"И вот игрокам „Динамо“ дарят темнокожих девушек" Сенсационные истории офицера КГБ, следившего за Лобановским и Ко

"Динамо" и контрабанда

– Игорь Федорович, помните ли вы свой первый выезд с "Динамо"?

– В декабре 1986 года руководством КГБ СССР было принято решение включить в состав делегации "Динамо" "под прикрытием" инструктора спорткомитета УССР, офицера спецслужбы – для решения задач "по обеспечению безопасности игроков, тренерского состава и врачей во время выездов в страны главного противника". Главными противниками тогда считались почти все капиталистические страны.

В январе 1987 года команду ждал выезд на сборы в немецкий Руйт. Еще до выезда в Германию, в Киеве, в офисе клуба, нас познакомили с Валерием Лобановским. Раньше я не был футбольным болельщиком. Знал имена звёзд киевского "Динамо", но не более того. На матчи "Динамо" не ходил. В юности занимался боксом, был чемпионом Донецка и Украины среди общественных организаций, выступал за "Трудовые резервы". Даже тренером по боксу успел немного поработать в Донецке.

– В "Динамо" в то время было много зарубежных поездок?

– Достаточно. В феврале 1987-го киевляне играли в Монако со "Стяуа" за Суперкубок Европы. Жили в отеле "Мирабо" шесть дней, у меня был номер "люкс" напротив комнаты Валерия Васильевича. После Монако полетели в Лион, потом в Испанию, далее в Германию, затем в Италию. Советские люди в основном тогда разве что Польшу видели только на картинках. Я же был простым парнем из рабочей семьи. Многие не могли понять, за что мне такое счастье.

– Действительно, за что? Почему ваше руководство не проводило ротацию, и только вы сопровождали киевское "Динамо"?

– Генералы спрашивали у Лобановского: "Как там наш молодой сотрудник, не подводит?" Валерию Васильевичу стоило только сказать слово, и меня бы моментально заменили. Желающих занять моё место, наверное, было немало. Но тренер обычно говорил, что в этой игре предпочитает обходиться без замен.

Бывали случаи, когда на отдельные выездные матчи сборной СССР, которую возглавлял Валерий Васильевич, с командой выезжал офицер сопровождения по линии контрразведки из Москвы. При этом Лобановский продолжал настаивать на моей кандидатуре. Причём аргументировал это своеобразно: костяк сборной страны составляют украинцы, поэтому я хочу, чтобы и офицер сопровождения был украинцем. По штатному расписанию меня снимали с поездки. Но в последний момент Валерий Васильевич звонил: "Собирай сумку, едешь с нами". У нас был полный рабочий и человеческий контакт.

– Чем заслужили такое отношение Лобановского?

– Не всегда следовал инструкциям. Например, когда узнал, что одного из игроков "Динамо" пытаются втянуть в авантюру – футболист должен был заняться контрабандой – серьезно поговорил с ним, и тот отказался от этой идеи. В результате контрабандной операции удалось предотвратить, об этом знали только я и Лобановский. Своему руководству я не сообщил, считая, что это не было делом государственной важности.

Как спасали Озерова

– В рамках четвертьфинала Кубка европейских чемпионов 1986/87 "Динамо" встречалось с турецким "Бешикташем", – вспоминает Игорь Федорович. – Первый матч должны были провести в Стамбуле. Мы уже прилетели в Турцию, разместились в "Сюрмели-отель". Но на следующее утро на эту южную страну обрушился невиданный снегопад. Аэропорт закрыли, машины не ездили, наш отель перекрыли. В штаб-квартире УЕФА приняли решение перенести матч. Боролись со стихией четыре суток.

На второй день после обеда Лобановский вызвал меня с тренерским штабом в свой номер. Сообщил, что аккредитованный на матч комментатор Николай Озеров звонил Владимиру Веремёеву и признался: находится в затруднительном положении. Спорткомитет СССР выделил ему командировку на три суток. Сегодня заканчивался срок его проживания в отеле, деньги тоже заканчиваются, и он просит помощи у "Динамо". "Нужно подумать, как спасти Озерова", — подытожил Лобановский.

Накануне ко мне приезжали коллеги, которые работали в Турции. На колесах их машины были цепи. Я позвонил, попросил забрать легендарного комментатора из его отеля. Через час Озеров уже был у нас. Организовали ему номер, вечером Николай Николаевич за совместным ужином был в прекрасном настроении, рассказывал интересные истории. Погода нормализовалась только через три дня.

Яремчук и мать

– Насколько часто во время поездок с "Динамо" возникали нестандартные ситуации?

– Могу вспомнить несколько историй. На сборах в Руйте ко мне как-то подошёл Анатолий Пузач. Анатолий Кириллович перед отбоем проверял, все ли игроки на своих местах. И заметил, что каждый вечер с 19:00 до 22:30 с базы куда-то уходит Яремчук. На все вопросы тренера, где он проводит время, Иван только крутил головой.

Ситуация, на самом деле, могла быть серьёзной. Яремчук уже был звездой советского футбола — не без успеха играл за сборную. Вдруг какой-то из клубов Западной Европы предложил ему контракт? Может, они уже даже разработали план побега? Не добавлял настроения и тот факт, что рядом с нашей тренировочной базой располагалась база НАТО.

– Исчезновение Яремчука решили расследовать самостоятельно?

– После тренировки я вызвал Ивана к себе в номер – с разрешения Лобановского. В разговоре со мной Яремчук уже не стал отнекиваться. У игрока была слабость к женскому полу. Оказалось, рядом проходили переквалификацию молодые тренеры по гандболу. Женская команда каждый вечер проводила тренировки. И Яремчук приходил в зал и, с разрешения тренера, лежа на матах, просматривал это занятие от начала до конца. После чего уходил в номер. Я, конечно же, провёл расследование, которое полностью подтвердило слова Ивана. Напряжение исчезло, я доложил обо всём Лобановскому.

– Возникали ли более серьёзные ситуации?

— В конце сборов в Руйте в 1989 году импресарио предложил нам организовать показательный матч со сборной Израиля. В Земле Обетованной. Перелет, размещение — всё за счёт хозяев. Лобановский согласился — игра в южной стране органично вписывалась в программу подготовки к новому сезону. Вот только на тот момент у СССР не было дипломатических отношений с Израилем – все международные контакты велись через консульскую группу, которая находилась при финском посольстве.

Когда мы позвонили в Киев и рассказали о своих планах, нам неофициально порекомендовали не делать глупостей и возвращаться домой. Мол, за такое самоуправство мы рискуем многим. Перед глазами уже начала рисоваться картина, как после возвращения домой коллеги встречают меня в аэропорту, а я еду на служебной "Волге" в другом направлении, чем вся делегация. Пришлось поделиться своими сомнениями с Валерием Васильевичем.

– Каким был ответ Лобановского?

– Он предложил организовать телеграмму из международного отдела ЦК КПСС, разрешавшую нам выезд, причем с пожеланиями победы. Сутки мы ждали ответа из Москвы. И дождались. Мне эта телеграмма очень помогла. Уже после возвращения из Тель-Авива в Киев я узнал, что некоторые руководители искали повод, чтобы отстранить меня от работы с "Динамо". Вот тут-то телеграмма и сыграла свою роль — её копии оказались на столе КГБ. А с таким документом в то время было сложно бороться.

– Тем более, что вы вернулись из Израиля с победой.

– Обиграли хозяев 4:0. Впечатления были неоднозначные. Уже после выхода из трапа самолета увидели два БТР с пулеметами. После мирной Европы это было удивительное зрелище. Наш багаж проверяли очень тщательно, с собаками. На стадионе имени Бен-Гуриона был аншлаг – пришло 25 тысяч зрителей. Казалось, целые трибуны занимали эмигранты из СССР, которые во время матча скандировали: "Динамо – чемпион!".

– После игры был банкет?

– Ужин в ресторане "Березка". В качестве развлечения обещали "танец живота". В разгар ужина появилась танцовщица, которая немного отличалась своим внешним видом от наших представлений о таком... Посвятила нам более двух часов. Подходила к столикам, приглашала игроков и тренеров присоединиться к ней. И её призыв, в итоге, возымел эффект. Из-за одного из столов поднялись двое игроков. Один вырвался на середину танцпола и помогал танцовщице, умело повторяя её движения. За ним последовал и другой футболист.

– Валерий Васильевич удивился такой раскованности своих подопечных?

– Он попросил Веремеева выяснить, в чём дело. Оказалось, что по вине шеф-повара и обслуживающего персонала в заказанный томатный сок футболистам подмешивали немного водки.

Темнокожие девушки без партбилетов

– На международный турнир в Лос-Анджелес "Динамо" отправилось, согласовав этот момент со спорткомитетом СССР?

– Да. В турнире также участвовали французский "Бордо", немецкий "Кёльн" и мексиканская "Гвадалахара". После 22-дневного (!) сбора в Руйте мы прилетели в Бордо и уже оттуда, вместе с французской командой, вылетели в Лос-Анджелес. "Динамо" тогда составляло костяк сборной СССР и фактически готовилось к чемпионату Европы-1988.

Команда выиграла турнир, в первом матче обыграв "Кёльн" со счётом 3:0. На следующий день нас пригласил к себе домой бывший киевлянин Семен Кац, который вместе с семьёй уехал в Лос-Анджелес в 70-х. Всех нас поразили размеры его дома, открытый бассейн на лужайке перед особняком. После ужина Семен предложил отправиться в ресторан "Отаман". Лобановский отклонил приглашение – на следующий день "Динамо" играло в финале с "Бордо", который в первом матче обыграл "Гвадалахару". Пожелал нам "быть на высоте".

– Получилось?

– Причём очень органично. До "Отамана" добрались в два часа ночи. Я обратил внимание на официантов – они были одеты в русские косоворотки, хромированные сапожки, с рушниками через плечо. Было ощущение, что здесь ожили герои книг о царской России или "белой эмиграции".

– Что было дальше?

– Певец в белом костюме с небольшой бородкой пел на русском языке. Это был Михаил Шуфутинский, который тогда был известен только в узких кругах. Исполнив песню "Невозможен Киев без Подола", Шуфутинский объявил, что рад приветствовать настоящих киевлян – делегацию киевского "Динамо". Эмигрантская публика сразу же окружила нас, начались тосты.

В разгар веселья к Пузачу подошел один из эмигрантов, снял с себя золотой Rolex и со словами "вы были моим любимым футболистом" вручил его Анатолию Кириловичу. Параллельно нам всем предложили подняться на второй этаж. Сказали, что там нас ждут удивительные темнокожие девушки. Мол, всё уже оплачено, это наш подарок для киевского "Динамо", за которое мы все искренне болеем.

– Заманчивая перспектива.

– А какой бы был резонанс, если бы информация об этой развлекательной акции просочилась в прессу?! Я быстро прокручивал в голове варианты, как выйти из этого деликатного положения с наименьшими потерями. Неожиданно выручил Пузач. Анатолий Кириллович сказал, что, наверное, с удовольствием пообщались бы с темнокожими девушками. Но перед отъездом в США на партсобрании мы договорились, что общаться будем только с женщинами, близкими нам в идеологическом плане. А у этих девушек вряд ли есть партбилеты. Ответ вызвал взрыв хохота, и вопрос отпал сам собой.

Без оскорбительного подтекста

– Лобановский не позволял себе шуток по поводу вашей принадлежности к спецслужбам?

– Немного подшучивал надо мной вместе с Пузачем. В 1987 году, после сборов в Руйте, команда отправилась на автобусе в Швейцарию – для участия в турнирах, которые проходили в Лозанне и Люцерне. Валерий Васильевич и Анатолий Кириллович вспоминали телефильм "Семнадцать мгновений весны", интересовались, знаю ли я, куда Штирлиц отправлял пастора Шлага на лыжах в Швейцарию. Но эти шутки воспринимались весело, без какого-либо оскорбительного подтекста.

– Когда вы ушли из "органов"?

– Мне хватило нескольких месяцев после ГКЧП, чтобы проанализировать ситуацию. Повезло – просто так из "органов" по собственному желанию, как правило, не увольняли. Первый президент Федерации футбола Украины Виктор Банников написал письмо моему руководству. Мол, в связи с созданием ФФУ просим командировать вашего сотрудника Черкасова Игоря Федоровича на работу в одну из команд мастеров Высшей лиги Украины. Команду не указали. Но я знал, что пойду в "Динамо". Лобановский как-то сказал мне: "Если у тебя на службе дела пойдут плохо, иди к нам".

И я ещё в "Динамо" немного поработал начальником управления безопасности. Потом предложили работу в Вене. Полтора года отработал в Австрии и вернулся в Киев. А дальше уже работал на ответственной должности в одной из крупнейших газовых структур страны. Там сумел стать финансово независимым человеком.

– Теперь можете жить, как офицер ФБР на пенсии?

– Кстати, они живут очень неплохо. Пенсии у них зависят от звания и выслуги лет. Но большинство получает по 10 тысяч долларов. Плюс – есть еще целый ряд льгот. Например, освобождают от оплаты коммунальных услуг и так далее. Считаю, что поступил правильно, когда принял решение заняться бизнесом. Деньги не украл, никого не предал. А в футбол ещё вернулся – работал руководителем команды в национальной сборной Украины, когда "жёлто-синих" тренировал Олег Блохин. Но это уже другая история.

ДОСЬЕ

Черкасов Игорь Федорович

Родился 24 октября 1958 года в Донецке

В 1979 году с отличием окончил Киевский государственный институт физической культуры. В 1981–92 годах – на оперативной работе в органах КГБ. Воинское звание – майор. В 2003–08 и 2011–12 годах работал начальником команды национальной сборной Украины.

Максим Розенко, специально для "Футбол 24"

"Во Франции Заварова вызвали на дуэль". Уникальный украинец, который писал для France Football и переводил для Лобановского