– Когда ты пытаешься сделать что-то полезное, само напоминание о войне – оно создает организации проблемы из-за того, что они пытаются сделать такую картинку, вроде бы все нормально. Все классно, мы здесь вне политики, собрались просто поиграть в теннис – это лучше продается.
А ведь они допускают таким образом реальных сторонника Путина, людей, которые поддерживают геноцид, поддерживают войну, которые абсолютно ужасны. Как и то, что WTA позволяет им зарабатывать и они потом это конвертируют в то, чтобы убивать мирное население Украины. Они конвертируют свою публичность для того, чтобы помогать распространять путинскую пропаганду.
И, если честно, я даже не знаю, какими словами говорить и доносить это. Я пыталась очень долго, но у меня сейчас... Я уже прямо говорю: "Ну, ок, вы для меня в этом плане – то же самое, если бы вы сторонников Гитлера допустили". Но когда я говорю так, то тогда: "Нет-нет, ты что? Нет, мы ни в коем случае...", как-то начинают оправдываться.
Также меня поражает какое-то равнодушие к украинцам. Потому что человеческое горе – это страшно, это трагедия, война, геноцид это очень ужасно, но когда это касается украинцев, то на это можно закрыть глаза. И с этим очень-очень трудно.
У меня в этом сезоне, который стал гиперуспешным, был даже довольно длительный депрессивный эпизод. У меня после первого турнира Grand Slam был действительно реальный нервный слом. Когда я возвращалась с Уимблдона, своего первого турнира Grand Slam – я просто не могла успокоиться, два дня рыдала. Я была в состоянии истерики из-за того, что это действительно событие, к которому я шла очень-очень долго. И я никогда бы не дошла до этого результата, если бы не мой папа.
Я приезжаю на это событие, которое действительно невероятное. Я вижу эту русню, я понимаю, что это люди, которые поддерживают войну, поддерживают убийства. И при этом я понимаю, что мой папа не может быть на одном из важнейших событий в моей жизни, в которое он вложил просто невероятные усилия, чтобы я смогла дойти до этого, из-за того, что он вынужден защищать страну из-за вот таких вот тварей. Я это вижу, и меня просто от этой несправедливости... Меня потом довольно долго держало это состояние. Мне даже удалось турнир выиграть, но только потому, что удалось это отделять, когда я выходила на корт. Потому что все равно игру я люблю.
– Как говорит ваш папа, планы и намерения, а не желание. Но в этом смысле желание показать русни ее место – оно помогало, заряжало вас?
– Я на самом деле стараюсь даже здесь это отделять, потому что мое желание русню видеть... Я считаю, что ей место только в аду, и больше ей нигде нет места – и это моя четкая позиция. К сожалению, я не могу их убить прямо на теннисном турнире, – сказала Олейникова в интервью Александру Гливинскому.
Напомним, 25-летняя уроженка Киева сейчас занимает в мировой классификации 90-ю строчку.
Свитолина стала ближе к элитной десятке, Костюк ворвалась в топ-20, взлет Снигур: рейтинг WTA