"Брусевич": после 17 концлагерей его не узнала родная мать, но покорила Олимпиада – история легендарного украинца

Начало мая 1945 года. Советские войска приближаются к концлагерю Зандбостель. Нацисты срочно эвакуируют всех заключённых в другой город и несколько дней держат их под усиленным конвоем в порту. Еды пленным никто не давал, воду тоже можно было разве что по капелькам. Гестаповцы хотели избавиться от нежелательных свидетелей своих преступлений. Поэтому они переложили грязную работу на голод и жажду. Те, кто был крепче, смогли пережить эти несколько ужасных дней. Среди них был и заключённый № 10491. Нацисты не заморачивались всякими именами. Живые трупы в концлагерях получали несколько цифр, которые затем исчезали в печах крематориев. Заключённый №10491 до того, как попал в ад, отличался огромной физической силой, но это было так давно, кажется, что в другой жизни.

Теперь его, вместе с другими скелетами, погрузили на баржу, начиненную взрывчаткой. Нацисты уже даже подготовили краткую информационную справку, в которой описывалось, как советская подводная лодка торпедировала баржу, на которой плыли пленные концлагеря. Заключённому №10491 оставалось жить каких-то несколько минут. Он понимал, что обратный отсчёт уже запущен... Однако судьба пощадила №10491, ведь его ждали великие подвиги. Англичане не дали гестаповцам совершить очередное злодеяние. Но во время короткого боя баржу отнесло в море. Около недели несколько сотен человек дрейфовали в открытом море. Без еды, без воды. Среди пассажиров баржи вот-вот мог разразиться каннибализм. К счастью, их впоследствии подобрал английский корабль. Теперь заключённый №10491 вновь стал Виктором Чукариным. Виктор в очередной раз победил смерть.

Он родился в 1921 году в селе Красноармейское, недалеко от Мариуполя. Отец был простым кубанским казаком, а мать имела греческие корни. Именно она назвала сына Виктором, надеясь, что тот вырастет победителем. Вскоре семья переехала в Мариуполь. Как-то раз Чукарин вместе с друзьями нашел трубу. Мальчишки сразу придумали ей практическое применение. Они сделали из неё турник. Так Витя и начал проводить всё время на турнике. Матери только глубоко ночью, чуть ли не палкой, удавалось загонять его домой. Виктор просто жил на этой конструкции. На его руках не было живого места от мозолей. Одни были совсем свежие, а другие уже потрескались и кровоточили. Но увлечение гимнастикой помогало ему пересилить боль. Уже тогда, постепенно, выковывался крепкий внутренний стержень, который помогал Виктору как в спорте, так и в нацистских концлагерях.

1937 год стал чёрным для семьи Чукариных. Однажды энкаведисты пришли за отцом. Больше его никто так и не видел. Папа погиб в недрах системы, которой боялось всё население одной шестой части суши. В одной из официальных советских биографий Чукарина можно прочитать такие строки, посвящённые его отцу: "Папа рано умер". Вот и всё. Простой кубанский казак "ни с того, ни с сего" ушёл в мир иной. Став всемирно известным, Виктор пытался выяснить судьбу отца. Он даже привлек для этой цели тяжелую артиллерию в лице главы КГБ Владимира Семичастного. Однако даже тот ничем не смог помочь Виктору. Для империи ГУЛАГ люди были такими же цифрами, как и для нацистов. Но вернёмся к более приятным вещам.

Первым невероятный талант Чукарина разглядел учитель физкультуры 10-й Мариупольской школы Виталий Попович. Он убедил Витю в том, что если тот будет работать над собой, то его ждёт большое будущее в гимнастике. Нужно лишь неустанно трудиться, ведь талант ничего не стоит без ведер пота, пролитых на тренировках. Чукарин был только рад стараться. Он не знал, что такое лень. Тренировки скоро принесли плоды. Во время учебы в Киевском физкультурном техникуме он привлек внимание знаменитого абсолютного чемпиона СССР по гимнастике Аджата Ибадулаева. Новый наставник во время первой тренировки сказал Чукарину, что ему вполне по силам сделать то, что и делают хорошие ученики, — превзойти своего учителя, а впоследствии, возможно, стать лучшим гимнастом мира.

Правда, у Аджата были серьёзные сомнения по поводу Виктора. Ведь тренировками Ибадулаева пугали всех молодых спортсменов страны. Большинство гимнастов в СССР тогда тренировались максимум три раза в неделю. А вот Аджат, а впоследствии и Виктор, тренировался ежедневно по 3,5 часа. Скромный Чукарин объяснял изнурительную работу на тренировках несколько иначе: "Понимаете, я просто отношусь к гимнастам второй категории, которым требуется очень много времени, чтобы овладеть техникой сложных упражнений". Уже через год работы с Ибадулаевым Чукарин получил звание мастера спорта. Свидетельство о присвоении этого почетного звания Виктору вручили в начале лета 1941 года.

22 июня он готовился к большому спортивному празднику, где должен был показать зрителям коронные номера из своего огромного арсенала. Однако в то страшное воскресенье Виктор вместо спортзала пошел записываться в военкомат. Его направили в артиллерию. Чукарин пережил вместе со своими товарищами по оружию самые тяжелые первые месяцы войны. Он защищал Киев, а затем попал в окружение под Полтавой. Раненому и контуженному Виктору пришлось сдаться в плен. Во время долгих переходов невероятная физическая сила помогла ему выжить, ведь тех, кто не мог идти, гитлеровцы просто расстреливали. Несколько раз Виктор пытался бежать, но все попытки заканчивались фиаско.

В 1942 году Чукарин оказался в концлагере Зандбостель на севере Германии. Когда немцы решили использовать пленных в качестве рабочей силы, Виктор представился крестьянином, и его направили на ферму в небольшое поселение Каппль-Нойфельд. Там он должен был помогать по хозяйству одной немецкой семье. "На самом деле, какой я крестьянин? Я ведь, кроме металлургических заводов, толком ничего и не видел, но я должен был доказать свою полезность нацистам. Конечно же, семья Брунс быстро заметила, как "хорошо" я дою корову или кошу траву. Однако они никому не рассказали о моих фермерских "талантах", а просто перевели меня на огород, где я довольно хорошо справлялся с картошкой и репой. Если бы не Брунсы, меня бы давно не было в живых. На той же ферме я сделал себе турник, где продолжал заниматься гимнастикой. Я часто наблюдал за нацистскими надзирателями. Ведь немцы тогда были лидерами в нашем виде спорта. Честно говоря, те невольные уроки со временем пригодились мне", – вспоминал Чукарин. У Брунсов Виктор прожил недолго. Вскоре началась его ужасная одиссея по едва ли не всем концлагерям Третьего рейха. Всего он побывал в 17-ти адах на Земле. И сумел выжить…

Когда Чукарин вернулся домой, даже родная мать сначала его не узнала. На войну ушел крепкий юноша, а вернулся живой труп, весивший каких-то 40 килограммов. Чтобы убедиться, что перед ней действительно сын, мать потрогала его голову. И облегчённо вздохнула. Это действительно он, вот тот давний шрам, который Виктор получил, упав с стога сена. Родина не слишком уважала тех, кто побывал в плену. Виктора никто не хотел брать на работу, да и долгое время он оставался человеком без паспорта. Однако капризная Фортуна снова улыбнулась Виктору. Однажды какой-то чиновник попросил Виктора помочь ему погрузить мебель и огромный сейф. Молодой человек едва смог справиться с этой непростой работой. Ведь теперь Виктор был далек от своей прежней физической формы. Начальник хотел отблагодарить Чукарина традиционной советской "валютой" — бутылкой водки. Однако тот отказался, заявив, что не пьёт, ведь он — спортсмен. Начальник оказался фанатом гимнастики, они разговорились. И впоследствии Чукарин получил от чиновника гораздо более ценный подарок, чем пол-литра. С паспортом можно было подумать о хорошей работе и учебе.

Виктор устроился инструктором по физкультуре на металлургический завод "Азовсталь". Работая днём, он находил несколько часов времени для своих тренировок утром и ночью, занимаясь в холодном и пустом спортзале. В 24 года Чукарину приходилось начинать чуть ли не с нуля, Виктор тогда хотел просто вернуть свою прежнюю форму, не ставя перед собой каких-то больших целей: "Что я сейчас могу? Мастер спорта? Разве что одно звание осталось…". Однако со временем Виктор снова начал мечтать о спортивном Олимпе. Такие кардинальные изменения вызвала встреча с бывшим наставником Аджатом Ибадулаевым.

Он поддержал Виктора: "Я не могу тебя понять, почему ты опустил руки и преждевременно отправил себя на пенсию. Вот я на десять лет старше тебя, но на первенстве СССР никто из честолюбивых новичков не может меня обойти. Качай мышцы — посмотри, какие они у тебя слабые. Ты можешь выйти в лидеры. Я с радостью уступлю тебе свое место в сборной". Тогда Аджат еще не знал, что он уже не в сборной. Советские спортивные чиновники обвинили Ибадулаева чуть ли не в сотрудничестве с нацистами за то, что он выступал перед немцами в цирке оккупированного Киева. Также ходили слухи, что спортсмена поймали с поличным, когда тот хотел сбежать в Турцию. Чукарин утверждал, что Аджат мог бы добиться больших успехов на мировой арене, но, к сожалению, гимнаст стал одним из многих талантов, которых похоронила жестокая советская система.

Виктор поверил Аджату и начал тренироваться с тройным рвением. Он попытался поступить в Киевский институт физкультуры, но его не приняли. Тогда Чукарин решил подать документы во Львов. Однако и здесь он потерпел неудачу — прием документов уже закончился. Разочарованный Виктор, склонив голову, спускался по лестнице Львовского института физкультуры. И вдруг его заметил преподаватель того самого киевского техникума физкультуры, который Чукарин окончил с отличием перед войной. Теперь он работал в городе Льва. Преподаватель рассказал о талантливом юноше проректору Абраму Липману, и тот дал указание зачислить Виктора. Уже в конце 1946 года Чукарин завоевал право выступать на чемпионате мира, где занял почетное 12-е место. На первый взгляд — провал. Но Чукарин понимал, что он лишь в начале долгого пути, который должен привести его на спортивный Олимп.

И в ноябре 1948 года Виктор становится чемпионом Украины, на какие-то сотые опередив… Ибадулаева. Начиная со следующего года, в советской гимнастике наступила эра Чукарина. Он стал одним из главных героев Хельсинкской Олимпиады-1952. Виктор собрал в столице Финляндии впечатляющий медальный урожай — 4 золотые и 2 серебряные медали. 22 июля 1952 года — знаковый день в истории украинского спорта. Именно тогда Чукарин выиграл золотую медаль в опорном прыжке, которая стала первой нашей олимпийской наградой высшей пробы. Особенно впечатляющим в Хельсинки было превосходство Виктора над соперниками на брусьях. Чукарин в очередной раз доказал, что не зря его прозвали "Брусевич". Самой ценной из наград, завоеванных украинцем в Хельсинки, стала чемпионская корона в многоборье.

Если вы думаете, что Виктора встречали в Москве как героя, то сильно ошибаетесь. На перроне его ждали лишь несколько журналистов. А потом пришлось целый день простоять в очереди на Киевском вокзале, чтобы купить билеты во Львов. Родина вновь показала, как она "ценит" своих героев. Правда, партийные боссы проявили несвойственную им щедрость и выписали четырехкратному олимпийскому чемпиону крупную премию. Эти деньги помогли Виктору купить и обустроить квартиру.

В том же 1952 году Виктор получил письмо, на конверте которого отправитель написал лишь: "Львов. Виктору Чукарину". Как ни странно, гимнаст в конце концов получит его. Раскрыв конверт, он затаил дыхание. Чукарину писали Брунсы. В 1952 году газеты всего мира напечатали фотографии многократного олимпийца — немцы, конечно же, узнали своего Виктора. Между ними завязалась длительная переписка, Брунсы собирали вырезки из прессы, фотографии, сувениры, письма от гимнаста и даже создали в собственном доме небольшой музей, посвященный Чукарину. Виктор хотел навестить своих благодетелей, но спортсмена, как и следовало ожидать, не отпустили за железный занавес.

Во время поездок в составе официальных делегаций Виктор также не мог навестить Брунсов, ведь за ним не спускал своего пристального взгляда Большой Брат из КГБ. В 1972 году у Чукарина представилась прекрасная возможность встретиться с Ленни Брунс, дочерью своих бывших хозяев. Тогда Игры проходили в Мюнхене. Однако та Олимпиада запомнилась вовсе не яркими выступлениями спортсменов. 11 членов израильской сборной были убиты террористами "Черного сентября" в олимпийской деревне. После этой трагедии на Играх ввели строгие меры безопасности, и Ленни не смогла приехать в гости к Виктору. Чукарин попросил руководителя гимнастической делегации отпустить его в город, но тот, к сожалению, отказал.

Чукарин был чрезвычайно честным человеком. Об этом красноречиво свидетельствует следующий факт. Как-то раз советская гимнастическая сборная выступала в Канаде. Всего было запланировано три выступления. Канадцам настолько понравились чудеса, которые творили советские атлеты, что они попросили гимнастов выступить на бис. За это неофициальное выступление Виктор получил 3,5 тысячи долларов. Однако Чукарин и не думал припрятать их на черный день, а сразу же сдал в кассу. Украинец никогда не пользовался привилегиями, которые ему предоставляло звание олимпийского чемпиона. Даже останавливаясь в отеле или кемпинге, гимнаст называл другую фамилию. Жена Виктора, приходя в прачечную или ателье, представлялась "Ивановой". О трудоголизме Чукарина ходило немало байек. Так, если атлету какой-то элемент не поддавался, гимнаст мог его выполнять до 500 раз. А вот реальная история. Дочь Виктория вспоминала: "Мы знали, что поезд прибывает в такой-то час, и папа с минуты на минуту позвонит в дверь. А его нет час, два… Потом приходит. Оказывается, он прямо с поезда шел в спортзал тренироваться. Это была его "вредная" привычка".

В 1954 году, на чемпионате мира в Риме, Виктор во время опорного прыжка серьёзно повредил палец. Впоследствии врачи обнаружили ещё и трещину в кисти. Боль была нечеловеческой, но украинец не обращал на неё внимания. Чукарин идеально выполнил все последующие подходы и стал чемпионом в многоборье. А завершил карьеру эффектным восклицательным знаком. 1956 год. Олимпиада в Мельбурне. Последний вид абсолютного первенства — вольные упражнения. Лидером соревнований является грозный Такаси Оно. Ни у кого нет шансов сместить японца с верхней ступени пьедестала почета, за исключением Чукарина. Чтобы обойти Такаси, Виктору нужно набрать 9,55 балла. Вроде бы не такие уж заоблачные цифры, особенно для Чукарина. Но было одно "но".

Именно вольные упражнения были ахиллесовой пятой украинского спортсмена. В них он ни разу не завоевывал ни одной медали. Виктор выходит на помост. Публика затаила дыхание. Кто же станет абсолютным чемпионом: Оно или Чукарин отстоят свой финский титул? Виктор идеально отрабатывает программу, в очередной раз подтверждая комплименты, которые ему в своё время высказали немецкие журналисты: "В геометрической точности элементов, которые выполняет Чукарин, можно убедиться с помощью циркуля и линейки". Правда, Виктор не спешит радоваться. Он ждёт решения судей. И только увидев цифры 9,55, Чукарин триумфально поднимает руки и бросается в объятия товарищей по команде. А разочарованный Оно процидило сквозь зубы: "У этого человека невозможно выиграть. Ошибки только помогают ему стать лучше".

На Олимпиаде Виктор получил ценный подарок, с которым не расставался до конца жизни. Легендарный Джесси Оуэнс подарил ему небольшой брелок в виде позолоченной подошвы кроссовка и швейцарские часы. Этот подарок четырёхкратный олимпийский чемпион преподнес Чукарину, когда наш земляк завоевал своё пятое золото. После Мельбурна Чукарин получил 40 тысяч рублей, на которые купил новенькую "Волгу".

Чукарин отправился и на следующую Олимпиаду в Рим. Правда, уже в качестве судьи. К сожалению, дебют в новом статусе оказался провальным. В борьбе за золото в Вечном городе сошлись старый друг Чукарина Оно и советский гимнаст Борис Шахлин. Накануне решающих соревнований к Виктору обратились руководители родной команды: "Сделай всё, чтобы помочь нашему спортсмену. Ты же понимаешь, что на карту поставлен престиж страны". К сожалению, Чукарин прислушался к начальству, впервые пошел наперекор совести и сразу об этом пожалел. Он убедил финского и немецкого судей занизить оценки японцу, а Шахлину — повысить. Именно эти несколько сотых и решили судьбу титула. Так олимпийским чемпионом в многоборье стал Шахлин, а не Оно. Трибуны освистали Виктора и скандировали: "Долой Чукарина!"

После этого неприятного инцидента Виктор больше не подчинялся советскому начальству. Следующие международные соревнования Чукарин отсудил идеально. Однако это крайне разгневало руководство советской делегации. Когда Виктор вернулся домой, над ним устроили показательный суд. Чукарин не сломался и дал слово больше никогда не быть арбитром. Он в очередной раз сдержит слово. Продолжал работать во Львовском институте физической культуры, сначала доцентом кафедры гимнастики, а впоследствии и заведующим этой кафедрой. Ради города Льва украинец отказал даже Москве.

Дочь Виктория так рассказывала о последних годах жизни отца: "Он долго болел. Сначала думали, что у него грипп. О врачах папа ничего не хотел слышать. В конце концов моему мужу удалось убедить отца пойти на прием к хорошему гастроэнтерологу. Его положили в больницу, обследовали, прооперировали, провели курс лечения. Я работала в той больнице. Вскоре ко мне пришел проктолог и сказал, что надежды нет. Папа болел долго, около десяти лет. Представляете, какая у него была сила воли? После операции отец понял, что умирает". 25 августа 1984 года сердце выдающегося гимнаста остановилось . Его похоронили на Львовском Пер-Лашезе — Лычаковском кладбище.

Виктора иногда называли человеком без нервов. Возможно, так и было. Ведь трудно чем-то удивить того, кто выжил в аду. Виктор Чукарин написал одну из самых ярких страниц в истории спорта, пройдя свой уникальный путь на Олимп через пепел концлагерей.

"Как он кричал в ту ночь!": зверское убийство скандального режиссёра – снимал секс, писал о футболе и любил Болонью