Без вкуса, без искусства
Сборная Бразилии не примет участия в юношеском чемпионате мира – — ей там нечего делать. Двадцать лет назад такой вывод показался бы неудачной шуткой. Сегодня это уже реальность.
Прозвучал финальный свисток, и тренер бразильской сборной перекрестился. То же самое могли сделать все, кто в очередной раз "насладился" неубедительными попытками его подопечных выжать из себя хоть немного футбола. Матчи Бразилии на юношеском чемпионате Южной Америки сливались в одно долгое сновидение. Хотелось верить — пока что. Эта осторожная вставка сама вклинивалась в предложение, потому что когда речь идет о бразильцах, хочется быть оптимистом. Ведь параллельно, в Кубке Сан-Паулу, ровесники игроков сборной (да и даже младше их) играли гораздо интереснее, содержательнее. А этих же отобрали как лучших.
Два года назад, на этом же стадионе в чилийском городе Ранкагуа, с тем же тренером, бразильцы играли совсем по-другому и стали чемпионами. Из того состава вернулись в Ранкагуа уже в составе сборной U-20 всего 5 футболистов. Не было, в частности, лучшего игрока Судамерикано U-17 двухлетней давности. Сейчас Винисиус Жуниор вытаскивает из меланхолии мадридский "Реал" и, похоже, в следующий раз, когда он наденет футболку сборной, это уже будет команда Тите.
Без него лидерами должны были стать бывший партнер по "Фламенго" Линкольн и будущий партнер по "Реалу" — Родриго. И если Родриго хоть чем-то запомнился, то Линкольн отыграл турнир так, будто просто отбывал повинность. Вот это поражало больше всего. Серая обыденность игры бразильцев. И если раньше это было свойственно первой сборной, то понемногу "профессионализм" дополз до юношеских и молодежных команд. Поэтому Бразилия позволяла себе сидеть в обороне даже против боливийцев.
Матчи турнира транслировал клубный канал "Реала", а комментировать игры бразильцев приглашали Роберто Карлоса. После нескольких сеансов наблюдений за этой дрянью он заключил: "Мы утратили свою национальную идентичность". То, о чём кричали с 1990-х (тогда ещё можно было сказать "теряем"), и то, что предпочитали не замечать во времена побед, наконец предстало перед глазами во всей своей отвратительной красе.
Бразилия не выигрывает юношеский чемпионат континента с 2011 года. За это время команда пропустила три из четырёх чемпионатов мира в этой возрастной категории. Правда, на единственном, на который попала, дошла до финала.
Где-то пятнадцать лет назад английский журнал Four Four Two опубликовал репортаж об академиях ведущих бразильских клубов. Из него любители рассказывать о "пляжах", пожалуй, с удивлением узнали, что в Бразилии мальчишки тогда тренировались значительно больше, чем их сверстники из клубов Премьер-лиги. Система подготовки футболистов была и остается в Бразилии одной из самых мощных и тяжелых. Каждый, кто пробился на профессиональный уровень, сделал это еще и благодаря крепости костей и выносливости, а не только умению финтировать и жонглировать.
Это умение во всём мире воспринимают как нечто сугубо бразильское прежде всего потому, что раньше его органично вплетали в канву командной игры. И получалась незабываемая симфония команды 1970 года или ритмическая магия сборной 1982-го. На всё это наплюнули после триумфа "технократов" на чемпионате мира-1994. По сути игры триумф был таким себе, но ведь "Бразилия научилась противостоять европейцам в их манере".
Более жалкого объяснения и искать не приходилось, но блеск трофея ослеплял ещё какое-то время. Особенно когда удалось выиграть и головокружительно алогичный Мундиаль-2002. Однако на этом победы мирового масштаба закончились. Ведь попытки скрещивать, "чтобы объединить лучшее", иногда приводят к появлению малоприятных на вид мутантов. И заканчиваются со счётом 1:7.
Авторы фильма "Монтевидео, видимо се", рассказывающего об участии сборной Югославии в первом чемпионате мира, попали в ловушку клише. Тренер югославской команды настраивает футболистов на матч с Бразилией, противопоставляя сербский танец самбе. Однако знакомое нам и сегодня отношение к бразильскому футболу и самбе как к близнецам в начале 1930-х ещё не существовало. Идеологический фундамент этой связи закладывался в следующем десятилетии, когда президент Жетулиу Варгас искал национальные идеи, которые объединили бы потомков рабовладельцев и рабов.
Самба — одно из самых известных африканских влияний на бразильской земле. Оторванные от своих домов представители различных племен Черного континента в неволе забывали о давней вражде и вырабатывали свой культурный код, содержавший в себе опыт веков. В самых разных сферах — от быта до искусства. И этот мощный слой оказывал влияние на многие аспекты жизни Бразилии.
От религии до кулинарии, от языка до музыки. Африканские боги, африканские мотивы формировали в Новом Свете уникальный культурный ландшафт. Попытки Варгаса объединить наследие всех этнических групп были актуальны ещё и потому, что Бразилия принимала чемпионат мира 1950 года, поэтому сборная должна была представлять каждого бразильца, а поддерживать её должна была единая нация. А в 1930 году в составе сборной Бразилии не было ни одного темнокожего футболиста.
Именно тогда бразильский футбол в определенной степени был если не европейским, то, по крайней мере, квазиевропейским. Приобретать черты, которые впоследствии очаровали весь мир, он начал только тогда, когда в его русло влился бурный поток, зародившийся за тысячи километров. И окончательно сформировался в свою первую великую команду на шведском чемпионате мира 1958 года. Именно там на трон взошёл 17-летний юноша. Уже под аккомпанемент куики. На протяжении своей карьеры Пеле не сыграл ни за один европейский клуб, и это не помешало ему оставаться Королём. Ведь Иеманжа нежно обняла мяч, а дона Флор открыла свою кулинарную школу.
Сейчас бразильский футбол рискует пойти по пути "африканизации" совсем другого рода. Об этом свидетельствуют и результаты молодёжных сборных последних лет, и горькие слова Роберто Карлоса. Так же, как это происходит в Африке, покупателям из "крупных" клубов наплевать на сентиментальные подробности. Они едут за "типичными" футболистами. Им плевать, что у бразильской "типичности" глубокие корни. Их интересует не плод, а продукт, который можно разогреть в микроволновке многомиллионного контракта.
Вопрос в том, что именно разогревать. И если послушать экспертов, причём не только Розу Флор, например, но и одну из лучших кулинаров Бразилии Елену Риззу, то узнаем, что "еда может быть формой художественного самораскрытия, а не только монотонной работой". На футбольном поле бразильцы когда-то пришли к такому же выводу. Потом были и победы, и поражения, но лучшие "плоды" были сочными и пользовались бешеным спросом по всему миру. Когда же даже в молодёжной сборной монотонность становится нормой, когда "продуктом" выглядит не только вся команда, но и теоретически самые яркие её игроки, тогда действительно становится грустно. Ведь эта эрозия когда-нибудь может стать необратимой, и чтобы увидеть "типичного" бразильского футболиста, придётся рыться в архивах.
Сборной Бразилии не будет на юношеском чемпионате мира по футболу, потому что ей там нечего делать. Двадцать лет назад такой вывод показался бы неудачной шуткой. Сегодня это уже реальность. От которой не спрятаться за нулями сумм, уплаченных "Реалом" за Винисиуса и Родригу. Хотя нет, спрятаться можно. Только пользы от этого не будет. Прежде всего сборной Бразилии. Если она, конечно, планирует и дальше представлять страну и её футбольную культуру, а не отдельных проныр-агентов.
Подробнее можно прочитать в блоге Дмитрия Джулая El Mundo del Balón.