего?
– Не могу сказать. Сложно судить.
– Приехав в Украину, вы стали гораздо реже забивать. С чем это связываете?
– Много времени уделялось игре в обороне. Я мог играть на позиции нападающего, но в "Металлурге" мне отвели позицию только крайнего полузащитника.
– Три матча за "Металлург", которые вам запомнились больше всего?
– Игра против киевского "Динамо" в финале Кубка Украины-2006. А также два матча в Кубке УЕФА с "Панатинаикосом". Там мы сыграли 1:1, но потом дома уступили 0:1. Помню, греческие фанаты были очень недовольны игрой своей команды, начали ломать стулья на трибунах и бросать их вниз. Не хотели пропускать игроков в раздевалку. Жаль только, что мы не сыграли на Олимпийском стадионе в Афинах. Там как раз проходили легкоатлетические соревнования. Поэтому матч перенесли куда-то неподалеку, в другой город (в Пафти, – Футбол 24).
"Половина Словакии разделяет взгляды Фицо"
– После Украины вы возвращаетесь в Словакию, к своему дому и семье. Как и когда началась ваша история любви с госпожой Моникой?
– С Моникой мы поженились, ещё когда я был в Гуменном. Мы познакомились в городе, и так всё и закрутилось. Моника побывала со мной практически везде – в Праге, Кошице, Израиле, Украине. У нас уже есть взрослый 28-летний сын, а также 13-летняя дочь Александра. Сын немного занимался футболом, но гораздо больше увлекается компьютерными технологиями.
– Вы играли на профессиональном уровне до 42 лет. Могли бы и дольше?
– А я еще играю (смеется). Это пятая лига Словакии. Выступаю в качестве играющего тренера. В том сезоне забил 15 или 16 мячей. Мне уже 50 лет, но пока еще играю.
– Читал, что в Словакии вы настоящая суперзвезда, как минимум – в Гуменном.
– Когда-то – да. Но, как я говорю сейчас, это было давно и неправда (улыбается).
– Чем-то ещё занимаетесь, кроме футбола?
– Нет, только тренирую команду и играю.
– В мае произошло громкое покушение на словацкого премьера Роберта Фицо. Шок для страны?
– Определённый шок действительно был, потому что мы не привыкли к таким инцидентам, когда стреляют в премьера.
– Те словаки, за которыми вы наблюдаете, понимают, кто такой Путин и русские, или пока нет?
– Страна разделена пополам. Половина людей очень хорошо это понимает и стоит на стороне Украины. Среди них – я и моя семья (улыбается). А другая половина разделяет взгляды Фицо – она не понимает или не хочет понимать. Восточная Словакия, которая расположена ближе к Украине, как раз не понимает.
– Ваш давний друг Андрей Глущенко рассказывал мне, что вы очень переживаете за Украину.
– Я был в шоке, когда два года назад началось российское вторжение. Не спал по ночам, сидел у телевизора, смотрел все новости. Очень боялся, что Украина падет. Слава Богу, государство выстояло в самые сложные первые времена. Теперь надеюсь, что как можно скорее выиграем эту войну. Андрею Глущенко действительно часто звоню. С Тарасом Лазаровичем на связи. С Глущенко мы дружим, всегда были вместе на всех собраниях, мы одного года рождения, 1973-го. Передаю привет всем нашим ребятам!
"Степаненко — хороший парень. Передаю ему привет"
– Через несколько дней стартует Евро-2024. В Словакии ощущается футбольный бум, или всё-таки страна больше хоккейная?
– И хоккей, и футбол здесь популярны – 50 на 50. Хоккей – зимой, футбол – летом. Все меня сейчас спрашивают: "Что и как? За кого будешь болеть?". После матча Германия – Украина говорят: "У нас очень сильный соперник".
– Как оцените современную сборную Словакии? Кого нам стоит опасаться?
– Команда немного изменилась. Лидеры сборной – Гамшик и, ещё раньше, Шкртел – уже ушли со сцены. Есть Шкриняр, Лоботка из Неаполя. Впереди играет неплохой нападающий пражской "Спарты" Лукаш Гараслин. Еще назову Суслова и Дуду из Вероны.
– Действительно, есть несколько игроков из итальянского чемпионата, плюс главный тренер – итальянец Франческо Кальцона. Словакия играет в стиле "Скуадры Адзурры"?
– Я бы так не сказал. В отборе на чемпионат Европы начали плохо, но потом нашли свою игру и вышли из группы без лишних проблем. Кальцону критиковали, но с каждым матчем команда выглядела всё убедительнее.
– А кого из нашей сборной больше всего боятся словаки?
– Говорят, что Украина – очень сложная команда и с ней будет тяжело. У меня нет возможности часто смотреть матчи украинской сборной. Сейчас эта ситуация изменится. Для себя выделяю Цыганкова. Я когда-то ещё с его отцом играл в любительском чемпионате Украины за Винницкую область – Виталик был вратарём. Виктор прекрасно зарекомендовал себя в Жироне. Как и Довбик.
Не знаю, будет ли играть Степаненко или нет. Тарасик — опытный игрок, а я помню его по запорожскому "Металлургу". Они тогда с Кривцовым только начинали, ещё совсем молодые парни. Степаненко — хороший, скромный, интеллигентный парень. Передаю ему привет.
– Вы – этнический украинец, но Словакия – ваш дом, она дала вам практически всё. Так за кого будет болеть ваше сердце в матче 2-го тура?
– Мое сердце будет болеть… если честно… за Украину! (Улыбается). Но иногда я отвечаю людям дипломатично: кто будет лучше – тот пусть и победит. Больше всего я буду доволен, если из группы выйдут обе сборные. Фаворит – Бельгия, у остальных команд – равные шансы. Правда, уже столько лет хвалят этих бельгийцев, "золотая эра", а они пока ничего не выиграли. Группа — нормальная, ведь есть гораздо более сложные квартеты. Перед Украиной и Словакией открыты все двери.