Игорь Шопин: Роман Зозуля бывал в нашем регионе, в Луганской области, приезжал к ребятам, и я его очень уважаю

Футболисты в политике — явление вполне привычное в современном мире. В Украине путь со стадионов в кабинеты власти прошли также несколько вчерашних любимцев футбольных болельщиков. Однако это были скорее случайные вспышки, и реализовать себя в служении народу должным образом не удалось никому.

Игорь Шопин в сильнейшем украинском футбольном дивизионе провел почти две сотни матчей. Сейчас у него новый вызов и забота – руководство 10-тысячным населенным пунктом.

Экс-игрока луганской "Зари", харьковского "Металлиста" и ужгородского "Закарпатья" нельзя назвать шаблонным политиком, и его личность невозможно охарактеризовать одной из общих категорий. За спиной Шопина — переоценка собственных взглядов, война, разочарование, история с похищением и ежедневная борьба. Возможно, даже более жесткая, чем на футбольном поле.

"К радикальным шагам подтолкнули события на востоке Украины"

– Игорь Викторович, как выглядел ваш путь из футбола в политику?

– Все, как в поговорке "не было бы счастья, да несчастье помогло". Я жил в Луганске, однако из-за военных действий был вынужден покинуть дом. Вариантов с новым жильем было немного, поэтому отправился к родителям на неоккупированную территорию. Увидел все эти ужасные процессы собственными глазами, все эти псевдореферендумы... Погрузился в политику и решил что-то изменить. Получилось – люди поверили мне.

– Как долго вы являетесь поселковым головой Новоайдара?

– Уже полтора года – с октября 2015-го.

– Когда вы были футболистом, могли ли вы подумать, что судьба так сложится и вы станете политиком?

– За всю свою жизнь я был на выборах всего три раза. И, как вы понимаете, только голосовал, а не участвовал в качестве кандидата. Однозначно, с политикой себя никогда не связывал.

– У вас не было ни опыта, ни знаний – вместо успешных шагов в политике только сотни матчей в футболе. Кто помог вам с началом?

– Я сотрудничаю с народным депутатом Виталием Курилом, мажоритарщиком из Луганской области. В своё время он был ректором Луганского национального университета имени Тараса Шевченко. Он благословил меня и сказал: "Не бойся ничего, с трудностями справимся вместе". Так начался мой политический путь.

– Вы не жалеете, что тогда его послушали?

– Нет, ведь получил колоссальный жизненный опыт. Узнал, как работают государственные механизмы.

– Когда вы поняли, что нужно брать всё в свои руки и менять систему?

– Точно не вспомню момент, но это произошло в 2015 году. Меня подтолкнули к радикальным шагам все эти события на востоке Украины, и ситуация просто заставила меня вмешаться в этот водоворот.

– У вас были серьёзные конкуренты на выборах. Предыдущий глава поселка Новоайдар Кравченко и бывший руководитель Новоайдарской районной организации "Партии регионов" Бабенко – настоящие акулы в политике. Что вы могли им противопоставить?

– Мой главный козырь – мое происхождение. Я родился в этом поселке, меня здесь знает большинство населения. В Новоайдаре родился мой прадед. Мои конкуренты – приезжие, хотя и давно здесь живут. У них нет корней. "Партия регионов" взяла их за уши, назначила сюда, и они годами здесь господствовали.

– После победы на выборах вас ждало еще одно испытание. Какие методы применяли, чтобы выгнать из собственного кабинета предшественника, который не хотел уступать?

– Всё это напоминало юмористический сериал "Слуга народа". Использовал только законные методы. Территориальная комиссия проводит заседание и официально объявляет результаты выборов. Предшественник пытался подговорить нескольких депутатов, чтобы они сложили полномочия, и в таком случае для проведения сессии не хватило бы кворума.

– Однако всё обошлось?

– Несколько депутатов все-таки поддались на провокации, но большинство не согласилось, и мы набрали 2/3 голосов.

– Ваши конкуренты воспринимали вас всерьёз или имела место недооценка?

– Угроз не было. Они думали, что за них проголосуют автоматически. Я общался с людьми, работал с населением. Было даже так, что я завоевал доверие тех избирателей, которые во меня не верили. Мне приятно делать что-то хорошее для родного поселка. Вот сейчас парк построили на пустом месте.

– Одна из характеристик европейского политика – возможность свободно передвигаться по улицам и уверенно смотреть в глаза жителям. Вы способны на такое?

– Я полностью открыт и часто хожу пешком. На работу часто добираюсь без автомобиля, на обед выхожу погулять. Мне постоянно обращают внимание – вот лужа, там тротуар плохой... Средств не всегда хватает, а дороги у нас не очень хорошие. Знаю об этих проблемах, работаю над их решением.

– В конце 2014 года в прессе появилась громкая история о вашем исчезновении. Писали, что местные правоохранители задержали вас и обвинили в сепаратизме. Вы сбежали из плена и впоследствии рассказали о том, что с вами пытались свести счёты.

– Да, был такой эпизод, однако в сепаратизме меня не обвиняли. Просто организовали всё это с целью наживы. Могу сказать, что уже состоялся судебный процесс, по итогам которого инициатора этого похищения уволили из милиции. Еще двух человек я простил, если так можно выразиться. Пусть служат Родине.

– Сейчас вы чувствуете себя в безопасности?

– Проблем больше не было. Надеюсь, что да.

– Часть жителей Донбасса брала оружие в руки и шла воевать за Украину. Еще раньше дончане и луганчане ехали на Майдан. У вас таких мыслей не было?

– На Майдан я хотел поехать, но рядом не было людей, с которыми я мог бы совершить эту поездку. Возможно, это отговорки, но такие мысли были. Что касается оружия, то это вопрос очень сложный. Я для себя до конца на него не ответил. Если бы военные действия начались у нас на территории района, то однозначно взял бы оружие в руки. Сейчас вступил в наш местный отряд самообороны.

– Ваш поселковый совет оказывает помощь тем людям, которые находятся на передовой?

– Да, периодически помогаем. Сейчас чуть меньше. Во-первых, многие из моих товарищей уже демобилизовались, происходят ротации. Кроме того, материальное обеспечение армии улучшилось. Раньше поставляли воду, технику, продовольствие. Если кто-то сейчас обращается, то мы не отказываем.

– У вашего коллеги Мишеля Терещенко, мэра Глухова в Сумской области, очень интересная история, в какой-то мере похожая на вашу. Ему удалось опередить серьёзных соперников в борьбе за власть. Он неоднократно в интервью рассказывал о постоянных препятствиях со стороны местных политиков. Вам часто мешают в работе?

– Не всем нравятся позитивные изменения. Продолжается процесс децентрализации, и наша община уже объединилась, ожидаем назначения первых выборов. Мы работаем, обеспечили поселок освещением, установили 2 тысячи осветительных объектов. Старая гвардия, которая сидит уже 15 лет в райгосадминистрации, чувствует, что остаётся не у дел. Поэтому и словом, и делом нам мешают. Наверное, так будет всегда.

"Взрослые мужчины, а что-то про Бандеру придумывают"

– Футболист всегда гордится своими голами, а о политике говорят его добрые дела. Можете похвастаться какими-то общественными достижениями?

– Я решил рискнуть и построить мост через реку Айдар. Это было исключительно мое решение, и оно было непростым. Люди не соглашались, на четыре месяца у нас возникли проблемы с передвижением. Непросто было найти подрядчика, однако мы всё успешно завершили. К положительным моментам также отнесу организацию парка и семи детских площадок. Кроме того, возродил футбольную команду, которая впервые за последние 10 лет заявилась на областной чемпионат.

– На поле не выходите?

– В половине матчей играл. В новом сезоне, пожалуй, продолжу по тайму выходить в составе, ведь игроков у нас немного не хватает.

– У вас есть хорошая возможность наблюдать за изменением взглядов населения. Динамика положительная?

– За последний год многие люди, которые не поддерживали Украину, изменили свои взгляды. Конечно, процентов 20 все еще считают Россию братской страной. Раньше их было 50–60%.

– Ваши взгляды на протяжении жизни, наверное, тоже менялись. Помните ли вы свой путь к осознанию собственной идентичности как украинца?

– Я осознал свою украинскость в 2013-м, когда началась Революция Достоинства. Просто видел, что делает власть во главе с Александром Ефремовым в Луганской области. Настоящее ограбление людей, присвоение бизнеса. Бюджетников цинично загоняли на публичные мероприятия. К моему великому сожалению, я понял это лишь перед самым Майданом.

– А до этого было равнодушие?

– Нет, такого не было. Скорее даже, в 2011 году, когда я закончил футбольную карьеру, погрузился в другую жизнь. Приехал в Луганск после поездок по другим городам и увидел ужасную картину. Например, у моего отца есть небольшой магазин, который местные власти хотели отобрать. Я знаю, как все это происходит изнутри. Именно тогда я занял активную жизненную позицию.

– Как к этому относилось ваше окружение?

– Я работал в Луганском спортинтернате и удивлялся – взрослые мужики, а что-то про Бандеру выдумывают. Вы же поездили по стране, видели, как все на самом деле... Доходило до разговоров на повышенных тонах. Изменить их я не смог. К сожалению.

– Сейчас не общаетесь?

– Только с одним коллегой, который уехал в Харьковскую область. Один тренер звонил мне и просил помочь с документами. Хорошо, никаких проблем, – ответил я. Однако второго звонка не последовало.

– В вашей декларации указано, что в Луганске у вас осталась квартира. Знаете, какова её судьба?

– Её не захватили, соседи присматривают за ней.

– В то время, когда происходил захват административных зданий на Донбассе, вы ещё находились в Луганске?

– Я наблюдал за захватом Луганской ОГА с балкона и думал: "Это какой-то кошмар!" Мой дом находился рядом со зданием. За всем наблюдал собственными глазами. Уехал оттуда в конце июня 2014 года. Никто не мог подумать, что всё так обернётся. Я до последнего верил, что силовики разгонят террористов.

– В вашей футбольной карьере было много партнеров и тренеров, которые явно придерживаются иного мнения, чем вы. Назову лишь нескольких: Анатолий Куксов тренирует "сборную ЛНР", Александр Малыгин выступает за террористическую команду, Эдуард Мор много лет назад принял российское гражданство, Юрий Целых также был замечен в "сборной ЛНР", Владимир Мартынов беззаботно играет в футбол в Крыму. Вы пережили период разочарования в людях?

– Почти никого из перечисленных вами я не слышал в последнее время. Раньше общался только с Целихом. Не готов осуждать его – у него там квартира, может, ещё какие-то обстоятельства. Некоторые люди меня огорчили. Фамилий называть не буду, но мне обидно, что у людей из футбольного окружения такая позиция.

– Взгляды Романа Зозули и Ивицы Пирича, которые занимают однозначную позицию по ситуации на Донбассе, вам близки?

– Роман был в нашем регионе, приезжал к ребятам, и я его очень уважаю. Мне импонирует позиция киевского "Динамо". Клуб занимает патриотическую проукраинскую позицию. Взять, к примеру, хотя бы Александра Шовковского.

– Еще один экс-динамовец Евгений Селин – ваш земляк, ведь он тоже родился в Новоайдаре.

– Я знаю Женю, слышал, что он помогал местным жителям и украинской армии. Хотя подробностями не владею. Сейчас он выступает в Греции, поэтому давно его не видел.

– В своё время неплохо по "ЛНР" проехался Илья Галюза, который дебютировал на ваших глазах в "Заре", когда ему исполнилось всего 16.

– Мы сейчас не поддерживаем отношений, но об Илье у меня только положительные воспоминания. Настоящий профессионал, хороший человек. Хорошо проявил себя в "Таврии", позже в "Заре" при Вернидубе. Мне взгляды Галюзы также близки.

– Вы сейчас общаетесь с бывшими партнерами?

– В основном с бывшими игроками "Металлиста". Интересно, как у них дела, я рассказываю о своей жизни. Самая тесная связь с Виктором Иваненко, Вадимом Гольдиным, Евгением Назаровым.

– У вас хватает времени на просмотр футбола?

– До конца жизни буду интересоваться футболом. Регулярно смотрю матчи Лиги чемпионов, игры сборной. Иногда нахожу возможность и смотрю матчи нашей Премьер-лиги, в частности "Динамо" – "Шахтер".

– Если сравнивать футбольную и политическую деятельность, можете ли вы сказать, что одна из них сложнее?

– Каждая профессия тяжела. Работа футболиста очень сложна. Однако в политике немного тяжелее по одной причине. Приходится общаться с людьми, а это, на мой взгляд, самое сложное.

– Два сезона в конце своей карьеры вы провели на западе Украины. Чем запомнилось Закарпатье, прежде всего, в бытовом плане?

– Там я получил очень хороший жизненный опыт. Я переосмыслил собственное мировоззрение, и ритм жизни на западе мне понравился. Во-первых, это обязательный выходной в воскресенье. Во-вторых, отсутствие суеты. Люди более прагматичны, строят много планов на будущее. На первом месте — семья. Все эти принципы я стараюсь привести в пример своим землякам здесь, в Луганской области. Но есть ещё один аргумент, на который часто не обращают внимания.

– Какой именно?

– Семьи на западной Украине живут уже сотни лет, связь с прошлым очень тесная. На востоке населённые пункты не имеют такого прошлого. Нашему посёлку, например, всего три века. Нет таких глубоких корней, вековых традиций. На западе больше людей с характером.

"Фоменко разжевал всю футбольную тактику"

– Вы начали заниматься футболом на родной Луганщине и в 17 лет дебютировали в высшей лиге в составе "Зари". В 1995 году за команду выступало много громких имен, в частности, Микитин, Шелаев, Коробченко…

– Я хорошо запомнил свой дебют. Это было в Одессе, и наш тренер Александр Журавлев доверил мне место в стартовом составе. Я даже не успел испугаться. Проиграли 0:2, но у "Черноморца" состав был очень сильным: в воротах Суслов, в атаке Гусейнов…

– Тренер "Зари" Журавлев – чемпион СССР в легендарном для Луганска 1972 году. Какой он наставник?

– Благодарен ему за то, что он поверил в меня и ещё ребёнком взял в команду. Как-то мы приехали в Запорожье, и в предматчевой программе я прочитал такую фразу: "Журавлев — самый выдающийся воспитанник луганского футбола". Я не видел, как он играл, но очевидцы мне рассказали много хорошего. Все говорили, что у Александра Никифоровича был жесткий характер.

– В чём это проявлялось?

– Возможно, это лишь слухи, но рассказывали, что в чемпионском сезоне за несколько туров до конца "Звезде" устраивала даже ничья, и команда досрочно завоевывала золотые медали. Клубы договорились о нужном результате, и об этом стало известно капитану Журавлёву. Он подошёл к главному тренеру Герману Зонину и пригрозил не выйти на игру. Мол, "Заря" не будет играть на ничью, иначе на поле не выйдет.

– Какому тренеру вы ещё благодарны так же, как Журавлеву?

– В первую очередь – Михаилу Фоменко. Лично мне в "Металлисте" он разжевал всю футбольную тактику. С тех пор я понял суть футбола. Также было легко работать с Геннадием Литовченко.

– На кого из бывших партнеров брали пример?

– Я с юношеских лет знал Дмитрия Бабенко ещё по Луганскому спортинтернату. Образцом для подражания был Виталий Рудницкий, также отмечу Игоря Панкратьевса, который играл в "Динамо" и до недавнего времени тренировал сборную Литвы. Чуть больше всех выделялся Эдуард Мор, которого в юном возрасте забрали в "Спартак".

– Александр Карабута, с которым вы выиграли у "Металлиста", говорил о Фоменко: "У него отработаешь все деньги, которые тебе платят. До копейки. Платят тебе 100 долларов — значит, отработаешь их до последнего цента".

– Полностью согласен с Сашей, подтверждаю эти слова. Фоменко заставлял работать на пределе сил даже на тренировках. Единственные поблажки были только на предматчевой тренировке. В остальном – максимальная самоотдача.

– В "Металлисте" у вас была возможность выступать вместе со звёздами украинского футбола: Горяинов, Колесов, Кирлик, Пушкуца…

– Это команда, которая больше всего запомнилась мне за всю карьеру. К упомянутым вами фамилиям добавлю Виктора Иваненко, Дмитрия Рудняка, Яна Школьникова, Олега Кучера. Мы и мастерами спорта стали в этом составе. Все понимали, что футбол — это борьба. Сражались в каждом матче, приятно это вспоминать. Позже в команду пришли Гецко и Паляница — замечательные нападающие и хорошие ребята.

– В 2000 году ваш "Металлист" сенсационно уступил "Шахтеру" в Донецке со счётом 0:8. Что за кошмар?

– Я провёл на поле все 90 минут и хорошо запомнил тот разгром. Игра шла в равной борьбе, у нас были моменты, но в какой-то момент мы просто рассыпались. Наверное, такие матчи нужны. Лучше один раз проиграть 0:8, чем восемь раз по 0:1. В следующем туре мы собрались и добыли ничью в Симферополе с "Таврией". Команда собралась, поговорила и исправила ситуацию.

– Леонид Ткаченко, который тренировал тот "Металлист", чем запомнился?

– Прежде всего планированием тренировочного процесса. В те времена никто не объявлял график занятий на неделю вперёд. У Ткаченко были даже такие мелочи. Ещё одна его черта – чрезмерная эмоциональность. Хотя мне это не мешало.

– Бутсы не летали по раздевалке?

– Когда Ткаченко принял команду, у нас было много футболистов старшего возраста. В отношении старших ребят он себе такого позволить не мог, а с молодежью, возможно, говорил жестко.

– В начале тысячелетия "Металлист" покинул высшую лигу. В Харьков приехали легионеры не самого высокого уровня: Ален Амугу, Марьян Адам, несколько белорусов.

– Мы не заслуживали вылета. Для меня это был шок. Состав хороший, конкуренция присутствует. Фоменко пришёл в середине сезона, и времени ему не хватило. Камерунец Амугу ничем особенным не запомнился, а словак Адам был быстрым игроком, и мы часто с ним общались. Считаю, что судьба сыграла с нами злую шутку, ведь вылетать должны были не мы.

– Ещё один интересный матч в вашей карьере в составе "Металлиста" – поражение в 2003 году со счётом 5:7 от "Динамо-2". Удаление, четыре пенальти, голеада…

– Это был первый тур нового сезона. В том матче мы постоянно догоняли соперника. При счёте 5:6 могли сравнять. Нам забивали всё, что только можно. Забивались совершенно уникальные голы с 25 метров.

"Со сломанной рукой добирался из Севастополя в Луганск"

– Через несколько лет вы переходите из одной харьковской команды в другую и в составе ФК "Харьков" становитесь свидетелем дебюта Александра Гладкого в профессиональном футболе. Могли ли вы тогда сказать, что со временем его будут называть одним из лучших украинских нападающих?

– Нет, таких мыслей не возникало. Физические данные у него были хорошие для 16-летнего парня. Но Гладкий полностью заслужил всё, что имеет, своим трудом. Литовченко оказывал Саше огромный кредит доверия, и тот его оправдал.

– Президент ФК "Харьков" Виталий Данилов уделял достаточно внимания команде?

– Да, часто приезжал к нам, интересовался, как у нас дела. Если не он, то его представители всегда были на связи. Данилов занимал должность народного депутата, имел огромные амбиции. Не всё у него получилось, но воспоминания о сотрудничестве с ним у меня только положительные.

Коллектив также был замечательным: Яценко, Чеберячко, Оберемко, Рибейро, Максимов, Самборский. Быстрая молодёжь, которую стабильно вызывали в сборную. Некоторым помешали травмы, и ребята не раскрылись в полной мере.

– В ФК "Харьков" был харизматичный наставник Владимир Кулаев. В футбол на серьёзном уровне он не играл, а за плечами у него была лишь работа с женской сборной Украины и несколькими женскими футбольными командами. В тренировочном процессе это ощущалось?

– Команда как-то несерьёзно к нему отнеслась. Со временем поняли, что он хороший тактик, однако нам не хватало его футбольного опыта. Он не всегда мог качественно организовать тренировочный процесс. Как-то в Алуште с самого утра провели тренировку продолжительностью три часа! Хотел всё включить в занятие, и мы под палящим солнцем занимались три часа. Кулаев разбирался в тактике, но до футболистов свои мысли донести не смог.

– В Закарпатье у вас была возможность познакомиться с семьей Шуфричей. Самый младший Александр выступал за дубль, старший Иван занимал руководящие должности, а Нестор владел клубом.

– Я ни разу не встречался с Нестором Шуфричем. В раздевалку он не заходил, с командой не общался. Его отец заглядывал к нам несколько раз, сын играл за молодежку.

Есть ли в них вина в том, что сейчас нет "Говерлы"? Нельзя брать футболиста и просто так выбрасывать его на улицу. Возможно, Шуфричи слишком доверились тренерскому штабу, который подписал контракты с различными игроками, но выполнить обязательства не смог.

– При Игоре Гамуле вы играли совсем мало – всего один матч.

– На сборах я сломал руку и долго восстанавливался. Потом во второй раз получил ту же травму – снова перелом. Гамула – очень эмоциональный человек. Эмоций у него море. Думаю, это ему мешает.

– Сначала его пресс-конференции воспринимались как шоу, а потом показалось, что Гамула намеренно превращал своё общение с прессой в спектакли.

– В команде тоже было что-то подобное. Игорь Васильевич любил шутить, часто рассказывал анекдоты. Такой уж он человек.

– Вы завершили карьеру рано – в 31 год. Все это из-за травмы руки?

– Перелом был очень серьёзный – осколочный в двух местах. Ещё две операции сделал после окончания выступлений.

– Как получили травму?

– В Севастополе на сборах. Попал в военный госпиталь, а врачи отказались оперировать. Говорили, что перелом слишком сложный.

– Какими были ваши дальнейшие действия?

– Позвонил знакомому врачу в Луганск: "Примешь?" Тот ответил, чтобы я приезжал.

– Как добирались?

– Сел со сломанной рукой в такси и поехал из Севастополя в Луганск. Точнее, не совсем так – я находился на сборах на своей машине. Нашел таксиста, посадил за руль и сказал, куда едем. Назад он вернулся на поезде.

– Перелом произошел в результате игрового момента?

– Мы играли против ФК "Севастополь", пошел дождь, было скользко. Человек навалился на меня и всё. Думаю, соперник действовал непреднамеренно.

– Сейчас ощущаете последствия перелома?

– Даже сейчас рука не функционирует в полной мере.

– Для вас завершение карьеры не стало шоком, и вы плавно сменили род деятельности?

– Каждый футболист переживает шок, когда заканчивает выступления. Живешь 15 лет в одном ритме, а тут внезапно его выключают и приходится всё менять. Я не растерялся и стал детским тренером. Просто нужно заранее готовиться к этому.

– Сейчас вы видите объективную картину всего того, что происходит на Донбассе. Каковы ваши прогнозы?

– Мне кажется, что положительных новостей всё же больше. Сознание людей меняется, взгляды тоже. Очень многое зависит от нашей власти. Нам поможет правильная государственная политика. В частности, назначение нормальных политиков на должности руководителей облгосадминистраций. Все должно работать в комплексе. Местные власти тоже несут ответственность за ситуацию. Если мы будем работать в одном ритме и ставить перед собой общие задачи, тогда Украина станет прогрессивной и успешной.