"Динамо действительно держалось на Лужном": дружба с легендарным капитаном, коммунист Блохин и сюрприз от Шевы
Интервью "Футбол 24" с Андреем Шкилем, бывшим народным депутатом Украины трех созывов, который имеет собственное мнение о проблемах нашей сборной, дружит с Лужным и переживает за "Карпаты".
Андрій Шкіль / Фото із відкритих джерел
Вы наверняка его помните. Андрей Шкиль стал движущей силой первых в истории независимой Украины массовых уличных протестов под лозунгом "Украина без Кучмы". Тогда, на стыке 2000–2001 годов, властям удалось подавить акцию с помощью силовых методов. Но общее движение сопротивления остановить не удалось — через три года произошла Оранжевая революция.
Начиная с 2013 года, экс-нардеп проживает во Франции. Туда он эмигрировал, потому что, по его словам, опасался новой волны политических репрессий со стороны режима Януковича. Мы говорим не о политике — о футболе. Но всё же избежать её полностью не удаётся. Ведь, как известно, фраза "футбол вне политики" далека от реальности.
"Во Львове каждый знал, кто такой Юрчишин"
– С чего началось ваше увлечение футболом?
– Я же из Львова, поэтому понятно, что рос в "Карпатах". Мне больше нравился сам процесс – страсть, напряжение, атмосфера на трибунах. Ведь футбол по телевизору в советское время – это было довольно скучное зрелище. Было всего несколько человек, которые могли комментировать эти события. Я обычно смотрел трансляции только международных матчей. Мне было интересно, как болеют за границей.
Прекрасно помню феерический выход "Карпат" из Первой лиги в Высшую (львовяне стали чемпионами сезона-1979, – Футбол 24). Команда не потеряла ни одного очка на своем поле! Это был абсолютный рекорд, и я не знаю, удалось ли кому-то его повторить. Степан Юрчишин установил рекорд бомбардиров – 42 мяча. Стоит мне вспомнить его фамилию, как сразу возникает "лифт", на котором я возвращаюсь во времена своей зрелой юности (Улыбается).
Там, на стадионе, ко мне пришло понимание, что такое советская власть на местах. На футболе же огромное количество народа, поэтому существовала перестраховка и контроль на 1000 процентов. Фанатовских движений не было. После матча спускаться можно было только по одной узкой тропинке. Не дай Бог вытащить флаг "Карпат". "В чём проблема?!" — "Нельзя".
Я – не футбольный специалист, не спортивный деятель. Но хочу отдать должное этой команде "Карпат". Для нас, болельщиков, это был большой праздник. До сих пор со старыми друзьями вспоминаем ту эпоху, когда каждый житель Львова знал, кто такой Юрчишин.
Потом было не очень удачное выступление в Высшей лиге. Но, тем не менее, как не пойти на матч "Карпаты" (Львов) – "Спартак" (Москва)? С трибун раздавались самые разные кричалки. Однако до столкновений, насколько я помню, не доходило. Столкновения были только с милицией, потому что "туда не ходите", "этого не делайте". А победы всегда увенчивались порывом радости — нужно было что-то разбить, сжечь газету, посвистеть. Но лучше, конечно, просто безгранично радоваться.
– Умно!
– Когда французы победили на чемпионате мира-2018, было приятно наблюдать за эйфорией в Париже. И я возвращался во времена своей юности, когда "Карпаты" абсолютно безапелляционно победили в Первой лиге. Других команд для меня не существовало.
– Итак, вы росли в Карпатах. Что было потом?
– Когда образовался независимый украинский чемпионат, к моим симпатиям добавилось киевское "Динамо". Автоматически начал следить уже за двумя командами. Очень жаль, что в последние годы "Карпаты" находятся в плачевном состоянии. Команда потеряла практически всё. Осталась лишь вывеска, которая, правда, тоже имеет большое значение. Ведь может появиться новый владелец – и ситуация изменится к лучшему. Важно, как будет чувствовать себя украинский футбол после пандемии.
"Лужный заслуживает того, чтобы о нём сняли фильм"
– С Олегом Лужным вы познакомились ещё в "Карпатах" или уже в "Динамо"?
– В "Динамо". Мы познакомились и периодически виделись, но по-настоящему близкими друзьями стали во время Оранжевой революции. Есть друзья, с которыми ты на протяжении всей жизни, а есть такие – хоп! – и все, вы дружите. Так бывает нечасто, но бывает. Кстати, руководство "Динамо" я знал немного раньше. С Суркисом-старшим пересекались в Верховной Раде. Разумеется, мы были представителями противоположных политических лагерей.
Недавно где-то прочитал, мол, Олег не очень проявил себя в английском чемпионате. Но я знаю, насколько уважительным было отношение команды к нему — это о многом говорит. И мне очень жаль, что нам так и не удалось организовать прощальный матч Лужного во Львове. Должны были приехать звезды европейского футбола. Это показало бы, какие "столпы" стоят за нашими футболистами.
Жаль, что сама Украина не ценит своих заслуженных людей. Возможно, со временем ситуация изменится. Я уже не говорю о Лужном, вот сколько фильмов снято о Степане Хмаре? Ни одного. Нужно, чтобы человек умер, тогда начнут что-то думать. Гораздо важнее общаться с еще живыми и передать их мысли и эмоции. То же самое — покойный Левко Лукьяненко. Сколько фильмов о Лужном или, например, о Шевченко? Мне есть с чем сравнить. Французы сняли фильм о победе своей сборной на чемпионате мира в России — невероятно качественный фильм! Плюс — отдельный фильм о тренере Дешаме.
Лужный заслуживает такого фильма. Его личность — живописная картина человеческих устремлений. Любовь к футболу, отношение к делу и профессионализм вынесли его на вершину. Жаль… Ну, но не будем забегать вперед. Возможно, Олег и Андрей всё-таки доживут до того времени, когда о них будут снимать фильмы.
– "Большего борца за украинский язык, за украинское сердце и за украинскую душу я в жизни не встречал", – сказал о Лужном Маркиян Лубковский…
– Да! Даже уместнее сказать не "борец", а "защитник". Он спокойно, уравновешенно, но т-в-в-орожно отстаивает свою позицию. Это человек с большим украинским сердцем – чистая правда. Сила воли и характера. Команда "Динамо" реально держалась на Лужном. Он умеет выполнять свои обязанности так, что все остальные тоже начинают их выполнять. Это очень характерная его особенность.
– На какие темы, кроме футбола, вы общались в компании Лужного и Лубковского?
– Не поверите, о футболе с Олегом я никогда не говорил по-настоящему. Мог лишь задать вопрос и получал ответ. Мы вместе смотрели не один матч, и я вел себя скромно (улыбается). Когда рядом сидит специалист, я могу только спрашивать.
Какие темы мы затрагивали в разговорах? В основном, спортивно-политические. Если бы Олег сейчас участвовал в нашем с вами разговоре, он бы подтвердил, что больше всего ему болит сердце за "Карпаты". "Где бы я ни был, готов возглавить "Карпаты".
– Сразу вспоминается непонятная история с приглашением Лужного в "Карпаты" четыре года назад, где он почему-то стал "лишним"…
– Они воспользовались его фанатичным желанием вывести "Карпаты" на вершину.
– Сейчас вы с Олегом Романовичем – на связи?
– Да. Не то чтобы каждый день, но поддерживаем постоянный контакт. Полтора года назад "Динамо" играло с "Ренном" в еврокубках. Я специально ездил на этот матч. Ренн – областной центр очень живописного региона Франции, который не объехать, не обойти и за 20 лет. Хотя сам город не впечатляет, так что я, наверное, там бы и не оказался, если бы не "Динамо". Вот тогда я встретился с Лужным. Он должен был приехать в этом году, но, как видите, пока ситуация этому не способствует.
"Ни в одном интервью Свитолина не упомянула слово "Украина"
– В 2015-м, когда российско-украинская война достигла пика, а наши футболисты продолжали кормиться за счёт российского футбола, Лужный выступил с радикальным предложением: "Назад можете не возвращаться". А как вы относитесь к таким аполитичным игрокам?
– Мое личное отношение имеет гораздо меньшее значение, чем отношение Олега или кого-либо другого из спортивной среды. Понятно, что мое отношение – негативное. Я не знаю, как насчёт депортации, но, по крайней мере, они не имеют права участвовать в каких-либо мероприятиях в составе сборной Украины. Здесь должно быть настолько мощное общественное осуждение, чтобы они это ощущали. Болельщики – раз, пресса – два, общество – три.
У прессы в отдельных случаях была правильная реакция. У общества же я этой реакции не увидел. Это – отрицательный момент. И здесь мы возвращаемся к теме дипломатических отношений с оккупантом, которые не разорваны. Не может же быть так, чтобы одновременно было и вкусно, и тошно. Либо Крым — оккупирован, либо в нём живут "друзья".
Думаю, эти футболисты осведомлены о том, что российские войска присутствуют на территории "ДНР-ЛНР". Там же не трактористы с футболистами воюют. Это не могло произойти без государства, в которое ты едешь на заработки. В конце концов, это проблема не только футболистов, но и простых рабочих, которые привыкли зарабатывать в России и продолжают это делать. Их там периодически арестовывают.
Россияне предвидели такую реакцию – это на 100 процентов. Правда, они не предвидели военную реакцию со стороны Украины на Донбассе. Было бы полезно удивить их ещё раз совместной и понятной для Москвы реакцией. Добро добрыми людьми должно называться добром, а зло — злом. Пока этого не произойдет, гастарбайтеры будут продолжать ездить разными способами — в обход, вокруг, как угодно.
Очень ценю спортсменов, которые имеют четкую патриотическую позицию, как Лужный. Это важно, потому что на него ориентируются люди, для которых он — авторитет. При этом он не политик. Социальные лидеры формируют национальные устои народа. Но таких среди спортсменов — единицы. Не знаю, что происходит с нашими боксёрами…
– Это ужас!
– Или Свитолина, например. Она встречается с Монфисом, поэтому популярна здесь, во Франции. Ни разу, ни разу, ни разу ни в одном из интервью она слово "Украина" не упомянула. Это неприятно. Чувство национального достоинства — как явление — отсутствует у большинства наших спортсменов.
– А кого бы вы поставили на один уровень с Лужным?
– Из тренеров – ещё можно подумать. А вот из футболистов… Из поколения Лужного – точно никого.
– Из тренеров, наверное, Маркевича назовете?
– Ну конечно (улыбается). Мирон Богданович – это человек, которого я глубоко уважаю. Вот это – тренер во всех смыслах! Когда видишь Маркевича, сразу осознаешь, что его нужно слушать. Кстати, Лужный – прирождённый капитан. У него это врождённая черта. В общении с ним возникает ощущение, что это человек руководящей должности. А Маркевич – прирождённый тренер. Это два "столпа" украинского патриотического спортивного мира.
Спортсмен должен быть патриотичным. Иначе во имя чего ты играешь? Деньги? Да, потому что бесплатно не будет играть ни один из профессиональных футболистов. Это их работа. Но, тем не менее, эта работа обязывает понимать, чей флаг над тобой поднимается, почему именно этот, а не другой гимн звучит, когда ты выходишь на поле. Это – как в армии. Иначе зачем, друг, ты сюда пришел? Иди бухгалтером работай. "Да ладно, подумаешь. Это не имеет значения". Не имеет значения? Ну тогда езжай в Россию или Абхазию, они примут тебя под свой флаг, если ты такой космополит.
Такое безразличие к патриотизму приуменьшает значение спорта в государственном строительстве. А ещё подаёт очень плохой пример молодым спортсменам. Одного Лужного не хватит, чтобы быть образцом для всех. У нас были такие же проблемы в художественной среде, но всё изменилось. Теперь украинское искусство гораздо патриотичнее, хотя именно ему и не обязательно таким быть. Однако художники дали моральную оценку происходящему. То же самое должны сделать спортсмены. Сейчас они больше озабочены зарабатыванием денег. Но ведь бизнесмену, заработавшему свой первый миллион, никто не играет гимн, правда?
"Я скептически относился к тренеру Шевченко"
– Если говорить о сборной Украины, то ситуация все-таки изменилась к лучшему по сравнению с 90-ми – "Еще не умерла" поют практически все…
– Ситуация изменилась повсеместно. Раньше гимн пели французы и ещё некоторые, но сейчас всё по-другому. Патриотизм снова становится важным атрибутом спорта. Он несет в себе обязательный воспитательный момент. Потому что сколько бы денег футбольные звезды ни перечисляли детям и жертвам катаклизмов, на них ложится дополнительная нагрузка. Они – не инопланетяне. Роналду – португалец, Месси – аргентинец. Никто из них не говорит: "Я – гражданин планеты Земля".
Поэтому Украина была вынуждена принять этот нарратив. Плюс, конечно, наложилась война. Многие фанаты прошли через передовую. Но эта метаморфоза произошла не из-за изменения позиции спортсменов. Просто так сложились обстоятельства.
Я, конечно, не так хорошо знаю Андрея Шевченко. Лишь несколько раз видел его вживую — он проходил мимо Верховной Рады. Или Олег Блохин. Я никогда не был очарован его игрой, но когда встретил в Верховной Раде… Член Компартии, что тут говорить. Тогда именно так и должны были выглядеть украинские спортсмены. Для многих он был идеалом: если он так себя ведет, значит, так и надо. Он не за Украину и не против нее — просто играет в футбол и все. На стадионе еще происходят какие-то события, но это его уже мало интересует.
– Как менялась ваша любовь к национальной сборной с годами?
– Как бы там ни было, национальная сборная представляет страну. Поэтому многим игрокам многое прощаешь. Они играют за твою страну, и ты смотришь на них под другим углом зрения. В разные периоды наша сборная была сильнее или слабее, но ей стоит отдать должное: наименее провальной среди всех видов спорта была именно футбольная команда.
Никто не забудет тот матч со сборной России, когда Украина победила. Это была как раз сборная Лужного. Тоже своеобразное чудо: еще недавно все это было советским, а тут – хоп! – полноценная украинская национальная команда. Футболисты той сборной не могли родиться — они появились. Это было очень яркое явление. И Шевченко также принадлежал к тому поколению.
Признаюсь, я скептически относился к тренеру Шевченко. Тем более к этому переезду в Лондон. Ну какой из него может быть наставник? Тренер должен всё держать в кулаке — таковы традиции нашей тренерской школы. Но оказалось, что я ошибался. Есть должный авторитет, есть достаточно яркий состав, есть серьёзный внутренний потенциал. Жаль, что перенесли Евро-2020. Думаю, что как раз одним из главных "проигравших" от такого решения будет Украина. Удержать такую команду на высоком уровне в течение целого года – очень сложно.
– Натурализация. Вы – за?
– Конечно, это неприятно. Если "Шахтер" или "Динамо" покупает 16-летнего парня, он здесь играет 4 года и говорит: мол, я уже не вижу своего будущего без Украины, я здесь сформировался – это можно понять. Но если нам не хватает кого-то на конкретную позицию, и происходит условно-принудительная натурализация, это неправильно.
Простой пример – сборная Франции. Сколько я всего наслушался после чемпионата мира! "Ой, навезли со всей Африки!". Пришлось прочитать биографии каждого футболиста. Все игроки сборной, кроме одного, родились во Франции. А тот единственный приехал, когда ему было два года. Так что все они — прямые, непосредственные воспитанники французской спортивной школы.
Бразилия — хорошая страна. Она подарила украинскому футболу и, в частности, сборной, много футболистов. Но, на мой взгляд, это признание нами провала собственной спортивной школы.