"Его лицо напоминало руины": 400 шрамов, депрессия и алкоголь – лучший вратарь в истории НХЛ был украинцем
Владимир Войтюк – о драме Терри (Тараса) Савчука. История великого украинца, которая мало похожа на рождественскую сказку.
Весной 1964 года "Детройт Ред Уингз" предстояла поездка в ад. Американский клуб должен был скрестить клюшки с "Торонто Мэйпл Лифс". Однако двух легенд клуба, которые создавали славу "Крыльям" в 1950-х–60-х годах, совершенно не волновала ни соперники, ни враждебная атмосфера в логове канадцев.
— Юки, каковы твои ожидания от сегодняшней игры? — спросил Горди Хоу у вратаря Терри Савчука.
– Не переживай, всё будет в порядке, просто забей две шайбы. А с остальным я разберусь, – ответил Терри.
Хоу не подвёл партнёра и отличился дублем, Савчук также выполнил свою часть плана. Он лишь однажды позволил зажечь огонь над собственными воротами, и Детройт уехал домой с ценным трофеем. Такую историю рассказал новичок "Детройта" Гэри Бергмен: "Они были настоящими титанами. У меня до сих пор мурашки по коже, когда я вспоминаю, как Савчук написал сценарий того матча. Терри никогда не бросал слов на ветер. Он практически всегда воплощал свои желания в реальность". К сожалению, это касалось только хоккея. В быту у Юки, как правило, всё шло кувырком.
В 1971 году на церемонии, приуроченной включению Терри Савчука в Зал славы НХЛ, практически никто не упоминал впечатляющие статистические рекорды украинца. Так, во время плей-офф Кубка Стэнли 1952 года он сыграл четыре "шутаута", а через два года установил ещё одно невероятное достижение. Фантастическая игра Юки помогла "Крыльям" за одну неделю одержать три уникальные для НХЛ победы со счётом 1:0. Впечатляющий 21-й сезон в сильнейшей лиге мира, 971 матч тоже нечасто вспоминали. О 103 "сухих" матчах также почти не говорили. Кстати, украинец удерживал этот рекорд на протяжении 45 лет. В 2009-м его побил ещё один легендарный голкипер Мартин Бродер.
Зато разговоры членов семьи и партнеров Юки вращались вокруг противоречивой личности вратаря, напоминавшей причудливый гобелен, сотканный из мужества и таланта, которые часто перечеркивались его дикими выходками и упрямством. Американский журналист Джек Берри утверждал: "Если вы заявляете, что вратари существенно отличаются от других хоккеистов — это старый штамп. Все вратари немного не в себе. А в те времена они были действительно железными людьми".
Правда, железное тело Юки часто подтачивала ржавчина. Несмотря на все его титулы и достижения, у Савчука было бы гораздо больше рекордов, если бы не многочисленные травмы, которые, как тень, преследовали вратаря. "Отец был настоящей золотой жилой для врачей. Я не знаю людей, которые перенесли бы больше операций, чем он. Некоторые врачи часто говорили папе: "Честно говоря, то, что вы ходите, — уже чудо, не говоря уже об игре". У отца были большие проблемы со спиной, поэтому люди, которые видели его впервые, иногда думали, что он горбань. Укороченная правая рука, ставшая следствием тяжелой детской травмы, не вылеченной как следует, мучила отца до последних дней. Из-за этого он даже не мог завязать галстук. Мама всегда помогала отцу с галстуками, сам бы он ни за что с ними не справился", – рассказывал сын Юки Джерри Савчук.
Проблемы со здоровьем часто казались мелочами на фоне дикого психологического давления, которое в те времена постоянно ложилось на вратарей. Сегодня жизнь голкиперов тоже не напоминает сказку, но если сравнивать её с эпохой Терри, можно сказать, что нынешняя НХЛ – это курорт. В 1950-х каждый вратарь должен был отбывать все матчи от начала до конца, а это 70 игр регулярного сезона + потенциальные 14 матчей плей-офф, и этот невероятный марафон Савчук и Ко должны были промчаться за каких-то 7 месяцев. К тому же, тогда в НХЛ практически не было перерывов между матчами, во время которых игроки могли бы перевести дух. В лиге выступали всего шесть клубов, за которые играли лучшие хоккеисты. Харизматичный Бадд Линч, который десятилетиями работал диктором на домашних матчах "Крыльев", вспоминал: "В те времена у команды был только один вратарь. Если его слегка подрезали, у клуба было всего 10 минут, чтобы подлатать голкипера. Когда же травмы оказывались несовместимыми с продолжением игры, тогда тренер надевал экипировку и доигрывал матч".
"В других лигах никогда не было недостатка в вратарях, которые ждали своего шанса. Но им было удивительно сложно пробиться в НХЛ. Ведь тогда там ворота защищали только мой отец и пять его коллег-соперников. Чтобы вы поняли их уровень, приведу такой факт: Лефти Уилсон, один из лучших вратарей Американской хоккейной лиги, никак не мог попасть на хоккейный Олимп. Он в конце концов пробился в НХЛ только тогда, когда стал тренером "Крыльев", – вспоминал Джерри Савчук. Несмотря на многочисленные препятствия, Терри успешно преодолел все преграды на своём пути к славе. Кстати, по пути он не забыл установить ещё одно уникальное достижение. Юки остаётся единственным вратарём, которого признавали лучшим новичком в трёх разных лигах. "Конечно, Савчук был очень жестким, и его практически никогда не удавалось разговорить на интервью, однако он оставался номером один в ту эпоху, когда "Уингз" сидели на престоле", – добавляет Линч.
*******
Терренс родился в Виннипеге, провинция Манитоба, 28 декабря 1929 года. Его отец Луи в поисках лучшей судьбы переехал из Украины в Канаду, где устроился жестянщиком на завод. Отца не зря называли настоящим тафгаем. Как-то раз его оскорбил экс-чемпион Канады по боксу, после чего Луи, у которого был такой же "кроткий" характер, как и у сына, одним ударом отправил обидчика на пол. Савчуки едва сводили концы с концами. Их дом совсем не напоминал роскошную виллу. Хижинка была настолько маленькой, что, чтобы сэкономить место, Терри приходилось спать вместе с братом Майком на одной кровати. Когда нашему герою исполнилось четыре года, он сделал свои первые шаги в хоккее. Терри вспоминал, как запихивал газеты в штаны, пытаясь хоть немного защититься от "шайбы", роль которой исполняло замерзшее конское дерьмо.
Савчук решил стать вратарём, потому что его брат защищал ворота школьной команды. Майк и стал первым тренером Терри: "Ты должен стараться держать хороший баланс. И запомни главное правило — никогда не спускай взгляд с шайбы". Терри кивал головой и старался прислушиваться к советам брата. Хотя это было крайне непросто, учитывая причудливую самодельную экипировку Савчука. Юки брал пример с брата не только в хоккее. Если у Терри и был кумир, то на эту роль лучше всего подходил его брат. Источники описывают Майка как милого, крупного и сильного парня. Поэтому его смерть, когда Терри исполнилось всего 10 лет, стала для Юки огромной трагедией. Причиной смерти Майка стали шумы в сердце. При современном уровне медицины никто в Канаде не умирает от таких мелочей. А в 1939 году подобный диагноз звучал как смертный приговор. Старуха с косой продолжала прореживать ряды Савчуков. Вскоре от пневмонии умер ещё один брат Юки, Роджер. Эти драматические события оставили немало шрамов на тонкой натуре Терри.
В 12 лет мальчик получил свою первую, но отнюдь не последнюю серьезную травму. "Как-то в воскресенье папа шел в церковь и по дороге наткнулся на ребят, игравших в регби. Они стали предлагать ему сыграть, а когда он отказался, назвали его слабаком. Естественно, что после этих слов отец не устоял и присоединился к ним", — рассказывал Джерри Савчук. Он не смог доиграть матч до конца, поскольку серьезно повредил правый локоть. Однако никому дома не рассказывал о своей травме. Парень боялся, что ему придётся отвечать перед отцом, когда тот узнает, что вместо посещения церкви сын играл в регби. А мы уже знаем, что под горячую руку Луи лучше было не попадать. Поэтому Терри, стиснув зубы, два года терпел нечеловеческую боль. Спустя два года на медосмотре врачи обнаружили, что во время того матча юноша сломал руку. Конечность срослась очень плохо. Из-за этого она стала на 5 сантиметров короче левой. Как-то Терри грустно пошутил по этому поводу: "Даже ржавая калитка двигалась лучше, чем моя правая рука".
Главной целью для многих американских и канадских детей 1930-40-х годов было дожить до 14 лет. Это волшебное число давало возможность перестать ломать зубы о гранит науки и устроиться на работу. Терри так и поступил — он забросил учебники и пошёл на завод, став главным кормильцем семьи. В свободное время юноша, конечно же, продолжал играть в хоккей, где начал добиваться больших успехов. Тогда Терри впервые попал в поле зрения скаутов Детройта. Парню предложили играть за одну из юношеских команд клуба, базировавшуюся в Онтарио. Сначала Терри не хотел уезжать далеко от родного дома, но "Уингз" соблазнили его заоблачной зарплатой. 80 долларов в месяц! Савчуки никогда не видели таких денег. Юки рассказывал, как мама провожала его в дальний путь: "Она дала мне 10 долларов. Это был первый раз, когда я увидел в её руках десятидолларовую купюру".
*******
28 декабря 1947 года Терри получили "подарок" на день рождения, который он запомнил на всю жизнь. Один из соперников серьезно травмировал вратарю глазное яблоко. Савчук едва не ослеп на правый глаз (зрение украинца так и не восстановилось полностью). Однако он продолжал бороться за своё место под солнцем. И вскоре храброго Юки назвали лучшим новичком Американской хоккейной лиги. 8 января 1950 года Терри дебютировал в составе "Крыльев". Первый блин существенно подгорел. Хотя вины вратаря в этом не было. Партнеры подставили Савчука. Они дважды поразили его ворота.
Терри сыграет ещё 6 матчей, в которых прекрасно проявит себя, пропуская в среднем две шайбы за игру. Однако когда звездный Гарри Ламли залечил раны, он немедленно вернулся в ворота, а Савчука отправили обратно в Индианаполис. Ламли помог "Уингз" в том сезоне завоевать Кубок Стэнли, которого в Детройте ждали долгих 7 лет. Казалось, что у Терри нет ни единого шанса потеснить опытного Гарри. Однако менеджер Детройта Джек Адамс решил рискнуть. Он продал Ламли в Чикаго и сделал ставку на сопляка. Юки не подвёл Адамса.
"Савчук — самый акробатичный вратарь в мире. На первый взгляд, он движется слишком медленно, но в нужный момент Терри взрывается. Он никогда не показывал никаких признаков усталости. Он казался канадским аналогом Антея, который заряжался энергией от льда. Во время матча Савчук никогда не теряет концентрацию, вратарь постоянно кричит на своих партнеров, приседает, выпрямляется и чешет свое бледное и напряженное лицо", – писал в начале 1950-х канадский спортивный журналист Трент Фрейн. Адамса сначала бесила горилоподобная стойка Савчука, он пытался заставить украинца выпрямиться, но тот не слушал. Джек смирился с этой "клоунадой" после того, как другие вратари начали копировать Терри.
Убийственная "Production Line" Детройта, которую сформировали Горди Хоу, Сид Абель и Тед Линси, разрывала оборону соперников, а Юки совершал фантастические сейвы на последнем рубеже. В своём дебютном сезоне в НХЛ Терри едва не выиграл Трофей Везина, присуждаемый лучшему вратарю, однако долго не грустил, поскольку его назвали Новичком года.
В 1952 году "Уингз" сотворили настоящее чудо: они стали первой командой, выигравшей в плей-офф восемь матчей из восьми возможных (для того, чтобы завоевать хоккейный Грааль, тогда достаточно было выиграть всего две серии). В четырёх из этих матчей Юки сохранил свои ворота на замке. Таким образом, Савчук установил ещё одно уникальное достижение: за весь плей-офф вратарь пропустил всего 5 шайб, то есть невероятные 0,63 шайбы за матч. Вручение трофея растрогало даже железного Терри: "Жизнь может быть прекрасной", — сказал Юки в интервью после финального матча. Удача продолжала улыбаться Терри. И он одержал важную победу на любовном фронте.
Летом звездный голкипер познакомился с 17-летней Патрисией Мюррей. На первом свидании она не знала, что Терри — настоящая звезда. "Я была обычной девочкой-подростком. Меня совершенно не интересовал хоккей. Я любила гулять и развлекаться с друзьями", — рассказывала Патрисия. Сначала вратарь получил от девушки отказ, но он не привык так быстро сдаваться. Поэтому когда летом 1953 года Терри опустился на одно колено и попросил руки Пат, она сказала "да". Как пишет один из биографов Савчука, "самое удивительное вовсе не то, что мисс Мюррей приняла предложение руки и сердца, а то, что Юки смог встать с колена".
*******
Хотя в 1953 году Терри исполнилось всего 24 года, его тело уже было изрядно изношено. У Савчука ужасно болела спина. Так ему аукнулась горилоподобная стойка. В 1950-м и 1951-м Юки дважды оперировали локоть, который он травмировал тогда, когда променял церковь на регби. В 1953 году у Савчука удалили аппендикс, а в довершение ко всему голтендер попал в автокатастрофу, после которой лишь чудом остался в живых. Савчук выделялся гигантским, как для своего времени, ростом в 183 сантиметра, а его боевой вес составлял около 73 килограммов.
Правда, вес Терри существенно колебался. Савчук часто нарушал режим. Он курил, как паровоз, пил пиво литрами, не отказывался и от водки. А на тренировках Савчук, несмотря на все попытки наставников "Крыльев", просто отбывал номер. "Папа даже не пытался отражать удары во время тренировок. Он пропускал практически все шайбы, летевшие в ворота. Отец придерживался такой философии: "Мне платят за то, чтобы я выкладывался в играх, а не на тренировках", — вспоминал его старший сын Джерри.
Затем у Савчуков родились ещё двое сыновей и четверо дочерей. В межсезонье Терри подрабатывал барменом в заведении, принадлежавшем тестю. Эд Мюррей также не отличался ангельским терпением и часто ссорился с зятем. Однажды тесть настолько вывел Терри из себя, что вратарь устроился на работу к главному конкуренту Эда. С течением лет, из-за невероятной психологической нагрузки во время матчей и необходимости кормить семью, которая росла, как на дрожжах, Юки всё чаще срывался. Он ссорился с болельщиками, судьями, журналистами и буквально с кем угодно, кто попадался ему на глаза. Один папарацци даже пошутил, что Савчук постоянно фонтанирует искрами, словно оборванная линия электропередачи. Это часто негативно сказывалось на игре вратаря. Его коллекции штрафных минут могли бы позавидовать даже некоторые тафгаи.
Как-то один из соперников после игры уколол Терри: "У тебя не было ни единого шанса отразить те две шайбы, которые мы сегодня тебе забили". На что Юки парировал: "Нет, ты ошибаешься. У меня всегда есть шанс отбить каждую шайбу, летящую в мои ворота". Один из партнеров Терри утверждал, что именно перфекционизм стал одним из главных факторов, расшатавших нервы вратаря: "Он одержим совершенством. Терри постоянно гонится за идеалом. Савчук упрекает себя за каждую шайбу, которая пролетает мимо него в ворота".
В сезонах 1953–54 и 1954–55 Терри действительно отражал практически всё. Он отыграл впечатляющие 27 матчей "на ноль" и помог "Крыльям" завоевать два Кубка Стэнли подряд. Весной 1955 года все были готовы канонизировать святого Терри. Точнее, почти все. Адамс считал, что из-за расшатанных нервов нимб быстро упадет с головы Юки и превратится в петлю, которая задушит не только голкипера, но и весь клуб. Поэтому менеджер обменял Савчука в Бостон. Этот ход Адамса шокировал Терри и его семью. Юки начал пить, постоянно терроризируя друзей вопросом: "Неужели мое время уже прошло?" Товарищи поддерживали Савчука. "Не унывай, у тебя ещё всё впереди". И они не ошиблись. В первом сезоне в составе "Брюинз" украинец отразил девять сутаутов. Но в следующем году Савчук в очередной раз проиграл битву своему главному врагу — самому себе.
*******
Юки, живший в Бостоне в пансионате, тосковал по семье, оставшейся в Детройте. Изоляция, постоянное давление со стороны фанатов и прессы сделали своё чёрное дело. Терри грубил болельщикам и критиковал журналистов. Его освистывали даже родные болельщики, "акулы пера" разрывали Юки на куски, а после этого, словно ничего не произошло, ожидали, что вратарь поможет Бостону завоевать Кубок Стэнли.
Савчук в очередной раз не смог справиться со своими нервами, он никому не давал автографов, отказывая даже совсем маленьким детям — наложил на себя добровольный обет молчания. Хотя иногда нарушал его. "Я очень сильно выматываюсь, часто несу такую чепуху, что сам не понимаю, как я на такое способен". В начале 1957 года Терри решил, что с него хватит Бостона и вообще — хоккея. Он объявил, что уходит на пенсию. Вратарь, которому только что исполнилось 27, заявил, что чувствует себя старым. "Мои нервы на пределе. Не могу ни есть, ни спать. Я завязываю".
Болельщики и журналисты продолжали раскритиковывать вратаря, утверждая, что у него нет мужества. Однако медицинское обследование выявило у Савчука серьёзное заболевание — мононуклеоз ( острое инфекционное заболевание крови, которое проявляется увеличением лимфатических узлов и часто сопровождается лихорадкой и тяжёлой ангиной). После того как Терри отлежался в больнице и провёл несколько месяцев с семьёй, он, словно Бенджамин Баттон, помолодел на несколько лет. Джек Адамс осознал, какую глупость наделал, обменяв Юки, и вернул вратаря в Детройт.
Несмотря на то, что годы расцвета "Крыльев" остались в прошлом, а лига теперь принадлежала Монреалю и Торонто, Савчук доказал всем, что его слишком рано списали со счетов. Он трижды за семь сезонов выводил посредственный Детройт в финал. К сожалению, в матчах за титул даже магии Савчука не хватало, чтобы завоевать очередной Кубок Стэнли. В день домашней игры у Терри был особый ритуал, от которого страдала вся его семья. "Папа запирался в своей спальне. За весь день он мог выйти оттуда лишь раз или два, чтобы перекусить что-нибудь на кухне. Мы никогда не беспокоили отца. Ведь знали: если нарушим его медитацию, то нам достанется по голове. Но маму этот ритуал просто убивал", – рассказывал Джерри Савчук.
Юки старел, сеансы медитации становились всё длиннее. И ему требовалось гораздо больше времени на самоанализ и подготовку к игре. Терри часто рассматривал в зеркале своё измученное лицо. За карьеру вратаря его лицо "украсили" целых 400 швов. И это не считая многочисленных синяков и тех случаев, когда Савчуку ломали нос или скулу, либо выбивали зубы.
Один американский журнал даже нанял художника, который реконструировал все травмы лица Юки. Готовое изображение пригодилось родителям. Они часто пугали им непослушных детей. На этой фотографии Савчук напоминает Франкенштейна. Представьте, что лошадь бьет вас копытом по лицу. Теперь вы примерно понимаете, что чувствовал Терри, когда замерзший резиновый диск попадал ему в лицо со скоростью 150 километров в час. Нервное напряжение приводило к тому, что у некоторых вратарей развивались физические недуги или же они начинали прибегать к выпивке. Так, Гленн Холл рвал накануне каждой игры. Немало вратарей, которых прозвали "Язва", в перерывах набивали себя пепто-бисмолом и обещали повесить коньки на гвоздь, поскольку не хотели, чтобы их вывезли с арены на инвалидной коляске.
Берни Джеффрион, получивший прозвище "Бум-Бум" за свои убийственные удары, и Бобби Холл снились в кошмарах всем вратарям. Существенно пострадал от последнего и наш герой. "Я помню матч в Чикаго, когда Бобби, словно из пушки, выстрелил по воротам Савчука. После этого лицо голкипера напоминало руины. По дороге домой Адамс приказал Терри: "В следующей игре ты наденешь маску". Терри наотрез отказался: "Я их ненавижу", — вспоминал Линч. В конце концов, тренерам и семье удалось убедить Терри притвориться Призраком Оперы. Сезон 1962–63 Савчук начал в маске.
Как и исторический намордник Жака Планта, который канадец представил публике тремя годами ранее, она была изготовлена из стекловолокна. Правда, её эффективность вызывает большие сомнения. Джерри Савчук рассказывал: "Маска слишком плотно прилегала к лицу. На ней были отверстия для глаз и носа. На самом деле силу удара амортизировал лишь тонкий слой войлока. К тому же он быстро исчезал, когда лицо потело. Поэтому даже в маске мой папа оставался беззащитным перед сокрушительными ударами соперников".
12 января 1963 года Савчук получил ещё одну серьёзную травму, когда соперник проехал коньком по его левой руке. Двухчасовая операция спасла пальцы и восстановила искореженные мышцы. "Врач не помнил, сколько швов он наложил, но я насчитал 79", — шутил пациент. В 1964 году "Уингз" снова выставили Терри за дверь. Они думали, что пожилой Юки никому не понадобится. Но они ошиблись. И вскоре боссы Детройта в очередной раз будут кусать локти. Они во второй раз наступили на одни и те же грабли. Савчука мгновенно забрал "Торонто".
*******
Юки часто вставал не с той ноги. Его лучший друг Марсель Проново, который играл с Савчуком в Детройте и Торонто, так рассказывал об этом: "Савчука нужно было чувствовать. Я прожил с Юки много лет. Когда мы просыпались утром, я здоровался с Терри. Если он отвечал, мы болтали целый день. Если же Юки не отвечал, то я держал язык за зубами вплоть до следующего утра".
Терри шел своим путем и никогда не обращал внимания на то, что ему скажут другие. Он ненавидел, когда кто-то пытался вмешаться в его маленький мир. Юки любил выпивку, азартные игры и женщин. Дэн Даймонд, издатель из Торонто, рассказал замечательную историю, которая прекрасно иллюстрирует бунтарский характер украинца. "В 1961 году, когда мне было семь, папа взял меня на товарищеский матч между "Лифс" и "Уингз". Накануне матча отец отвел меня в раздевалку, чтобы посмотреть на звезд. Там толпилось около тридцати болельщиков. Вдруг дверь открылась, и первым вышел Савчук. Он толкнул меня в грудь и проревел: "Где шлюхи?" Это были первые слова, которые я услышал от игрока НХЛ. А потом Терри снес нас всех и куда-то ушел, возможно, искать проституток".
Джек Берри подтверждает слова Даймонда. Как-то раз, после вылета Детройта от Торонто, родители послали к вратарю своего маленького сына, который обожал Терри, надеясь, что тот не откажет малышу в автографе. Однако они плохо знали Савчука. Вратарь сказал ребенку: "Иди на х…, ты, маленький засранец". "Как-то летом отец подрабатывал, продавая машины, но, естественно, он там надолго не задержался. Папу в очередной раз подвел взрывной темперамент", — вспоминал Джерри Савчук.
Однако эта же демоническая натура помогала Терри во время матчей. В полуфинале Кубка Стэнли сезона 1966/67, который стал лебединой песней Юки, Бобби Галл выпустил шайбу прямо в травмированное плечо Савчука. После этого броска Терри упал на лёд. Испуганный тренер "Торонто" спросил у голкипера: "С тобой всё в порядке?" Разъярённый Терри бросил на наставника волчий взгляд и отрезал: "Я же остановил шайбу, не так ли?"
Выступление Савчука в шестом матче финала 1967 года помогло "Торонто" завоевать Кубок Стэнли. Терри совершил в этом поединке 41 сэйв. После церемонии награждения в раздевалке "Лифс" началось шумное празднование. Игроки и персонал клуба обнимали друг друга, обливались шампанским. "Лишь двое измотанных вратарей — Терри Савчук и Джонни Бауэр (кстати, ещё один украинец) сидели отдельно в углу, затягивались сигаретами и молча боролись с нервами и множеством физических недугов, сопутствующих старости", — писал один из репортёров. После того как толпа разошлась, Савчук наконец поднял своё измученное тело со скамейки и по дороге в душ дал лаконичное интервью журналисту: "Именно так я и хотел бы уйти. Стильно".
Владимир Войтюк, специально для "Футбол 24"